УДК 81

СЕМАНТИЧЕСКАЯ МОДЕЛЬ «СЛОВО» В РУССКОМ МЕНТАЛИТЕТЕ

Кочнова Ксения Александровна
Нижегородская государственная сельскохозяйственная академия
кандидат филологических наук, доцент кафедры «История и культура»

Аннотация
Статья посвящена исследованию семантемы слово в русском языковом менталитете на пословичном материале. Строится полевая модель, репрезентирующая стереотипные представления русских о слове, его роли в жизни человека. При анализе культурно-этнической составляющей модели семантемы выявлена ее полярная оценочность, на основе которой формируются устойчивые менталитетные связки (слово – дело, речь – молчание, доброе / ласковое – грубое / недоброе, крепкое – верное и др.).

Ключевые слова: картина мира, лексема, менталитет, модель, сема, семантема, слово


THE SEMANTIC WORD MODEL IN THE RUSSIAN MENTALITY

Kochnоva Ksenia Aleksandrovna
Nizhny Novgorod state agricultural Academy
candidate of philological sciences, associate professor of history and culture

Abstract
Article is devoted to research of a semanteme the word in the russian language mentality on prover-bial material. The field model representing stereotypic ideas of Russians of the word, its role in hu-man life is built. In the analysis of cultural and ethnic component model of a semanteme its polar estimation on the basis of which steady mentalitetny sheaves are created (the word – business, the speech – silence, kind / tender – rough / bad, strong – correct, etc.) is revealed.

Keywords: lexeme, mentality, semanteme, word, world picture


Рубрика: 10.00.00 ФИЛОЛОГИЧЕСКИЕ НАУКИ

Библиографическая ссылка на статью:
Кочнова К.А. Семантическая модель «слово» в русском менталитете // Современные научные исследования и инновации. 2016. № 3 [Электронный ресурс]. URL: http://web.snauka.ru/issues/2016/03/65008 (дата обращения: 02.06.2017).

Изучение менталитета народа отражает современные тенденции в развитии антропологической лингвистики. Построение языковой модели какого-либо фрагмента картины мира этноса позволяет комплексно представить объект изучения, выявить его национально-культурное содержание [1; 2].

Создание инварианта (микротекста) употребления того или иного слова, языковой единицы, начинается с анализа семантики данных единиц, особенностей их употребления, сопоставления ценностных суждений, зафиксированных в значениях слов, устойчивых выражениях, семантико-структурной организации паремий. Полученная модель раскрывает ценностное содержание семантемы, по которой строятся культурные стереотипы [3].

В основе модели “слово” лежит сложное бессоюзное или простое предложение. Ядерными компонентами являются анализируемая семантема и ее дериваты словцо, словечко. Лексико-семантическая структура модели представлена словами-связками [4], главным звеном которых является семема “слово”.

В импликационал ядерной семантемы входят эмосемы ‘хороший’, ‘веселый’, ‘светлый’, ‘ласковый’, ‘приветливый’: «Веселое слово – речи основа», «Где слова привета, там улыбка для ответа». Хорошее слово – дорого ценят: «Слово толковое стоит целкового».

Особое внимание уделяется ласковому слову, которому дана волшебная сила воздействия. Оно ассоциируется с весной, пробуждением сил, светом: «Ласковое слово, что весенний день», «Ласковым словом многого добьешься», «Ласковое слово рубля дороже», «Ласковое слово лучше мягкого пирога», «От ласкового слова в избе светлее», «Ласковое слово и буйную голову смиряет». Сравним, «С ласковым словом можно горного оленя подоить» (груз. посл.).

Актуализируется амбивалентная связка «ласковое – грубое»: «На грубое слово не сердись, на ласковое слово не сдавайся», «На ласковое слово не кидайся, на грубое – не гневайся».

Высоко ценится в народе доброе слово («Доброе слово любого достанет», «Доброму слову – добрый ответ», «Доброе слово человеку – что дождь в засуху»); часто представленное связкой «доброе – недоброе», где недоброе содержит семы ‘худой’, ‘плохой’, ‘злой’, ‘грубый’, ‘лихой’: «Недоброе слово больней огня жжет», «Не бойся глаза худого, бойся слова лихого». Сравним, «Доброе слово гору с места сдвинуло» (чечен. посл.).

В русском сознании ценится крепкое слово означающее ‘не нуждающийся в доказательствах, подтверждениях, надежный’. Семема представлена семами ‘твердый’, ‘гордый’, ‘печать’, ‘окова’ и др.: «Крепка окова, а еще крепче слово», «Тот в слове стоит твёрдо, кому слово дорого», «Русский в словах горд, в делах тверд», «Народное слово – твердое слово», «Давши слово, держись, а не давши – крепись», «Слово крепче печати».

Слово – особая сила. В семантеме “слово” актуализированы семы ‘огонь’, ‘резать’, ‘бить’, ‘ударить’, ‘оружие’: «Не бей кулаком, ударь словом», «Слово жжёт хуже огня», «Бритва скребет, а слово режет». Сравним, «Ветер разбивает горы и камни, слово убивает человека» (кирг. посл.), «Правдивое слово острее сабли» (узбек. посл.). Слово – это очень мощное оружие в руках человека. Словом можно вылечить, а можно и убить. «Пчела жалит жалом, а человек – словом».

Нередко звучит предупреждение о том, что слово может навредить самому говорящему: «Неловкие слова вредят тому, кто их говорит», «Удерживай слово, когда оно навредить может». И что рана словом сильнее, чем оружием: «Раненый мечом вылечится, словом – никогда». Сравним, «Палкой можно поранить тело, а злые слова проникают в душу» (китайская посл.).

Разные слова разную силу иметь могут: «От слова спасенье и от слова погибель», «Одно слово кость ломит, другое – сращивает», «Необдуманное слово в беду заведёт, а обдуманное – из беды выведет», «В мелких словах и большое дело утопить можно», «Малое слово большую обиду творит».

Семантема “слово” содержит семы ‘быстрый’, ‘лететь’, ‘не поймать’, ‘не догнать’, ‘не воротить’, ‘пуля’: «Выговоренное слово уже не проглотишь», «Выпустил словечко, не догонишь и на крылечке», «Выстрелив, пулю не схватишь, а слово, сказав, не поймаешь», «Слово не воробей – вылетит – не поймаешь», «Конь вырвется – догонишь, а слово сказанного не воротишь», «Слово выпустишь, так и крюком не втащишь», «Слово раз упустишь – не воротишь». Сравним, «Выговоренное слово уже нельзя проглотить» (узбек. посл.).

В паремиях нередко возникает слово-образ стрела. «Сказанное слово – пущенная стрела», «Иное слово хуже стрелы». Сравним, «У слова нет крыльев, но оно летает» (вьетн. посл.), «Не слово, а игла в темя» (Япон.).

Что сказано, того не воротишь, от того не откажешься. «Слово – не воробей, вылетело – не поймаешь». Так говорят, когда кого-то ловят на слове, или как сожаление о сказанном, совет обдумывать свои слова. «Что написано пером – не вырубишь (высечешь) топором». Если написанное вошло в силу или стало известно, то этого уже не изменить, не исправить; приходится смириться. Говорят, когда придают большое значение документу или тому, что написано, зафиксировано. Пословица свидетельствует о высокой народной оценке письменного слова, которому придается значение документа, обязательства. Противопоставление «вырубке» топором, возможно, – некоторая реминисценция о древних знаках-зарубках, которые прежде использовались для разных случаев, например, для отметки долгов.

Уникальна связка «много – мало», в которой ценится немногословность, актуализируются семы ‘редкий’, ‘короткий’ в значении ‘хороший, веский’, и наоборот, «много» слов означает ‘неправдивый’: «Где много слов, там мало правды», «Где слова редки, там они вески», «Слова хороши, если они коротки».

В русском менталитете ценится правдивое слово, что связано с важнейшим менталитетным концептом «правда»: «Правдивое слово – сила». Сравним, «От правдивого слова и друг отворачивается» (бенг. посл.), «Правдивое слово поперёк уха становится» (япон. посл.). Синонимом правдивому слову становится прямое: «Прямое слово рожком торчит».

Слово может быть  покорным, мягким и в тоже время сильным: «Покорное слово гнев укрощает», «Мягкое слово кости не ломит». Пустые слова – легкие и ничего незначащие: «Пустое слово как солома – много местом, да мало весом», «Пустые слова – что орехи без ядра».

В состав модели «слово» входит связка «речь – молчание», где молчание ценится выше сказанного не вовремя слова, ценится умение промолчать в нужную минуту, выслушать другого: «Кстати помолчать, что большое слово сказать», «Сказанное слово – золото, несказанное – алмаз», «Слово – серебро, молчание – золото». Используется как одобрение молчания или совет молчать. «Сказал бы словечко, да волк недалечко», что означает ‘высказываться вслух небезопасно’. Говорится в ситуации, когда вблизи есть люди, для которых произносимые слова не предназначаются.

Бинарная связка «слово – дело» часто строится на противопоставлении амбивалентных пар соответственно, например, «много – мало» («Слов много, а дела мало»), «ретивый – ленивый» («В словах ретив, а в делах ленив»), «щедрый – скупой» («На слова щедр — на дела скуп»), «орёл – курица», «князь – грязь» и др.: «На думах – что на вилах, на словах – что на санях, а на деле – что в яме», «На словах и так и сяк, а на деле никак», «На словах, как на гуслях, а на деле – как на балалайке», «На словах – орёл, на деле – мокрая курица», «На словах тих, а на деле лих», «На слове – князь, а на деле – грязь». Или, наоборот, взаимосвязано: «Сказано – сделано» (говорят, когда чье-либо распоряжение не откладывается, сразу же выполняется, когда слово не расходится с делом), «На великое дело – великое слово». Слову верят, а дело может нуждаться в проверке: «Слову верь, а дело проверь», «Слову – вера, хлебу – мера, деньгам – счет». Поэтому и судят о человеке по делам: «Не по словам судят, а по делам».

Русский часто говорит: «Слово к делу не пришьешь (не подошьешь)», что означает ‘слова ничего не доказывают; нельзя использовать сказанное кем-либо в качестве документа, подтверждающего или опровергающего что-либо’.

Интересна связка слово – голова: «Дубовую голову не проймешь словом, надо колом», «За худые слова слетит и голова».

Модель «слово» репрезентирует стереотипные представления русских о слове, его роли в жизни человека. При анализе ценностной составляющей семантемы выявлена ее полярная оценочность, на основе которой формируются устойчивые менталитетные связки (слово – дело, речь – молчание, доброе / ласковое – грубое / недоброе, крепкое слово – верное и др.).


Библиографический список
  1. Иванова Е.В. Пословичная концептуализация мира (на материале английских и русских пословиц): автореф. дисс. докт. филол. наук. СПб., 2003.
  2. Борисова И.И. Слово как ключевая единица в русской языковой картине мира: автореф. дисс. канд. филол. наук. М., 2011.
  3. Кочнова К.А. Языковая модель пейзажа писателя: аспекты исследования // Филологические науки. Вопросы теории и практики. 2015. № 3-1 (45). С.115-117.
  4. Кочнова К.А. Уникальные менталитетные связки слов в русской языковой картине мира // Филологические науки. Вопросы теории и практики. 2016. № 2-1 (56). С. 122-124.
  5. Кочнова К.А. Вопросы изучения языковой картины мира писателя // Гуманитарные научные исследования. 2014. № 11 (39). С. 51-54.


Все статьи автора «Кочнова Ксения Александровна»


© Если вы обнаружили нарушение авторских или смежных прав, пожалуйста, незамедлительно сообщите нам об этом по электронной почте или через форму обратной связи.

Связь с автором (комментарии/рецензии к статье)

Оставить комментарий

Вы должны авторизоваться, чтобы оставить комментарий.

Если Вы еще не зарегистрированы на сайте, то Вам необходимо зарегистрироваться: