УДК 37.036

ЖИЗНЬ И УЧЕБА В САМАРСКОМ ДУХОВНОМ УЧИЛИЩЕ СТО ЛЕТ НАЗАД

Свечников Владимир Серафимович
Саратовский государственный технический университет имени Гагарина Ю.А.
доктор социологических наук, профессор кафедры «Природная и техносферная безопасность»

Аннотация
Данная статья написана на основе личных архивных материалов. В ней описана учеба и быт ученика самарского духовного училища, описано её устройство, местоположение и художественное и эстетическое воспитание в воспоминаниях ученика начала 20 века. Использование личных архивных материалов особенно актуально для выявления повседневных аспектов прошлого.

Ключевые слова: быт, духовное училище, учёба


LIFE AND STUDIES IN SAMARA RELIGIOUS SCHOOL A HUNDRED YEARS AGO

Svechnikov Vladimir Seraphimovich
Yuri Gagarin State Technical University of Saratov
Professor of "Nature and Technosphere safety" Department, Doctor of Social Sciences, Associate Professor

Abstract
This article was written on the basis of personal archival materials. It describes the study and life of Samara religious school student, described its device, location, and artistic and aesthetic education of the student in his memoirs early 20th century. Use of personal archival materials is especially important to identify the everyday aspects of the past.

Рубрика: 24.00.00 КУЛЬТУРОЛОГИЯ

Библиографическая ссылка на статью:
Свечников В.С. Жизнь и учеба в Самарском духовном училище сто лет назад // Современные научные исследования и инновации. 2015. № 2. Ч. 4 [Электронный ресурс]. URL: http://web.snauka.ru/issues/2015/02/45373 (дата обращения: 30.09.2017).

Подчас мы не отдаём себе отчета, не замечаем, сколько предметов быта, детских игр, школьных учебников, мелких деталей повседневности прошлого века кануло в вечность. Читая русскую классическую художественную литературу прошлых веков, мы то и дело натыкаемся на непонятные термины, слова, названия уже исчезнувших сел, станиц. Хорошо, если в конце есть примечания, всё это поясняющие. Особое значение для исторической науки начинают приобретать открываемые в наше время для широкого изучения личные, семейные архивы. Они дают неоценимую возможность взглянуть на обстоятельства жизни, подчас незамеченные в официальных отчётах, хранимых в государственных архивах.

Мой дедушка, Свечников Вениамин Димитриевич (1881-1961), прожил интересную, наполненную яркими историческими событиями, жизнь. Он окончил три класса земской школы в селе Натальино, Самарской губернии. Затем учился в духовном училище, в Самарской духовной семинарии и в Санкт-Петербургской духовной академии, которую окончил со степенью кандидата богословских наук в 1909 году [1]. Первая мировая война и Октябрьская революция застала его в Петрограде. В 1930 года он с семьёй поселился в Саратове, где до пенсии проработал заведующим учебной частью педагогического училища. На закате жизни в 1957-61 годах дедушка записал три толстых тетради своих воспоминаний. В настоящее время я сканирую, перепечатываю и анализирую текст мемуаров моего деда. Особенный интерес для меня представляют описания дней учебы дедушки в различных учебных заведениях. Такой источник исторического знания личного происхождения, на мой взгляд, представляет несомненный интерес для социологии повседневности, культурологии, педагогики начальной школы.  Вот так дедушка описывает самые ранние годы своей жизни и учёбы.

«… Окончил я земскую школу совсем юнцом в 1890 году, мне исполнилось только 9 лет. Год пробыл ещё, помогая отцу, занимался под его руководством с младшими отделениями. Поступать никуда нельзя. Когда мне исполнилось десять лет, папа отвёз меня в село Екатериновку [2], там было министерское двухклассное училище с двухгодичным обучением. Я начал учиться в этом училище. Заведующим и учителем русского языка и арифметики был С.М.Алексеевский, историю и естествознание с географией преподавал Н.С.Теплов, Закон Божий – священник А.К.Волковский.

