Массу обычной материи определяет механизм Хиггса (бозон Хиггса), но нет общепринятого понимания состава и природы тёмной энергии и массы тёмной материи.

Полное обоснование парадоксальной реализации эффекта Мёссбауэра в газе (!) в конечном состоянии -распада (топологический квантовый переход/ТКП ограниченного макроскопического 4-объёма пространства-времени) рождением из «ничего» двузначного пространственноподобного (кристаллоподобного) бозона  

 [1²⁰¹⁷], 

т.е. удвоенной планковской массы

 (G > 0),

завершившее феноменологию Проекта новой (дополнительной) -физики «снаружи» светового конуса[1,2], является также основой идеи о единой природе тёмной материи/тёмной энергии. Гипотеза привлекательна в первую очередь тем, что в конечном состоянии -распада микро- процесс перехода протона (p) в нейтрон (n) в ядре

энергия + 

сопровождается появлением макроскопической массы . Во-вторых, этот механизм позволяет представить единую природу тёмной материи и тёмной энергии так, что форма реализации определяется только напряженностью гравитационного поля (ускорением свободного падения – g) в точке -распада: при 0,01 см/с² происходит декомпенсация барионных зарядов квазипротонов () в узлах решётки ядра атома дальнодействия (АДД, внутренняя динамика), что открывает возможность взаимодействия АДД (тёмной материи) с обычной материей ( обменное взаимодействие); при 0,01 см/с² АДД реализуется как квант тёмной энергии (внешняя динамика) [1,2].

Привлечение идеи «тахион» к обоснованию природы тёмной материи и тёмной энергии начато через несколько лет после опубликования результатов наблюдений (1998) [3,4]. Рассмотрение различных моделей в этом контексте продолжается [5]. Однако отсутствие в поле зрения теоретиков информации, связанной с критическим экспериментом [1¹⁹⁸⁷], не позволит выйти от рассмотренных моделей к постановке решающего эксперимента.

Википедия/Wikipedia (31 января 2016): механизм Хиггса формирования массы обычного вещества «…может быть рассмотрен как элементарный случай тахионной конденсации, где роль тахиона играет скалярное поле, названное полем Хиггса. Массивный квант этого поля был назван бозоном Хиггса». <…> Википедия (26 апреля 2017): «Появление тахионов может быть смертельной проблемой для любой теории: хотя понятие мнимой массы сомнительно, скалярное поле здесь действительно квантуется, и выясняется, что для случая нестабильного скалярного поля информация всё же не распространяется со сверхсветовой скоростью. На самом деле, мнимая масса означает, что система нестабильна и решения растут экспоненциально, но не со сверхсветовой скоростью (без нарушения причинности). Тахионная конденсация приводит физическую систему в стабильное состояние, где не присутствуют физические тахионы».
Изложенное (Википедия) восходит к физической трактовке проблемы «тахион», предложенной в [6], где «обсуждаются не очень простые и не слишком известные соотношения между понятиями“неустойчивость” и “тахионы”. Но здесь, как и в [6], следовало бы перейти к рассмотрению мнимой массы на реальной экспериментальной основе. Такой анализ уже привёл к замене контрпродуктивной феноменологии «тахион» на физическое представление АДД «снаружи» светового конуса с участием в качестве наблюдателя -o-Ps [1²⁰¹⁷]. 
Замечательное качество феноменологии Проекта новой (дополнительной) -физики в обсуждаемом контексте состоит в том, что для построения последовательной теории нет необходимости постулировать новое фундаментальное поле, поскольку источником формирования тёмной материи/тёмной энергии в конечном состоянии -распада также становится поле Хиггса. Для этого, в отличие от механизма формирования массы обычной материи, теперь необходимо рассматривать -распад, как ТКП 4-объёма пространства-времени на поле Хиггса. При этом -распад

 (в ядре),

в отличие от -распада рассматривается в стандартном контексте механизма Хиггса.

Прорыв к феноменологии Проекта новой /дополнительной/ -физики «снаружи» светового конуса намечался в течение полувека в работах Э.Б. Глинера [7] (вакуумоподобные состояния вещества/ВСВ), А.Ф. Андреева [8] (спонтанно нарушенная полная относительность) и Л.Б.Борисовой и Д.Д.Рабунского [9] (математическое обоснование расширения ОТО, как сосуществование близкодействия и нового дальнодействия, на базе метода хронометрических инвариантов А.Л. Зельманова) и многих других, как попытки теоретиков выйти за рамки СМ. Это происходило независимо и практически синхронно с накоплением экспериментальных данных об аномалиях в системе «²²Na – газ неон (около 9% ²²Ne в естественной смеси изотопов неона») [2²⁰¹⁷]. 

