,                    (1)

где c_j – годовые трансакционные издержки организации саморегулирования;

Ic_jl – величина вступительных членских взносов;

c_ij – величина годовых членских взносов членов организации;

l – хозяйствующие субъекты, вступающие в организацию саморегулирования;

i – действительные члены организации саморегулирования;

j – саморегулируемая организация (с учетом того, что в отрасли несколько организаций саморегулирования).

Суммирование по l от 1 до , где – число хозяйствующих субъектов, вступивших в организацию саморегулирования j за год, и по i от 1 до , где  – среднегодовое число членов в данной организации j, даст суммарные годовые издержки организации саморегулирования [2, с. 41, 3].

Рассчитаем годовые трансакционные издержки для СРО НП «Межрегиональный союз строителей». Число членов в ней составляет 560 юридических лиц и индивидуальных предпринимателей. Величина вступительных членских взносов Ic_lj
составляет 30 000 рублей, величина годовых членских взносов членов организации c_ij составляет 72 000 рублей.

Тогда суммарные годовые трансакционные издержки для СРО НП «Межрегиональный союз строителей» составят:

рублей.

В дальнейшем величина годовых трансакционных издержек станет меньше за счет того, что количество хозяйствующих субъектов, вступающих в саморегулируемую организацию, значительно сократится и, следовательно, сократятся издержки на вступительные членские взносы.

Кроме членских взносов члены организации саморегулирования несут также издержки связанные, связанные с необходимостью соблюдения правил организации саморегулирования – затраты времени и жизненной энергии, а может быть, и дополнительных денежных средств при прохождении процедуры вступления в организацию; издержки обеспечения соответствия своей продукции и способа ведения бизнеса требованиям и стандартам, установленным организацией саморегулирования; различные издержки, связанные с прохождением процедур мониторинга и контроля; затраты времени, сил, связанные с участием в процедурах разрешения (внесудебных) споров; издержки, связанные с участием в организационных мероприятиях организации саморегулирования (общее собрание членов организации и пр.). Оценку этого типа издержек можно сделать на основании углубленных интервью с участниками организаций саморегулирования [2, с. 44].

Создание саморегулируемых организаций в строительстве позволит получить различные виды бюджетных эффектов.

Под термином «бюджетный эффект» подразумевается эффект, возникающий при выполнении госзаказов по договорам строительного подряда [4]. Данный эффект возникает:

1) на федеральном уровне. По данным Федеральной антимонопольной службы в реестр недобросовестных поставщиков попали около 200 строительных организаций, которые не выполнили свои обязательства по договорам строительного подряда на сумму 3 886 477 тыс. рублей;

2) на региональном уровне. В Пензенской области сумма обязательств, не выполненных по договорам строительного подряда, составила 54 410 тыс. рублей, что составляет 1,4 % от суммы невыполненных обязательств по России;

3) на муниципальном уровне Пензенской области строительные компании не выполнили своих обязательств на сумму 39 175 тыс. рублей.

Внедрение института саморегулирования в сферу строительства уже привело к тому, что с рынка исчезают так называемые «компании-однодневки» и недобросовестные компании, что приведет к значительному сокращению количества невыполненных договоров и повышению качества выполняемых работ [5, 6, 7]. Этому также поспособствует создание в саморегулируемых организациях компенсационного фонда и страхование гражданской ответственности, которые будут задействованы в случае невыполнения или некачественного выполнения строительной компанией – членом СРО взятых на себя обязательств.

Рассмотренные подходы и практические рекомендации по созданию и развитию системы саморегулирования в строительном комплексе Пензенской области позволят усовершенствовать систему саморегулирования в строительстве и повысить результативность функционирования саморегулируемых организаций.

«Социальный эффект» выражается прежде всего в том, что строительные компании, дорожа своим членством в саморегулируемой организации и репутацией, будут тщательнее относиться к качеству строительных материалов и соблюдению технологии производства строительно-монтажных работ. Можно выделить и другие «социальные эффекты», связанные с организациями саморегулирования:

1. Установление и поддержание правил ведения бизнеса. Для потребителя это означает снижение трансакционных издержек поиска и обработки информации, а также снижение риска оппортунистического поведения контрагента, поскольку организация саморегулирования обеспечивает контроль за соблюдением своими членами установленного стандарта [1, 2].

2. Система внесудебного разрешения споров. Система внесудебного урегулирования споров имеет следующие черты:

– решение органа по урегулированию споров является обязательным для фирмы – члена СРО;

– процедура бесплатна для потребителя и значительно дешевле для компании по сравнению с судебной процедурой;

– решение принимается не только на основании соответствующего законодательства, но и на основе кодексов делового поведения организаций саморегулирования, здравого смысла и соображений справедливости [3, 4 с. 108].

3. Экономия государственных расходов. Такая экономия возникает, если организации саморегулирования реально заменяют государственное регулирование, таким образом, в результате их деятельности объем государственного вмешательства сокращается [4, с. 109].

4. Оказание услуг по информированию и консультированию аутсайдеров (прежде всего потребителей) [4, с. 110].

«Коммерческий эффект» также может быть разделен на несколько составляющих.

Во-первых, «коммерческий эффект» связан с заключением субподрядных договоров между строительными компаниями. В стране и области имеются крупные фирмы. Они выигрывают в конкурсах, привлекают субподрядчиков, поставщиков материалов. Когда кто-то не заплатил, возникает цепочка неплатежей, ведь некоторые из этих субподрядчиков в свою очередь берут своих субподрядчиков. Имеются опоздания по платежам за строительные материалы. Функционирование института саморегулирования позволяет значительно сократить эту сумму за счет залогово-гарантийных механизмов и инструментов внутреннего контроля за деятельностью членов саморегулируемой организации [5].

Во-вторых, «коммерческий эффект» заключается в снижении трансакционных издержек членов СРО. Их снижение происходит в связи с тем, что между строительными компаниями – членами СРО укрепляются экономические и личностные связи, поэтому снижаются затраты времени на поиск субподрядчиков, поставщиков и затраты денег на заключение контрактов.

В-третьих, «коммерческий эффект» связан с оказанием саморегулируемой организацией услуг по консультированию компаний-членов и обучению персонала. В принципе, со стороны фирм возможны обращения в консалтинговые, юридические, тренинговые фирмы либо организация специальных подразделений внутри собственной компании, однако организации саморегулирования могут оказаться более конкурентоспособны на этом поле за счет узкой специализации и экономии на масштабе [4, с. 105, 6].

В-четвертых, «коммерческим эффектом» для членов организаций саморегулирования является защита и представительство их интересов в отношениях с аутсайдерами и с государством. При этом возможен дополнительный эффект от использования имени организации как представителя интересов, если организация обладает соответствующей репутацией. В российских условиях эта деятельность может являться серьезным коммерческим эффектом еще и потому, что отдельная фирма далеко не всегда готова к противостоянию с государством. Несовершенство российской правовой и экономической систем таковы, что на рынке практически нет абсолютно «белого» бизнеса, соблюдающего абсолютно все требования законодательства. Отсюда возникает страх и неготовность защищать правовыми методами свои даже абсолютно законные интересы, ведь в ответ государство может найти массу нарушений в других сферах. Поэтому участники рынка заинтересованы в организациях, которые могут взять на себя решение спорных проблем и отрасли в целом, и отдельных компаний, в том числе путем судебного и административного обжалования незаконных действий и документов государственных органов.

Прочие эффекты. Переход к саморегулированию позволяет строительному сообществу внедрять эффективные механизмы внутреннего контроля за деятельностью членов саморегулируемой организации. А именно: вырабатывать, принимать и внедрять критерии, которым должен соответствовать хозяйствующий субъект для участия в строительной деятельности в зависимости от предмета такой деятельности (инвестор, заказчик, генеральный подрядчик, подрядчик, специализированная организация) [8]. И тем самым очистить строительную отрасль от недобросовестных участников.

Институт саморегулирования в строительстве дает ряд позитивных эффектов. В первую очередь, увеличена ответственность строительных компаний за результат и качество работы, а строительный рынок – освобожден от фирм-однодневок. Кроме того, новая система позволяет со временем ликвидировать всевозможные административные барьеры и избыточный контроль со стороны чиновников. Также строительные компании получат эффект в том случае, если всероссийская или региональная саморегулируемая организации пройдут международную сертификацию, строительная организация из любого региона России, являясь членом СРО, сможет осуществлять работы за рубежом.

Если при лицензировании не уделялось особого внимания нормативным документам, в соответствии с которыми работает фирма, то в случае саморегулирования эта сфера строго контролируется. СРО проверяет, по каким нормативным документам работает компания. Это важно, поскольку присутствие в организации недобросовестной фирмы в конечном итоге ударит по имиджу и карману каждого из членов СРО. Соответственно, выход из саморегулируемой организации будет означать лишение права заниматься данным видом деятельности. Рассмотренные виды эффектов в общей системе эффектов, возникающих при функционировании института саморегулирования в строительной сфере представлены на рисунке 1.

Рисунок 1 – Виды эффектов, возникающих при функционировании института саморегулирования в строительной сфере

Таким образом, экономический эффект функционирования института саморегулирования в общем виде может определяться по формуле:

Эф = (Эб + Эс + Эк + Эп) – с_j,                                       (1)

где Эб – «бюджетный эффект»,

Эс – «социальный эффект»,

Эк – «коммерческий эффект»,

Эп – прочие эффекты.

Кроме того, предлагается рассчитывать рентабельность института саморегулирования для государства и для каждой конкретной саморегулируемой организации.

Рентабельность института саморегулирования для государства рассчитывается по формуле:

Р = [(Эбф + Эс + Эк + Эп) / (КЗ_Г + ТЗ_Г)] · 100 %,                            (2)

где Эбф – «бюджетный эффект» на федеральном уровне,

КЗ_Г – капитальные затраты государства на создание института саморегулирования (затраты, связанные с разработкой и принятием законодательных актов о саморегулируемых организациях и внесением изменений в Градостроительный кодекс РФ и прочие затраты),

ТЗ_Г – текущие затраты государства на содержание института саморегулирования (включают в себя затраты на проведение процедуры регистрации саморегулируемых организаций, ведение реестра СРО, проведение государственного контроля за деятельностью саморегулируемых организаций и прочие затраты).

Рентабельность института саморегулирования для конкретной саморегулируемой организации рассчитывается по следующей формуле:

Р = [(Эбр + Эс + Эк + Эп) / (КЗ_СРО + ТЗ_СРО)] · 100 %,                       (3)

где Эбр – «бюджетный эффект» на региональном уровне,

КЗ_СРО – капитальные затраты членов СРО на создание саморегулируемой организации (складываются из затрат на проведение собраний по вопросу создания СРО, затрат на подготовку учредительной документации и документации, необходимой для регистрации СРО, на создание сайта СРО и прочих затрат),

ТЗ_СРО – текущие затраты членов СРО по содержанию саморегулируемой организации, которые равны годовым трансакционным издержкам организации саморегулирования c_j или другими словами равны сумме членских взносов.

Саморегулирование – не просто новый этап в управлении строительной деятельностью. Это – гораздо более высокий уровень контроля и ответственности, когда за качество работы каждого отвечают все.

Создание института саморегулирования в строительстве связано как с возникновением различных эффектов, так и с появлением издержек саморегулирования. Эффекты от создания саморегулируемых организаций в строительстве можно разделить на следующие виды: бюджетный, социальный, коммерческий, прочие эффекты. Среди издержек, наиболее простому измерению поддаются трансакционные издержки существования организации саморегулирования. Рассмотренные подходы и практические рекомендации к оценке эффективности саморегулирования в строительном комплексе позволят повысить результативность функционирования саморегулируемых организаций.

Оставаясь нерешенными в дошкольном периоде, указанные проблемы имеют негативные отдаленные последствия: в школьном возрасте прогрессируют трудности учебного и поведенческого характера; проявляется выраженность симптомов в стойкой агрессии и раздражительности, проблемных межличностных отношениях [5, 6].

При изучении данной проблемы мы опирались на научный потенциал отечественных исследований психологических особенностей, диагностики гиперактивности. Это труды В.М. Астапова (2008), Л.О. Бадалян (1993), М.М. Безруких (2004), О.В. Бездетко, И.П. Брязгунова (2001), Н.Н. Заваденко (2005), Е.Б. Касатиковой (2002). Многоаспектное изучение причин, последствий, диагностики, коррекции и профилактики агрессии, представление позиций внешнего наблюдателя, субъекта агрессии (самого агрессора), объекта агрессии (жертвы) опубликовано в трудах А.Н. Басс (1994), Л. Берковец (2001), Г.Э. Бреслав (2004), Н.М. Платоновой (2004), Д. Ричардсон (1997), Е.О. Смирновой (2009), И.А. Фурманова (2004,2006), К. С. Шалагиновой (2008), L.R. Huesamnn (1988) [1].

