Сегодня такие интернет-компании, как Google, Amazon, YouTube и ряд других, стали неотъемлемой частью цифровой инфраструктуры не только для экономической деятельности, но и для социального взаимодействия, включая формирование общественного мнения по всему миру и даже для лоббирования определенных политических институций. Эти корпорации контролируют огромные объёмы данных и фактически задают правила взаимодействия для бизнеса, частных пользователей и даже правительств – как в интернете, так и за его пределами. Раньше регулирование происходило в основном через законы о конкуренции и антимонопольные меры. Но со временем их эффективность снизилась. В ответ некоторые страны – например, Китай, Россия и Индия – начали развивать собственные цифровые платформы. Это позволило им самим управлять критически важными сервисами и данными, формировать независимую цифровую экосистему и уменьшать зависимость от американских компаний. Такой путь представляется одним из решений для снижения геополитических рисков реализации экономической модели, завязанной на широчайшее использование цифровой инфраструктуры.
В середине 2000-х годов, когда западные интернет-платформы стали приобретать все большую популярность во всём мире, многие страны начали осознавать и по достоинству оценивать стратегическую важность цифровой инфраструктуры для распространения контента.
Китай и Россия одними из первых поставили во главу угла вопрос осуществления государственного контроля над ключевыми интернет-сервисами в ответ на стремительно возрастающие опасения по поводу влияния иностранных компаний на общественное мнение в своих странах. Это привело к разработке и внедрению мер, направленных на предотвращение потери прежде всего политического контроля. Так, например, в Китае буквально с момента подключения к глобальному интернету в 1990-х годах, интернет-индустрия развивалась исключительно с целью стимулирования экономического роста и госконтроля над внутренней интернет-инфраструктурой. Изначально национальный рынок был относительно открыт для американских компаний и капитала, то есть иностранные компании могли достаточно свободно выходить на него и инвестировать в него. Однако западные компании не успели здесь добиться больших успехов, потому что с запуском «Великого китайского файрвола» в начале 2000-х годов китайское правительство ввело систему фильтрации и блокировки определённых иностранных веб-сайтов. Вскоре после этого началась систематическая блокировка доступа к политически важному и чувствительному контенту, а к 2009 году глобальные платформы, такие как Facebook, Twitter, Google и YouTube, были вообще полностью заблокированы. С одной стороны, это привело к вытеснению западных компаний из китайской цифровой экосистемы, а с другой – открыло широкие возможности для развития собственных национальных интернет-компаний. В результате совсем за короткое время Baidu стала ведущей национальной поисковой системой, Tencent разработала популярные приложения для социальных сетей и обмена сообщениями, а Alibaba создала мощные платформы для электронной коммерции и продвинутые облачные сервисы. Все эти корпорации значительно преуспели и в качестве национальных альтернатив ведущим глобальным сервисам на мировом рынке.
Россия, в отличие от Китая, не изолировала свой внутренний рынок из-за другой технологической архитектуры своей интернет-инфраструктуры. Например, у России всегда было больше трансграничных интернет-подключений, чем у Китая, а российские платформы без особых конфликтов сосуществовали с западными. Отечественная экосистема в поисковиках, социальных сетях и электронной коммерции стала лидером внутреннего рынка по иной причине – она привлекала пользователей благодаря русскому языку и хорошему знанию потребностей пользователей. Открытость российских платформ стала использоваться в политических целях, как инструмент иностранного влияния, представляющий угрозу стабильности и безопасности общества. Поэтому вполне обоснованно сохраняя цифровой рынок открытым как для российских, так и для зарубежных компаний, российское правительство приняло ряд кардинальных мер для усиления контроля над интернет-контентом. Также, как и в Китае, одновременно создавались благоприятные условия для развития стратегически важных цифровых и коммуникационных платформ, таких Яндекс, Mail.ru, ВКонтакте и т.д. Законодательно правительство обязало предустанавливать отечественные сервисы на смартфоны, продаваемые в России.
Со второй половины 10-х годов, по мере нарастания напряжённости в отношениях между Россией и Западом, правительство начало активно поддерживать развитие национальных технологий на различных рынках. Эти усилия были направлены на то, чтобы в случае недоступности западных сервисов отечественная критически важная цифровая инфраструктура оставалась работоспособной и под контролем. В итоге уже в начале 20-х годов в России уже существовали вполне конкурентоспособные отечественные платформы для большинства услуг: в сфере электронной коммерции (Ozon, Wildberries, Яндекс.Маркет вместо Amazon и eBay), офисных решений (МойОфис, Р7‑Офис вместо Microsoft Office), социальных сетей и видеохостинга (ВКонтакте, RuTube вместо Facebook, Instagram и YouTube), которые ранее предоставлялись американскими или европейскими компаниями.
Цифровая инфраструктура Индии в области открытых данных развивалась отличным от Китая и России путем. Если эти страны создавали цифровые экосистемы в основном за счёт экономических и политических ограничений, то Индия начала активно развивать и инвестировать в общественную цифровую инфраструктуру, которая служит как гражданам, так и предпринимателям. Данный подход отражает более широкую проблему, с которой сталкиваются многие страны, суть которой состоит в том, что американские платформенные гиганты, такие как Amazon, Google и Meta, выступают в данных системах в роли т.н. «привратников». Например, они контролируют доступ к основным цифровым рынкам, а это значит, что многие национальные индийские компании и простые предприниматели не могут найти себе клиентов без использования зарубежных (прежде всего американских) сервисов. Эти платформы сами устанавливают правила участия, размеры комиссий, условия проведения транзакций и т.п. Кроме того, они собирают огромное количество данных о пользователях и их бизнес-поведении, что даёт интернет-гигантам стратегическое преимущество перед конкурентами.