Осцилляции -o-Ps (предметная формализация физического наблюдателя) «наружу» светового конуса (в пространство-время АДД) имеют исчезающе малую частоту (связана с энергией орто-парарасщепления позитрония) по сравнению с планковской частотой  смены направления момента (узла/ячейки квазикристалла) стохастической взаимной самораскрутки ингредиентов АДД(ВСВзазеркалье) со скоростью 

,

и для физического наблюдателя

.

Это означает, что двузначный пространственноподобный (кристаллоподобный) бозон  с положительной и отрицательной планковскими массами ингредиентов АДД (ВСВзазеркалье) воспринимается физическим наблюдателем, как векторный бозон (спин 1), т.е. скалярное (тахионное) поле Хиггса в конечном состоянии -распада порождает в веществе пару

 физический наблюдатель (-o-Ps).

В этой связи давнюю работу М.И. Файнгольда «О невозможности скалярного тахиона» [10] следует также рассматривать в ряду основополагающих предвестников.

Схема локализации двузначного векторного бозона  (АДД) в пространстве-времени «снаружи» светового конуса показана на Рис. 1.

Рис.1. 1 – Атом дальнодействия (АДД, ): ВСВ, ;2 – ядро АДД (я. АДД); 3 – оболочка АДД (о. АДД); 4 – узел в я. АДД (); 5 – узел в о. АДД. 1′ – АДД: зазеркалье, .

В заключении, уместно вновь сформулировать решающий эксперимент Проекта.
В [11²⁰¹³] показано, что верификация предполагаемой физической природы условий резонанса временных спектров аннигиляции  и -o-Ps в газообразном неоне при T ~ 300 K (источник ²²Na), как обобщённого тока смещения единого поля, возможна по следующей схеме решающего эксперимента:
1. Сравнительное наблюдение временных спектров аннигиляции позитронов методом задержанных -совпадений от -распада ²²Na в газообразном неоне естественного изотопного состава высокой чистоты в окрестности нормальной температуры при термостатировании газа (измерительной камеры) в интервале температур 30 с шагом (3-5). Предполагается наблюдать температурный резонанс: высокую интенсивность ортопозитрониевой компоненты временных спектров (I₂) на хвостах температурного диапазона. По мере удаления от пика температурного резонанса предполагается рост I₂ (до 2 раз) и, соответственно (после вычитания вклада ортопозитрониевой компоненты), всё более чёткая визуализация плеча (аннигиляция квазисвободных позитронов), т.е. нормализация по этому критерию положения неона в ряду инертных газов в экспериментах 1965-1975 г.г. (США, Россия, Англия, Канада), в которых температура образцов и лабораторных помещений не фиксировалась [2²⁰¹⁷].
2. Сравнительное наблюдение временных спектров аннигиляции позитронов методом задержанных -совпадений от -распада ²²Na в газообразном неоне естественного изотопного состава высокой чистоты при температуре, близкой к пиковой (см. п.1), в электрическом поле напряженностью ~ 4 кВ/см, ориентированном параллельно и перпендикулярно тяготению. При этом желательно сохранить геометрические параметры измерительной камеры и давления неона, близкими к условиям измерений в критическом эксперименте [1¹⁹⁸⁷].

Схема этой реализации «электрической» версии решающего эксперимента показана на Рис.2.

Очевидно, что при успешном преодолении проблемы электрического пробоя газа-неона в присутствии источника ионизирующего излучения ²²Na минимальной активности, независимые эксперименты могут быть реализованы единой методикой: ячейка в электрическом поле с газом и источником позитронов (п.2) помещается в термостат (п.1).
Обосновано проявление температурного резонанса I₂ в отсутствии электрического поля и его исчезновение в электрическом поле  ~ 4 кВ/см.

Рис. 2. Схема решающего эксперимента: существует ли «связь между тяготением и электричеством» (М.Фарадей)?

I₂ – интенсивность ортопозитрониевой компоненты временн у-го спектра аннигиляции позитронов для неона естественного изотопного состава (~ 9% ²²Ne – «условия резонанса») при комнатной температуре в постоянном электрическом поле  ~ 4 кВ/см, перпендикулярном силе тяжести. 2I₂ – то же в электрическом поле  ~ 4 кВ/см, параллельном силе тяжести (удвоение). 

«В последнее десятилетие в международном сообществе физиков-теоретиков произошли такие изменения, что стал правомерным вопрос: сможет ли эта область теоретических знаний в ближайшие 30-40 лет играть центральную роль в развитии фундаментальных и прикладных наук ‒ ту роль, которая по праву принадлежала ей в ХХ в.?
Думаю, сейчас определенно можно говорить о кризисе мировой теоретической физики.
Дело в том, что очень многие чрезвычайно талантливые люди, обученные и хорошо подготовленные для решения вопросов физики элементарных частиц и квантовой теории поля, по существу стали чистыми математиками. Круг задач, которыми они занимаются, уже не мотивируется физическими реальностями. После освоения нелинейной математики широкое сообщество физиков-теоретиков фактически превратилось в прикладных математиков. <‧‧‧> Процесс математизации физиков-теоретиков ничем хорошим для науки не кончится» [1].

Этот прогноз полностью оправдался: с середины 1970-х, когда в фундаментальный математический контекст вошла суперсимметрия, Стандартная модель физики/СМ пребывает в состоянии стагнации.

Википедия (20 августа 2022 г.): «Впервые суперсимметрию предложили в 1973 году австрийский физик Юлиус Весс и итальянский физик Бруно Зумино для описания ядерных частиц. Математический аппарат теории был открыт ещё раньше, в 1971—1972 годах, советскими физиками Юрием Гольфандом и Евгением Лихтманом из ФИАН, а также Дмитрием Волковым и Владимиром Акуловым из ХФТИ. Суперсимметрия впервые возникла в контексте версии теории струн, которую предложили Пьер Рамон, Джон Шварц и Андре Невё…».

В предисловии к книге Гордона Кейна (Gordon Kane) ‘ Суперсимметрия’, выдающийся руководитель направления фундаментальных исследований ‘теория струн’ Эдвард Уиттен (Edward Witten) пишет:

«… одним из крупнейших приключений является поиск “суперсимметрии”. Суперсимметрия это аппарат теоретической физики, при помощи которого ученые стремятся найти ответы на некоторые вопросы, остающиеся открытыми в рамках Стандартной модели физики частиц. <‧‧‧>
Если в природе есть суперсимметрия, то она является частью квантовой структуры пространства и времени. <‧‧‧>
… открытие суперсимметрии приведет к переработке идей Эйнштейна в свете квантовой механики.
В самом деле, суперсимметрия это одно из основных требований “теории струн”, которая является тем аппаратом, при помощи которого теоретики уже добились некоторого прогресса в объединении гравитации с другими фундаментальными взаимодействиями. Открытие суперсимметрии придаст невероятный импульс развитию теории струн» (подчёркнуто ‒ Б.Л.) [2].

E. Witten и экспертное сообщество теоретиков и экспериментаторов не увидело, что в теории уже рассмотрен суперсимметричный позитроний [3,4], а на основе эксперимента [5-10] суперсимметрия реализована в «условиях резонанса» феноменологией Проекта новой (дополнительной) Gh/ck-физики «снаружи» светового конуса/ПРОЕКТ: поскольку суперсимметрия реализована в теории позитрония, для b⁺ - позитрония (в работе [4] показано, что суперсимметрией обосновано полное вырождение N=2 орто- и пара-суперпозитрония) в конечном состоянии b⁺ - распадов типа DJ^p = 1^p (²²Na, ⁶⁴Cu, ⁶⁸Ga и т.п.) имеет место экспериментальная реализация суперсимметрии [11], в отличие от КЭД-позитрония (орто- W^T/³S₁ и пара- W^S/¹S₀ состояния с превышением энергии на DW = W^T ‒ W^S = 1³S₁ ‒ 1¹S₀ 8,4‧10^‒4 эВ).
Есть ряд оценок и общих соображений, которые подтверждают этот вывод.
Так, в работе [3] получены коэффициенты ветвления (branching ratios) орто- и пара-позитрония на gU, где U – нейтральный бозон спина 1 в суперсимметричных теориях

B (1³S₁ → gU) ˜ 3,5Ч10^‒8 (1 ‒x⁴), (1)

B (1¹S₀ → gU) ˜ 0,9Ч10^‒10 x² (1 ‒ x²) cos²f_e < 1,7Ч10^‒11. (2),

где x ≠ 1(«… не обязательно очень мало» [3]).