Между тем остаются неизученными проблемы формирования самоконтроля как средства снижения агрессии у гиперактивных детей, в виду этого возникают следующие противоречия: – между запросами практики и не разработанностью теоретических основ коррекционно-формирующего процесса формирования самоконтроля агрессии гиперактивных дошкольников (неоднозначность понятий «агрессия», «агрессивное поведение» «агрессивность», множественность определений, классификаций, форм, видов агрессии).

Формирование самоконтроля как средства снижения агрессии гиперактивных детей старшего дошкольного возраста самостоятельно не рассматривается в качестве экспериментального, специального предмета исследования, а лишь попутно в контексте других проблем [2,3].

Таблица 1. Основные параметры гиперактивного и агрессивного поведения

Из таблицы видно, что наличие недостаточной зрелости центральной нервной системы у гиперактивных детей, отмечаемой многими исследователями не препятствует в социальном, психолого-педагогическом плане при создании специальных условий формированию самоконтроля для снижения агрессии в поведении.

Одним из средств коррекции является описанная в отечественной психологии регуляция и саморегуляция поведения и деятельности в старшем дошкольном возрасте, изучаемая в разных аспектах: становление волевого поведения (Л.И. Божович, В.К. Котырло, Я.З. Неверович Т.И. Шульга и др.), развития произвольности (А.В. Запорожец, Е.О. Смирнова и др.), саморегуляция, самоуправление, условие сознания и самосознания человека (Д.Б. Эльконин, А.Л. Венгер), зависимость уровня социализации от уровня самоконтроля поведения (А.Г. Асмолов).

В исследовании ключевым является определение самоконтроля как умение анализировать собственные действия и способность к самопринуждению. Анализ определений самоконтроля и волевой саморегуляции показал, что имеющиеся исследования, в основном касаются общего понятия саморегуляции как сложного процесса с доминированием значимо разных составляющих, а самоконтроля как механизма саморегуляции поведения и психологического качества личности. Отчасти описаны способы формирования самоконтроля – это присутствие сверстников, способствующих развитию самоконтроля, подчинение правилам в игре без принуждения. Но вместе с тем, отсутствуют диагностические критерии самоконтроля в поведении гиперактивных и негиперактивных детей с агрессивным поведением, имеются лишь схемы наблюдений без количественной интерпретации, что значительно усложняет дальнейшую интерпретацию сформированности данного качества личности.

Обзор научной литературы по изучаемой проблеме, свидетельствует о том, что непредставленные данные о возможности формирования самоконтроля у гиперактивных детей старшего дошкольного возраста с агрессивным поведением, приводит к возникновению противоречия между востребованностью в полной реализации самоконтроля агрессивного поведения у гиперактивных дошкольников и степенью теоретического и методического обеспечения данного качества.

Проектирование процесса снижения агрессивного поведения гиперактивного дошкольника посредством психолого-педагогической программы, предполагающей  развитие самоконтроля (волевой компонент) основано на следующих этапах:

1.Побудительно-мотивационный этап (количество занятий – 7)

Цель: создание мотивации на общение и умение выполнять правила  поведения в игре Средства (игры с правилом):

2.Исполнительный этап (количество занятий – 25)

Цель: формирование самоконтроля через контроль сверстника. Средства (игры с правилом, сказкотерапия)

3.Результативный этап (количество занятий 6)

Цель: закрепление и «автоматизация» навыков осознанного самоконтроля Средства (игры с правилом)

Полученные результаты позволяют сделать следующие выводы:

1. Сопутствующая гиперактивности агрессия характеризуется как сложноструктурированная форма поведения дошкольников, где развитый самоконтроль способствует снижению агрессии в поведении.

2. Поэтапное и последовательное снижение агрессии и формирование самоконтроля в поведении гиперактивных дошкольников обеспечивается при соблюдении психологических условий и педагогических условий

3. Подтверждена эффективность психолого-педагогической программы формирования самоконтроля агрессии в поведении гиперактивных дошкольников основанная на пошаговом алгоритме, использовании игры с правилом, сказкотерапии (зодиакальные сказки). Доказана взаимообусловленность в экспериментальной группе уровня агрессии и самоконтроля: чем выше уровень самоконтроля, тем выше социометрический статус, учебные успехи, эмоциональная стабильность и ниже уровень проявления агрессии.

4. Механизмами формирования самоконтроля агрессии в поведении гиперактивных дошкольников выступают: копирование одобряемых образов поведения, подражание,  идентификация, интериоризация. В формировании самоконтроля прослеживается сензитивность, гетерохронность, стадиальность (первично – «меня контролируют», вторично – «я сам себя контролирую»).

Рассмотрим типологию саморегулируемых организаций, приведенную Д.А. Петровым, в зависимости от следующих классификационных признаков [1, с. 134]:

1)     статуса членов и возможностей правотворчества в рамках отрасли;

2)    согласия органов власти;

3)    уровня нормативного регулирования;

4)    приобретения прав на осуществление деятельности;

5)    функционирования «…в различного рода сферах экономики…» [1, с.   135].

Признак типологизации саморегулируемых организаций, исходя из статуса ее членов и возможностей правотворчества в рамках отрасли, позволяет разделить такие организации на две подгруппы: первого и второго уровня. Саморегулируемые организации первого уровня объединяют предпринимательскую или профессиональную деятельность, которая подвергается саморегулированию. В состав организаций второго уровня входят саморегулируемые организации первого уровня, формируемые как ассоциации (союзы) и представляющие организационно-правовую форму, которая в соответствии с пунктом 1 статьи 123.8 Гражданского кодекса Российской Федерации составляет «…объединение юридических лиц и (или) граждан, основанное на добровольном или в установленном законом случаях на обязательном членстве и созданное для представления и защиты общих, в том числе профессиональных, интересов, для достижения общественно полезных целей, а также иных не противоречащих закону и имеющих некоммерческий характер целей» [2, с. 71]. Организационно-правовая форма ассоциаций (союзов) может быть использована по нормам пункта 1 статьи 123.8 Гражданского кодекса РФ в сфере предпринимательства: для  объединения лиц, имеющих цели координацию их предпринимательской деятельности, представление и защиту общих имущественных интересов, а также в сфере профессиональной деятельности – для объединения граждан, не имеющих цели по защите трудовых прав и интересов своих членов, профессиональных объединений граждан, не связанных с их участием в трудовых отношениях, объединения саморегулируемых организаций.

Возможность объединения саморегулируемых организаций в ассоциации (союзы) подтверждена Федеральным законом «О саморегулируемых организациях». В соответствии со статьей 24 Закона ассоциации (союзы) саморегулируемых организаций могут формироваться по территориальному, отраслевому, межотраслевому или иным признакам. «Членами ассоциации (союза) саморегулируемых организаций – по правилам пункта 4 статьи 24 Федерального закона «О саморегулируемых организациях» -  могут быть переданы  ассоциации (союзу) права на разработку единых стандартов и правил саморегулируемых организаций, условий членства субъектов предпринимательской или профессиональной деятельности в саморегулируемых организациях – членах ассоциации (союза), на разрешение споров в третейском суде, на профессиональное обучение и аттестацию работников членов саморегулируемых организаций, на сертификацию произведенных ими товаров (работ, услуг), на раскрытие информации, а также иные права саморегулируемых организаций» [3].

Ученые рассматривают возможности присвоения саморегулируемым организациям второго уровня правового статуса национальных объединений, в составе которых должны быть более 50% всех саморегулируемых организаций. Исследователи полагают, что создание национальных объединений должно быть обязательным, когда членство в саморегулируемых организациях обязательно по законодательству [1, с. 136], как это характерно для ведения аудиторской деятельности. Что касается объединений специалистов в области бухгалтерского учета, то в настоящее время в стране функционирует лишь одна некоммерческая организация, объединяющая специалистов в области бухгалтерского учета, – Некоммерческое партнерство «Институт профессиональных бухгалтеров и аудиторов России» (ИПБ России), которая объединяет профессиональных бухгалтеров, получивших в данной некоммерческой организации соответствующий аттестат. Причем одной из задач данной саморегулируемой организации является работа по формированию методической базы в области бухгалтерского учета, т.е. деятельность по его регулированию.

По мнению исследователей, предлагающих создание национальных объединений саморегулируемых организаций, их функциями должны быть, в том числе «…принятие отраслевых локальных правовых актов (правил деловой и профессиональной этики, федеральных стандартов)…» [1, с. 138]. Таким образом, с одной стороны, специалистами предлагается создание национальных объединений, куда входят большинство саморегулируемых организаций, и, следовательно, речь идет об одном национальном объединении, аккумулирующем все саморегулируемые организации, что в отношении бухгалтерского учета на сегодняшний момент практически невозможно.

С другой стороны, функции по созданию федеральных стандартов, содержащих правила предпринимательской или профессиональной деятельности, позиционируются как разработка локальных нормативных правовых актов, что, по нашему мнению, не совсем верно. Если речь идет, в том числе о создании национального объединения саморегулируемых организаций в сфере бухгалтерского учета, формирования им федеральных стандартов бухгалтерского учета, то по нормам пункта 1 статьи 27 Федерального закона «О бухгалтерском учете» (2011 г.) их разрешено разрабатывать любому субъекту негосударственного регулирования, а сформулированные и принятые правила таких стандартов обязательны к применению всеми юридическими лицами, для которых они разработаны (пункт 3 статьи 21 Федерального закона). Следовательно, федеральные стандарты по бухгалтерскому учету, представленные как локальные, не являются таковыми. Они утверждаются на федеральном уровне уполномоченным федеральным органом, представляющим «…орган исполнительной власти, уполномоченный Правительством Российской Федерации осуществлять функции по выработке государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности…» [4], объединяют стандарты учетной деятельности на территории всей страны, независимо от отраслевой принадлежности применяющих их  юридических лиц. Однако следует отметить: в Федеральном законе «О бухгалтерском учете» (2011 г.)  определения федерального стандарта и отраслевого стандарта, применение которых является обязательным, отсутствуют, что является, на наш взгляд, упущением. Термины «федеральный стандарт», «отраслевой стандарт» нашли широкое применение при формулировке правил, особенно в третьей главе Закона. Хотя определение  термина «стандарт бухгалтерского учета» в нем все-таки сформулировано. Стандарт бухгалтерского учета определен как «…документ, устанавливающий минимально необходимые требования к бухгалтерскому учету, а также допустимые способы ведения бухгалтерского учета» [4].

Что касается предложения ученых о закреплении за национальным объединением саморегулируемых организаций в области бухгалтерского учета разработки и принятия Кодекса профессиональной этики, то такая работа была проведена. Ее результатом стало принятие в 2012 году Кодекса этики профессиональных бухгалтеров, имеющего локальный нормативно-правовой уровень, поскольку документ разработан для использования не всеми специалистами, а бухгалтерами, получившими аттестат профессионального бухгалтера ИПБ России.

Анализ функций национальных объединений саморегулируемых организаций, предложенных Д.А. Петровым, показал отсутствие в их составе контрольной функции, кроме обязанности рассмотрения «…жалоб иных лиц на действия (бездействие) саморегулируемых организаций…» [1, 140].  Между тем, контрольная функция является важнейшей в деятельности как саморегулируемых организаций, так и их национальных объединений. Согласно части 1 статьи 2 Федерального закона «О саморегулируемых организациях»  саморегулирование – представляет самостоятельную и инициативную деятельность, осуществляемую субъектами предпринимательской и профессиональной деятельности, содержанием которой является формирование правил и стандартов их деятельности, а также контроль их соблюдения.  С таким пониманием направлений деятельности саморегулируемых организаций согласны ученые – Ю.Г. Лескова [5, с. 8], И.Г. Журина [6, с. 52] и др.

Контрольная функция саморегулируемых организаций, по нашему мнению, должна заключаться в организации контроля выполнения всеми их участниками установленных и принятых  правил профессиональной деятельности и профессионального поведения. В контексте регулирования бухгалтерского учета саморегулируемые организации должны контролировать соблюдение обязательных правил бухгалтерского учета, закрепленных в нормативных правовых документах, – законах, положениях по бухгалтерскому учету (ПБУ), Положении по ведению бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности в Российской Федерации, Плане счетов бухгалтерского учета финансово-хозяйственной деятельности и инструкции по его применению и др. Однако в настоящее время в бухгалтерском учете саморегулирования как правового института практически не существует, деятельность по установлению и контролю соблюдения правил нормативных правовых документов, обязательных для применения, не основывается на инициативе практических работников и специалистов, а, значит, вряд ли стоит ожидать создания и регистрации саморегулируемых бухгалтерских организаций, члены которых самостоятельно примут на себя обязанности разработки нормативных правовых документов. Сделанный вывод подтверждается Программой разработки федеральных стандартов бухгалтерского учета на 2016-2018 гг., утвержденной приказом Министерства финансов Российской Федерации от 23 мая 2016 г. № 70н [7]. В соответствии с ней из 14 федеральных стандартов бухгалтерского учета за намеченный период только два должно быть разработано Некоммерческим партнерством «Институт профессиональных бухгалтеров и аудиторов России», одно – саморегулируемой организацией аудиторов Некоммерческое партнерство «Московская аудиторская палата»,  пять – Фонд развития бухгалтерского учета «Национальный негосударственный регулятор бухгалтерского учета «Бухгалтерский методологический центр», оставшиеся шесть – Минфином России.

Контроль соблюдения правил профессионального поведения как второй аспект контрольной функции со стороны национального объединения саморегулируемых организаций возможен только при наличии этих правил. В сфере учетной деятельности они представлены только в Кодексе этики профессиональных бухгалтеров, разработанном и принятом ИПБ России (2012 г.) для своих членов. Для остальных специалистов учетной профессии таких правил не разработано, а, значит, в их практической работе не используется.

В зависимости от необходимости согласия органов власти саморегулируемые организации разделяются на создаваемые в уведомительном и разрешительном порядке. Такое деление обусловливается законодательным решением, принятым для некоммерческих организаций.  Если уведомительный порядок создания таких организаций определяется их самостоятельным решением, а началом функционирования в качестве саморегулируемой организации считается дата государственной регистрации с внесением данных о ней в соответствующий реестр, то разрешительному порядку формирования саморегулируемых организаций свойственно обязательность получения специального разрешения. Так, по правилам пункта 2 статьи 3 Федерального закона «Об аудиторской деятельности» организация, занимающаяся аудитом, начинает функционировать «…с даты внесения сведений о ней в реестр аудиторов и аудиторских организаций саморегулируемой организации аудиторов…, членом которой такая организация является» [8]. Особенностью деятельности таких организаций является обязательное функционирование в рамках федерального закона, регулирующего эту деятельность. Его правилами обусловливаются возникающие отношения при образовании, функционировании и прекращении работы, определяются направления деятельности, взаимодействия с участниками возникающих отношений и связей, права и обязанности организаций и их членов, проведении контрольных мероприятий в сфере их функционирования и др.

Разрешительный порядок работы саморегулируемых организаций влечет процессы, инициируемые органами исполнительной власти по ограничению количества таких организаций. Такие законодательные решения обусловлены необходимостью усиления контроля за их деятельностью со стороны государства и упрощения надзорных процедур, что обеспечивает решение задач на уровне государства. Так, в сфере аудиторской деятельности в настоящее время принято законодательное решение о сокращении количества таких организаций и укрупнение их, что, как планируется, повысит возможности повышения качества их работы. Вместе с тем, уменьшение числа саморегулируемых аудиторских организаций может способствовать стимулированию деятельности по формированию современной нормативно-правовой базы российского бухгалтерского учета и отчетности, являющихся основанием для ведения аудиторской деятельности, хотя в составе видов деятельности, которыми могут заниматься такие организации по законодательству, разработка нормативных правовых документов, регулирующих бухгалтерский учет, не предусмотрена.

В зависимости от уровня нормативного регулирования саморегулируемые организации разделяются на следующие три вида.

1. Саморегулируемые организации на добровольной основе, деятельность которых регламентируется Федеральным законом «О саморегулируемых организациях» и другими законами, реализующими свойство саморегулирования – инициативность, представленное в нормах этого закона.
2. Саморегулируемые организации на обязательной основе, установленной законодательством. Саморегулированием на обязательной основе охвачены аудиторские организации, которые в соответствии с законодательством могут принимать участие в формировании нормативно-правовой базы бухгалтерского учета.
3. Саморегулируемые организации, деятельность которых и их взаимоотношения, а также взаимодействия их членов,  потребителей их услуг (работ), федеральных органов исполнительной власти, органов исполнительной власти субъектов Российской Федерации, органов местного самоуправления, регулируется федеральными законами. К ним относятся саморегулируемые организации профессиональных участников рынка ценных бумаг, акционерных инвестиционных фондов, управляющих компаний и специализированных депозитариев инвестиционных фондов, жилищных накопительных кооперативов, негосударственных пенсионных фондов, кредитных организаций, бюро кредитных историй. Нормами законодательства прямо не определена основа, на которой выстраивается их деятельность. Однако можно предположить, что она является обязательной, поскольку названы виды деятельности, которые должны быть полностью охвачены саморегулированием.

Приобретение прав на осуществление деятельности как признак группировки российских саморегулируемых организаций обусловливается основаниями для их признания таковыми:

• саморегулируемыми организациями с обязательным участием в них при осуществлении предпринимательской или профессиональной деятельности;
•  саморегулируемыми организациями, которые функционируют на добровольной основе среди входящих в них членов для выполнения функций по разработке стандартов, правил, норм деятельности и контроля их соблюдения, закрепленных законодательством о саморегулируемых организациях.

Представленный классификационный признак более других подвергается анализу и критике правового сообщества на предмет роста возможности ограничения конкуренции при использовании таких типов саморегулирования для разных  видов деятельности.  Однако, как указывают исследователи: «…ограничение конкуренции возможно при любом саморегулировании, что влечет необходимость осуществления антимонопольного контроля за деятельностью саморегулируемых организаций…» [1, с. 141].

Функционирование саморегулируемых организаций обусловливается их особым правовым статусом, который характеризует эти организации, как некоммерческие, необходимые для удовлетворения социальных потребностей в результате предпринимательской и профессиональной деятельности. С другой стороны, к таким юридическим лицам предъявляются специфические требования, которые реализуются в процессе выполнения ими функций, определенных законодательством.

Саморегулируемые организации по нормам законодательства (Федерального закона «О саморегулируемых организациях», Гражданского кодекса Российской Федерации)  - это некоммерческие организации, объединяющие субъектов предпринимательской или профессиональной деятельности на основании членства в них. Они не преследуют основной цели своей деятельности – извлечение прибыли и не распределяют ее, если таковая получена, между членами. Они не представляют организационно-правовую форму юридического лица, поскольку термин обозначает объединение юридических и физических лиц для выполнения целей, предусмотренных пунктом 1 статьи 2 Федерального закона «О саморегулируемых организациях». В соответствии с пунктом 3 статьи 50 Гражданского кодекса Российской Федерации организационно-правовой формой саморегулируемых организаций являются некоммерческие организации, представляющие ассоциации (союзы), «…к которым относятся, в том числе  некоммерческие партнерства, саморегулируемые организации,…» [2, с. 29]. Следовательно, саморегулируемые организации, которые по нормам пункта 2 статьи 22 Федерального закона «О бухгалтерском учете» могут осуществлять регулирование бухгалтерского учета, как его субъекты, «…в том числе саморегулируемые организации предпринимателей, иных пользователей бухгалтерской (финансовой) отчетности, аудиторов, заинтересованных принимать участие в регулировании бухгалтерского учета…» [4] по нормам Гражданского кодекса РФ, измененного Федеральным законом от 13 июля 2015 года № 268-ФЗ,  объединяют организации, имеющие организационно-правовую форму ассоциаций и союзов. Такие организации, преследующие цели развития бухгалтерского учета, в нормах Закона о бухгалтерском учете включены в состав субъектов негосударственного регулирования. Отсюда можно сделать вывод о необходимости корректировки пункта 2 статьи 22 Федерального закона «О бухгалтерском учете», что позволит привести его в соответствие с Гражданским кодексом РФ.

Для выполнения своих функций саморегулируемая организация должна быть зарегистрирована, о чем делается соответствующая запись в государственном реестре саморегулируемых организаций (пункт 6 статьи 3 Федерального закона «О саморегулируемых организациях»). Реестр таких организаций обязан вести орган, уполномоченный Правительством РФ. Для государственной регистрации саморегулируемых организаций в сфере аудиторской деятельности такой реестр в соответствии с пунктом 2 Постановления Правительства РФ «Об утверждении Положения о государственном надзоре за деятельностью саморегулируемых организаций» от 22.11.2012 № 1202 [9] ведется Министерством финансов России. Однако в стране, кроме Некоммерческого партнерства «Институт профессиональных бухгалтеров и аудиторов России» (ИПБ России), других саморегулируемых организаций, объединяющих специалистов в области бухгалтерского учета, не создано, хотя функционирует Фонд развития бухгалтерского учета «Национальный негосударственный регулятор бухгалтерского учета «Бухгалтерский методологический центр».

Фонд развития бухгалтерского учета, судя по названию, представляет организацию, одной из целей которой является формирование нормативных правовых документов по бухгалтерскому учету. Программой разработки федеральных стандартов бухгалтерского учета на 2016-2018 гг., утвержденной приказом Министерства финансов Российской Федерации от 23 мая 2016 года № 70н, этот фонд должен представить для обсуждения пять федеральных стандартов:

• Запасы;
• Основные средства;
• Нематериальные активы;
• Финансовые активы и обязательства;
• Некоммерческая деятельность.

Однако вряд ли  Фонд развития бухгалтерского учета «Национальный негосударственный регулятор бухгалтерского учета «Бухгалтерский методологический центр» является саморегулируемой организацией, поскольку саморегулирование, по нормам пункта 2 статьи 2 Федерального закона «О саморегулируемых организациях», «…осуществляется на условиях объединения субъектов предпринимательской или профессиональной деятельности в саморегулируемые организации» [3].  Фонд развития бухгалтерского учета не является ассоциацией или союзом, которым Федеральным законом «О бухгалтерском учете» также предоставлено право разработки проектов федеральных стандартов бухгалтерского учета, предложений по их совершенствованию, выполнения других функций субъекта негосударственного регулирования бухгалтерского учета.

В обновленной редакции Гражданского кодекса Российской Федерации внесены дополнения в условия образования и функционирования некоммерческих корпоративных организаций, среди которых в пункте 2 статьи 123.1. названы ассоциации (союзы). Ассоциации (союзы) представляют собой «…объединение юридических лиц и (или) граждан, основанное на добровольном или в установленных законом случаях на обязательном членстве и созданное  для представления  и защиты общих, в том числе профессиональных, интересов, для достижения общественно полезных целей, а также иных не противоречащих закону и имеющих некоммерческий характер целей» [2, с. 90]. В их состав по нормам пункта 1 статьи 123.8. Гражданского кодекса РФ входят объединения лиц по координации предпринимательской деятельности, профессиональные объединения граждан, не преследующие целей защиты их трудовых прав и не связанных трудовыми отношениями, саморегулируемые организации и их объединения. Следовательно, в Федеральном законе «О бухгалтерском учете» субъектами негосударственного регулирования бухгалтерского учета более корректно назвать только такие некоммерческие корпоративные организации, как ассоциации (союзы), поскольку в соответствии с нормами гражданского законодательства других организационно-правовых форм некоммерческих корпоративных организаций, которые могут преследовать цели развития бухгалтерского учета, в настоящее время законодательством не предполагается.

В их состав для целей регулирования бухгалтерского учета по законодательству могут входить как саморегулируемые организации, так и другие ассоциации (союзы),  представляющие добровольные объединения юридических лиц и (или) профессиональные объединения граждан.  Однако Фонд развития бухгалтерского учета «Национальный негосударственный регулятор бухгалтерского учета «Бухгалтерский методологический центр» (далее – Фонд «НРБУ «БМЦ»), исходя из определений, представленных в Гражданском кодексе РФ, не относится ни к одному из видов субъектов негосударственного регулирования бухгалтерского учета, установленных в пункте 2 статьи 22 Федерального закона «О бухгалтерском учете». Исключение составляют «…иные некоммерческие организации, преследующие цели развития бухгалтерского учета» [4], к которым, по всей видимости, можно отнести данную некоммерческую унитарную организацию.  Данное предположение обусловлено тем, что в пункте 2 статьи 123.17. Гражданского кодекса РФ указано: в сведениях о наименовании фонда, обязательно содержащемся в его уставе, должно быть включено слово «фонд», что имеет место в названии Фонда «НРБУ «БМЦ», который по Программе разработки федеральных стандартов бухгалтерского учета на 2016-2018 гг., утвержденной Минфином России, должен разработать и предложить для обсуждения пять проектов федеральных стандартов.