С целью решения данной проблемы в 2015 году правительство Индии запустило кампанию «Цифровая Индия», направленную на создание национальной цифровой инфраструктуры, способной стать альтернативой существующим иностранным платформенным экосистемам. Ключевая инициатива India Stack предусматривает создание открытых сетей передачи данных и обеспечивает обмен данными между государственными службами, государственными учреждениями, разработчиками приложений, компаниями и даже стартапами. Это осуществляется с помощью системы открытых интерфейсов прикладного программирования (API), которые представляют собой стандартизированные инструменты, позволяющие различным цифровым сервисам взаимодействовать и безопасно обмениваться данными.
Помимо этого, чтобы снизить зависимость от доминирующих иностранных платформ, правительство Индии инициировало создание открытой сети для цифровой коммерции (ONDC). Это решение направлено на ограничение влияния Amazon и, в то же время, на поддержку развития национальных технологий, в том числе магазинов приложений и операционных систем. Таким образом, сокращая роль западных посредников, правительство Индии стремится добиться того, чтобы большая часть выгод от цифровой экономики распределялась между местными компаниями и предпринимателями, а не доставалась зарубежным интернет-гигантам.
Путь Европы в решении обсуждаемых проблем существенно отличается от инициатив Китая, России и Индии. Европа, будучи тесно связанной геополитически с США, и, разумеется, с глобальной платформенной экономикой, смогла добиться некоторых скромных результатов только в отдельных отраслях бизнеса, например, в сфере электронной коммерции, такси и доставки [1]. Однако ни одна из европейских компаний не смогла заменить доминирующие платформы из США. На протяжении длительного времени Европа позиционировала себя как часть трансатлантического потребительского интернет-рынка, а культурное и геополитическое сближение с США способствовало распространению доминирующих платформ в европейских странах. Например, в сфере госуслуг европейские правительства неизменно отдавали предпочтение Amazon или Microsoft как главным партнерам по предоставлению программного обеспечения в сфере образования и здравоохранения. Существующие правила, позволяющие американским интернет-гигантам относительно легко приобретать европейские компании, еще больше усилили эту зависимость. Следует признать, что в некоторых случаях в европейском информационном пространстве американские платформы подвергались критике за свой подход, ориентированный исключительно на получение прибыли и создающий угрозу для европейских институтов [2]. Эти подчеркивалось, что, ставя корпоративные интересы выше общественной ответственности, эти американские интернет-гиганты получили неоправданно и непропорционально большое влияние на европейских рынках, влияя не только на критически важную цифровую инфраструктуру, но и на принимаемые политические решения.
Справедливости ради следует отметить, что в последнее время европейские политики и законодатели начали пересматривать зависимость ЕС от иностранных технологий в ключевых отраслях, включая интернет и телекоммуникации. К таким решениям вполне обоснованно подталкивают данные статистики: по оценкам, на долю неевропейских поставщиков приходится более 80% цифровых продуктов, услуг, инфраструктуры и интеллектуальной собственности Евросоюза. Это означает, что большая часть программного обеспечения, приложений и цифровых инструментов, которыми пользуются европейцы, производится за пределами континента. Разработка собственных цифровых технологий без зависимости от иностранных компаний стала центральной темой в сфере цифровой политики ЕС, однако несмотря на появившиеся инициативы, до сих остается неясным какой путь будет выбран в этом развитии. Очевидно, что европейское хочет создать цифровую модель, отличающуюся от американской или китайской, которая будет отличаться более высокой степенью подотчётности перед потребителями, компаниями и работниками [3]. Предполагается, что подобные платформы будут функционировать на основе более прозрачных алгоритмов обработки данных, предоставлять ясные правила и механизмы ценообразования, а также открытые системы рекомендаций и ранжирования. Их деятельность должна способствовать поддержанию честной конкуренции и обеспечению улучшенных условий труда для работников за счёт справедливого вознаграждения и гарантированных прав.
Таким образом, опыт разных стран показывает, что создание национальных платформ-альтернатив представляет собой сложный и долгосрочный процесс, который зависит от геополитических решений и предпочтений, технологических возможностей компаний и конкретных рыночных условий. Разные государства пошли разными путями в создании собственной цифровой инфраструктуры. Если Китай и Россия сделали ставку на уже имевшихся и зарождающихся национальных компаний-лидеров, то в Индия предпочла перераспределить влияние американских платформ и своих собственных ради создания более справедливой цифровой экосистемы. Европа с её особой политической, социальной и экономической средой до сих пор сталкивается с трудностями в выработке единого понимания зачем ей нужны автономные платформы, какие услуги и отрасли следует считать стратегически важными. Общим для всех этих регионов является стремление к созданию платформенной экономики, конкурентоспособной и как можно более соответствующей их собственным ценностям и приоритетам.
Библиографический список
- Андрущук В. В., Длусская В. В., Мальсагова Р. Г. Платформизация как неизбежный процесс становления цифровой экономики России // Экономика строительства. 2023. №4. URL: https://cyberleninka.ru/article/n/platformizatsiya-kak-neizbezhnyy-protsess-stanovleniya-tsifrovoy-ekonomiki-rossii (дата обращения: 16.11.2025).
- Добринская Дарья Егоровна Что такое цифровое общество? // Социология науки и технологий. 2021. №2. URL: https://cyberleninka.ru/article/n/chto-takoe-tsifrovoe-obschestvo (дата обращения: 16.11.2025).
- Зверева Г. И. Концепции "платформенного общества" в современных социокультурных исследованиях // Вестник РГГУ. Серия: Литературоведение. Языкознание. Культурология. 2019. №8-1. URL: https://cyberleninka.ru/article/n/kontseptsii-platformennogo-obschestva-v-sovremennyh-sotsiokulturnyh-issledovaniyah (дата обращения: 16.11.2025).