В статье проводится анализ понятий (и стоящего за ними содержания), характеризующих психические состояния, акцентуации характера и синдромы, свойственные принятым в обществе идеалам, ориентируемым на достижения успеха.

Понятие «психические состояния»: общие подходы

По Л.Д. Левитову, психическое состояние, – это «целостная характеристика психической деятельности за определенный период времени, показывающая своеобразие протекания психических процессов в зависимости от отражаемых предметов и явлений действительности, предшествующего состояния и свойств личности» [1, с. 20]. При этом в статье деятельность понимается широко – как динамическая система взаимодействия человека с миром.

А.Г. Маклаков высказывает предположение, что набор психических состояний у всех людей примерно одинаков, поскольку задан генетически. В то же время имеют место индивидуальные различия в динамике одинаково обозначаемых состояний, а также в закономерностях перехода одних состояний – в другие. Важнейшей причиной того, что в одних и тех же условиях жизни и деятельности люди находятся в разных психических состояниях, является различие отношений этих людей к происходящему [2].

Психические состояния – это интегрированные отражения воздействий на человека как внутренних, так и внешних стимулов без отчетливого осознания их предметного содержания (бодрость, усталость, апатия, депрессия, эйфория, скука и т.д.). Психическое состояние представляет собой синдром, под которым понимается комплекс органически связанных между собой признаков (симптомов), объединенных единым механизмом возникновения и развития рассматриваемого явления.

Место психических состояний в триаде «свойства–состояния–процессы»

В психологии выделяют три класса психических явлений: психические процессы, психические состояния и психические свойства личности. Наиболее стабильные психические явления – это свойства личности. Менее длительные, более динамичные характеристики – психические состояния, а далее, самыми быстротечными являются психические процессы. Известно наличие прямой зависимости в триаде «свойства–состояния–процессы»:

Внешний фактор → свойства (черты) личности → состояния → процессы

Это значит, что индивидуальные (типологические) свойства (черты) личности, несущие отпечаток генетической предрасположенности, в значительной степени определяют диапазон возможных психических состояний. Исследователи отмечают, что в состояниях «интегрирована актуальная выраженность черт личности» [3, с. 11]. С другой стороны, имеет место обратная зависимость в указанной триаде:

Внешний фактор → процессы → состояния → свойства личности

Таким образом, с одной стороны, свойства (характерные черты) личности оказывают влияние на психические процессы; с другой стороны – психические процессы, возникающие под воздействием факторов окружающей среды, влияют на свойства личности.

Психические состояния, отклоняющиеся от нормы

Наряду с обычными, «нормальными» состояниями существуют так называемые психопатоподобные и пограничные психические состояния. Это те психические состояния, которые выходят за пределы общепринятой нормы, но не могут быть отнесены к патологии. Такие состояния являются следствием акцентуаций характера (или личности), либо патологических изменений характера (личности), которые возникают исподволь.

Единого согласованного определения понятий и «норма–патология» не существует. В соответствии с одним из распространённых определений, психической болезнью является изменение сознания, выходящее за пределы «нормы реакции» [4]. При этом под «нормой реакции» уже традиционно понимается генетически запрограммированный диапазон изменчивости, в пределах которого обеспечивается адекватность взаимодействия человека со средой [Глезерман, 1986].

На сегодняшний день Всемирная Организация Здравоохранения (ВОЗ) предлагает следующее определение «нормы»: норма – этический стандарт, модель поведения, рассматриваемая как желательная, приемлемая и типичная для той или иной культуры. Таким образом, понятия «психическая норма» и «психическая патология» имеют выраженный социальный и культуральный (т.е. свойственный данной культуре на данном историческом этапе) характер.

Возвращаясь к акцентуациям характера, отметим, что их нельзя относить к категории психических состояний, потому что акцентуации весьма продолжительны во времени. Однако многие конкретные проявления акцентуаций – это типичные пограничные психические состояния, которые нельзя рассматривать без рассмотрения акцентуаций как первопричины этих состояний (например, экзальтированное состояние у людей, склонных к повышенному настроению и т.п.).

Акцентуации и их синдромы

Акцентуа́ция (от лат. accentus — ударение), – термин, введенный в 1968 г. немецким психиатром Карлом Лернгардом (1903-1988 гг.), раскрывается как находящаяся в пределах клинической нормы особенность характера (или личности), при которой отдельные его черты чрезмерно усилены, вследствие чего обнаруживается избирательная уязвимость в отношении одних психогенных воздействий при сохранении хорошей устойчивости к другим.  К. Леонгард характеризует акцентуации как «отклонение от нормы», но замечает, что «население Берлина это на 50 % акцентуированные личности и на 50 % — стандартный тип людей» [6].

