УДК 125

ИНОБЫТИЕ ВРЕМЕНИ В ЕВРОПЕЙСКОЙ ФИЛОСОФСКОЙ ТРАДИЦИИ XIX-XX ВЕКОВ

Смирнова Елена Владимировна
Нижегородский государственный педагогический университет им. Козьмы Минина
аспирант

Аннотация
Статья посвящена раскрытию и эволюции понятия вечности как инобытия времени в контексте философских исследований XIX-XX веков. Приводятся современные модели вечности, обсуждаются причины их формирования и влияние на ключевые философские интерпретации вечности прошлых веков.

Ключевые слова: , , , , , , , ,


Рубрика: 09.00.00 ФИЛОСОФСКИЕ НАУКИ

Библиографическая ссылка на статью:
Смирнова Е.В. Инобытие времени в европейской философской традиции XIX-XX веков // Современные научные исследования и инновации. 2018. № 1 [Электронный ресурс]. URL: http://web.snauka.ru/issues/2018/01/85721 (дата обращения: 09.06.2018).

Под ино­­бытием временем в данной статье будет пониматься вечность или безвременье, т.е. вынесение за рамками пространственно-временных отношений. Толчок для такого понимания в рамках современной философии был дан Кантом, понимавшим вечное как антиномию конечного [1]. Спирина А.А. отмечает, «вечность понимается [Кантом] не как бесконечная длительность, … это невозможно, ибо в ней отсутствует масштаб, а как моральная сверхчувственная сфера» [2].

Однако гораздо раньше сходное понимание вечности можно найти в книгах Ветхого Завета.  Богослов А.А. Зайцев в православной энциклопедии так ее описывает «[Вечность] есть свойство безначального Божественного бытия, которое противопоставляется изменчивой и быстротекущей временной жизни». Подобное понимание было перенято святоотеческой традицией. Его можно найти в трудах Афанасия Великого и каппадокийцев  (Григория Нисского, Василия Великого, Григория Богослова). Они проводят четкую границу между тварной вечностью и божественной вечностью как инобытием временности [3].

Именно из опыта раннехристианских общин выводит свое понятие о времени Хайдеггер. Как отмечает доктор философских наук В.А. Фриауф,  «[первый философский опыт для него] был опыт переживания вневременности, или, если так можно выразиться, опыт переживания времени всех времен, опыт кайроса, но не хроноса» [4].

Современные философы, в частности,   А.Н. Смолина, выделяют две основные модели вечности – восточную и западную.  Основным отличием второй от первой является, по мнению автора, в первую очередь, наличие ярко-выраженного трансцендентального субъекта, причем определяющим является его разум, ratio. Это, в отличие от восточной модели, определяет возможность субъекта влиять на саму структуру вечности, активно и творчески ее преобразовывая, более того, субъект становится и источником вечности, например, конструируя вечное знание, вечные ценности, вечные истины [5, c. 83-91].

Принципиально иная картина в восточной модели вечности. Это лишь место пребывания субъекта, абсолютная данность, от субъекта не зависимая, данность, существующая сама  по себе. Более того, степень самостоятельности этой данности дает возможность ее саму по отношению к личности рассматривать как субъект.

Еще одним важным элементом в европейской модели вечности является так называемый «нередуцируемый остаток» – пустое место, свободное от заполнения какими-либо структурами или культурными паттернами. Этот остаток является местом прорыва временного объекта (человека) в вечность, временное инобытие.

И.Кант, открывающий и задающий направление философии XIX века,  говорит о вневременности вещей в себе в «Критике практического разума». П.П. Гайденко видит в этом особом вневременном мире гарант для доктрины свободы воли Канта. В данном случае остаток оказывается мостиком из мира ноуменов в мир феноменов. Он определяет возможность свободы, имеющей основание в самой себе, в противоположность временным причинно-следственным связям, определяющим причину вещи всегда из другой вещи [6, c. 188].

Таким образом, само понятие вечности как инобытия времени мы можем найти еще в Библии и трудах первых христианских апологетов, а заново перерабатывается эта концепция, задавая модель вечности с неким нередуцируемым остатком, который определяет возможность перехода от времени к вечности, в трудах Канта.

Осмысление этого «пустого места» в последующей философской традиции происходило с разных позиций и занимало важное место в философии XIX-XX веков. Смолина приводит ряд примеров в работах ведущих европейских философов – «ужас» Хайдеггера, «эпохе» Гуссерля, «дыра в бытие» Сартра. Сюда же можно причислить «страх и ужас» Кьеркегора, «черную дыру» Шелера  и пр. В общем смысле, можно сказать, что это такое состояние личности, которое принципиально вырывает ее из структуры временных отношений и событий, от суетности и проходящих переживаний этого мира, давая ей мистический опыт соприкосновения с трансцендентальным.

Уже в трудах Фихте меняется этот паттерн от морального к творчески активному. Он рассматривает время «в качестве продуктивной способности воображения, а последняя есть не что иное, как самопроизвольная активность Я» [6, c. 203]. Фактически мы имеем здесь так же с неким явлением, которое не имеет причины в мире явлений. Это традиция продолжается Шеллингом, для которого «субъективное – это первичное и вместе с тем единственная основа всякой реальности, единственный принцип для объяснения всего остального» [6, c. 214].