Екатериновка была большим торговым селом. Стояла вдали от Волги на реке Безенчуг. Большое займище, вёрст 7 в поперечнике отделяло село от Волги, которая в разлив подходила вплотную к селу. Когда я учился в двухклассном училище, знакомые говорили папе и маме, что мне нужно наметить более достойную, широкую дорогу. Меня решили определить в духовное училище.

В августе месяце я 1895 года я сдавал вступительный экзамен. По своим знаниям я мог бы поступить в 4-й класс, но на пути встали языки – латинский и греческий, и мне пришлось начать ученье со второго класса Самарского духовного училища [3].

Новое учебное заведение. Большое количество учащихся. Разнообразие предметов. Много преподавателей. Новая для меня обстановка, к которой нужно было привыкать, в неё нужно было вживаться. Училище было в большом городе, Самаре, который стоял на берегу большой реки Волги. С другой стороны Самару опоясывала другая река, почти перпендикулярно впадающая в Волгу, река Самарка. На этой реке стояла и с. Бобровка [4], в которой мы жили».

Автор мемуаров открывает читателю имена учителей двухклассного земского училища в селе Екатериновке Самарской губернии. Это небольшое училище, поскольку один учитель должен был вести сразу несколько предметов. В Самарском духовном училище изучались латинский и греческий языки. Важно, на мой взгляд, замечание о том, что абитуриент мог сразу поступить в 4-й класс. В училище тех лет допускалась система сдачи экзаменов экстерном.

«… Самара поразила меня своими масштабами. Она красиво располагалась на довольно высоком левом берегу Волги. Улицы террасами опускались к реке, одни шли параллельно берегу, другие тянулись вверх перпендикулярно. Мой взор, как сельского жителя, поражали размеры зданий, их разнообразная красота, стройный порядок расположения в улицах. В центре города высился красивый собор, массивный, величавый, византийской архитектуры, многоглавый. Основная глава была окружена четырьмя меньшими, и кругом нижнего яруса и колокольни располагались еще восемь главок меньшего размера.  Ввысь устремлялась стройная колокольня, которая вместе с собором составляла гармоничный ансамбль. Тридцать три года строилось это величавое здание в память войны 1812 года. Помню, какой обширный и красивый был храм и внутри. Над его росписью трудились многие знаменитые художники: Васнецов В.М., Верещагин В.П., Врубель М.А. Снаружи храм был окрашен в натуральный цвет песка. Главы были покрыты голубым тоном и украшены массивными крестами из чистого золота. Далеко, далеко блестели эти кресты, подъезжаешь ли к городу с суши или с Волги. Весь в целом – снаружи и изнутри – Самарский собор [5] представлял собой чарующий образец искусства. С невыразимой горечью приходится пожалеть, что этот величавый памятник искусства был какой-то нелепой, злой волей разрушен. Вокруг собора  по четырём углам располагались четыре уютных, очень памятных скверика.

Кроме собора в Самаре было много и других храмов, над созданием которых потрудилась архитектурная мысль и строительное искусство. Все эти прекрасные памятники русского церковного искусства по той же причине не уцелели. Когда подъезжаешь теперь к городу, уже не видишь тех прежних прекрасных воздушных силуэтов, и город кажется каким-то «комолым». (Комолый бык – не имеющий рогов)».

Следует учитывать то, что во время написания мемуаров, автор не мог пользоваться Интернетом, его просто не было в 1958 году. Но описание уничтоженного собора отличается точностью, отражением многих деталей и ярким впечатлением, которое это величественное здание производило на окружающих.

