К йододефицитным заболеваниям относятся заболевания, в основе патогенеза которых лежит малое поступление йода в организм человека из внешней среды. В основном это эндемический зоб. Йодная эндемия наблюдается в большинстве континентальных европейских стран. Так, например, в Германии распространенность эндемического зоба по отдельным районам составляет 20-60% от числа населения. [3,4].  На сегодняшний день известны ряд препаратов для лечения вышеуказанных заболеваний . Недостаток существующих лекарств состоит в том, что они способны вызывать раздражение желудочно-кишечного тракта, особенно у лиц страдающих определенными желудочно-кишечными заболеваниями, поэтому при их назначении для лечения рекомендуется одновременный прием лекарств способных обвалакивать слизистую желудка и кишечника и снижать раздражаюший эффект.     Препарат «тиха-аскане», представляющий собой ассоциацию глинистых минералов  бентонитовой глины Асканского месторождения, является одним из подобных средств [5,6]. Учитывая этот факт, была разработана рецептура и технология приготовления гранул «тиха-аскане» с различной дисперсностью, содержащих либо сульфат железа, либо калия йодат.Содержание солей в гранулах подбиралось таким образом , чтобы больной за один прием мог бы получить в среднем  от 0,005 до 0,01 г. железа , либо 50 мкг. йода[7-10].. С целью активации действия к гранулируемой массе добавлялись различные органические кислоты. Гранулометрические данные полученных составов приведены в таблице 1.

Таблица 1

Гистограмма распределения гранул по крупности

При проведении экспериментов изучались влияния фракционного состава гранул на насыпную и обьемную массу; влияние насыпной массы гранул на их текучесть; влияние величин насыпной массы и текучести на величину угла естественного откоса. В таблице 2 приведены данные по зависимости величин объемной и насыпной масс от гранулометрического состава.

 Таблица 2

Влияние гранулометрического состава на насыпную и объемную массу

Насыпная масса, характеристика зависящая в основном от величин дисперсности и удельной поверхности частиц гранулята, а также от его влажности, содержания добавляемых ингридентов  и т.д. У гранул с определенным размером уже проявляются когезионные силы между частицами, что  приводит к уменьшению насыпной массы. По нашим данным наблюдается достаточно четкая зависимость между насыпной массы гранул и количеством мелкодисперсной фракции. Величину насыпной массы удобно использовать для контроля качества порошков и гранулятов, так как она характеризует ряд их технологических и физико-химических свойств, необходимых для проведения последующих технологических операций. Ее уменьшение приводит к возрастанию количества, требует большего времени при  перемешивание и в дальнейшем обусловливает более значительный разнобой в весе капсул либо таблеток. Но следует учитывать и тот факт, что из более мелкодисперсных гранул степень извлечения биологически активных веществ увеличивается. Целесообразно принимать во внимание этот фактор (таблица 3).

Таблица 3

Влияние гранулометрического состава на степень высвобождения биологически активных веществ

Изучение влияния величины насыпной массы фракций на их текучесть показало, что в пределах изученных нами величин, при повышение  насыпной массы происходит уменьшение степени текучести (таблица 4) . Наихудшей текучестью обладают более мелкодисперсные фракции имеющие рыхлую укладку, характеризуемые неправильной формой частиц. Более высокой текучестью обладают фракции  гранул, содержащие не более 30% мелкой фракции. Это можно объяснить тем, что у мелкодисперсных порошков больше величина контактной поверхности и ,как следствие, действие сил сцепления более значительное. Величину текучести ,очевидно, нельзя обьяснить каким либо отдельным фактором так, как она является общей комплексной характеристикой дисперсности порошка, насыпного веса, формы частиц и ряда других.

Таблица 4

Влияние насыпной массы гранул на их текучесть

Величина угла естественного откоса связанна в основном с проявлением между частицами гранул сил внутренного трения и когезии, но она зависит и от остальных параметров гранул, в частности от величины насыпной массы и текучести (таблица 5).

Таблица 5

Влияние величин насыпной массы и текучести на величину угла естественного откоса

Определенный эффект в процессе капсулирования оказывает содержание влаги в гранулах. Судя по литературным данным [11] оптимальным содержанием следует считать 5-7%.