К. Леонгард в своей монографии (второй ее части) дает характерологический анализ героев классических произведений мировой литературы: Толстого, Достоевского, Гоголя, Шекспира, Сервантеса, Бальзака, Гёте, Стендаля и других (более 30-ти авторов) [6]. В дальнейшем (1977 г.) А.Е. Личко на основе работ К. Леонгарда и классификации психопатий П.Б. Ганнушкина (1875–1933 гг.) развил концепцию акцентуаций и начал использовать словосочетание «акцентуация характера», считая личность слишком комплексным понятием для акцентуаций [7]. А.Е. Личко выделяет две степени выраженности акцентуаций: а) явная акцентуация – как крайний вариант нормы; б) скрытая акцентуация – обычный вариант нормы.

В дальнейшем тексте под акцентуацией характера понимается преувеличенное развитие отдельных свойств характера в ущерб другим, в результате чего ухудшается взаимодействие с окружающими людьми.

Акцентуации не являются психическими расстройствами, но по ряду своих свойств они схожи с расстройствами личности, что позволяет делать предположения о наличии между ними связи. Главным отличием является то, что три основные характеристики психического расстройства личности (влияние на все сферы жизни человека; стабильность во времени, социальная дезадаптация) никогда не присутствуют в акцентуации одновременно.

Одним из распространенных видов психического расстройства, связанного с акцентуациями и проявляющегося в эмоциональной сфере, является маниакальное состояние.

Маниакальные состояния и синдромы

Психические расстройства, неврозы, согласно исследованиям американского психолога и психоаналитика Карен Хорни (1885–1952 гг.), зачастую связаны с деформациями характера человека [8], т.е. являются проблемами индивидуума. С другой стороны, анализируя истоки возникновения «невротической личности нашего времени», исследователь отмечает, что поскольку «большинству людей в данной культуре приходится сталкиваться с теми же самыми проблемами, то [этот факт – С.Д.] наводит на мысль, что эти проблемы порождаются специфическими жизненными условиями, существующими в этой культуре» [Там же. С. 27].

В многочисленных публикациях маниакальное состояние связывается с «модным» ныне образом успешного и благополучного человека. Известный психолог и блогер Данила Гуляев, наш современник и соотечественник, маниакальное состояние успешности рассматривает как один из видов расстройств психики [9, 10]. При этом автор имеет в виду, прежде всего, аффективные расстройства, т.е. расстройства настроения (если следовать международной квалификации болезней МБК–10, раздел F30 – F39). Считаем необходимым отметить, что идеи указанного автора заслуживают внимания не только психологов, но и социологов, ибо рассматриваемые явление, с одной стороны, имеют весьма широкое распространение, а с другой – чреваты негативными социальными последствиями.

Средствам массовой информации (СМИ) формируют в обществе следующий образ успешного и благополучного «современного» человека. Это улыбающийся человек, у него всегда приподнятое настроение, нет проблем. Он постоянно и во всех условиях самореализуется, каждую минуту своей жизни, непрерывно генерирует креативные идеи, а также осмысляет и комментирует всё, что видит. Он всегда оптимистичен («остапо-бендеровский» оптимизм), уверен в себе, постоянно активен, стремиться к новой деятельности, делает все лучше, чем другие, и добивается большего, чем они. Такой человек всегда хочет секса и должен быть готов к нему.

Приводимые выше характеристики очень близки к тем, которые отмечаются у группы, выделенной социологами в 2008 г. рамках проекта «Люди XXI века» группы «активных молодых людей» – яппи (от англ. Yuppie, Young Urban Professional – молодой городской профессионал; направление яппи зародилось в США как антитеза предшествующим им хиппи). Это молодые и энергичные прагматики, которые характеризуются особенностями мироощущения, базирующегося на трех положениях: 1) инвестиции в себя (образование, карьера, связи); 2) «красивая внешность – путь к успеху»; 3) «здоровье – жизненный актив» (подробнее см. в [11]). Это те люди, которые ориентированы исключительно на успех (отметим, что направленность человека на успех неизбежно связана с ценностными и смысловыми аспектами [12]).