«… Окрестности Самары были очень живописны. Вдали к северо-востоку красиво вырисовывались на фоне неба Жигулёвские ворота [6], недалеко от них был Царёв курган [7], приблизительно в 30 вёрстах от Самары, там же было и устье реки Сока. Правобережная гряда гор отклонялась к северо-западу, оставляя место для большого займища. Ближе к горам располагалось с. Рождествено [8], как раз напротив Самары. Оба берега Волги – Самара и Рождествено, были связаны переправой, которую выполнял пароходик «Ванька», сгоревший в результате несчастного случая.

С восточной стороны города были сады, так называемые «Молоканские» [9], а далее шла дорога в село Семейкино, окаймлённая лесом. По берегу Волги вверх тянулись красивые дачи. За рекой Самаркой был полустанок «Кряж» и станция «Липяги», тоже окружённые лесом. И только в южную сторону тянулось ровное степное плоскогорье к станции Безымянке [10]. Такая топография города запомнилась мне ясно и чётко за все годы учения в Духовном училище и Духовной семинарии – за девять лет.

Прошедшие годы учения я вспоминаю со светлой стороны. Правда изучение древних языков – латинского и греческого – задержали несколько меня, но знание их сохранено мною до сих пор, и даже скажу, любовно сохранено. Сначала я был в училище «приходящим», но потом за хороший успех был принят в общежитие, на «казённый счёт». В общежитии типа «бурсы» Помяловского [11] уже не застал».

Из приведенного отрывка можно сделать вывод, что изучение географии было во всех дореволюционных духовных учебных заведениях поставлено на солидную основу. Через много лет автор мемуаров свободно ориентируется в географических достопримечательностях Самары, в названиях сёл, в природных особенностях мест. Это особенно важно, поскольку помогает установить очертания берегов Волги до появления каскада водохранилищ, во многом изменившим географию прибрежных сел и городов.

«… Первоначально в общежитии было непривычно. Новая обстановка, иной распорядок, иной масштаб, количество «общежитников». Ко всему этому нужно присмотреться, постепенно привыкать. Странные были и порядки. После уроков – обед. Отдых, который состоял в играх во дворе – в лапту, в городки. Были гигантские шаги, на которых я сильно однажды ушибся, с тех пор никогда ими не пользовался. Был небольшой сад, в котором я больше читал и готовился к экзаменам. Вечером, часов с 6-7 мы готовили уроки в особом зале. У меня на это уходило мало времени, остальное время или помогал товарищам, или занимался чтением. После ужина – общая молитва, и расходились по спальням. Дортуары (общие спальни) были обширные, я долго не мог привыкнуть к многолюдным спальням и сначала спал беспокойно. Утром нас будили рано. Особенно неприятно было это зимой. Как это ни странно, сахар нам не выдавали весом. Раздавал сахар кусками помощник смотрителя училища, Григорий Васильевич Кесарев, который устраивал из этого чуть ли не развлечение. Каждого подходящего ученика он спрашивал какую-либо глагольную форму от греческого глагола – παιδεύω «воспитываю». Ответивший верно получал солидный кусок колотого сахару, брал кусок белого калача, и шёл в столовую пить чай. Не ответивший получал маленький кусочек сахару. Это была странная и нелепая забава старика, которая в достаточной мере раздражала учеников. И ещё были странные забавы у старика. Раздавая бельё новым ученикам, он иногда со всею серьёзностью давал большому по росту – бельё малого размера и наоборот. Обменивал ли он потом – не помню.

Когда кончилось первое полугодие, перед отъездом на каникулы, нам выдали на руки табели успехов. И вот помню, как сейчас, когда перед классом он давал мне мой табель, сказал: «Нынешний год – всех Свечников побьёт». Любопытный был Г.В.Кесарев. Старик, холостяк. Жил в особой квартирке при общежитии. Никогда я не видел, чтобы он выходил или выезжал в город. Души был очень добрый и перед смотрителем часто защищал провинившихся учеников. Добрым словом я помяну его.