Обычно в вопросе истории  представлений о времени отмечается ключевой точкой общая теория относительности Эйнштейна, которая положила конец метафизическому в этом вопросе и «отменила» абсолютное время Ньютона. Однако так ли это на самом деле? Помимо очевидных материалистов, на труды которых во многом опирался Эйнштейн, от Кондильяка до Маха, его теория базируется на работах Анри Пуанкаре, который не только не устранил метафизику из физики, но придал ей новое звучание [6, c. 246]. Теорема о возвращении фактически дает основания для множественных миров Дж. Бруно, утверждая цикличный характер времени и возвращая вечности свои права [7, c. 205-212]. Тут можно возразить, что вечность Пуанкаре носит характер растянувшегося до бесконечности времени, однако это не совсем так. Скорее, именно время теряет свою почву в рассуждениях ученого, как минимум, в двух аспектах:

  1. Относительность одновременности лишает время статуса абсолютного.
  2.  При условии, что любое состояние системы повторится или приблизится к изначальному, оказывается бессмысленным понимание времени как меры изменений системы. Любые изменения имеют смысл только на определенном отрезке времени.

Таким образом, вечность Пуанкаре скорее антипод времени, во всяком случае в ньютоновском его понимании. Хотя ученый не дает ее конкретных определений, а скорее задает некий вектор для развития дальнейших представлений.

Присутствует ли вечность в рассуждениях самого Альберта Эйнштейна? Если да, то, очевидно, в несколько иносказательной форме. Так, Кедров, автор книги «Альберт Эйнштейн. Без формул» утверждает следующее: «После открытия Эйнштейна стало ясно, что имя вечности — скорость света, а тело ее — пространство-время Минковского — Эйнштейна. Что же касается линии судьбы, то имя ей — Линия мировых событий» [8].  Таким образом, вечность сохраняется в той или иной форме и в научном осмыслении, которое оказало серьезное влияние на последующее развитие философии. В теории относительности уже сложнее выделить, как и «нередуцируемый остаток»,  так и трансцендентное, в принципе. Вечность, осмысленная таким образом оказывается целиком посюсторонней.

Определив некоторую точку, знаменующую начала появление описанной Смолиной модели, необходимо понять, актуальна ли она по сей день или она прошла определенный путь, завершившись, или преобразовалась под воздействием так называемого «кризиса  метафизики». П.П. Гайденко приводит слова Э. Жильсона, который убежден, что вместе с отменой метафизики Хайдеггером оказалось лишенным смысла и понятие вечности [6, c. 414]. Таким образом, в философии Хайдеггера с одной стороны остается паттерн для выхода в вечность, а с другой возникают предпосылки для ее отмены, т.к. сам факт неизбежной конечности человека определяет его бытие.

Альтернативой хайдеггеровской концепции становится философствование Зедльмайра  – Тиллиха. В данном случае вечность приобретает иную  интерпретацию, она перестает быть вынесена за временные рамки, она становится растянутым до бесконечности моментом сейчас. И в этом случае, как и в интерпретации Эйнштейна Кедровом она оказывается целиком здесь, имманентной этому миру.

Сходная ситуация и с таким направлением философии, как философия жизни. Творческий порыв Бергсона и воля Шопенгауэра целиком реализуется здесь и сейчас, и хотя во втором случае она оказывается враждебной человеку, именно она есть вечность, соприкасается с которой человек лишь в процессе своей временной жизни.

Подводя итог, можно сказать, что сам факт возможности творческого преобразования вечности, ее самостоятельного конструирования, как ключевая черта европейской модели, привел к тому, что вечность в XX веке оказалась полностью внесена в мир, полностью ему имманентна. И хотя тот нередуцируемый остаток, о котором пишет Смолина можно обнаружить в большинстве философских систем прошлого столетия, он не является путем выхода за рамки бытия, а становится лишь способом контакта с вечностью, как этого бытия данностью.

Поделиться в соц. сетях

0

Библиографический список
  1. Смирнов А.В. Вечность // Новая философская энциклопедия [Электронный ресурс]. URL: https://iphlib.ru/greenstone3/library/collection/newphilenc/document/HASH0194de7044398e2c5d864994.
  2. Спирина П.Ю. Концептуализация времени: вечность, временность, мгновение // Вестник Государственного Ленинградского университета, 2009. URL: https://cyberleninka.ru/article/v/kontseptualizatsiya-vremeni-vechnost-vremennost-mgnovenie.
  3. Зайцев А.А. Вечность // Православная энциклопедия [Электронный ресурс]. URL: http://www.pravenc.ru/text/158324.html.
  4. Фриауф В.А. Время и вечность в контексте русской духовности. http://stsl.ru/news/all/vremya-i-vechnost-v-kontekste-pravoslavnoy-russkoy-dukhovnosti“>URL:http://stsl.ru/news/all/vremya-i-vechnost-v-kontekste-pravoslavnoy-russkoy-dukhovnosti.
  5. Смолина А.Н. Модель вечности как модель организации истории. Фигуры истории или “общие места” историографии. Вторые санкт-петербургские чтения по теории, методологии и философии истории / Отв. ред. А.В. Малинов. СПб.: Изд-во “Северная звезда”, 2005.
  6. Гайденко П.П. Время. Длительность. Вечность. Проблема времени в европейской философии и науке. – М.: Прогресс-Традиция,2006. – 464 с.
  7. Арнольд В.И. Математические методы классической механики. М.: Эдиториал УРСС. 2003. 416 с.
  8. Кедров К.А. Альберт  Эйнштейн. Без формул. М.: Мысль, 2005. URL: https://www.stihi.ru/2009/10/08/180.


Количество просмотров публикации: Please wait

Все статьи автора «Смирнова Елена Владимировна»


© Если вы обнаружили нарушение авторских или смежных прав, пожалуйста, незамедлительно сообщите нам об этом по электронной почте или через форму обратной связи.

Связь с автором (комментарии/рецензии к статье)

Оставить комментарий

Вы должны авторизоваться, чтобы оставить комментарий.

Если Вы еще не зарегистрированы на сайте, то Вам необходимо зарегистрироваться:
  • Регистрация