Возможность резорбции  железы и йода из гранул изучалась методами «разрушающей» экстракции и диффузии в  агар-агаровый гель.  Исходя из возможного направления применения потенциальных препаратов ,экстракция проводилась 0,1 г-экв/л раствором соляной кислоты (имитация желудочного сока). Судя по полученным данным в раствор переходит не менее 56-60% железа и до 80% йода. Оба элемента в солевой форме диффундируют в гель на расстояние до 1,5 см., что является одним из доказательств их возможного усваивания соответвующей тканью организма.Изучение высвобождения из капсулированной формы (желудочно-растворимые капсулы) также проводилось с использованием 0,1 г-экв/л раствора соляной кислоты при температуре 37±2⁰. Степень высвобождения железа и  йода  были аналогичны  вышесказанному и составляли  соответственно до 60 и  80 %.

Исходя из приведенных данных, можно сделать вывод о достаточно хороших технологических и биофармацевтических параметрах разработанных гранул.

Тяжелыми металлами являются хром, марганец, железо, кобальт, никель, медь, цинк, галлий, германий, молибден, кадмий, олово, сурьма, теллур, вольфрам, ртуть, таллий, свинец, висмут и другие.[1]

Сточные воды, содержащие тяжелые металлы (промышленные сточные воды), образуются в автомобильной и химической промышленности, при производстве гальванических элементов и обработке металлических поверхностей, в электронной промышленности, в типографии, на кожаных фабриках и других. Они представляют большую опасность для окружающей среды и для человека.[1]

Проблема удаления тяжелых металлов из сточных вод сейчас особенно актуальная. Плохо очищенные сточные воды поступают в природные водоемы, где тяжелые металлы накапливаются в воде и донных отложениях, становясь таким образом источником вторичного загрязнения. Соединения тяжелых металлов сравнительно быстро распространяются по объему водного объекта. Частично они выпадают в осадок в виде карбонатов, сульфатов, частично адсорбируются на минеральных и органических осадках. Вследствие чего содержание тяжелых металлов в отложениях постоянно увеличивается, и когда адсорбционная способность осадков исчерпывается, тяжелые металлы поступают в воду, что и приводит к экологическому кризису. Штрафные санкции за сброс тяжелых металлов в воду становятся все жестче, но это не решает проблемы.[1]

Тяжелые металлы поступают в организм человека с едой и водой, накапливаются там, поскольку не выводятся из организма, и вызывают различные заболевания. В небольших дозах железо, цинк и другие металлы жизненно необходимые, потому что участвуют в разных формах метаболизма, переносе, синтезе веществ. Но в концентрациях превышающих предельно допустимые эти металлы становятся вредными, поэтому сточные воды необхио очищать от тяжелых металлов.

Была проведена работа по очистке искусственных образцов сточной воды от железа (Fe) и хрома Cr (VI), которые относятся к 3 классу опасности (опасные). Предельно – допустимая концентрация хрома общего (Cr) в питьевой воде не должна превышать 0,05 мг/дм³, а железа общего (Fe) – 0,2 мг/дм³ [2, приложение 2].

Соединения хрома Cr (VI) в больших концентрациях являются канцерогенными и могут вызывать онкологические заболевания, разные заболевания кожи [3].

Повышенное содержание железа в организме человека приводит к нарушению обмена веществ за счет того, что будучи биологически активным элементом образует хелатоподобные комплексы с обычными метаболитами; взаимодействует с клеточными мембранами, изменяя их проницаемость.

Существует много методов очистки воды от тяжелых металлов, к которым относятся химические, электрохимические, адсорбционные, ионообменные методы и другие. Важной задачей очистки сточных вод является применение наиболее энергосберегающих методов, а также возвращения извлеченных из сточных вод металлов обратно в производство.

Очистка искусственных образцов сточной воды от хрома Cr (VI) проводилась методами ультрафильтрации, адсорбции и ионного обмена, тога как очистка от железа (Fe) проводилась методом ультрафильтрации.

Метод мембранного разделения, а именно ультрафильтрация, является простым и энергосберегающим. Метод заключается в пропускании раствора под давлением через полупроницаемую мембрану. Вследствие чего над мембраной образуется концентрат, содержащий тяжелые металлы, а под мембраной – очищенный раствор (пермеат) [4, с. 326].

