Базисом конвергенции наук в недропользовании является минеральный ресурс и технологии трансформации его в товарный продукт. Конвергенция технологий разведки, добычи, извлечения (РДИ- технологии) призвана объединить в рамках единых информационных технологий комплекс наук о Земле: геологию – это разведка и описание месторождения; геотехнологию, геомеханику – это добыча, формирование горной массы; минералургию – это рудоподготовка, обогащение полезных ископаемых. Методологической основой объединения является компьютеризация наук и технологий (создание информационных систем), а также единство количественных и качественных характеристик недр: структура (текстура) – состав – свойства минеральных компонентов месторождения, и триада технологий: разведка (поиск и описание) – оценка запасов – добыча горной массы, переработка, получение товарного продукта. В связи с отсутствием нормативного определения рационального недропользования, приведем некоторые предпочтения, отражающие точки зрения собственника недр и недропользователя.

Предпочтения недропользователя:

• получить максимальную прибыль от эксплуатации недр при минимальном уровне инвестиций;
• минимальные сроки окупаемости инвестиций;

Задачи собственника недр (государства):

• охрана недр;
• минимальный ущерб при отработке месторождения;
• комплексное использование недр и максимальное извлечение содержащихся в месторождении минеральных комплексов и компонентов;
• соблюдение баланса между своевременным воспроизводством минерально-сырьевой базы (МСБ) и добычей полезных ископаемых;
• эффективный контроль над соблюдением условий лицензионных соглашений;
• адекватная система налогообложения, способствующая эффективному освоению месторождений и воспроизводству МСБ;
• создание условий для привлечения недропользователей и мотивации их к разработке низкорентабельных месторождений;
• контроль над структурой запасов природных ресурсов и их формирование в соответствии с программой обеспечения потребности национальной экономики в минеральном сырье для развития технологического и промышленного потенциала России;
• обеспечение устойчивых доходов от эксплуатации недр;
• обеспечение гарантий соблюдения интересов государства и недропользователя;
• максимальный социально-экономический эффект.

В столь противоречивом перечне интересов достижение баланса между желаниями недропользователя и задачами собственника, представляет собой сложный процесс, включающий необходимость решения законодательных, технологических, экономических, экологических и других взаимосвязанных проблем. Учитывая вариацию рыночной рентабельности финансовых ресурсов, комплексная переработка минерального сырья по своим экономическим параметрам может оказаться неприемлемой для инвестора в силу несовпадения с его коммерческими интересами. С другой стороны, добыча «редких» и стратегических видов минерального сырья, обеспеченность которыми влияет на обороноспособность, политическую и экономическую независимость страны, осуществляется государством без оглядки на рыночные ставки доходности инвестиций. Задача конвергенции – обеспечить научную и технологическую поддержку рациональному использованию недр в рамках единого процесса преобразования минерального ресурса в совокупность товарных продуктов (металл, концентрат, промпродукты, дорожно-строительные и строительные материалы и др.).

Конвергенция технологий различных переделов превращения минеральных ресурсов в товарный продукт создает предпосылки для изменения парадигмы переработки минерального сырья. Технологии, основанные на превращении месторождения в горную массу, на измельчении ее в миллиметрово-микронный промпродукт, на приложении огромных усилий по разделению этой разноразмерной массы и в обретении проблем, связанных с многотоннажными хвостами и отходами обогащения, должны уступить место технологиям, базирующимся на информационных системах и принципах избирательной декомпозиции [1,2]. Новые подходы позволят использовать гибкую и управляемую многопоточную схему переработки сырья, способную адекватно учитывать изменения структурных и физических свойств обогащаемого сырья на всех этапах его переработки. Базисом новой парадигмы является естественная неоднородность ресурсов и непрерывно меняющиеся (после каждого акта разрушения) прочностные и структурные характеристики, а также большая дисперсия взаимосвязанных параметров, определяющих технологические свойства. Технологическая реализация новой парадигмы основывается на принципах избирательных подходов, которые способны учитывать текстурно-структурную иерархию руд, изменение структурных, прочностных и технологических характеристик на всех этапах добычи и переработки минерального сырья. В качестве информационной базы служат данные технологического картирования месторождения по всем извлекаемым минеральным комплексам, дополненные характеристиками, связывающими параметры буримости-взрываемости с текстурными, структурными, прочностными и технологическими свойствами извлекаемых минералов.

При таком подходе перед конвергенцией технологий добычи и переработки минерального сырья стоять следующие задачи:

• совместить геоинформационные технологии, построенные на базе цифровых моделей горных работ, с моделями последующей переработки сырья и получения конечных товарных продуктов (создать объединенную модель “горные работы – переработка сырья”);
• создать селективные буровзрывные технологии на базе данных геолого-технологического картирования месторождения и моделей связи параметров бурения скважин с технологическими характеристиками руд.

Результатом этих решений может стать единая математическая модель извлечения всех компонентов минерально-сырьевых ресурсов месторождения, включающая в себя:

• модели горно-добычных работ;
• модели процессов переработки минерального с сырья;
• конъюнктурно-маркетинговые модели по типу бенчмаркинга с “привязкой” конечного товарного продукта к отраслям потребления.

Предполагается, что указанные модели, кроме прогнозных функций, будут использованы при оперативном управлении процессами: на стадии добычи – это планирование буровзрывных работ (изменение параметров взрывания); на стадии рудоподготовки – изменение условий дезинтеграции и разделения при изменении физико-механических и разделительных характеристик сырья.

Высокоэффективные инструментальные средства и методы исследования свойств, структуры и состава руд, высокопроизводительная вычислительная техника открывают большие возможности для создания комплексных цифровых моделей, описывающих процессы добычи и переработки минерального сырья на основе интегральных показателей энергоэффективности всего цикла. Для создания сквозных моделей требуется иная информационная база исходных и мониторинговых данных. Например, для ведения горных работ такими данными являются показатели геолого-технологического картирования, сопряженные с моделью связи физических и минералогических характеристик с параметрами буримости, взрываемости и параметрами взрыва. Для рудоподготовки – это набор параметров, характеризующих структурный элемент раскрытия и структурный элемент разделения на каждой стадии переработки [1].

Для моделирования геотехнологических процессов используются различные программно-технические комплексы: MineFrame, Geomix, Blast Maker, Micromine и др. Основная проблема применения этих систем для экономико-математического моделирования заключается в большой вариации структурных и минералогических характеристик минерального сырьевых комплексов, которые не поддается описанию в рамках простых аналитических функций, поэтому в таких системах применяется аппарат математической статистики, вероятностные модели и регрессионные уравнения. Тем не менее, подобные информационные технологии дают возможность строить модели геометризации и оконтуривания месторождения, выделять зоны (блоки) с наименьшей дисперсией геолого-минералогических параметров добываемого сырья и зоны с высоким контрастом свойств [3]. Характерно, что программно-технический комплекс Blast Maker позволяет использовать в качестве исходной информации данные, переданные непосредственно с бурового станка, для оптимизации ведения буровзрывных работ в режиме реального времени и в режиме накопления данных. Таким образом, появляется возможность картирования месторождения не только в ходе разведочного, но и технологического бурения, своего рода динамический мониторинг свойств горных пород по показателям буримости и взрываемости. Учитывая, что данный параметр напрямую связан с энергоемкостью бурения и с технологическими параметрами рудоподготовки [2], подобный программный комплекс может быть легко увязан с цифровыми моделями последующих переделов переработки сырья, используя их, например, как функциональные модули расширения при построении геолого-технологической модели отработки месторождения в целом.

Следующий блок проблем, который предстоит решать новому направления конвергируемых технологий – это вопросы учета и классификации запасов.

Одним из путей снижения противоречий между собственником недр и недропользователем является корректировка системы классификации и базы оценки запасов, поскольку противоречие заложено в самих подходах к определению экономически значимого и незначимого ресурса. Для этого предлагается выделить три категории запасов оцениваемых ресурсов минерального сырья (в данном случае речь идет только о твердых ископаемых):

• физические запасы;
• извлекаемые (технологические) запасы;
• экономические запасы.

Категория “физические запасы” по результатам детальной разведки предполагает оценку всех минеральных ресурсов месторождения в массовых единицах и описание полного набора качественно-количественных характеристик минерального сырья, определяющих его добычу и извлечение из недр. Создание базы данных полных и достоверных характеристик о минерально-сырьевых ресурсах современными методами геологоразведки (включая компьютерные модели и программные комплексы для их построения) в настоящее время не представляет никаких технических сложностей.

Категория “извлекаемые запасы” представляет собой перечень товарных продуктов, которые могут быть сформированы из минерально-сырьевого ресурса в виде металла, концентрата, промпродуктов для соответствующих отраслей и т.п. В характеристике этой категории содержится также описание комплекса технологий (добыча, рудоподготовка, извлечение), необходимых для получения тех или иных продуктов. База данных этой категории используется в дальнейшем для маркетинговых исследований, определения потребителей извлеченного сырья и продуктов. Основное назначение данной категории – это представление минерального комплекса в виде товарной номенклатуры совокупности извлекаемых металлов и иных минеральных компонентов (концентратов, нерудного сырья для различных отраслей промышленности), извлечение которые возможно современными технологическими средствами. Известно, что минеральные ресурсы в недрах в большинстве своем не являются мономинеральными. Даже в относительно богатых железорудных месторождениях содержание железа составляет 50-60%, а остальное – это минеральное сырье, не содержащее минералов железа, однако их нельзя отнести к “бесполезным” ископаемым. В рудах цветных металлов содержание извлекаемого металла составляет единицы процентов, скандий получают из  руд при содержании порядка 0,002%, золото и платину – при содержании 0,0005%. В комплексных рудах содержание примесей редких металлов V, Sc, Nb Ga, La и других, даже в долях процента, может существенно увеличить стоимость ресурса. Так, добыча бедных титаномагнетитовых руд Качканарского месторождения (при содержании железа 12-18%) целесообразна только при попутном извлечении ванадия. Современные методы технологической минералогии позволяют на основании анализ параметров категории “физические запасы” составить схемы и модели рудоподготовки и комплексного извлечения всей выявленной продуктовой линейки. Конвергенция технологий на данном этапе предполагает совместную работу горных наук в части объединения современных методов добычи и формирования горной массы и технологий последующей рудоподготовки и переработки добытого минерального сырья. Итогом данного этапа исследований является составление технологического паспорта разработки месторождения и определение технологий переработки сырья для всей совокупности товарных продуктов, которые могут быть извлечены из данного минерального ресурса.

Категория “экономические запасы” основывается на экономической оценке минерально-сырьевых ресурсов как с позиций национального богатства, обеспечивающего устойчивый доход от эксплуатации недр и максимальный социально-экономический эффект, так и с позиций инвестиционного объекта. В действующих нормативных документах утверждение и постановка на баланс запасов осуществляется на базе ТЭО кондиций, в которых отнесение сырья к балансовым, забалансовым и бортовым категориям основывается на экономических параметрах, отражающих преимущественно интересы инвестора, недропользователя и бизнеса. При этом необходимо признать, что в экономической оценке запасов существует масса противоречий, обусловленных разным толкованием понятий рационального использования недр, а также некорректным применением некоторых принципов экономических расчетов, о которых речь пойдет далее. Принцип рационального недропользования (принцип максимального извлечения минеральных ресурсов) оказывается несовместимым с принципом извлечения максимальной прибыли (критерий present value), поскольку сторонники последнего считают, что позиция максимального извлечения ценных компонентов из недр нереалистична. При этом они исходят из определения руды как источника получения прибыли, соизмеримой с доходностью иных инвестиций с аналогичным уровнем риска, заранее объявляя более бедные минеральные ассоциации не экономичными. Требование максимизации извлечения и комплексного освоения недр оценивается ими как желание государства (собственника недр) исполнить социальные обязательства, обеспечить благосостояние населения и избежать нежелательных социальных последствий. Подобные подходы характерны для многих зарубежных горно-перерабатывающих компаний, так наряду со Службой по управлению полезными ископаемыми (MMS) контроль над инвестиционной деятельностью в сфере недропользования осуществляет и федеральная Комиссия США по ценным бумагам и биржам (SEC). Контролирующие органы этой страны исходят из того, что к запасам полезных ископаемых может быть отнесена только “та часть запасов месторождения, которая на момент оценки может рассматриваться в качестве потенциального объекта как с экономической, так и с правовой точек зрения”. Тем не менее, несмотря на распространенность этой точки зрения, есть понимание, что рыночные подходы к оценке минерально-сырьевых активов отражают лишь интересы инвестора, а для оценки недр как элемента национального богатства нужны иные более объективные методы. Поэтому в Публичных отчетах для SEC не допускается представление результатов оценки запасов в стоимостном (денежном) выражении. В зарубежных источниках (международные кредитные учреждения) оценка запасов как национального богатства в целях налогообложения (часто ее называют налоговой стоимостью) оценивается как произведение массы запасов на текущую мировую цену ресурса.

Отметим, что рациональное недропользование – это еще и недропользование регулируемое государством, которое должно учитывать меняющуюся конкурентоспособность запасов, факторы мировой конъюнктуры, колебания цен (товарно-ценовые циклы), стремление потенциальных покупателей искать альтернативных поставщиков, часто в ущерб стоимости поставок по политическим или конкурентным мотивам и целый ряд иных факторов, включая санкции и ограничения на торговлю [5]. Поэтому с позиций национального богатства логично было бы оценивать запасы в массовых единицах (т, кг) полного содержания металлов и иных минеральных комплексов, представляющих промышленный интерес. Оценка запасов в денежном выражении теряет смысл, поскольку ценообразование на металлы и минеральное сырье в значительной степени формируется на мировых сырьевых и товарных биржах (преимущественно в долларах США). Сильная волатильность валют (на биржах) и значительная доля “бумажных денег” в биржевом ценообразовании на сырьё (нефть, привязанная к ней цена на газ, “келейное назначение” цен на золото и т.п.) снижают объективность оценок реального движения сырья в реальном секторе экономике (соотношение спроса-предложения) и увеличивает субъективность в отражении цен на сырье.

Оценка запасов как инвестиционного объекта основывается на инвестиционной стоимости, определяющей ценность месторождения как актива для конкретного инвестиционного проекта переработки минерального ресурса, организации бизнеса и т.п. Очевидно, что одним и тем же методом нельзя оценивать ценность недр как источника национального богатства и как некоторого актива горной компании, стоимость которой зависит от качества ведения бизнеса и от постоянно меняющейся ситуации на рынке. С точки зрения инвестора рационально только то, что способно обеспечить возврат инвестированных ресурсов и доход по ним в течение заданного промежутка времени. При этом инвестор в выборе инвестиционного предпочтения ориентируется на рыночную норму доходности проекта, и дисконтирует свободный денежный поток (CF) по некоторой назначенной им ставке дисконтирования. Дисконтирование денежных потоков при оценке запасов – это математическая процедура приведения будущей стоимости к текущему дню, ее корректное применение имеет смысл только для сравнения вариантов проектов инвестирования с различными временными промежутками движения денежных потоков. Для справки: при оценке инвестиционного проекта ставка дисконтирования принимается равной приемлемой для инвестора норме дохода или отдачи на капитал и устанавливается на уровне, позволяющем инвестору не только компенсировать риск возврата инвестиций, но и получать прибыль с учетом всех возможных рисков [4]. Возникает резонный вопрос: зачем при оценке запасов месторождения приводить мифическую будущую стоимость денежных потоков к текущему дню, при совершенно произвольной ставке дисконтирования, при отсутствии обоснованных прогнозов доходов и затрат, без учета динамики цен в дисконтируемом периоде и т.п. Само по себе дисконтирование при его корректном применении не может повлиять на стоимость и, уж тем более, на содержание минеральных ресурсов в недрах. Однако когда результат процедуры дисконтирования при утверждении ТЭО кондиций применяется в качестве субъективного критерия оценки качества руды, т.е. для принятия решения об отнесении минерального ресурса к балансовым или забалансовым запасам, к рудному или бортовому типу, то это уже прямое субъективное влияние на оценку запасов. Простой пример должен насторожить сторонников бездумного дисконтирования: при норме доходности порядка 20% (наиболее приемлемая ставка для рискованного бизнеса, каким является горное производство) дисконтированная стоимость полезного ископаемого в недрах через 10 лет составит 16% от начальной стоимости (в ценах на дату оценки), через 20 лет – 2%, а через 30лет – 0,4% . Заметим, что речь идет об истощаемых ресурсах, рыночные цены на которые будут только возрастать, достаточно посмотреть на анализ тренда мировых цен на минеральное сырье Всемирного банка за последние несколько десятков лет. Очевидно, что заложенный в “методических рекомендациях по оценке запасов” способ отнесения к тем или иным категориям, мягко говоря, парадоксален: не может падать стоимость ресурса, цена на который со временем только увеличивается в силу его естественной исчерпаемости, даже при постоянном уровне потребления. Совершенно очевидно, что данная процедура должна быть исключена из оценки запасов, в качестве критерия отнесения различных компонентов ресурсов к той или иной категории. Как уже было отмечено, единственно экономически обоснованное применение процедуры дисконтирования – это сопоставление различных вариантов проектов технологий переработки минерального сырья, для принятия управленческого решения по стандартному набору показателей (NPV, IRR,PI, срок окупаемости), которая имеет место при оценке экономической эффективности проекта. Попытка привести отечественные системы учета запасов к зарубежным стандартам под видом облечения процедур привлечения иностранных инвестиций в разработку месторождений и получения лицензий чревата потерей экономического суверенитета, равно как и привлечение иностранных геолого-разведывательных служб и различных сервисных компаний в этой отрасли. Привлечение иностранных участников (зарубежных компании по оказанию сервисных услуг в сфере геологии) снижает не только уровень национального контроля за использованием геологической информации, но и понижает порог требований к рациональному недропользованию. Это не означает, что отечественная система учета запасов не нуждается в изменениях: ее необходимо усилить в части контроля за недропользователем по рациональному использованию недр, устранить влияние денежных оценок на отнесение запасов к той или иной категории, рассмотреть возможность введения трех категорий запасов: физических, извлекаемых, экономических, которые в полной мере способны дать исчерпывающую оценку запасам минеральных ресурсов. Можно согласиться также с мнением авторов [5] относительно диссонанса интересов государства и инвестора и с тем, что государство должно принимать решение об оценке запасов и разработке месторождения не на основе NPV, IRR,PI, а иных параметрах и критериях, предусматривающих рациональное недропользование.

Положительным примером конвергенции горных технологий является методология комплексного освоения месторождений и переработки минерального сырья, разработанная группой ученых Горного института КНЦ РАН на базе моделирующего аналитического комплекса MineFrame. Новая концепция, разработанная на основе информационных технологий моделирования месторождений, процессов горно-обогатительного производства и геоэкотехнологий позволила расширить сырьевую базу предприятий Ковдорского рудного узла, получить новые виды продукции, повысить экологические, технологические и экономические показатели переработки сложных и комплексных по составу рудных тел.

Россия с ее уникальными природными ресурсами должна иметь свою идеологию освоения недр, в основе которой должно стоять рациональное недропользование. Национальное богатство России в виде минерально-сырьевой базы, только тогда будет источником благосостояния и экономической эффективности, когда будет выработана и реализована система рационального недропользования при надлежащем государственном контроле. Конвергенция наук о Земле должна обеспечить научное и технологическое сопровождение всех процессов рационального недропользования.

Переработка минерального сырья для производства концентратов является, пожалуй, единственной отраслью, эффективность технологий которой определяется качеством разрушения руд (селективностью раскрытия). Несмотря на то, что основные концепции рациональной рудоподготовки изложены еще несколько десятков лет назад [4], проблемы избыточного энерго- и водопотребления в отрасли не решены до сих пор. В технологиях рудоподготовки наиболее распространенным остается подход, основанный на сокращении размеров разрушаемого куска (измельчение) для раскрытия минералов. Избыточное энергопотребление, характерное для этих процессов, обусловлено несоответствием энергии нагружающих устройств силовым и энергетическим характеристикам разрушаемого сырья, низким коэффициентом трансформации энергии привода в работу разрушения, низкой интенсивностью нагружения и избыточной вновь образованной поверхностью. В большинстве устройств для измельчения спектр силовых воздействий не согласован с прочностью сырья и динамикой его изменения: усилие, необходимое для разрушения кусков, при уменьшении их размера снижается, а спектр сил в мельнице практически не меняется [5]. С упорством достойным лучшего применения использование барабанных мельниц для раскрытия минералов любых типов руд продолжается, несмотря на очевидные различия базовых характеристик, определяющих разрушение и раскрытие. Например, в золотосодержащей руде раскрываемые минералы имеют существенные различия: золото – мягкий и пластичный минерал (практически с «бесконечной» трещиностойкостью), кварц – твердый и хрупкий (низкая трещиностойкость). В лопаритовой руде различия раскрываемых минералов не столь велики: лопарит – твердый, но хрупкий (низкая трещиностойкость); нефелин – твердый, но более пластичный, чем лопарит; плагиоклаз – твердый и хрупкий (трещиностойкость несколько выше, чем у лопарита). Очевидно, что кинетику раскрытия при разрушении руд определяет различие прочностных характеристик, взаимоотношение раскрываемых минералов, зернистость агрегатов и поликристаллов, гранулометрический состав. Между тем, у барабанных мельниц нет не только систем регулирования показателей раскрытия, но отсутствуют параметры управления, позволяющие учитывать меняющиеся свойств руд.

Факторы. Определение факторов (структурных, силовых, энергетических и т.п.), оказывающих наибольшее влияние на разные переделы рудоподготовки, является ключевой задачей управления процессами раскрытия. Связь параметров разрушения с величиной работы по преодолению сил взаимодействия атомов в кристаллической решетке позволяет рассматривать фрагментацию минерального сырья как реакцию твердого тела на воздействие нагружающих систем и оценивать ее энергетическими и силовыми характеристиками. Энергетические факторы можно соотнести как с нагружающим устройством, так и с разрушаемым телом – энергия разрушения фрагментов разной крупности (удельная энергия); коэффициент трансформации энергии нагружающих устройств в работу разрушения. Силовые факторы включают параметры, характеризующие реакцию материала на разрушающие воздействия, например, предельная величина сопротивления деформированию оценивается усилием, которое способно вызвать разрушение.

Взаимоотношение энергетических и силовых факторов удобнее рассмотреть на примере работы устройств для разрушения руд. В мельнице самоизмельчения отчетливо видна разная роль энергетических и силовых факторов, определяющих процессы преобразования кинетической энергии кусков руды в работу упругих и разрушающих деформаций дробимого (и дробящего) материала. Основной особенностью разрушения в этих устройствах является несопоставимое различие кинетической энергии падающих кусков руды и энергии физически достаточной для их разрушения. Энергия падающих кусков руды, способных совершать работу фрагментации, составляет порядка 1÷2000 Дж (в зависимости от массы и высоты падения), в то время работа разрушения измельчаемых фракций оценивается на уровне 0,1÷20 Дж. Казалось бы, при таком избытке запасенной энергии все фрагменты должны быть разрушены, однако появление недробимого класса свидетельствует об обратном. Дело в том, что контактирующая поверхность при соударении дробящих кусков размером -300+100 мм (обладающих максимальной кинетической энергией) в несколько раз больше, чем у шарового мелющего тела. Указанное обстоятельство приводит к двум эффектам: энергия падающего фрагмента распределяется между несколькими кусками измельчаемой руды, снижая вероятность концентрации избыточной энергии на одном куске. Второй фактор – снижение величины разрушающего усилия, вследствие увеличения длительности ударного импульса при торможении падающего куска слоем материала или пульпой. Величина критической деформации в разрушаемом куске определяется ударным импульсом (который зависит от длительности соударения), а большая вариация спектра силовых факторов заложена в самом устройстве и в свойствах измельчаемого сырья. Задача снижения содержания недробимых фракций решается добавлением металлических шаров, кинетическая энергия которых порядка 50÷200Дж, сосредоточенная на малой поверхности контакта, обеспечивает разрушение прочных кусков.

Свободный удар, в результате которого кинетическая энергия кусков руды преобразуется в работу деформирования при столкновении с препятствием, объединяет разрушение в мельнице самоизмельчения и центробежной дробилке: в дробилках типа «Barmac VSI-В» разрушение происходит в результате столкновения ускоренного потока материала со свободно падающей рудой. В центробежных дробилках, реализующих режим «свободного удара», объекты разрушения (куски руды), разогнанные ротором, сами становятся «рабочим органом». Характерным для этих устройств является многократное превышение кинетической энергии куска величины энергии, физически достаточной для его разрушения. Эффективность таких устройств обеспечивается высокой интенсивностью разрушения за счет многократных соударений частиц, обладающих избыточной энергией и множеством степеней свободы движения. Диапазон энергий частиц определяется гранулометрическим составом материала и массой фрагментов, сходящих с разгонного ротора. Так, для фракций размером 10÷60 мм при скорости ротора 70 м/с кинетическая энергия разгоняемых кусков руды составляет порядка 7÷1500 Дж, что значительно выше энергии, необходимой для их разрушения. Однако избыток кинетической энергии не гарантирует разрушение, а указывает лишь на потенциал совершения работы по деформированию частиц. При одинаковой запасенной кинетической энергии средняя сила удара может меняться в десятки раз в зависимости от длительности соударения. Случайный характер столкновения предопределяет широкую вариацию длительности удара, поскольку вероятность попадания в зону контакта минералов с разными упругими свойствами практически равна единице. Разрушение определяется силовыми характеристиками, зависящими от деформационных свойств тел контактирующих в зоне соударения, где в локальной области формируются микрообъемы смятия минералов. Движение этих областей создает расклинивающий эффект (растягивающие усилия) способный разрушить кусок, если он обладает энергией для продолжения начавшегося разрушения. При этом рост трещин возможен за счет энергии упругой деформаций, запасенной в образце перед разрушением, и за счет сил инерции при торможении куска. Величина ударного импульса может меняться в разы и десятки раз (в зависимости от упругих свойств частиц). Оценка средней силы удара и расчетной прочности (усилие разрушения) фракций руды размером 10÷60 мм при скорости 70м/c подтверждает сказанное. Для хрупких горных пород характерная длительность ударного импульса составляет порядка 0,001 секунды, тогда расчетная сила удара указанных фракций находится в диапазоне 0,2÷45 кН, при экспериментальной оценке усилия разрушения порядка 0,5÷20 кН. В реальных условиях длительность удара может быть намного выше, например, из-за меняющегося состояния поверхности футеровки статора. Тогда величина ударной силы может оказаться недостаточной для разрушения, например, фракций менее 5 мм, несмотря на кинетическую энергию, значительно превышающую энергию разрушения. Заранее рассчитать силу ударного импульса, вызывающего локальное разрушение в зоне контакта руды с преградой, практически невозможно из-за неопределенности целого ряда факторов. Одним из них является состояние поверхности отбойных плит или демпфирующего слоя футеровки статора, при этом решающее значение имеет структурная неоднородность и характеристики объекта разрушения. Каждый раз удар приходится на меняющуюся структуру слоя, свойства которого формируются разрушенными частицами разной крупности и различного состава, оседающими на поверхности статора или отбойника. В общем случае грансостав продуктов разрушения определяется энергетическим фактором, связанным с жестким или мягким типом нагружения [5]. В центробежной дробилке представлен смешанный тип деформирования. Зарождение разрушения происходит в режиме мягкого нагружения, при котором локальное разрушение в зоне контакта поддерживается запасенной энергий разрушаемого тела, и развивается в виде магистральной трещины (или нескольких трещин). Число фрагментов, на которые распадется тело при хрупком разрушении, определяется способностью магистральной трещины ветвиться и стимулировать рост зародышевых трещин. После первичного разрушения избыточная энергия куска передается «дочерним» частицам, которые «уносят» с собой избыток энергии (принцип жесткого нагружения). Вероятность вторичного разрушения «дочерних» частиц зависит от работы, затраченной на незавершенные трещины и образование новой поверхности, т.е. от величины оставшейся энергии.

Низкая способность прогнозирования результатов разрушения в этих устройствах обусловлена случайным столкновением объектов разрушения, спонтанным перемещением частиц в зоне турбулентности, создаваемой потоками частиц движущихся с различными скоростями. В этой связи априори ожидать увеличения вероятности раскрытия по поверхности срастания минералов в условиях сложного взаимодействия разрушающих и разрушаемых частиц вряд ли возможно в силу множества случайных факторов. В рассматриваемой дробилке следует ожидать низкую эффективность раскрытия фракций менее 5 мм, поскольку величина ударного импульса может не достигать значения, необходимого для разрушения частиц указанного размера. Увеличение ударного импульса за счет роста (в несколько раз) линейной скорости ротора приведет к усложнению конструкции и снижению надежности устройства. Казалось бы, избыток кинетической энергии разрушаемой частицы должен вызвать ее множественное разрушение. На практике этого не происходит, поскольку через локальную область контакта невозможно «закачать» всю кинетическую энергию в объем разрушаемого объекта, несмотря на то, что начальный этап разрушения происходит в режиме условно мягкого нагружения (неконтролируемой деформации). Неопределенность, которую сложно моделировать в указанных процессах, связана с разлетом и повторным разрушением дочерних частиц при избытке запасенной энергии фрагмента. Невозможность управления силой, вызывающей разрушение в зоне удара о преграду, снижает адаптацию устройства к изменению свойств сырья. Опираться на модельные представления традиционных теорий удара можно лишь в редких случаях, сопровождаемых целым набором ограничительных условий для их практического применения.

Принципиально иной характер деформирования реализуется в устройствах типа роллер-пресс (HPGR) и в конусной инерционной дробилке (КИД), у которых заключительная фаза разрушения и раскрытия происходит в слое частиц. Первая стадия разрушения в этих устройствах происходит в верхних зонах захвата единичных кусков валками или конусами. Минимальные энергозатраты на начальном этапе сокращения размеров крупных кусков обусловлены локальными деформациями и разрушением преимущественно по элементам структурного разупрочнения (микротрещины, спайность и т.п.). Последующее разрушение материала происходит в слое, формирующемся из продуктов первичного разрушения, и полностью зависит от свойств исходного материала и динамики его разрушения. Вариация результатов и неопределенность процесса разрушения в рассматриваемых устройствах связана с тем, что среда, призванная формировать сложнонапряженное состояние во фрагментах с различными упругими и прочностными свойствами, создается неоднородным материалом. Характер разрушения в заключительной фазе деформирования слоя определяется взаимодействием между частицами неопределенного размера и состава. Отследить в этих процессах влияние энергетических и силовых факторов довольно сложно, поскольку задача определения деформаций в системе, состоящей из множества частиц с меняющимися свойствами компонентов, не поддается аналитическому решению. Изменение грансостава среды, передающей нагрузку посредством своеобразных «нагружающих элементов», является наибольшей проблемой формирования адекватной модели разрушения в слое. Изучение деформационных и силовых взаимодействий в слое частиц, состоящих из минералов с разными физико-механическими характеристиками, возможно пока лишь на качественном уровне, либо на моделях слабо отражающих реальность взаимодействия. Деформирование слоя сопровождается значительным энергопотреблением на преодоление трения между частицами и их прессование, даже без их разрушения, которые при этом сложно соотнести с величиной вновь образованной поверхности. При анализе работы роллер-пресса и КИД часто игнорируется принципиальное отличие, определяющее грансостав и качество конечного продукта – это режим деформирования. В роллер-прессе разрушение единичных кусков и нагружение слоя проходят в жестком режиме (при заданной деформации). В конусной инерционной дробилке благодаря режиму мягкого и циклического деформирования слоев могут быть созданы предпосылки для селективного разрушения определённого типа материалов с соответствующим контрастом упругих и прочностных свойств минералов (см. пример далее).

 Фрагментация и раскрытие. Результат разрушения на каждой стадии рудоподготовки (от взрывной отбойки до раскрытия минералов) зависит от разных характеристик минерального сырья. В этом отношении физически неверно отождествлять измельчение и раскрытие при разрушении руд в силу принципиального отличия целей и методов их достижения. Цель измельчения – максимальный выход заданных классов крупности, достигаемый многократным сокращением размера исходного продукта при неизбежном увеличении вновь образованной поверхности. Цель селективного разрушения – раскрыть извлекаемые минералы в естественной крупности и при минимальной вновь образованной поверхности. Указанные обстоятельства заставляют рассматривать технологии сокращения крупности и заключительную стадию раскрытия минералов как разные процессы рудоподготовки. Специфика обусловлена различием подходов к разрушению и их зависимостью от целей, размеров и свойств объекта. Достаточно сравнить энергозатраты на разных стадиях рудоподготовки. Затраты энергии на получение фракций размером порядка 5мм составляют менее 0,1 кВтч/т. Расчетное энергопотребление при селективном разрушении, когда вновь образованная поверхность мало отличается от поверхности срастания минералов, составляет порядка 1÷3 кВтч/т. Барабанные мельницы потребляют порядка 30÷40 кВтч/т (в зависимости от типа руды). Одноосное деформирование руд в барабанных мельницах, как правило, приводит к транскристаллитному разрушению зерен, а раскрытие осуществляется за счет переизмельчения минералов. Поскольку при обычном измельчении вновь образованная поверхность гораздо (в десятки раз) больше поверхности срастания, то за счет сокращения объема разрушаемого материала можно в разы снизить энергопотребление при селективном разрушении. Условия раскрытия минералов сложно определить априори, поскольку существующие теории разрушения многокомпонентных материалов не позволяют рассчитать деформации в минеральных комплексах и на границе их срастания в величинах, пригодных для практического применения. В этой связи основой для выбора оборудования и технологий рудоподготовки могут служить эмпирические модели, описывающие связь структурных параметров, характеристик руд и раскрываемых минералов с параметрами нагружения и показателями раскрытия.

В классическом понимании разрушение происходит только при деформациях растяжения или сдвига. Создать внешними механическими нагрузками напрямую указанные деформации на границе срастания минералов в раскрываемом фрагменте практически невозможно. В «чистом виде» деформацию растяжения или сдвига в куске неправильной формы можно реализовать лишь в специальных лабораторных условиях. Очевидно, что для массовых процессов рудоподготовки подобные способы непригодны, поэтому на практике разрушение происходит, как правило, в результате трансформации внешних деформаций сжатия во внутренние деформации растяжения, сдвига или их комбинации. В общем случае используется не так уж много способов сокращения куска руды и раскрытия минералов, основная их часть связана либо с локальным, либо объемным деформированием. Результаты разрушения в этих случаях зависят от условий воздействия: свободное или стесненное деформирование, мягкое или жесткое нагружение, динамическое или квазистатическое нагружение. Фрагментация частиц неправильной формы начинается с локальных разрушений, вызванных превышением критических значений прочностных характеристик отдельных минералов в зоне контакта. Локальное деформирование куска в зоне контакта с нагружающим устройством (или преградой при столкновении) создает очаги перенапряжения и формирует из разрушенных микрообъемов области, создающие расклинивающий эффект. Кратность сокращения линейного размера горных пород при локальном деформировании и случайном разрушении составляет порядка 3 (критерий М.А.Садовского). При объемном деформировании образуется множество продуктов разрушения с большей поверхностью и соответственно с более высокими затратами энергии. Характерное отличие разрушения при локальном и объемном деформировании состоит в числе образующихся фрагментов (вновь образованной поверхности) и величине затраченной энергии. Объемное деформирование для разрушения большеразмерных фрагментов (например, более 30÷50 мм) сложно для практического применения, поскольку требует мощности, которой не обладают известные устройства для раскрытия руд, а в ряде случаев оно может оказаться энергетически не выгодным. Более перспективным представляется создание объемного неравномерно-напряженного состояния в структурных элементах раскрытия, чем в крупных кусках руды.

Основная сложность прогнозирования раскрытия минералов при разрушении руд – постоянно меняющаяся структура и неопределенность деформации фрагментов неправильной формы. Горные породы по определению являются неоднородными, более того параметры неоднородности с трудом воспроизводятся, даже в пределах одного структурного уровня [6]. Существенной проблемой поиска оптимальных условий раскрытия являются неопределенность прочностных характеристик и высокая вариация параметров структуры в области контакта. Указанные обстоятельства приводят к тому, что условия деформации, инициирующие разрушение куска руды, каждый раз разные и не воспроизводимы. Практически невозможно воспроизвести параметры микроструктуры, трещины и напряжения на элементах структурной неоднородности (границы срастаний, включения в другом минерале и т.п.), которые определяют характер последующего разрушения. Управлять процессами раскрытия на разных стадиях рудоподготовки без информации о прочностных характеристиках (математическое ожидание, дисперсия и т.п.) не представляется реальным. Составной частью параметров управления являются данные о спектре усилий (деформаций), действующих в разрушаемом устройстве на объекты фрагментации. Попытки построить модели раскрытия на некоторых теориях, обличенных порой в сложные математические образы, зачастую малопродуктивны в силу их не соответствия реальной картине взаимодействия объекта с нагружающим устройством. Например, при анализе разрушения горных пород часто ссылаются на модель Гриффитса, не учитывая ограничения, которые лежат в ее основе, включая ее базовый постулат о том, что весь поток упругой энергии, запасенной телом, идет на рост имеющейся трещины и на образование новой поверхности. Для объектов, обладающих сложной структурой, с разными упругими и прочностными свойствами компонентов, с зарождающимися трещинами, подобный постулат не применим по определению. Кроме того, модель не учитывает диссипацию энергии в тепловые, акустические, электромагнитные излучения, сопровождающих рост трещины. В результате: постулируемая связь между упругой энергией и вновь образованной поверхностью не столь очевидна и однозначна, а наличие множества имеющихся и зарождающихся трещин создает неопределенность в перераспределении упругой энергии между ними. Известные теории прочности исходят из предположения, что разрушение твердых тел происходит, когда определенная комбинация компонентов деформаций достигает критической величины. Разрушение горной породы (с позиций любой теории прочности) определяется действующими в ней напряжениями, при этом важно учитывать, что из-за неоднородного строения пород локальные очаги концентрации напряжений распределены в ее объеме случайным образом. Структурная неоднородность не позволяет отследить все уровни трансформации энергии в необратимую деформацию в виде формоизменения и различного рода излучения. Это означает, что невозможно теоретически отождествить энергию, сообщенную телу, с работой, потраченной на вновь образованную поверхность (по Гриффитсу).

Характерной особенностью рудоподготовки является изменение свойств сырья и факторов, определяющих эффективность процессов на разных стадиях. На каждой стадии разрушения возникает своя структура микронапряжений, которая зависит от размера раскрываемых элементов: чем больше размер куска, тем меньше влияние неоднородности, создаваемой отдельными минералами. Концентрация напряжений между минеральными компонентами и на границах их срастания увеличивается по мере уменьшения размеров куска [5,6]. Неоднородность напряженного состояния среди минеральных компонентов и на границах их срастания увеличивается по мере снижения соотношения между размером куска и размером его структурной неоднородности (например, раскрываемых минералов). Поскольку на каждом уровне неоднородности формируется собственная структура микронапряжений, параметры разрушения горных пород необходимо рассматривать со статистических позиций, учитывая пределы воспроизводимости объекта анализа и влияния масштаба структурных элементов.

Тренды в технологии. В соответствии с принципами рациональной рудоподготовки раскрытие минералов – это процесс трансформации исходной структуры разрушаемого материала (рис.1.1,[5]), в результате которого формируются структурные элементы разделения и структурные элементы раскрытия. Управляемое раскрытие сопровождается усложнением технологической схемы за счет увеличения операций «разрушение – разделение». Возможное увеличение капитальных затрат необходимо рассматривать в рамках сквозной экономической модели, учитывающей снижение операционных затрат (преимущественно энергии), тренды роста стоимости энергии, роста затрат на обезвоживание, на обеспечение безопасности хвосто- и шламохранилищ (неизбежных спутников действующих схем нерациональной рудоподготовки) и т.п. Учитывая, что сепарация (гравитационная, магнитная, электрическая и др.) относится к процессам с наименьшим энергопотреблением, общее снижение энергозатрат в схемах рациональной рудоподготовки представляется обоснованным [4]. Технологическое сопровождение новых технологий предполагает мониторинг параметров структуры, физико-механических характеристик на разных стадиях разрушения и соотнесения их с показателями раскрытия в рамках принятых моделей. В контексте «четвертой промышленной революции» цифровизация систем технологической минералогии позволяет решить эти проблемы известными средствами и достаточно быстро. Современные инструментальные методы позволяют получить оценку структурных характеристик любых объектов минерального сырья с «привязкой» к раскрываемым минералам. Определяющими параметрами указанной оценки являются: взаимоотношение раскрываемых минералов и вмещающих пород (матричный или иной тип структуры), количественные характеристики поверхности границ срастания, распределение минералов по размеру (с учетом зернового состава минеральных агрегатов) и т.п. Несмотря на то, что параметры структуры минерального сырья и их изменения становятся важным элементом управления раскрытием, эта информация является необходимой, но недостаточной. Основу избирательного разрушения составляет деформирование, создающее предпосылки для сдвиговых и растягивающих напряжений на границах срастания минералов. Формирование указанных условий предполагает учет не только структуры объекта, но и соотношение упругих и прочностных характеристик минералов. Например, пластичные минералы уменьшают градиент деформации и снижают напряжения в структурном элементе раскрытия при нагружении. Наоборот, в хрупкой матрице, содержащей пластичный извлекаемый минерал, разрушающие деформации могут быть достигнуты раньше, чем в минерале-включении.

Раскрытие минералов можно осуществить либо локальным разрушением наименее прочного минерала (частицы из двух-трех минералов), либо объемным деформированием структурного элемента (преимущественно матричной структуры). Объемные негидростатические деформации со сдвигом позволяют создать растягивающие и сдвиговые напряжения для интеркристаллитного разрушения (селективное раскрытие относительно границ срастания). Для матричной (например,гипидиоморфнозернистой) структуры может быть использована объемная деформация путем неравномерного сжатия со сдвигом, которая позволяет использовать контраст упругих и прочностных свойств раскрываемых минералов для разрушения по границе их срастания. Селективное разрушение одного или группы минералов может быть вызвано различием их трещиностойкости. Для пойкилитовых структур, у которых посторонний минерал содержится внутри извлекаемого минерала, более эффективным является локальный режим деформирования, обеспечивающий минимальную вновь образованную поверхность. Критерии выбора – минимальные удельные энергетические затраты и качество раскрытия.

Принципы рациональной рудоподготовки предполагают применение разупрочняющих воздействий для снижения энергозатрат и повышения качества раскрытия. Реализуя данную концепцию, еще в семидесятых годах прошлого века в НИИ «Уралмеханобр» впервые были выполнены исследования разупрочнения руд воздействием импульсных магнитных полей. Созданный для этих целей генератор импульсных токов с энергией 75 кДж позволил провести исчерпывающую серию исследований воздействия импульсного магнитного поля. Применение различных индукторов и концентраторов магнитного потока позволило создать в зоне обработки руд магнитные поля, обеспечивающие максимальное воздействие на магнитные и проводящие минералы: напряженность более 1*10⁷ А/м и градиент до 1*10⁹ А/м². Исследования, выполненные на железных рудах различного генезиса, подтвердили теоретические предпосылки в части снижения прочности руд и реализации селективного разрушения, и одновременно выявили существенные ограничения возможности применения физических воздействий в рудоподготовке. Технологические исследования в открытом и замкнутом цикле измельчения в комплексе с магнитной сепарацией показали, что разупрочнение руд (достигающее 60-90% после магнитной обработки) практически полностью нивелируется неадекватными условиями разрушения в барабанной мельнице. В условиях, когда на конечной стадии раскрытия применяется устройство, физические принципы которого не адекватны задаче селективного разрушения (в данном случае – барабанная мельница), прирост показателей раскрытия оказывается существенно ниже показателей физического разупрочнения, вызванного воздействием (например, импульсным магнитным полем). Широкий комплекс проведенных исследований показал, что приемлемая эффективность физических воздействий достигает поставленных целей лишь в тех случаях, когда раскрытие извлекаемых минералов происходит в процессе обработки [7]. Эксперименты на устройствах, обеспечивающих одновременное воздействие сильного магнитного поля и механическое нагружение, подтвердили этот вывод. Образцы железистых кварцитов при обработке в указанных условиях разрушались практически полностью по границе срастания магнетита с нерудными минералами. Воздействие переменного магнитного поля (с магнитной системой, создающей эффект коллективного излучателя) на промпродукт, содержащий сростки магнетита, позволило увеличить содержание раскрытых минералов на десятки процентов (в зависимости от крупности). Одновременное воздействие переменного магнитного поля и собственных механических колебаний обрабатываемой среды обеспечило селективное раскрытие сростков без необходимости дополнительного измельчения в мельнице.

Последующие исследования воздействия магнитных (электромагнитных) полей, выполненные рядом авторов спустя 30-40 лет, лишь подтвердили приведенные ранее выводы относительно несоответствия уровня физического разупрочнения руд результатам достигаемых технологических показателей после предварительного воздействия [8,9 и др.]. Тем не менее, в большинстве исследований последних лет физические воздействия рассматриваются как способ предварительного разупрочнения, а собственно раскрытие минералов осуществляется в барабанных мельницах, о низкой эффективности которых уже упоминалось. Можно предположить, что данное обстоятельство явилось одной из причин отсутствия до сих пор промышленных устройств, реализующих воздействие различных физических полей для разупрочнения руд и селективного разрушения.

Тренды в оборудовании. Рациональная подготовка к раскрытию минералов (например, по схеме на рис.1.1, [5]) не предполагает технических проблем. Однако в области устройств, способных воплощать принципы селективного разрушения в промышленном масштабе, видимый прогресс пока отсутствует. Практически для всех стадий действующих систем рудоподготовки, начиная с дробилок и заканчивая барабанными мельницами характерно не управляемое, «чисто» локальное нагружение. Относительно простой способ раскрытия руд в барабанных мельницах сопровождается несоизмеримыми энергозатратами и массой проблем, рассмотренных выше. Появившиеся в последние годы мельницы серии IsaMill, Vertimill не решают проблем селективного раскрытия, поскольку прирост интенсивности разрушения за счет увеличение содержания мелющих тел (шаров) не снимает проблемы случайного разрушения и не вводит элементов селективного разрушения. Формирование требований к характеристикам оборудования, способного реализовать селективное разрушение вызывает наибольшую сложность. В отличие от оборудования для простого сокращение размеров куска, устройство для селективного разрушения предполагает применение различных видов деформирования в зависимости от характеристик раскрываемого сырья. В этом случае устройства нагружения и условия внешнего воздействия должны быть адаптивными для создания необходимой структуры напряженного состояния в раскрываемой системе.

Актуализация работ по разрушению в слое [10,11] подтвердила обоснованность применения объемного деформирования в качестве одного из инструментов влияния на селективность разрушения многокомпонентных материалов. Разрушение в слое как способ перехода от локального к объемному нагружению имеет логическое объяснение в части потенциальной возможности создания неоднородного напряженного состояния в разрушаемом куске.

Исследования дезинтеграции техногенного сырья (от одиночных частиц до слоя), проведенные еще в конце 80-х годов, доказали, что использование слоя в качестве среды, передающей нагрузку на разрушаемый материал, открывает широкие возможности управления разрушением [12]. Установлено, что селективность разрушения зависит от параметров исходной структуры и условий нагружения: грансостав слоя, число слоев, наложение вибраций, величина и тип деформации (жесткий, мягкий), наложение сдвиговых нагрузок одновременно с нормальным сжатием и др. Показано, что результат деформирования, создающего объемное нагружение, зависит кинетики изменения состояния слоя. Так, мягкий тип нагружения конусной инерционной дробилки оказался адекватным задаче селективного разрушения (относительно исходного размера зерна корунда) лома абразивного материала. Применение в данном случае КИД позволило получить высокий выход продуктивного класса при обеспечении сохранности зерен электрокорунда. Практика показывает, что наибольшая эффективность применения КИД достигается в случае, когда задача разрушения и свойства материала соответствуют условиям нагружения устройства. Поскольку по своему воздействию данное устройство относится к машинам мягкого нагружения (деформирование слоя осуществляется за счет инерции внутреннего конуса) выбор материала для разрушения является критичным. Нельзя априори утверждать, что условия для селективного разрушения могут быть созданы для любого материала. Предпочтение может быть отдано сравнительно однородным материалам, когда стоит задача сокращения размера материала, и нет необходимости учитывать сложные связи между состоянием границ срастания и результатами разрушения.

Как уже отмечено выше, перспективы модернизации действующего оборудования для повышения селективности раскрытия практически отсутствуют. Распространенное мнение некоторых разработчиков о том, что созданные ими устройства обладают повышенными показателями раскрытия, в большинстве своем можно отнести к частному случаю. Прессование слоя в ряде рассмотренных устройств в общем случае не имеет выраженных предпосылок для селективного разрушения, поскольку гидростатическое давление мелких фракции на крупные частицы срастаний минералов может свести на нет преимущества объемной деформации слоя. Более того, равноосное давление приводит к упрочнению горных пород и увеличению затрат энергии на деформирование. Частные случаи некоторого улучшения раскрытия объясняются совпадением «удачного» соотношения упругих и прочностных свойств раскрываемых минералов, прочности границ их срастания и адекватных условий деформирования [10]. В большинстве своем в рассмотренных устройствах практически отсутствуют режимы одновременного сжатия (с управляемой деформацией) со сдвигом. Между тем, как показано в [12], работа деформирования при одновременном сжатии и сдвиге в десятки раз ниже, чем при простом сжатии слоя с последующим сдвигом. Оборудование, способное реализовать данный вид деформаций, можно рассматривать как одно из направлений разработки устройств для селективного разрушения (схемы устройств рассмотрены в гл.14.3, [5]).

Исследования последних лет в части создания «высокочастотных дробилок» (ВКДС, ВУМС и др.), у которых статическое прессование сопровождается воздействием на слой вибрационных нагрузок, показали возможность существенного (в 4-5 раз) снижения энергозатрат на измельчение при производстве строительных материалов. По мнению авторов, высокочастотная мельница типа ВУМС позволит заменить шаровую мельницу в традиционной технологии с одновременным уменьшением энергозатрат [13,14]. Несмотря на то, что значительная часть работ в этом направлении связана с простым сокращением размеров куска, подобные устройства могут стать элементами схемы формирования структурных элементов разделения и управляемого раскрытия. Появление устройств, позволяющих регулировать параметры воздействия: частоту, длительность, усилие и режим деформирования (жесткий, мягкий) – открывает перспективу создания оборудования для селективного разрушения, в том числе и на заключительных стадиях раскрытия.

В качестве промежуточного решения для формирования структурных элементов разделения и раскрытия можно рассмотреть центробежную дробилку, допускающую вывод фракций в процессе разрушения. Использование воздушных потоков в качестве носителя открывает возможность сопряжения центробежной дробилки с устройствами для сепарации по разделительным признакам (плотность, электрические, магнитные и т.п.) и создание агрегата для формирования структурных элементов раскрытия. Поскольку на сегодняшний день нет промышленных устройств, способных реализовать раскрытие при разрушении одиночных частиц размером 1÷5 мм с интенсивностью порядка 10⁶ единиц в секунду (условная производительность 100 т/ч), вопрос о комплексах сочетающих разрушение и разделение остается актуальным.

Факторы управления. Селективное разрушение по определению – это управляемое разрушение. Поскольку управлять можно только «числом», важно иметь полное представление обо всех факторах (выраженных в параметрах), которые определяют результат взаимодействия раскрываемого материала с нагружающим устройством. Приведенные примеры показали, что для простого сокращения размеров разрушаемого материала и значительного снижения энергозатрат (включая тонкое измельчение цементного клинкера), нет проблем ни в технологиях, ни в оборудовании. Для процессов сокращения крупности есть два характеристических параметра – содержание требуемого класса в конечном продукте и удельные энергозатраты. В качестве параметров исходного сырья обычно используется размер продукта питания и некоторый показатель, характеризующий прочность (крепость). Иногда при производстве щебня применяют параметр «кубовидности» продукта, однако его в большей степени можно отнести к показателю «селективного разрушения по форме» [5]. Когда речь идет о селективном разрушении при раскрытии минералов, к указанным параметрам неизбежно добавляются показатели качества (селективность) раскрытия. Такими показателями могут служить параметры, характеризующие относительные изменение кривой распределения крупности раскрываемого минерала в готовом продукте и в исходном материале, или соотношение удельной поверхности раскрытого продукта и границ срастания [15].

Для материалов, требующих селективного разрушения, исходные параметры обсуждены выше: структурные, физико-механические (макро и микро), состояние границ срастания и их изменение при снижении размеров исходного сырья. Поскольку свойствами и структурой разрушаемого сырья управлять практически невозможно, необходимо иметь набор параметров управления разрушающим устройством. Следуя приведенному выше анализу, спектр параметров оборудования для управления селективностью раскрытия может оказаться неопределенно широким. В идеале это может быть устройство с набором параметров, которые позволили бы ему адаптироваться к любому типу руды. Создание такого устройства в ближайшие годы маловероятно в силу остающихся еще неопределенности связи селективности разрушения с параметрами нагружения и свойствами руд на всех стадиях разрушения. Практически речь может идти о 2-3 базовых моделях для руд, разделенных по категориям с близким «набором» параметров, характеризующих структурные и прочностные свойства, отвечающие за раскрытие. Принципы разрушения, основанные на вибрационном воздействии (по типу высокочастотных дробилок и мельниц), и реализации сжатия одновременно со сдвигом на заключительных стадиях раскрытия, могут оказаться наиболее эффективными при создании указанных устройств. Совокупность параметров, способных обеспечить вариацию режимов селективного разрушения руд с различной структурой и различными физико-механическими свойствами минералов, может выглядеть следующим образом: амплитуда и частота вибраций, величина и тип деформации (жесткий, мягкий), наложение сдвиговых нагрузок одновременно с нормальным сжатием, грансостав слоя, число слоев и т.п.

Заключение. Параметры руды (структура, свойств раскрываемых минералов и вмещающих пород, состояние границ, тип срастания и т.п.) определяют режим деформирования (жесткий или мягкий, локальный или объемный, однократный или циклический) для селективного разрушения на всех стадиях разрушения до полного раскрытия извлекаемых минералов. Задача устройства обеспечить соответствующие условия деформирования, их чего не следует, что для каждого типа руд потребуется свой агрегат для селективного разрушения. Подготовка к раскрытию и само раскрытие отделены значительным интервалом размерного ряда (от взрывной отбойки до размеров раскрываемых минералов). На каждой стадии разрушения определяющую роль играют «свои» параметры процесса и свойств руды, при этом индивидуализация параметров (структурная чувствительность) проявляется в элементе раскрытия, соизмеримом с размерами раскрываемых минеральных комплексов и зависит от типа срастания. Таким образом, «чувствительность» к селективному раскрытию проявляется на уровне структурного элемента, размеры которого для большинства руд не превышают 5÷10мм. Задача предварительных стадий обеспечить формирование этого продукта, с минимальными энергозатратами и максимальным выходом.

Управляемое раскрытие сопряжено с усложнением схем переработки минерального сырья и с необходимостью углубленного научного подхода к исследованию механизма селективного разрушения в связи со свойствами перерабатываемого сырья. Оценка условий и параметров, определяющих эффективность раскрытия минералов на соответствующих стадиях, является важным фактором оптимизации процессов рудоподготовки. Методы современной технологической минералогии в состоянии обеспечить данными о составе и структуре руд (включая построение 3D модели). Базовая совокупность параметров, характеризующих прочностные свойства руд и минералов, определяется экспериментально, в том числе и на устройствах, позволяющих в автоматическом режиме осуществлять измерение и статистическую обработку прочности различных фракций; практика применения подобных устройств показала их эффективность [5].