Поскольку число узлов/ячеек двузначных () атома дальнодействия/АДД ⁽⁾ N⁽³⁾ ~ 10¹⁹ и ядра/АДД ⁽⁾ , то произведение

B (1³S₁ → gU)‧ = 3,5Ч10^‒8‧5,3‧10⁴ 0,19%

даёт превышение экспериментального значения вакуумной скорости аннигиляции ортопозитрония [12,13] (от этих результатов после ухода профессора А. Рича /1939-1990/ мичиганская группа отказалась на основе неверного толкования [14] своих новых измерений [15]) по сравнению с вычисленным в квантовой электродинамике значением, что по [11] трактуется, как превышение скорости аннигиляции полностью вырожденного ([4]) суперсимметричного b⁺ - позитрония на один реальный гамма-квант и два ‘зеркальных’ («снаружи» светового конуса)

 → g/2g(3),
причём g‒ нотоф: «… безмассовая частица с нулевой спиральностью, дополнительная по своим свойствам фотону. <‧‧‧> Во взаимодействиях нотоф, как и фотон, переносит спин 1» [16], а 2g ‒ гамма-кванты «снаружи» светового конуса с суммарной энергией E_2g 8,4‧10^‒4 эВ. Возникшее при этом противоречие с методикой g_n(«старт»)-g_a(«стоп») задержанных совпадений, не пропускающей в канале «стоп» g- квант с энергией E_g  1,02 МэВ, преодолевается на основе идеи, сформулированной в [17], вследствие компенсирующей отрицательной массы «дырки» (1/2‧E_g ~ 0,51 МэВ) «снаружи» светового конуса.

Другое свидетельство приводит к такой формулировке решающего эксперимента [18,19], которая при положительной реализации исключит все другие возможности: предполагается, на основе сравнения доли b⁺ - позитронов, образующих позитроний в газообразном неоне по данным работы [10] (f = /556/ %, метод g - спектрометрии, источник позитронов ⁶⁴Cu) и работы [6] (I₂ = /283/ %, временнуй метод, источник позитронов ²²Na) имеет место температурная зависимость f (T) = 4/3‧I₂(T) в температурном диапазоне DT=10 вблизи нормальной температуры лаборатории:

DW = W^T ‒ W^S = 1³S₁ ‒ 1¹S₀ 8,4‧10^‒4 эВ‧11604,5 ^o/эВ10.

Этот решающий эксперимент мог бы обосновать различия в размытии «плеча» в газообразном неоне по результатам работ [5-9].

Итак, математическую теорию струн наполнят физическим содержанием гамильтоновы циклы АДД ⁽⁾ и ядра АДД ⁽⁾ [11], что исключает возможность единственного уравнения единой теории поля (Теории Всего) [20].
Дополнение физического контекста математической теории струн гамильтоновыми циклами АДД ⁽⁾ и ядра АДД ⁽⁾ «снаружи» светового конуса пространства-времени (двузначная реинтерпретация // планковских величин) открывает принципиально новые горизонты приложений на основе ограничения статуса слабого энергетического условия/СЭУ [21]:
появляется основа для единого описания тёмной энергии/тёмной материи [22];
кулоновский барьер компенсируется отрицательной составляющей ядра АДД^(‒) [23];
на этой основе, поскольку возможны осцилляции b⁺ - позитрония/ «наружу» светового конуса (расширение гипотезы [24]), состоялась аналоговая формализация статуса ФИЗИЧЕСКОГО НАБЛЮДАТЕЛЯ/ ‒ женщина/ и/или мужчина/.
ПРОЕКТ обосновывает открытия физиков и изобретателей, которые не признаёт академическое экспертное сообщество.Википедия (6 июня 2022):
«Российский физик Александр Пархомов повторил эксперимент с “низкоэнергетическим ядерным реактором” Росси. У подобного реактора могут быть огромные перспективы, но его коммерческие перспективы до сих пор под вопросом (10 февраля 2015)».
В последующем исследования А.Г. Пархомова дополнены явлением холодной ядерной трансформации/ХЯТ, что также находит обоснование с позиций ПРОЕКТА.В Википедии (1 августа 2022), в статье «Катализатор энергии Росси» (раздел «Мнение российских учёных») акад. Е.Б. Александров резюмирует: «Ставки очень высоки ‒ переворот в энергетике, гарантированная Нобелевская премия, геополитические изменения в мире и т.д. Потому к подобным заявлениям в СМИ профессионалы относятся с естественным привычным недоверием».
Недоверие необходимо преодолеть на основе обоснования ПРОЕКТОМ открытий и изобретений Р.Шойера (EmDrive/1999), Л.И.Уруцкоева с сотрудниками (трансмутация атомных ядер при электрическом взрыве проводников/2000), А.Росси и С.Фокарди (‘катализатор энергии’ E-Cat/2011).