Работа по очистке искусственных образцов сточной воды от железа (Fe) и хрома Cr (VI) проводилась на мембранной установке типа УСФ-293. В процессе работы использовались обратноосмотические ацетатцеллюлозные мембраны типа МГА-90, МГА-100 с анизотропной структурой. В результате мембранного разделения был получен пермеат сточных вод, содержащий незначительную концентрацию железа (Fe) и хрома Cr (VI).

Определение концентрации железа (Fe) и хрома Cr (VI) проводилось по стандартным методикам.

Результаты проведенных опытов занесены в таблицы 1, 2.

Очистка искусственных образцов сточной воды от хрома Cr (VI) проводилась также на природных сорбентах, в качестве которых использовалась активированная глина Черкасского месторождения, и на катионите КУ – 2 – 8.

Результаты проведенных опытов занесены в таблицы 3, 4.

Таблица 1 – Результаты очистки сточных вод от железа (Fe) методом ультрафильтрации

Таблица 2 – Результаты очистки сточных вод от хрома Cr (VI) методом ультрафильтрации

Таблица 3 – Результаты очистки сточных вод от хрома Cr (VI) на активированных бентонитовых глинах

Таблица 4 – Результаты очистки сточных вод от хрома Cr (VI) на катионите КУ – 2 – 8

В результате проведенной работы установлено, что самая лучшая очистка сточных вод методом ультрафильтрации от хрома Cr (VI) проходила при пропускании раствора под давлением 3,5 МПа, степень очистки при этом составила 99,97%; самая лучшая очистка от железа (Fe) проходила при пропускании раствора под давлением 0,5 МПа, а степень очистки составила 97,3%.

При очистке сточных вод от хрома Cr (VI) на активированных бентонитовых глинах и катионите КУ – 2 – 8 было установлено, что самая лучшая очистка проходила на активированных бентонитовых глинах, средняя степень очистки которых составляет 99,89 %. Это позволяет предложить активированную бентонитовую глину в качестве промышленного сорбента, поскольку она дешевле, чем катионит КУ – 2 – 8.

Широкое распространение получили биоразлагаемые полимеры в виде синтетических полиолефинов с искуственно уменьшенной молекулярной массой при использовании агентов окисления. В качестве агентов окисления применяют металлы переменной валентности, которые вследствие образования вакантных валентных связей разрывают полимерную цепь и делят её на более мелкие фрагменты.

В статье [1] приведены результаты исследований механических характеристик полиэтилена, наполненного прооксидантом на основе стеарата кобальта. Авторы установили синергический эффект повышенной влажности к биодеструкции.

В работе [2] отмечено, что соединения кобальта не токсичны при низких концентрациях и может быть использованы в качестве прооксиданта в полиэтиленовых пленках с ограниченными и контролируемыми концентрациями.

Авторами [3] установлен ряд активности фоторазложения полимерных материалов на основе прооксидантов содержащих карбоксилаты кобальта, а именно стеарат, пальмитат, лаурат, из которого следует, что стеарат кобальта обладает большим фото-деструктирующим эффектом. В работе [4] также показана фотоокисляющая способность прооксидантов на основе следовых количеств кобальта.

Ввиду вышесказанного, в качестве связующего хвоста металла переменной валентности и органической цепью полиолефина был выбран стеарат металла переменной валентности, полученный реакцией обмена стеариновой кислоты и неорганической соли металла.

Более 90 % производимой пластиковой продукции приходится на упаковку, которая используется один раз, особенно велик сегмент использование для пищевой упаковки. В связи с этим, актуальным является  вопрос о токсичности полученных пленок.

Целью исследования является оценка токсичности пленочных образцов биоразлагаемых полимеров на основе стеаратов металлов переменной валентности, при использовании их в бытовом и пищевом назначении человеком.

На первом этапе, пленки исследовались на выделение токсических веществ в атмосферный воздух до и после эксплуатации.

После эксплуатации полимерные изделия претерпевают не только воздействия солнечного света, то есть ультрафиолетового излучения, повышенной влажности, а также почвенной среды, вместе со всеми видами почвенных микроорганизмов.