Характерологические особенности и поведенческие проявления, свойственные для представителей рассматриваемой группы «успешных и благополучных» людей, подпадают под категорию скрытых акцентуаций (вариант нормы) без нарушения социальной адаптацией (в данном обществе). Их поведенческие проявления описываются совокупностью признаков (симптомов), подпадающих под понятие «маниакальный синдром» с аффективными расстройствами настроения (как психическое состояние).

Маниакальный синдром (от др.-греч. μανία – страсть, влечение) характеризует классическая триада признаков: 1) гипертимия – повышенное настроение как постоянный фон; 2) гипербулия – усиленное побуждение к деятельности и повышенная активность; 3) тахифрения – ускоренный темп ассоциативных процессов.

Приведем их содержание, выделяя признаки психического расстройства.

Гипертимия – безмятежное, приподнятое настроение с ничем не омрачаемым оптимизмом, восторженностью. Отрицательные эмоции (такие, как страх, тревога, удрученность) не возникают, но этого нельзя сказать о таких эмоциональных проявлениях, как недовольство, озлобленность, гневливость или ненависть.

Тахифрения – ускоренное течение ассоциаций с обилием легко возникающих мыслей и представлений, поверхностным характером суждений, повышенной отвлекаемостью. Содержание мышления соответствует господствующему фону настроения: остроты, каламбуры, анекдоты, веселые истории и т.д.. При этом реально существующие проблемы зачастую оставляются без внимания или рассматриваются в контексте радужного настроения. Повышенная самооценка, явно преувеличивающая свои способности и возможности.

Гипербулия – «чрезмерная, избыточная активность с немедленной реализацией множества возникающих побуждений к деятельности, частым переключением с одного занятия на другое, в результате чего дела остаются незавершенными; обилием всевозможных идей, проектов, планов и намерений» [13, с. 58], стремление к постоянным преобразованиям (на работе, в быту), покупкам и т.д. Повышена потребность в коммуникациях, расширению круга общения, знакомств (увеличение «круга друзей» в социальных сетях и т.д.), постоянный поиск новых впечатлений.

Для людей с маниакальным синдромом «характерно чувство полного физического благополучия, прилива сил, энергии» [Там же]. Они не испытывают физической усталости, недомогания, неприятных физических ощущений. В.А. Журов отмечает, что зачастую, у них сокращена суточная норма сна. Хороший аппетит, повышенная сексуальная возбудимость.

Таким образом, можно констатировать, что в маниакальный синдром входит, – в усиленном виде, – все то, что характеризует образ «успешного» человека, насаждаемый в прессе, прежде всего, «глянцевой», культивируется в молодежных субкультурах.

Другим полюсом аффективной патологии является депрессивный синдром, описывающий полярные поведенческие проявления, характерны иной «моде» или социаьно-культуральному «поветрию» на психические состояния и акцентуации.

Депрессивный синдром включает следующую триаду признаков: 1) гипотимия; аутохронное (т.е. не связанной с внешними обстоятельствами) снижение настроения; 2) гипобулия – ослабление побуждений к деятельности и общее снижение активности; 3) брадифрения – заторможенность мыслительной деятельности.

Раскроем содержание этой группы признаков, как и в предыдущем случае выделяя признаки психического расстройства.

Гипотимия – характеризуется постоянным меланхолическим настроением, тревожностью, неуверенностью, в крайнем своем выражении суицидными настроениями, связанными с потерей смысла жизни. В настроении доминирует чувство «будто потеряно самое главное». Снижена активность, чувство физического, социального и личностного неблагополучия. Характерно чувство вины, угрызений совести, потери перспективы, будущего, фиксация на своих прошлых ошибках и проступках, пониженная самооценка при одновременно, повышенной требовательности к себе. Снижение мотивации к деятельности, разочарование в жизни.

Гипобулия – сниженная активность «суждены им благие порывы, но свершить ничего не дано». Страдает инициативность – за счет чрезмерно повышенной ответственности, боязни этой ответственности. Тщательность выполнения задач реализуется за счет повышенного самоконтроля, а как следствие – инертность принятия решения и их исполнения возрастает.

Брадифрения – заторможенность мыслительных процессов, замедление принятие интеллектуальных решений, желание все тщательно продумать и предусмотреть, избегать риска. Внимание обращено не столько на реальные события, сколько на собственную рефлексию, переносимую, порой, «в иное ценностное измерение» [13, с. 71].

Депрессивное состояние – это тоже некоторое «модное» состояние, которое культивировалось «романтиками» 19 века:  меланхолия, тоска, хандра – считались наиболее подходящими для романтиков того времени (вспомним стихи  А.С. Пушкина (1799–1837 гг.), М.Ю. Лермонтова (1814–1841 гг.), И.С. Тургенева (1818–1883 гг.), И.А. Бунина (1870–1953 гг.). В более близкие для нас времена это «модное» состояние было атрибутом молодежной культуры упоминавшихся выше хиппи.

Ныне многие, особенно молодые, люди ориентируются на «маяк» в качестве которого предстает образ «успешного и благополучного» человека, характеризуемого, в крайнем его выражении поведенческих проявлений, маниакальным синдромом. Это свидетельствует о том, что направление поветрия («моды») на психические состояния и акцентуации, сменилось на противоположное.

Опасность для человека исключительной ориентации на «успешность» как норму, показана в публикациях Д. Гуляева [10]. Это три основных фактора:

1) Постоянно приподнятое настроение и повышенная активность чреваты физическим и психическим истощением.

2) Отрицание и подавление негативных эмоций, игнорирование таких естественных состояний как усталость, вялость и др., по мнению указанного исследователя, лишают мозг времени, необходимого для обработки информации, для полноценного отдыха. Следствием такой ориентации на такую «норму» может стать невроз.

3) Поскольку у каждого человека своя конституция, свой темперамент, скорость психических процессов. Эта психофизиологическая данность, на которую накладывается личностные особенности человека. И зачастую оказывается, что человеку приходится насиловать себя, свой организм ради соответствия новоявленной «норме».

И с эти нельзя не согласиться. Более того, напомним, по Э. Берну, невротическое поведение – это использовании внутренней энергии для непродуктивных целей, оно может составлять часть невроза и препятствовать развитию личности [14].

Мы считаем необходимым обратить внимание на еще одно важное обстоятельство. Выше нами было уже показано что свойства (черты) личности (в том числе акцентуации) оказывают влияние на возникновение негативных психических состояний. С другой стороны, там же было показано существование обратной зависимости – влияние психических процессов и психических состояний на свойства личности. Это значит, что когда «манию на успешность» подхватывает человек, даже обладающий значительными ресурсами организма, он, ориентируясь на деструктивные цели, использует деструктивные средства в своей деятельности и, закономерно, приходит к деструктивному внутреннему результату (подробнее см. в [15]) – деформации личности [16], ее акцентуации, все более приближаясь к патологии.

Профессиональная мобильность личности исследуется учеными в контексте современных тенденций развития общества и образования и трактуется как изменение профессиональной роли человека в связи с изменениями условий профессиональной среды, профессионального (карьерного) продвижения, перехода на новую должность, готовности человека оперативно решать производственные проблемы. По мнению ученых, профессиональная мобильность субъектов является признаком адаптивности, активности, инновационности и проявляется в определенных личностных качествах и способностях (компетенциях), а также в деятельностных характеристиках специалистов (Л.А. Амирова, Л.В. Горюнова, Э.Ф. Зеер, Б.М. Игошев, В.А. Мищенко, С.А. Морозова, Е. А. Никитина, Л.С. Нужнова, С.В.  Пилецкая и др.).

Профессиональная мобильность рассматривается нами, в первую очередь, как способность к непрерывному совершенствованию профессиональной образованности, позволяющей обучаемым саморазвиваться в течение всей жизни. Данная способность складывается из таких компонентов, как: стремление к самопознанию, самоопределению и самосовершенствованию, т.е. наличия индивидуальной мотивированности, личностной избирательной целенаправленности к определенному виду деятельности и возможности самообразования, которая обеспечивается необходимым минимумом фундаментальных знаний и навыками творческой деятельности (интеллектуальной, профессиональной, др.). Комплекс выделенных качеств и характеристик направлен на успешную самореализацию личности, что является важным условием построения профессиональной карьеры и карьерного продвижения. [1,2, 3].

Анализ понятия «карьера» (от франц. cariera) свидетельствует о многогранности его смыслового содержания и означает бег, поприще, жизненный путь.

Так как любое понятие отражает конкретный смысл, важно определить  и понять его логику, внутреннюю сущность [4]. Изучение значения понятия «карьера» осуществлялось как исследование общекультурного содержания на основе различных словарей: социологического, педагогического, психологического, энциклопедического, философского, словаря иностранных слов, др. В результате нами сформировано смысловое пространство понятия «карьера» (рисунок 1).

Изучение публикаций психолого-педагогической и социально-экономической направленности показывает, что единые подходы к пониманию сущности понятия «карьера» до сих пор еще не выработались. Вместе с тем исследовательский поиск демонстрирует многообразие смыслов исследуемого содержания.

Прежде всего, карьера человека связывается со сменой выполняемых им работ на протяжении жизни, установками и поведением, а также с опытом работы, который отражает последовательность занимаемых ступеней в производственной, имущественной или социальной сфере (О.О. Богатырева А.А., Д.Т. Холл и др.).

Карьера рассматривается как процесс:

- целенаправленного формирования жизненной траектории человека, ближней и дальней перспективы (Л.Ю. Ковалева);

- самореализации, активности личности, достижения социального статуса в профессиональной деятельности;

- внутреннего развития человека, заключающийся в развитии его компетенций, обеспечивающих профессиональный рост и внешнее движение в освоении социального пространства (Деркач, Е.А. Могилёвкин и др.).

Также карьера обозначает индивидуальный путь развития человека и вектор его профессионального становления, зависящий от социально-психологических характеристик (Г. Десслер, С.Т. Джанерьян, В.А. Дятлов, В.В. Травин, др.); индивидуально осознанные изменения позиции и поведения, собственные суждения человека о трудовом будущем, ожидаемые пути самовыражения и удовлетворенности трудом (А.Я. Кибанов, Д. MакКлелланд, О.А. Тихомандрицкая, др.).

Различные трактовки понятия «карьера», неоднозначность определений позволяют выделить в рассматриваемом феномене экономические, социологические и психолого-педагогические аспекты. Подчеркивая сложный, интегральный характер понятия «карьера», выделим наиболее значимые признаки.

Прежде всего, карьеру необходимо рассматривать как процесс профессионального развития, продвижения или должностного роста в деятельности специалиста, способ достижения целей и результатов, проявляющихся в приобретении новых профессиональных навыков, способностей, умений и мастерства. В этой связи можно говорить о внешней стороне карьеры – социальном успехе, что отражает объективные критерии удавшейся карьеры.

С другой стороны, карьера – это непрерывный процесс саморазвития личности, выражающийся в последовательной реализации жизненных ролей, событий, профессиональных занятий, позволяющий достигать состояния успеха (в профессии, личной жизни). Восприятие своей личной карьеры как «прирост» профессионального опыта, необходимых навыков, умений, компетенций, осознание своих реальных возможностей формирует образ успешной профессиональной деятельности. Процесс построения карьеры характеризуется взаимодействием личности работающего, профессиональной среды (профессии) и среды вне профессии. Причем, особенности данного взаимодействия определяются уровнем профессиональной компетентности специалиста и, прежде всего, уровнем развития карьерной компетентности [5].

Являясь деятельностной характеристикой, карьера человека проявляется в личностно-профессиональных качествах и способностях человека осознанно (осмысленно) и эффективно строить свой путь профессионального становления и развития, в соответствии с индивидуальными жизненными ценностями, мотивами поведения, установками, позициями, и направлена на получение профессионального успеха.

В данном контексте профессиональная мобильность личности является необходимым качеством достижения обучающимися значимых результатов в будущей профессии, так как выражается в способности выполнять работу наилучшим образом, достигая эффективных результатов.

Время и есть сама жизнь. Объём времени конечен, порог ограничений необходимо принимать во внимание в целях его рационального использования. Подчинённый ритму «успешной» жизни современный «горожанин» стремится жить быстрее, рациональнее, насыщеннее, везде успевая.

Такой жизненный график предполагает определённые навыки обращения со временем (в недавнем прошлом появилось целое исследовательское направление под названием «тайм-менеджмент» как наука о методах, способах, средствах и приёмах планирования, организации и эффективного использования личного времени того или иного агента действия (от личности до организации)), а также определённый «образ времени» в индивидуальном сознании.

Время – это ресурс, которым можно научиться управлять. В первую очередь, необходимо понять, каким временем можно управлять.

Для индивидуального сознания принципиальным является различение двух представлений о времени.

Первое – время физическое, или «объективное» время. Оно имеет ряд существенных характеристик (физическое время необратимо, оно линейно, измеряемо (количественно калькулируется в общепринятых единицах измерения: секунды, минуты, часы)), заведомо ограничивающих «волюнтаризм» личности, призывая с ними «считаться», взывая к необходимости «чувствовать время» с целью максимального приближения к его неутомимому ритму.

Собственно, жизнь успешного человека – это полное ощущение и совпадение с темпоритмом «физического времени».

Успешный современный человек приговорён к высокому темпу жизни – никак не медленнее «физического времени». И это в конце концов становится личным «психологическим проклятием»: максимально насытить время, углубить, повысить результативность, усилить контроль за временным ресурсом – основные задачи успешного темпоритма.

Онтологически этот темпоритм вполне оправдан, ведь «отложить что-то на завтра – это значит предположить делимость времени и делимость бытия, предположить, что бытие не целиком здесь и сейчас, что оно складывается и помимо него есть ещё какое-то бытие… То что есть бытие и бытием называется, действительно завершено, есть, завершается. В бытии можно лишь быть или не быть, но если «быть», то целиком, потому что то, что «целиком», и есть бытие. Так устроена наша жизнь…» [1].

Необходимо отметить: как такового «физического времени» «в чистом виде» для человека не существует – оно постоянно переживается, преломляясь сквозь призму психологических характеристик. «К шкале общих характеристик, применяемых к оценке свойств времени, относят следующие: пустое/насыщенное, плавное, скачкообразное, приятное/неприятное, сжатое/растянутое, однообразное/разнообразное, организованное/неорганизованное, цельное/раздробленное, медленное/быстрое, ограниченное/беспредельное, непрерывное/прерывистое, а также дополнительные (рационально не выразимые, поэтому не всегда «понятные»): сильное/слабое, контролируемое/неконтролируемое, запланированное/стихийное, активное/пассивное, содержательное/бессодержательное» [2].

«Успешный темпоритм», всецело поглощая жизнь человека, приводит к чрезмерной интенсификации – на наш взгляд, практически к полному (стремлением к более полному) совпадению с «физическим временем». Таким образом, психологически времени задаются определённые психологические координаты/тиски: оно должно быть насыщенным, организованным, быстрым, беспредельным, контролируемым, запланированным, сильным, активным, содержательным… «Такое состояние может быть охарактеризовано как «абсолютное становление»: прошлые события – трамплин для будущего, будущие – целиком обусловлены событиями прошлого. Это ситуация «горения», полной поглощённости новыми делами и событиями, требующими непосредственного решения и действия. Чтобы достигнуть подобного состояния, человеку необходимо отказаться от таких событий будущего, которые ещё не полностью подготовлены в мыслях и действиях минувшего, то есть отказаться от мечты, грёз и фантазий. Кроме этого, он должен забыть или переосмыслить устоявшиеся отношения между событиями прошлого, видя в них только средство или причины будущих свершений. Таким образом, чрезмерно сжатое, напряжённое время сопутствует активной деятельности, насыщенному настоящему, однако его никогда не хватает на то, чтобы остановиться хотя бы на миг, оглянуться назад или не спеша поразмыслить о том, что, может быть, никогда не произойдёт, но могло бы свершиться. Не отдавая себе отчёта в отдалённых (неактуальных) последствиях своих поступков и решений или отказываясь от анализа уже пройденного, человек рискует попасть в ловушку «злободневности», в которой он всегда будет испытывать цейтнот, независимо от того, каким реальным временем он располагает» [3, с. 158].

Есть и «другое время», с такими характеристиками, как «плавное», «медленное», «неконтролируемое», «стихийное» и т.д.

Собственно, характеристики эти – это тоже индивидуальная «частная» жизнь, скорее, более, содержательная и беспредельная, чем указующий перст темпоритма «успешного человека».

Современный уровень развития информационно-коммуникационных технологий (ИКТ) позволил людям широко использовать термин «умный город». Несмотря на интуитивное для людей определение, существует иная интерпретация критериев, которыми должен обладать такой город. «Умный город» – это город, в котором «ИКТ интенсивно используются для улучшения качества жизни их граждан при обеспечении устойчивого развития». Умный город также считается «разумным способом предоставления услуг населению или бизнесу и реализации функций государственного управления, основанных на широком использовании оборудования, программного обеспечения и организационных и технических мер в секторах городской экономики».

Концепция «умного города» в долгосрочной перспективе подразумевает минимизацию доли человеческого вклада в модель управления городом, а в некоторых областях – полное отсутствие живого труда в функции управления. Таким образом, человек становится потребителем преимуществ автономной системы «умный город». Но сегодня разработка ученых в области искусственного интеллекта не позволяет ему возложить функции принятия управленческих решений. Для этого нужно усовершенствовать технологию машинного обучения, а также скорость передачи данных, в том числе сбор и обработку информации в Интернете.

Город представляет собой сложную многоуровневую систему, которая должна учитывать внутренние и внешние факторы, подсистемы микро, мезо и макроуровней, чье развитие и взаимодействие могут быть полностью искусственными и предсказуемыми (например, планирование городского планирования пространства, электричество и водоснабжение) и более случайные (объем инвестиций, социокультурные движения)

Результаты исследования

Способ первый: умный город «с нуля»

Масдарский проект предусматривал размещение 50 000 жителей на площади 6 квадратных километров; Строительство началось в 2008 году. Основной целью проекта было достижение «нулевого выброса углерода». Но в 2016 году такой суровый язык был заброшен. Причина в том, что архитекторы признали невозможность достижения «нулевого уровня», даже если Масдар когда-либо будет полностью завершен. Сегодня ожидаемая дата завершения – 2030 (план был определен в 2018 году). В городе проживает 300 человек, большинство из которых являются аспирантами местного института науки и технологии, около 2000 человек приезжают на работу в город. Работает беспилотная система электромобилей.

Проект южнокорейского города Сонгдо был запущен в 2002 году. Сейчас город наполовину закончен. Причина в том, что проект стоимостью 45 миллиардов долларов не смог привлечь инвесторов. Первый этап проекта должен был быть завершен в 2015 году, но дата была перенесена сначала на 2018 год, а затем на 2022 год.

Сорок процентов площади 53,3 кв. км в рамках проекта предполагается занять парк, аналогичный Центральному парку в Нью-Йорке США. В противном случае информационные технологии, основанные на принципах интерактивности с возможностью дистанционного управления объектом управления, должны быть внедрены повсеместно, благодаря чему предполагалась переработка отходов в электричество. Город имеет собственную систему электроснабжения и автономную транспортную инфраструктуру, основным видом транспорта является велосипед, 95% парковочных мест находятся под землей. Стремление инвесторов привлечь эмигрантов из США, Германии, Великобритании и Новой Зеландии привело к тому, что общий уровень цен в городе, включая школьные и больничные услуги, слишком дорог для обычных людей, что вынуждает их отправляться в Сеул. Население Сонгдо составляет всего около 70000 – 25% от максимально возможного. Несмотря на высокую концентрацию технологического оборудования, в городе нет объектов культуры: музеев, театров или кинотеатров.

Искандар в Малайзии строится с 2006 года и рассчитан на 3 миллиона человек. Запланированный год завершения – 2025 год. Концепция города включает шесть областей: «Умная экономика», «Умная среда», «Умная мобильность», «Умное управление», «Умная жизнь». Технологии включают возобновляемые источники энергии, переработку отходов, широкое использование общественного транспорта, интеллектуальные услуги и электромобили. Симбиотическая система сочетания растительности и архитектуры должна создать крупнейшую в мире сеть зеленых крыш. Многие азиатские города страдают от перенаселения и загрязнения. Искандар предлагает «разнообразие»: в городе будут как небоскребы, так и небольшие здания с автономными районами и зелеными зонами. Разнородный городской ландшафт должен улучшить умственное состояние людей и социальную сплоченность.

В России умный город с нуля называется Иннополис в Республике Татарстан. Официально, как город, он был открыт в июне 2015 года. Иннополис рассчитан на 50 тысяч человек. По данным Федеральной службы государственной статистики по состоянию на 01.01.2019 г. население города составляет 407 человек. Считается, что в городе работают и обучаются 3,5 тысячи человек, ежегодно его посещают 100 тысяч туристов. В городе всего 20 многоквартирных домов. Аренда 3-комнатной квартиры обойдется в 17 тысяч рублей, цена покупки составляет 1 кв. м жилья – 60 тысяч рублей (для сравнения, в Казани аналогичные показатели составили 43 и 78 тысяч рублей за аналогичный период).

В городе создан технопарк на 2,2 тысячи рабочих мест, действует частный университет (в 2019 году в нем обучалось 771 студент), создан современный медицинский центр на 500 посещений в смену. создана современная и разнообразная инфраструктура спорта и культуры (стадион, бассейн, гольфклуб, горнолыжный курорт и т. д.). Чтобы привлечь инвесторов и развить инфраструктуру в городе, в технопарке были уплачены низкие арендные ставки (206,5 руб. / М2) – 530-640 руб. В июле 2019 г. E для Госжилфонда предложили 10 тыс. Кв. м коммерческой недвижимости на первых этажах жилых домов по месячной ставке 100 руб / м² для предприятий общественного питания, аптек, магазинов розничной торговли и объектов отдыха. Иннополис – это особая экономическая зона (ОЭЗ) с чрезвычайно низкими налогами. Первые 10 лет транспортный налог, налог на имущество, земельный участок составит 0%, подоходный налог – 2%. В декабре 2019 года 86 компаний-резидентов и 13 компаний-партнеров реализовали проекты в ZES Innopolis.

Доступность транспорта Иннополис обеспечивается автомобильным транспортом, речными лодками и вертолетами. Он стал первым городом в Европе, где было протестировано беспилотное такси Яндекса. На данном этапе развития Иннополис больше похож на отдаленный регион Казани, к которому есть микроавтобус

Способ второй: изменение существующего города

Нацеленность на конкретную цель – модель городского развития, «зеленый» город, адаптируемый город, культурный город, здоровый город, спортивный город, город устойчивого развития и, наконец, модель – «умный» город.

«Умная» модель развития предполагает постоянные инновационные преобразования на всех уровнях управления в различных областях городской жизни. Уровень развития сфер неоднороден, изменения требуют много ресурсов и энергии; поэтому система активно сопротивляется и стремится сохранить свое постоянство. Изменения влияют на бизнес-модели, системы управления и взаимодействие между участниками города, так что они в основном говорят о новых.

Преобразование существующего города требует больших усилий для реорганизации устоявшихся взглядов, моделей поведения жителей и других участников. Однако, несмотря на изменения, которые претерпели многие города (Сингапур, Сеул, Нью-Йорк, Вена, Дубай, Копенгаген и другие), они не преминули выполнить свою главную функцию – стать комфортным местом для жизни людей. Города стремятся стать «умными» для решения проблем, которые возникают в основном в связи с ростом населения, ростом потребления и расширением производства.

Одной из самых распространенных проблем является экология. Многие города борются с проблемой утилизации, но интеллектуальные города решают ее нестандартным способом, используя информационные и коммуникационные технологии. Например, правительство Нью-Йорка в Соединенных Штатах, как часть концепции «умного города», в сотрудничестве с Bigbelly внедрило умные урны для мусора по всему городу. Компания трансформирует управление отходами из общественных мест с помощью облачной системы. Контейнеры для мусора имеют компактор и солнечные панели, что позволяет вам работать на 500% эффективнее, чем обычные мусорные баки. Контейнеры содержат беспроводной датчик для контроля уровня мусора, который используется при планировании маршрутов сбора мусора. Нью-Йорк постоянно следит за качеством воздуха.

Это позволяет определить источники загрязнения, а затем уменьшить их. Обработанные сточные воды и дождевая вода. Город предоставляет бесплатный Wi-Fi, который обеспечивает доступ к 311 государственным приложениям государственных служб. Финансирование исходит от рекламы. Чтобы сэкономить деньги налогоплательщиков, город перешел на светодиодное освещение. В городе имеется сеть мониторинга города.

Результаты

В результате анализа представленных проектов «умного города» с нуля, созданных на основе существующих, Тяньцзинь следует считать наиболее успешным, поскольку ему удалось привлечь 29% запланированного населения в Сингапур и город благодаря значительному влиянию на повышение качества жизни людей. Поэтому «рост населения» и «повышение качества жизни» должны стать критериями для оценки эффективности проекта «Умный город».

Вывод

Таким образом, успех внедрения технических решений во многом зависит от человеческого фактора. Существующие города страдают от инертности в управлении и поведении граждан, сопротивляясь необходимым изменениям для перехода в группу «умных городов». Умные города «с нуля» не могут стать полными городами без населения. В современных условиях «умный город» – это набор отдельных технических решений в разных областях экономики, которые не всегда пересекаются и взаимодействуют друг с другом. Но для того, чтобы стать по-настоящему умным, городу нужна умная техническая и материальная база, умное управление и умные жители