В современном мире семья продолжает оставаться важнейшей социальной и психологической основой личности. Изучение семейных сценариев приобретает особую значимость ввиду изменения структуры семейных отношений, растущей социальной динамичности и усиления влияния внешних факторов на индивидуальное развитие. Влияние семьи на личность каждого человека огромно. В семье формируются устойчивые модели поведения, отношений и ролей, которые передаются из поколения в поколение – это семейные сценарии. Они часто формируются бессознательно и сильно влияют на личностное развитие и психику членов семьи.
Проблема социальной фрустрированности сегодня становится все более значимой в психологическом консультировании и семейной терапии, поскольку уровень удовлетворенности жизнью существенно влияет на формирование здоровых семей и гармоничных взаимоотношений внутри нее. Нестабильность социально-экономической ситуации формирует благоприятную почву для распространения состояния социальной фрустрированности среди различных слоев населения. Кроме того, социальная фрустрированность оказывает негативное влияние на психическое и физическое здоровье человека.
Развитие социальной фрустрированности может происходить под воздействием многих факторов, как внешних, так и внутренних. Семейные сценарии, передаваемые из поколения в поколение, формируют представления о ролях, обязанностях и ожиданиях в семейных отношениях. Таким образом, актуальность данной темы обусловлена как объективными социально-экономическими процессами, происходящими в обществе, так и необходимостью совершенствования методов психологической помощи семьям, находящимся в состоянии кризиса [1, с.86].
Существует противоречие между различными представлениями о формировании социальной фрустрированности у лиц с разными семейными сценариями. С точки зрения ряда авторов семейные сценарии рассматриваются как устойчивые модели взаимодействия, закладываемые в детстве, которые во многом формируют поведение и адаптацию личности в обществе, в том числе восприятие социальных трудностей и чувство фрустрированности (Э. Берн, М. Боуэн, К. Штайнер) [2, с.34]. По мнению других авторов уровень социальной фрустрированности воспринимается как переменная, сильно зависящая от внешних социальных условий и личностных факторов, а не только от семейных моделей (К. Левин, Т. Н. Балина, Н. В. Малова) [3, с.101]. Кроме того, наблюдаются значительные расхождения в оценке степени влияния социальной фрустрированности на выбор моделей поведения в семье и развитие индивидуальных жизненных сценариев.
Для всестороннего изучения темы внимание уделялось изучению трудов, посвященных транзактному анализу (Э. Берн), интерпретации теории жизненных сценариев (А. Р. Алюшева, Н. В. Гришина, М. Джеймс, С. П. Лукьянова), социальной фрустрированности (Р. Р. Валиева, Г. М. Льдокова, К. З. Сансызбаева, А. И. Шевелев, Л. И. Вассерман, А. А. Дмитроченко).
Основная выявленная проблема заключается в несоответствии между традиционными, часто ригидными семейными сценариями, усвоенными в родительской семье, и требованиями современной и конкурентной социальной среды, что приводит к формированию хронической социальной фрустрированности и дезадаптивным стратегиям в собственной семье индивида. Это порождает необходимость научного обоснования способов дифференцированного подхода к диагностике и профилактике нарушений в функционировании семьи с учетом различий в уровнях социальной фрустрированности.
Таким образом, теоретический анализ подтвердил высокую социальную и практическую значимость изучения взаимосвязи семейных сценариев и социальной фрустрированности. Для получения конкретных данных, которые могли бы лечь в основу программ психологической помощи, было проведено эмпирическое исследование, описание методологии которого представлено ниже.
Для достижения поставленной цели и проверки гипотезы о существовании особенностей в семейных сценариях у лиц с разным уровнем социальной фрустрированности было организовано эмпирическое корреляционное исследование.
Исследование проводилось на базе факультета философии и психологии Воронежского государственного университета. Выборку составили 146 респондентов в возрасте от 20 до 21 года, из них 129 девушек и 17 юношей. Критериями включения являлись возраст (студенческая молодежь) и добровольное информированное согласие на участие.
Для сбора эмпирических данных был использован комплекс психодиагностических методик:
1) генограмма М. Боуэна, которая служит для глубинного качественного анализа межпоколенческой передачи паттернов поведения, эмоциональных процессов, уровня дифференциации «Я» и ключевых сценарных убеждений. В рамках исследования под семейным сценарием понимается межпоколенческий жизненный план в традициях трансактного анализа Э. Берна, формирующий базовые паттерны восприятия, оценки и поведения в ключевых социальных сферах. Опросник был разработан для оценки реализации позитивных или негативных сценариев в конкретных жизненных областях: отношения между супругами, профессиональная деятельность, финансовое положение, модель отношений со своими детьми и общественный статус [4, с.33];
2) методика диагностики уровня социальной фрустрированности Л. И. Вассермана (в модификации В. В. Бойко). Данная методика позволила измерить интегральный показатель социальной фрустрированности, а также оценить степень неудовлетворенности в отдельных социально значимых сферах жизни (профессиональной, экономической, сфере взаимоотношений). На основе полученных данных респонденты были дифференцированы на группы с низким, средним и высоким уровнем социальной фрустрированности [5, с.45].
Для статистической обработки результатов применялись методы описательной статистики (расчет средних значений и стандартных отклонений) и методы сравнительного анализа (для выявления различий в семейных сценариях между группами с разным уровнем фрустрированности). Обработка осуществлялась с использованием специализированного программного обеспечения для статистического анализа.
Исследование выявило, что среди общей выборки респондентов (146 студентов) преобладает средний уровень социальной фрустрированности, который зафиксирован у 72% (105 человек). Низкий уровень продемонстрировали 17% (25 человек), а высокий – 11% (16 человек) испытуемых.
Анализ результатов, полученных с помощью генограммы М. Боуэна, позволил установить качественные особенности реализуемых семейных сценариев. Так, у лиц с высоким и средним уровнем социальной фрустрированности в подавляющем большинстве случаев (более 80%) наблюдается реализация негативных, ригидных сценариев. Эти сценарии характеризуются преобладанием конфликтных паттернов взаимодействия, наличием деструктивных установок запретительного типа (например, «Не достигай успеха», «Не доверяй»), а также воспроизведением дисфункциональных моделей поведения в ключевых сферах жизни. В частности, в профессиональной сфере доминируют сценарии, связанные с избеганием карьерного роста или саботажем собственных достижений (выявлено у 78% в группе с высоким уровнем фрустрированности). В финансовой сфере наблюдается сценарное поведение, ведущее к хронической нестабильности и неудовлетворенности материальным положением. В сфере семейных отношений (как супружеских, так и детско-родительских) часто воспроизводятся модели эмоциональной холодности, контроля или конфликтности, усвоенные в родительской семье.
Напротив, у лиц с низким уровнем социальной фрустрированности статистически значимо чаще (в 68% случаев) реализуются позитивные и гибкие семейные сценарии. Данные сценарии отличаются преобладанием разрешающих установок (например, «Ты можешь быть успешным», «Ты достоин любви»), адаптивностью и партнерскими, конструктивными моделями отношений. Для этой группы характерны сценарии, направленные на достижение успеха в профессиональной деятельности, формирование устойчивого финансового благополучия и построение доверительных, близких отношений в собственной семье.
Для статистической проверки гипотезы о различиях в семейных сценариях у лиц с разным уровнем социальной фрустрированности применялся H-критерий Краскела-Уоллиса, предназначенный для сравнения трех и более независимых выборок. Качественные данные, полученные методом генограммы (описание типа семейного сценария), были предварительно преобразованы в количественный порядковый показатель: негативному сценарию присваивался 1 балл, смешанному – 2 балла, позитивному – 3 балла. Выборка (146 респондентов) была разделена на три группы на основе диагностики уровня социальной фрустрированности по методике Вассермана-Бойко: группа с низким уровнем (32 респондента), средним (80 респондентов) и высоким (34 респондента). Результаты анализа выявили статистически значимые различия между группами (H = 48.72; p < 0.001), что позволило отвергнуть нулевую гипотезу об отсутствии различий. Для детализации этих различий было проведено попарное сравнение групп с использованием U-критерия Манна-Уитни с поправкой Бонферрони, которое подтвердило, что группа с низкой фрустрированностью характеризуется значимо более позитивными сценариями по сравнению как со средней (p = 0.011), так и с высокой (p < 0.001) группами, а группа с высокой фрустрированностью – значимо более негативными сценариями по сравнению со средней группой (p = 0.003). Таким образом, статистический анализ установил четкую упорядоченную взаимосвязь: повышение уровня социальной фрустрированности статистически значимо сопряжено с увеличением доли негативных и смешанных семейных сценариев.
Полученные данные свидетельствуют, что транслируемый в семье межпоколенческий жизненный план выступает глубинным предиктором социального самочувствия, формируя индивидуальную «карту реальности» и устойчивые стратегии совладания с вызовами взрослой жизни. Эти выводы обосновывают необходимость включения анализа и коррекции семейных сценариев в программы психологического сопровождения студентов, направленные на профилактику дезадаптации и повышение психологического благополучия.
Библиографический список
- Майер Н. Фрустрация: поведение без цели / Н. Майер. – Москва : ВЛАДОС, 2005. – 256 с.
- Берн Э. Игры, в которые играют люди: психология человеческих взаимоотношений. Люди, которые играют в игры: Психология человеческой судьбы / Э. Берн; Общ. ред. М. С. Мацковского. – Санкт–Петербург: Лениздат, 1992. – 399 с.
- Льдокова Г. М. Исследование социальной фрустрированности / Г. М. Льдокова, Р. Р. Валиева // Международный журнал прикладных и фундаментальных исследований. – 2012. – №1. – C. 143–148.
- Теория семейных систем Мюррея Боуэна: основные понятия, методы и клиническая практика (2005) / К. Бейкер, А. Я. Варга. Москва: Когито–центр, 2008. – 494 с.
- Методика диагностики уровня социальной фрустрированности Л. И. Вассермана в модификации В. В. Бойко // Малкина–Пых И. Г. Психосоматика: Справочник практического психолога. – Москва : Изд–во Эксмо, 2005. – С. 134.