Как только начинается процесс биодеградации – происходит разрыв полимерных цепей, самые короткие полимерные хвосты образуют с кислородом соединения – альдегиды и кетоны, в свою очередь именно эти вещества – являются побочными продуктами биоразлагаемых полимеров. Через отведенное время эксплуатации наблюдается выделение неприятного резкого запаха, поэтому необходимо исследование на экотоксичность побочных продуктов, выделяющихся после периода эксплуатации. При разложении пленки в атмосферный воздух выделяются различные вещества, среди них пары уксусной кислоты, ацетальдегида и формальдегида. При оценке токсичности, лимитирующим фактором является концентрация самого токсичного вещества – формальдегид (2 класс опасности).

В ходе изучения деструктивных процессов было отмечено выделение газовой примеси, количественный и качественный состав которой позволил уточнить механизм структурных изменений полимерной фазы в зависимости от воздействия окружающей среды. Для этого создана опытная установка, схема которой представлена на рис. 1.

Воздух  нагнетается в круглодонную колбу, в которую предварительно помещена измельченная оксибиоразлагаемая  полиэтиленовая пленка, массой 10 г, взвешенная на технических весах, с помощью компрессора с расходом V=1,2 дм³/мин, через осушитель, наполненный хлоридом кальция, который служит для извлечения влаги из воздуха, Колба оснащена нагревателем, который автоматически регулирует температуру от 40 до 80 ºС посредством терморегулятора и реле.

Воздушная вытяжка из колбы поступает в два последовательно-соединенных сосуда-поглотителя, абсорбентом в которых является ацетилацетоновый реактив. Через 1 час пропускания воздуха через сосуды-поглотители, оба сосуда сливают в пробирку, которую вместе с холостой пробой выдерживают на водяной бане 30 минут при температуре 40 ºС, которая автоматически поддерживается при помощи терморегулятора и реле. Далее проба исследуется на фотоэлектроколориметре, на котором регистрируется оптическая плотность полученного раствора, окрашенного в желто-лимонный цвет.

Схема 1 – Установка для исследования процесса выделения формальдегида из полимерной пленки

Экотоксичность полученной наполненной полимерной пленки определяется содержанием формальдегида в ней, так как формальдегид представляет наибольшую опасность для человека и окружающей среды, являясь аллергенным, мутагенным и канцерогенным веществом.

По установке , представленной выше и по методике  измерения массовой концентрации формальдегида [5], проведен ряд опытов на содержание формальдегида в испарениях оксибиоразлагаемой пленки при различной температуре – 40, 60, 80 ºС, что соответствует имитации нагрева в реальных природных условиях, при нахождении пленки на почвенном покрове или полигоне. При исследовании синтезируемой пленки модифицированной стеаратами металлов переменной валентности, пределы чувствительности метода анализа не позволили обнаружить значимые величины концентраций формальдегида при термическом разложении, что свидетельствует о высокой термостойкости пленок на основе стеаратов металлов переменной валентности, и, как следствие, необходимости воздействия внешними факторами в качестве катализирующих агентов. В качестве объектов исследования были выбраны модифицированные пленки стеаратом железа, меди, кобальта, а также модифицированние иностранными добавками-аналогами D2W и Tosaf.

Отмечалось изменение окраски, что говорит о наличии формальдегида.

Рисунок 3 – Зависимость содержания формальдегида от температуры нагрева

Как видно из данных , представленных на рис. 3, повышение температуры оказывает существенное влияние на выделение формальдегида, так как известно [6], что повышение температуры на каждые 10 ºС, способствует возрастанию скорости химической реакции в 2 – 4 раза. Выделение формальдегида свидетельствует о наличии внутренних процессов, связанных с разрушением полимерной матрицы. При максимальной температуре (80 ºС) концентрация формальдегида составила 0,1 мг/м³, что соответствует нормам атмосферного воздуха рабочей зоны (ПДК_р.з.=0,5 мг/м³), но не соответствует максимально – разовой ПДК (ПДК_м.р.=0,035 мг/м³) и средне-суточной (ПДК_с.с.=0,003 мг/м³). Однако при меньших температурах выделение формальдегида соответствует нормам, следовательно для оценки токсичности определим допустимую концентрацию миграции ДКМ (формальдегида) = 0,1 мг/дм³ (0,0001 мг/дм^{3 )}.

Следовательно, полимерные пленки на основе агентов окисления, синтезируемых из карбоксилатов металлов переменной валентности по выделению формальдегида являются допустимыми.

Кроме формальдегида в процессе эксплуатации могут выделяться остатки тяжелых металлов. Для этого необходимо провести оценку микротоксичности биоразлагаемых пленок.

Оценка микро-токсичности проводилась определением экстракции химических веществ из модифицированных полиэтиленовых пленок для исследования возможности применения пленок для изделий, контактирующих с пищей в соответствии со стандартом IS 9845 : 1998. «Determination of overall migration of constituents of plastics materials and articles intended to come in contact with foodstuffs – method of analysis».

В ходе анализа были выбраны следующие симулянты – жидкости, обеспечивающие условия хранения определенных видов пищи.

а) Симулянт А – дистиллированная вода, используемый для анализа упаковки, содержащей мед, минеральную воду, сахарные сиропы, патоку, обезжиренное молоко, дрожжи, пасты и т.д.

б) Симулянт Б – 3% уксусная кислота для анализа упаковки, используемой для фруктовых соков, кабачков, фруктов кусками или пюре (пасты), джемов, желе, газированных напитков. лимонадов, сыров сычужных, супов, бульонов, соусов, напитков и т.д.. В условиях стерилизации или нагревания были выбраны условия: температура среды 100-121 °С, время воздействия симулянта 2 часа.

Предварительно приведенные образцы полиэтиленовых пленок до постоянного веса размером 5 х 5 см были погружены в симулянт таким образом, что на 1 см² приходилось 1 мл³ симулянта, то есть 50 см² в 50 мл³ симулянта. Через отведенное время, образцы были взвешены, жидкая фракция была полностью выпарена при температуре 100-105 С в сушильном шкафу Memmert UF 160 plus и взвешена на аналитических весах Sartorius YDK 01.

В таблице 1 представлены результаты проведенного исследования.

Количество миграции химических веществ из полимерной пленки рассчитывали по формуле:

Amount of extractive (Ex) = , мг/дм ³,

где M- абсолютная масса мигрирующих компонентов в жидкий симулянт, мг;

V- объём симулянта, дм³

Таблица 1 – Количество миграции химических веществ, мг/дм³

 При исследовании в водной модельной среде концентрации определяемых химических веществ сравнивают с допустимым количеством миграции (ДКМ) химических веществ, которые выделяются из полимерных материалов, контактирующих с пищевыми продуктами ГН 2.3.3.972-00 «Предельно допустимые количества химических веществ, выделяющихся из материалов, контактирующих с пищевыми продуктами»

Из Технического регламента таможенного союза ТР ТС 005/2011 «О безопасности упаковки» определены ДКМ, мг/дм³ соединений металлов переменной валентности (железо, медь, кобальт = 0,3; 1,0; 0,1 соответственно).

Из таблицы 1 следует, что экстракция химических веществ наименее выражена в пленках, содержащих стеараты кобальта. Это объясняется меньшей скоростью гидролиза, по сравнению со стеаратом железа. Кроме того, отмечена выраженная тенденция к гидролизу стеаратов меди, что связано, по-видимому, с природной способностью медных соединений образовывать водные комплексы. Работа выполнена при поддержке Фонда содействия  инновациям, программа “УМНИК”, проект “Создание комплексной добавки на основе карбоксилатов металлов переменной валентности для биодеструкции полимеров”

В большинстве случаев помимо снабжения страдает и качество доставляемой воды, которая не отвечает показателем примерно в 22%. В итоге примерно 50% населения Оренбургской области используют воду не соответствующую показателям качества,что приводит к ухудшению здоровья населения [1, 2].

К показателям качества, обычно, относятся физические, химические и санитарно-бактериологические показатели. К физическим показателям относятся температура, запах и привкус, цветность и мутность. Химический состав воды могут охарактеризовать химические показатели. К санитарно-биологическим показателям относятся общая бактериальная загрязненность воды, содержание радиоактивных и токсичных компонентов.

Цель данной работы – оценить показатели качества питьевой воды некоторых районов г. Оренбурга.

Для решения поставленной цели нами были определены следующие задачи:

- изучить органолептические показатели качества питьевой воды;

- определить химические показатели питьевой воды различных районов г. Оренбурга. 

Объекты и методы исследования 

Объектом исследования послужили питьевые воды. Пробы воды отбирались с 6 улиц г. Оренбурга (n = 30) согласно ГОСТа Р 51592-2000 «Вода. Общие требования к отбору  проб» [3]. Методы определения качества питьевой воды приведены в таблице 1.

Таблица 1. Методы определения показателей качества  питьевой воды

На первом этапе работы изучали органолептические показатели (запах, привкус, мутность, цветность) качества воды [4,5]. Результаты исследований показывают, что питьевая вода на улицах Джангильдина, Салмышской, Челюскинцев и Мира имеет показатель мутности менее 0,5 мг/дм³ при нормативе не более 1,5 мг/дм³. Самый высокий показатель мутности 1,37 мг/дм³ зафиксирован в воде на ул. Чкалова, но он не превышает нормативов.

На этой же улице наивысший показатель цветности равный 15,2 градусов.

Таблица 2.  Органолептические показатели качества питьевой воды

В целом по органолептическим показателям качества исследуемые образцы воды соответствуют нормативам [6].

На втором этапе работы изучали содержание аммиака,  железо общее и перманганатную окисляемость[7]. Результаты исследований представлены в таблице 2. Известно [7], что наличие иона аммиака в концентрациях, превышающих фоновые значения, указывает на свежее загрязнение и близость источника загрязнения (коммунальные очистные сооружения, отстойники промышленных отходов, животноводческие фермы, скопления навоза, азотных удобрений, поселения и др.). В связи с этим, мы решили проанализировать пробы воды на содержание аммиака.  В образцах воды отобранных на улицах Джангильдина, Чкалова, Алтайская и Мира содержание аммиака менее 0,05 мг/дм³, а на улицах Салмышская и Челюскинцев 0,22 мг/дм³ и 1,51 мг/дм³ соответственно. Это значительно ниже, чем ПДК.

Из литературных данных известно [8], что содержание железа в воде выше 1 – 2 мг/дм³ значительно ухудшает органолептические свойства, придавая ей неприятный вяжущий вкус. Высокие концентрации железа увеличивают показатели цветности и мутности воды. В небольших количествах железо необходимо организму человека, т.к. оно входит в состав гемоглобина и придает крови красный цвет. Но слишком высокие концентрации железа в питьевой воде вредны для человека  [8]. Результаты исследований показали, что содержание железа общего изменяется от 0,1 до 0,23 мг/дм³, при ПДК не более 0,3 мг/дм³.

Следующим изученным показателем была перманганатная окисляемость. Этот показатель отражает общую концентрацию органических веществ в воде. Природа органических веществ может быть самой разной – и гуминовые кислоты почв, и сложная органика растений, и химические соединения антропогенного происхождения. По количественному значению показателей и их отношению можно косвенно судить о природе органических веществ, присутствующих в воде, о пути и эффективности технологии очистки [8]. Видно, что во всех исследуемых образцах воды перманганатная окисляемость значительно ниже пороговых значений (от 0,8 до  1,92 мгО₂/дм³).

Таблица 3. Химические показатели качества питьевой воды

На третьем этапе работы изучали содержание хлорид–, нитрит– и нитрат – ионов (таблица 3). В результате проведенных исследований было установлено, что содержание хлорид–ионов в питьевой воде колеблется от 50,9 до 212,3 мг/дм³ и не превышает ПДК (не более 350 мг/дм³).

Таблица 4. Содержание анионов в питьевой воде различных районов г.Оренбурга

Содержание нитратов  в исследуемых пробах питьевой воды не превышает ПДК. Составляют исключение пробы воды, отобранные на улице Мира, концентрация нитратов в ней имеет значение близкое к пороговому  равно 44,5 мг/дм³.

Заключение

Судя по мониторингу образцов, мы можем утверждать, что качество воды централизованного хозяйственно – питьевого водоснабжения по санитарно – химическим показателям находится в пределах нормы. В пробах воды отобранных на улице Мира, содержание нитратов близко к пороговому  значению (44,5 мг/дм³ при ПДК = 45 мг/дм³). Хотя показатели не превышают норму, но они близки к пороговым значениям, что уже является поводом для улучшения качества очистки вод.

Зернобобовые, или зерновые бобовые, культуры — группа сельскохозяйственных культурных растений, принадлежащих семейству Бобовые. К основным зернобобовым культурам относятся: горох, чечевица, фасоль, маш, вигна, соя, чина, нут, кормовые бобы, лопин, арахис. Семена зернобобовых культур отличаются высоким содержанием белка, сбалансированного по аминокислотному составу, минеральными веществами и пищевыми волокнами [1].

Зернобобовая по сравнению с пшеничной мукой содержит белков на 50%, жиров на 55%, пищевых волокон на 69% больше [2]. Семена таких бобовых культур могут быть использованы в качестве компонентов для обогащения продуктов питания, в том числе хлебобулочных изделий, что в свою очередь, позволит расширить ассортимент продуктов питания функционального назначения и рекомендовать их применение в профилактическом питании людей различных групп здоровья.

Итак, разберемся подробнее в пищевой ценности зернобобовой муки. Благодаря высокому содержанию клетчатки и грубых пшеничных волокон в такой муке, она благотворно влияет на кишечник и пищеварительные процессы[2]. Данные, приведенные в различных исследованиях, показывают следующие результаты пищевой ценности: содержание клетчатки в гороховой муке на 69%, нутовой – на 68%, чечевичной и фасолевой – на 70% больше, чем в пшеничной муке высшего сорта.

Содержание в муке микро- и макроэлементов (мг/100г) Железо (Fe) участвует в процессах кроветворения, нормализует работу щитовидной железы, регулирует иммунитет, участвует в тканевом дыхании. Больше всего железа содержится в чечевице и фасоли. Содержание железа в гороховой муке составляет 6,8 мг/100 г, что на 82%, в нутовой 4,86 мг/100г, что на 75%, чечевичной 9,05 мг/, что на 86%, фасолевой 11,8 мг/100г , что на 89% больше, чем в пшеничной муке высшего сорта Цинк (Zn) принимает участие в сокращении мышц, является одним из компонентов металлоферментов, играет важную роль в метаболизме белков и липидов. Содержание цинка в гороховой муке составляет 1,09 мг/100 г, нутовой 1,07 мг/100г, чечевичной 0,99 мг/100г, фасолевой 2,42 мг/100г. Самое большое количество цинка содержится в фасолевой муке, что на 71% больше, чем в пшеничной муке высшего сорта. Медь (Cu) входит в состав многих ферментов и биологически активных металлопротеинов, участвуя в тканевом дыхании, в синтезе коллагена и эластина. Содержание меди в гороховой муке составляет 1,38 мг/100 г, нутовой 0,682 мг/100г, чечевичной 0,748 мг/100г, фасолевой 0,733 мг/100г. Самое большое количество меди содержится в гороховой муке – на 86% больше, чем в пшеничной муке высшего сорта. Кальций (Ca) играет важную регуляционную и структурную роль, участвует в ключевых физиологических и биохимических процессах клетки. Содержание кальция в гороховой муке составляет 115,0 мг/100 г, что на 85%, нутовой 129 мг/100г, чечевичной 127 мг/100г, фасолевой 83 мг/100г, что на 80-86% больше, чем в пшеничной муке высшего сорта. Магний (Mg) является главным участником энергетических процессов, нервно-мышечных передач и механизма сокращения мышц [2]. Магний и другие нутриенты, которыми богаты чечевичные зерна, положительно влияют на состояние сосудов и работу сердца, улучшают кровоснабжение тканей, активизируют кислородный обмен, стабилизируют артериальное давление и сердечный ритм. Содержание магния в гороховой муке составляет 107,0 мг/100г, нутовой 166 мг/100г, чечевичной 80 мг/100г, фасолевой 80 мг/100г. Самое большое количество магния содержится в нутовой, что на 90% больше, чем в пшеничной муке высшего сорта [3].