Фонды как некоммерческие унитарные юридические лица по нормам  пункта 1 статьи 65.1. Гражданского кодекса РФ являются организациями, «…учредители которых не становятся их участниками и не приобретают в них прав членства…» [2, с. 52]. Они учреждаются гражданами и (или) юридическими лицами на основе добровольных имущественных взносов для реализации благотворительных, культурных, образовательных, других социальных, общественно полезных целей.

Анализ выполнения норм Федерального закона «О бухгалтерском учете» по формированию нормативно-правовой базы бухгалтерского учета не только уполномоченным федеральным органом  исполнительной власти, но и субъектами негосударственного регулирования показал, что количество таких субъектов в стране незначительно. Работа по формированию только федеральных стандартов бухгалтерского учета является трудоемкой и сложной для таких субъектов, основные функции которых находятся несколько в иной плоскости. Так, аудиторские организации, входящие в состав саморегулируемой организации Некоммерческое партнерство «Московская аудиторская палата», которая в соответствии с Программой разработки федеральных стандартов бухгалтерского учета на 2016-2018 гг. должна подготовить федеральный стандарт «Бухгалтерская отчетность», наряду с аудиторскими услугами, оказывают многочисленные прочие услуги, связанные с аудиторской деятельностью. Ими в соответствии с пунктом 7 статьи 1 Федерального закона «Об аудиторской деятельности» могут быть следующие [8]:

1. постановка, восстановление и ведение бухгалтерского учета, составление бухгалтерской (финансовой) отчетности, бухгалтерское консультирование;
2. налоговое консультирование, постановка, восстановление и ведение налогового учета, составление налоговых расчетов и деклараций;
3. управленческие консультирование, связанное с финансово-хозяйственной деятельностью, в том числе по вопросам реорганизации организаций и их приватизации;
4. юридическая помощь в областях, связанных с аудиторской деятельностью, включая консультации по правовым вопросам, представление интересов доверителя в гражданском и административном судопроизводстве, в налоговых и таможенных правоотношениях, в органах государственной власти и органах местного  самоуправления;
5. автоматизация бухгалтерского учета и внедрение информационных технологий;
6. оценочная деятельность;
7.  разработка и анализ инвестиционных проектов, составление бизнес-планов;
8. проведение научно-исследовательских и экспериментальных работ в областях, связанных с аудиторской деятельностью, и распространением их результатов;
9. обучение в областях, связанных с аудиторской деятельностью.

Все виды деятельности, характерные для аудиторских организаций, входящих в саморегулируемые организации аудиторов, улучшают финансовые результаты их деятельности, отражаются на уровне материального вознаграждения работников. В таких условиях выполнение сложнейшей работы по формированию федеральных стандартов бухгалтерского учета для таких организаций практически лишено смысла и вряд ли может заинтересовать. В результате принятие законодательной нормы об участии саморегулируемых организаций предпринимателей, аудиторов, других юридических лиц, заинтересованных принимать участие в регулировании бухгалтерского учета, явилось, по нашему мнению, преждевременным решением. Тем более, что субъектам негосударственного регулирования бухгалтерского учета, кроме разработки проектов федеральных стандартов бухгалтерского учета, по нормам статьи 24 Закона о бухгалтерском учете (2011 г.) также вменены обязанности [4]:

• проведение публичного обсуждения проектов федеральных стандартов бухгалтерского учета и представление их в уполномоченный федеральный орган;
• участие в подготовке программы разработки федеральных стандартов;
• участие в экспертизе проектов стандартов бухгалтерского учета;
• обеспечение соответствия проекта федерального стандарта международному стандарты, на основе которого разработан проект федерального стандарта;
• разработка и принятие рекомендаций в области бухгалтерского учета;
• разработка предложений по совершенствованию стандартов бухгалтерского учета;
• участие в разработке международных стандартов.

Законодательно принятый объем работ по регламентации бухгалтерского учета субъектами негосударственного регулирования, на наш взгляд, вряд ли выполним. В Программе разработки федеральных стандартов бухгалтерского учета на 2016-2018 гг. в качестве разработчиков федеральных стандартов представлены лишь две некоммерческие организации – СРО НП МоАП (должна разработать один федеральный стандарт) и НП «ИПБ России», которое взяло на себя ответственность за разработку двух федеральных стандартов бухгалтерского учета.

В Федеральном законе «О бухгалтерском учете» (2011 г.) остались без внимания вопросы формирования отраслевых стандартов бухгалтерского учета, которые, как и федеральные стандарты, являются обязательными для применения субъектами экономики. Программа, принятая Минфином РФ, не предусматривает их создания до 2018 года. Отсутствуют планы в отношении формирования рекомендаций в области бухгалтерского учета,  хотя по Закону о бухгалтерском учете (2011 г.) они относятся к документам в области регулирования бухгалтерского учета. Рекомендации достаточно важны для организаций, поскольку, как отмечено в пункте 7 статьи 21 Федерального закона «О бухгалтерском учете», «…принимаются в целях правильного применения федеральных и отраслевых стандартов, уменьшения расходов на организацию бухгалтерского учета, а также распространения передового опыта организации и ведения бухгалтерского учета, исследований и разработок в области бухгалтерского учета» [4]. Следовательно, рекомендации по бухгалтерскому учету, как это предусмотрено пунктом 9 статьи 21 Федерального закона «О бухгалтерском учете», следует разрабатывать в двух направлениях: с одной стороны, это должны быть рекомендации по методическому обеспечению точного выполнения норм федеральных и отраслевых стандартов бухгалтерского учета в соответствии с установленными правилами. С другой стороны, что не менее важно, в них следует представить рекомендации по организации учетной работы бухгалтерской службы на базе принципа рациональности: по формам первичных учетных документов бухгалтерского учета, организации бухгалтерской службы, технологии ведения бухгалтерского учета, организации внутреннего контроля и др.

Полагаем, что подобная ситуация в системе нормативно-правового регулирования бухгалтерского учета, закрепленная Федеральным законом «О бухгалтерском учете» (2011 г.), обусловливается недоработками в определении функций, которые должны выполняться уполномоченными органами, отсутствием правового эксперимента перед принятием  законодательных решений, затрагивающих принципиальные сферы общественных отношений. Как справедливо отмечает Ю.М. Тихомиров: «Важные государственные решения и реформы, проекты базовых федеральных и региональных законов готовятся, принимаются и реализуются без использования данного института (правового эксперимента – С.П.). Отсюда такие неизбежные ошибки, как неполное отражение интересов и мотивов тех слоев граждан, на поведение которых рассчитано действие будущих норм, неопределенные статусы госорганов, неожиданные риски, которые можно было предвидеть» [10, с. 86].

Что касается сформированной в Федеральном законе «О бухгалтерском учете» (2011 г.) системы нормативно-правового регулирования бухгалтерского учета, то в ней не учтен опыт предшествующей модели учетного регулирования, сделан акцент на саморегулирование, представляющее инициативную деятельность профессионального сообщества по установлению правил учетной деятельности, которая не характерна для отечественной практики. Система регулирования бухгалтерского учета, закрепленная в Законе о бухгалтерском учете, представляет, по словам исследователей, компромисс между российской и англо-американской моделью регулирования бухгалтерского учета. Однако в соответствии с положениями институциональной теории заимствованные модели, не соответствующие неформальным практикам (стереотипам поведения, традициям, правилам, общепринятым нормам и другим), приживаются в любой сфере деятельности очень сложно, с высокими издержками, которые зачастую не окупаются. Кроме того, при импорте заимствованных формальных правил, в том числе правил регулирования бухгалтерского учета, должны быть созданы работоспособные механизмы принуждения к исполнению этих правил. Их отсутствие влечет невыполнение принятых норм, что подтверждается современной практикой формирования нормативных правовых документов в области бухгалтерского учета, представленной в Программе разработки федеральных стандартов бухгалтерского учета на 2016-2018 гг., утвержденной Минфином РФ от 23 мая 2016 гг. № 70н.  Механизм принуждения в области разработки федеральных стандартов бухгалтерского учета органами негосударственного регулирования не разработан, следовательно, существует высокая степень угрозы их не выполнения. Одновременно, кроме силы принуждения, принятая законодательством система формирования нормативных правовых документов по бухгалтерскому учету (федеральных и отраслевых стандартов) действует на условиях добровольного формирования их органами негосударственного регулирования. Однако такая практика исторически отсутствует в российской учетной системе и поэтому ее реализация, как говорилась ранее, возможна при условии высоких издержек. Такие издержки обусловлены отсутствием опыта разработки нормативных правовых актов, сложности такой работы, незначительной заинтересованностью в их формировании, поскольку эта задача понимается специалистами как государственная. Тем более, что регулирование бухгалтерского учета по нормам Конституции (Основного) закона Российской Федерации составляет государственную прерогативу, обязательный экземпляр бухгалтерской (финансовой) отчетности вместе с аудиторским заключением по нормам пункта 3 статьи 18 Федерального закона «О бухгалтерском учете» является государственным информационным ресурсом [4].

Как было отмечено выше,  одним из направлений совершенствования нормативно-правового обеспечения бухгалтерского учета и создания полноценной совокупности федеральных и отраслевых стандартов бухгалтерского учета, рекомендаций по его ведению с наименьшими затратами, по мнению правоведов, является расширение практики проведения правовых экспериментов, предваряющих принятие соответствующих нормативных правовых документов или их трансформации, совершенствования. Кроме того, в практике проведения в современной российской правовой системе экспериментов им свойственны такие негативные черты, как  сокращение их научного обеспечения и рост политических факторов при принятии решений о проведении [11, с.18]. Мы согласны с мнением В.Н. Ельцова, что на эффективность правовых экспериментов, несмотря на редкость их проведения, влияют такие негативные факторы, как отсутствие нормативного правового акта, регламентирующего организацию и механизм проведения эксперимента; не разработанность критериев оценки их эффективности; уникальность любого эксперимента; значительное влияние политического компонента на его проведение и оценку результатов эксперимента, ведущего к низкому уровню научной проработки планируемых к принятию правил нормативных правовых документов [11, с. 20]. По нашему мнению, принятие мало реализуемых правовых решений в сфере регулирования бухгалтерского учета, их выполнение со значительными затратами обусловлено также принятыми  ранее решениями без учета прошлого исторического опыта, несоответствием принятых решений особенностями отечественного правового поля, функционирующего на принципах континентально-европейской (романо-германской), а не англо-саксонской правовой системы, игнорированием ранее полученных научных и практических результатов других однотипных экспериментов, игнорированием возможных издержек по применению установленных законами правил, как это было, например, с нормами Налогового кодекса РФ, принятыми в 2002 году по организации налогового учета в субъектах экономики. В результате современные решения по интеграции бухгалтерского и налогового учета, сокращения их трудоемкости ставятся Минфином России при разработке планов экономической и налоговой политики министерства. Однако такие решения реализуются с низкой скоростью, а трудоемкость учетной работы практически не сокращается.

По нашему мнению, правовой эксперимент представляет инструмент уполномоченного органа, используемый для практической проверки правовой модели нормативного правового акта, определения ее эффективности и соответствия другим правовым моделям. Элементами правового эксперимента, обусловливающими его результативность, являются:

1. точность выбора предмета правового эксперимента;
2. установление общих задач, которые решаются с помощью данного эксперимента, и задач, выполняемых поэтапно в ходе его проведения;
3. определение критериев для оценки результатов правового эксперимента в целом и по отдельным его этапам;
4. выбор круга участников правового эксперимента (юридических лиц, органов исполнительной и законодательной власти разных уровней, других участников);
5. разработка проектов нормативных правовых актов, изменяющих действующий правовой механизм предмета правового эксперимента;
6. создание системы информационного обеспечения контроля за промежуточными и конечными результатами правового эксперимента;
7. проведение мониторинга промежуточных и конечных результатов правового эксперимента;
8. оформление полученных промежуточных и конечных результатов правового эксперимента;
9. представление соответствующим органам промежуточных и конечных результатов правового эксперимента для принятия соответствующих решений.

Таким образом, использование полной совокупности механизмов и инструментов по обоснованию, разработке, проверке, корректировке и практическому внедрению правовых моделей во всех сферах экономической деятельности, включая регулирование бухгалтерского учета, позволит повысить эффективность их функционирования с наименьшими затратами и достаточными экономическими результатами для их практического воплощения.