Был у меня в классе особенно любимый товарищ – Серёжа Вершинский, с которым мы прошли на редкость дружно весь учебный путь и в духовном училище, и в семинарии, и в Академии. Серёжа был на редкость милый мальчик, отзывчивой души на всё прекрасное. Имел ясный ум, чуткое сердце. Очень хорошо учился. За все годы ученья между нами всегда сохранялись взаимные товарищеские отношения, светлые, ничем не омрачённые. Очень, очень редко на жизненном пути можно встретить человека такой прекрасной, кристальной души – как Сергей Михайлович Вершинский.

В нашей памятной уютной церкви при училище мы с Сережей Вершинским исполняли должности церковных старост. Однажды наш регент – Валериан Колокольцев – уговорил меня прийти на клирос, поучаствовать в пении запричастного песнопения «Под Твою милость». Голос я имел переходный и слух недостаточно развитый, да и Валериан, кажется, слухом похвалиться не мог. То ли регент наш тон торопливо дал и хор не ухватил его, то ли «капелла» не была достаточно обучена на спевке, но только получился из нашего песнопения такой разлад, такая неудача, что после окончания, я, сгорая от стыда, прошёл через алтарь и боковым ходом к нашему свечному ящику. И горевал, жалуясь Сереже на постигшую наш хор неудачу. А в нашу церковь ходило очень много молящихся».

И снова автор вспоминает конкретных живых людей, с которыми жизнь сводила его в те стародавние времена: помощник смотрителя училища Григорий Кесарев, товарищ по учёбе Сергей Вершинский, регент церковного хора Валериан Колокольцев.

«… Начальство училища заботливо относилось к нашему развитию. Однажды за ужином мы удостоились необычайного посещения. В столовую пришли втроём – смотритель – Димитрий Михайлович Смирнов, помощник Г.В. Кесарев и ещё бритый гражданин, брюнет в плаще, и со шпагой. Оказывается, это был капельмейстер театра Бронислав Викторович Петрусевич. Его пригласило наше начальство обучать нас игре на скрипке. Было закуплено достаточное количество инструментов, которые были отобраны Б.В.Петрусевичем в магазине Бема [12]. Инструменты были закуплены для учащихся, живущих в общежитии. В один прекрасный день Бронислав Викторович отобрал из желающих несколько человек учеников, в числе которых был и я. Каждому из нас он дал скрипку, предварительно настроив её. Начался первый урок. Преподаватель провёл вводную беседу, и начались наши первые шаги обучения игре на скрипке. Уроки шли фронтально. Сколько было всего обучающихся – не помню, но только опытный, любовно относящийся к своему делу учитель, при фронтальном обучении достигал хороших результатов. Тут, конечно, помогало и наше добросовестное отношение, любовь к игре на скрипке, наше отношение к учителю, полное уважения. Помню, с каким благоговением я относился к выданному мне музыкальному инструменту, как бережно хранил скрипку в своём зелёненьком сундучке. Во внеурочное время, не однажды, открою сундучок, полюбуюсь на скрипку, возьму и несколько раз проведу смычком по струнам. Настраивать скрипку мы скоро научились. Надо, по правде сказать, что обучение игре на скрипке – это были часы «восхищённого» отдыха. О них осталось в душе прекрасное воспоминание.

Среди однообразия, монотонности ученической жизни и обстановки, шумливой жизни общежития, обучение игре на скрипке было незаменимым отдыхом, а инструмент, сама скрипка возбуждала какую-то влюблённость. Даже открыть сундучок, посмотреть на скрипку, потрогать струны, провести по ним смычком было очень приятно. У меня зародилось желание заиметь свою скрипку.

Инспектор училища порекомендовал меня в некоторые семьи как репетитора. Заработанные деньги я скапливал. И когда у меня сбереглось 20 рублей, я поговорил с Брониславом Викторовичем, выказал ему желание, что хотелось бы иметь свою скрипку. Ему это понравилось: желание иметь свой инструмент уже ясно говорит о заинтересованности. Мою просьбу, подобрать скрипку за мои сбережения, Б.В. охотно согласился исполнить. Дня через два он велел мне пойти в музыкальный магазин Бем и получить скрипку. «Смычок там, говорит, очень хороший». Надо представить с каким чувством и торопливостью я шёл после уроков в магазин. Прихожу, спрашиваю: «Б.В.Петрусевич отобрал для меня скрипку у Вас». «Вот она, пожалуйста». Смотрю, в открытом деревянном футляре с фиолетовой внутренней обивкой лежит скрипка, сделанная по старым образцам Страдивариуса, и прекрасный смычок. Стоимость всего 20 рублей. Как раз моих сбережений было достаточно на оплату. Итак, вышел я из магазина со своей собственной скрипкой. Какая это была неописуемая радость! Шёл и под собой ног не чуял. Мне так и казалось, что все прохожие смотрят на меня и думают: «Вот идёт счастливец!» В общежитии все товарищи меня обступили, стали рассматривать скрипку, пробовать звук, всем моё приобретение понравилось. Казённую скрипку я возвратил, стал учиться теперь на своей. Выразил благодарность Брониславу Викторовичу за выбор скрипки, за содействие. Сколько настроения, светлой радости дало мне приобретение этой скрипки, с какой любовью я относился к ней.

Уроки скрипки я аккуратно посещал и, видимо, делал успехи своим старанием. Бр. Вик. меня отмечал и всячески одобрял. Мы учились по школе «Берио» [13]. Постепенно за два года – третий и четвёртый год обучения в училище – мы прошли эту школу, изучив все пять позиций. Для дальнейших упражнений был «Кайзер. 36 этюдов для скрипки» [14]. Да, милое было время, и сколько приятного давали душевному настроению эти уроки игры на скрипке, особенно, когда мало помалу стала постигаться техника этой игры. В этой любви к скрипке скрашивалось подчас скучное однообразие школьной жизни».

Хочется отметить описанное автором заботливое отношение руководства училища к художественному и эстетическому воспитанию слушателей. В наше время трудно даже представить, чтобы администрация закупила скрипки для обучения всех учеников, живущих в общежитии. А ведь, скорее всего, далеко не у каждого учащегося был музыкальный слух и задатки, необходимые для овладения столь сложным музыкальным инструментом. Чрезвычайно важно то, что приобреталось нечто, развивающее ученика, требующее лично его осознанной и кропотливой творческой работы

«… Последний, четвёртый год обучения в духовном училище. Мне лично нравились два преподавателя – Василий Васильевич Горбунов – преподаватель арифметики и географии и Пётр Иванович Андреев – преподаватель русского языка. Как тот, так и другой, объясняли хорошо и действовали на учеников развивающим образом. Первый был очень вежлив и деликатен с учениками. Он только что закончил Петербургскую Духовную Академию и был назначен к нам училище. Второй значительно старше, был немного не зло насмешлив. Мы много писали у них сочинений. Помню по географии была такая тема: «Значение гор и возвышенностей для природы и жизни населения». По русскому языку было много тем сочинений, над которыми надо было хорошо подумать и умело изложить свои мысли. Например, были такие темы: «Противоречат ли между собой пословицы: тише едешь, дальше будешь, и, куй железо, пока горячо». «Испытание природы свято, полезно, приятно. Карамзин».

Мудрая постановка преподавания давала нам хорошую подготовку к семинарии. В 1898 году весной был наш выпуск. Все годы обучения в училище я прошёл первым. В духовной семинарии должны были встретиться три потока, три выпуска: из Самарского училища, из Бугурусланского и из Николаевского. Часто мы беседовали с другом – Серёжей Вершинским, который тоже очень хорошо учился. Про меня Серёжа всегда говорил так: «Ты-то, Веня, конечно, одолеешь семинарскую науку, и будешь учиться в числе первых, а я про себя такого сказать не могу». Разумеется, мы поддерживали друг в друге твёрдое, боевое настроение. «Нужно в семинарии поддержать честь нашего училища». Этого решения мы твёрдо держались. Но всегда берёт раздумье, когда отплываешь от одного, хорошо знакомого берега, к другому, мало знакомому. Семинария по множеству дисциплин, которые там изучались, представлялась нам сложным и трудным учебным заведением. На штурм семинарской науки мы мысленно и готовились. За время обучения мы сроднились с училищем. Всё нам было здесь своим, знакомым, близким. Классные комнаты, общежитие, учителя. Любили мы большой двор, где проходили наши игры в лапту, городки и пр., любили наш садик, небольшой, но уютный: здесь мы готовились весной к экзаменам. Отчёт о нашем выпуске пересылался в семинарию, мы туда переходили без вступительных экзаменов. Время учёбы в училище уходило в прошлое безвозвратно. Были здесь и хорошие минуты, были и огорчения. Но когда оставляешь это прошлое – оставляешь ценную часть самого себя, свои думы, свои переживания, свои радости и грусть. И унося с собой из училища всё лучшее, хочется сказать дружеское спасибо за всё, и тёплое «прости» и преподавателям и училищу».


Библиографический список
  1.  Свечников Вениамин Дмитриевич, в 1909 выпускник СПб.Духовной академии (Самарская дух.семинария) –http://www.familytree.ru/ru/cleric/orthdx240.html (дата обращения 8.01.2015)
  2. Екатериновка – http://museum.samgd.ru/mo/bezenchuksky/history/79891/(дата обращения 11.01.2015)
  3. Духовное училище –http://ru.wikipedia.org/wiki/%C4%F3%F5%EE%E2%ED%EE%E5_%F3%F7%E8%EB%E8%F9%E5(дата обращения 13.01.2015)
  4. Бобровка –  http://bober63.ucoz.ru/photo/bobrovka/bobrovskaja_priroda/reka_samara/2-0-10 (дата обращения 13.01.2015)
  5. Кафедральный собор в Самаре –http://oldsamara.samgtu.ru/part_3/page_html/page05n.htmlhttp://samaratoday.ru/news/138210(дата обращения 13.01.2015)
  6. Жигулёвские ворота –http://www.esosedi.ru/onmap/zhigulevskie_vorota/5053545/index.html (дата обращения 13.01.2015)
  7. Царёв курган – http://www.votpusk.ru/country/dostoprim_info.asp?ID=15187(дата обращения 13.01.2015)
  8. Село Рождествено – http://www.dlinaputi.ru/map/Rozhdestveno_63_028 (дата обращения 13.01.2015)
  9. Молоканские сады – http://staraysamara.ru/vse-materialy/utrachennoe/268-molokanskij-sad-v-samare(дата обращения 13.01.2015)
  10. Cтанция Безымянка - http://www.street-viewer.ru/samara/street/bezymyanka-stanciya/ (дата обращения 13.01.2015)
  11. «Очерки бурсы» Помяловского – http://5fan.ru/wievjob.php?id=19686 (дата обращения 13.01.2015)
  12. Музыкальный магазин БЕМа – http://www.samluka.ru/1609/music.html(дата обращения 13.01.2015)
  13. Школа скрипичной игры Берио –  http://www.liveinternet.ru/users/barucaba/post216353008(дата обращения 13.01.2015)
  14. «Кайзер. 36 этюдов для скрипки» - http://notishop.ru/ishop/product/102(дата обращения 13.01.2015)


Все статьи автора «Свечников Владимир Серафимович»


© Если вы обнаружили нарушение авторских или смежных прав, пожалуйста, незамедлительно сообщите нам об этом по электронной почте или через форму обратной связи.

Связь с автором (комментарии/рецензии к статье)

Оставить комментарий

Вы должны авторизоваться, чтобы оставить комментарий.

Если Вы еще не зарегистрированы на сайте, то Вам необходимо зарегистрироваться: