В практической деятельности оперативные подразделения и органы предварительного следствия ОВД зачастую сталкиваются со значительными проблемами в доказывании преступлений, связанных с незаконным оборотом наркотиков. Эти проблемы зачастую связаны с тем, что доказательственная база основывается на показаниях ограниченного числа лиц (свидетелей, которыми выступают в первую очередь понятые, а также сотрудников полиции), протоколах изъятия наркотических средств и психотропных веществ, результатах оперативно-розыскной деятельности, заключениях экспертиз, показаниях подозреваемого, обвиняемого.

Кроме того, существенное влияние на раскрытие и расследование оказывает противодействие со стороны защиты: выдвижение различных версий, имеющих под собой цель поставить под сомнение виновность лица, при котором были обнаружены наркотические средства и психотропные вещества. Версии, выдвигаемые недобросовестными защитниками и лицами, пытающимися избежать уголовной ответственности, направлены на установлении сомнений в наличии умысла лица на совершение действий, связанных с незаконным оборотом наркотиков, на переложение ответственности на третьих (зачастую вымышленных) лиц, на создание ложного представления о совершении провокации со стороны сотрудников (прежде всего оперативных служб) правоохранительных органов.

Такие версии, основанные прежде всего на лжи, трудноопровергаемы, поскольку практическое применение полиграфических и психофизиологических исследований в ОВД Белгородской области недостаточно, психофизиологические экспертизы проводятся экспертами подразделений Следственного Комитета РФ, а результаты таких исследований могут быть оценены только в совокупности с другими доказательствами, которых нередко бывает недостаточно.

В момент задержания сотрудниками полиции лицо, при котором могут находиться наркотические средства, психотропные вещества и их аналоги, либо денежные средства, переданные ему за наркотическое средство, нередко имеет возможность избавиться от них: выбросить или предпринять иные меры к их уничтожению. Данные действия следует предусматривать и пресекать. В случае если все же не удалось проконтролировать такие действия, то следует предпринимать меры по сохранению этих объектов и окружающей их обстановки, фиксации данных фактов. Такие действия необходимы для последующего направления объектов на экспертизы с целью обнаружения на них следов задержанного (пальцев рук, пота, запаховых следов и др.). При этом изъятие объектов должно производиться в присутствии понятых, которые в дальнейшем смогут подтвердить законность производства изъятия указанных объектов. В случае если имелись очевидцы того, как задержанный предпринял попытки уничтожить наркотические средства, психотропные вещества и их аналоги, либо денежные средства, переданные ему за наркотическое средство, то такие очевидцы должны быть опрошены, а в дальнейшем допрошены в качестве свидетелей по уголовному делу.

Нарушение порядка обнаружения и изъятия наркотических средств влечет за собой прекращение уголовного преследования и вместе с ним уголовного дела[1]. Так, в силу закона перед началом личного досмотра гражданина, досмотра транспортного средства, осмотра места происшествия, жилища, где могут храниться наркотические средства, необходимо разъяснить участвующим лицам в присутствии понятых (если они участвуют), примечания к ст.228 (222, если речь идет об оружии и боеприпасах) УК РФ, 6.8 КоАП РФ о праве на добровольную выдачу запрещенных к обороту предметов и веществ и, соответственно, предложить таковые выдать. Добровольная выдача лицом таких предметов и веществ влечет за собой освобождение его от уголовной ответственности по соответствующим статьям, если в его действиях не содержится состава иного преступления. Вместе с тем, не может признаваться добровольной сдачей наркотических средств, психотропных веществ или их аналогов, растений, содержащих наркотические средства или психотропные вещества, их выдача при задержании лица и при производстве следственных действий по обнаружению и изъятию указанных средств, веществ или их аналогов, либо растений, содержащих наркотические средства или психотропные вещества. Такое задержание может быть осуществлено в ходе производства оперативно-розыскных мероприятий, когда достоверно известно, что при лице, в автомобиле, гараже или жилище (и т.п.) могут находиться наркотические средства, психотропные вещества или их аналоги, либо растения, содержащие наркотические средства или психотропные вещества. К примеру, такое задержание может быть осуществлено сотрудниками полиции в ходе проведения оперативно-розыскных мероприятий «Наблюдение», «Проверочная закупка» [2].

Личный досмотр задержанного лица должен осуществляться лицом (сотрудником полиции) одного пола с задержанным в присутствии двух понятых также одного пола. К примеру, личный досмотр задержанного мужчины ни в коем случае не должен быть произведен сотрудником полиции женского пола или в присутствии понятых разного пола (мужчиной и женщиной, либо в присутствии двух женщин, и наоборот).

С начала 2014 года ОВД Белгородской области столкнулись с «валом» преступлений, связанных с незаконным оборотом так называемых «спайсов». Деятельность сбытчиков этих наркотических средств хорошо организована, спланирована и обезличена. Сбыт наркотического средства осуществляется через тайники («закладки»), а оплата за наркотик осуществляется посредством электронных платежей (киви-кошелек, яндекс-деньги и т.п.). Такие преступления совершаются организованными группами, участники которых даже не знакомы между собой (изготовители, операторы, закладчики).

При производстве судебных биологических (генотипоскопических) экспертиз зачастую не представляется возможным установить генетические признаки потожировых следов на упаковках наркотических средств ввиду недостаточного количества выделенной ядерной ДНК. Как правило, в тех случаях, когда упаковкой является фольга или фольгированная бумага.

В последнее время участились случаи, когда при исследовании изъятого вещества героин, экспертами даны заключения о том, что представленное на исследование вещество, содержит в своем составе наркотические средства диацетилморфин (героин), 6-моноацетилморфин и ацетилкодеин, а также психотропное вещество декстрометорфан (либо его оптический изомер левометрофан, либо рацеметорфан – их смесь). Определить к какому из изомеров относится выявленный, не представляется возможным ввиду отсутствия в системе экспертно-криминалистических подразделений МВД России необходимого аналитического оборудования.

Резюмируя вышеизложенное мы приходим к следующим выводам:

1. Проблемы раскрытия и расследования преступлений, связанных с незаконным оборотом наркотических средств и психотропных веществ или их аналогов требуют комплексного подхода.
2. Качество противодействия вышеуказанным преступлениям напрямую зависит от эффективности взаимодействие между органами предварительного расследования и оперативными подразделениями органов внутренних дел на основе планирования и регулярного обмена информации.
3. Успешная организация противодействия незаконному обороту наркотических средств, психотропных веществ или их аналогов органами внутренних дел возможна на основе регулярного анализа правоприменительной практики, изданию обзоров и рекомендаций, внедрению положительного опыта, обучению личного состава особенностям выявления, раскрытия и расследования преступлений данного вида.

Отметим, что данное законодательное правило нисколько не отличается от производства иных упрощённых процедур уголовного судопроизводства, введённых в правовую практику раньше сокращённого дознания. Например, согласно статье 314 УПК РФ, для того, чтобы в особом порядке принять решение по делу при согласии обвиняемого с тем объявлением, которое ему было предъявлено, необходимо также получить от него соответствующее ходатайство. Аналогичные правила установлены и для особого порядка вынесения решения суда в случае заключения досудебного соглашения о сотрудничестве (см. статью 317.1 УПК РФ).

Необходимо заметить, что позиция законодателя об обязательном волеизъявлении обвиняемого (выраженном в форме соответствующего ходатайства) о применении в отношении расследования инкриминируемого ему деяния упрощённых процессуальных форм критикуется некоторыми авторами.

Кроме того, даже предлагаются коренные изменения в уголовно-процессуальное законодательство по данному вопросу – к примеру, в соответствии с разработанным представителями Министерства внутренних дел РФ законопроектом о внесении изменений в уголовно-процессуальное законодательство в части досудебного производства [2], таким основанием теперь предлагается считать административный акт – письменное поручение руководителя органа, осуществляющего дознания.

Как представляется, такая позиция не является совсем корректной, и умаляющей – пусть и в угоду диверсификации и ускорению расследования преступлений – право обвиняемых на осуществление в его отношении такой формы досудебного производства, которая бы наиболее способствовала гарантированию и защите и его уголовно-процессуальных прав.

Для того, чтобы разрешить вопрос об удовлетворении ходатайства,  дознаватель, прежде всего, убеждается о совпадении всех условий для возможности производства предварительного расследования в форме сокращённого дознания.

Представляется возможным согласиться с Е.Н. Арестовой, согласно мнению которой под условиями, позволяющим производить предварительное расследование в форме сокращённого дознания, нужно понимать одновременно устанавливаемый комплекс документально подтверждаемых фактических данных, связанных с личностью подозреваемого, особенностями вменяемого ему деяния, которые в совокупности указывают на обоснованность производства дознания в сокращенной форме, а также отсутствие обстоятельств, которые исключают такой порядок производства по уголовному делу [3, с. 34].

К таким условиям необходимо отнести несколько процессуальных положений, расположенных в различных нормах действующего УПК:

УПК РФ содержит перечень условий, наличие которых является обязательным для начала процедуры сокращенного дознания.

1)Общее условие, устанавливаемое в соответствии со пунктом 1 части 3 статьи 159 УПК РФ, по которой дело возбуждено в отношении одного конкретного лица по признакам инкриминируемых ему преступных деяний (одного или нескольких).

2)Условие, связанное с внутренними мотивами лица, подающего ходатайство о необходимости сокращённого дознания – согласно статье 226. 1 УПК РФ, для подозреваемого необходимо признание своей вины, характера наступивших общественно опасных последствий, а также масштабов нанесённого преступлением вреда. Кроме того, требуется ясно и чётко выраженное согласие подающего ходатайство с правовой оценкой, обозначенной в постановлении о возбуждении в его отношении дела.

3)Установленное отсутствие обстоятельств, при наличии которых невозможно производить сокращённое дознание. Перечень таких правовых препятствий предусматривается статьёй 226.2 УПК РФ (несовершеннолетие подозреваемого, невладение им языком уголовного судопроизводства, несогласие с обвинением и т.п.).

Прежде чем положительно решить вопрос о разъяснении подозреваемому права на заявление указанного ходатайства, дознавателю необходимо убедиться в наличии одновременно всех условий для производства дознания в сокращенной форме, перечень которых приведен в соответствующих нормах уголовно-процессуального законодательства. Тем самым для сокращенного дознания законодатель предусмотрел ряд процессуальных особенностей, отличающих данный порядок от дознания в общем порядке. Так, осужденным Д. была написана явка с повинной, в которой он изложил обстоятельства кражи золотой цепочки, имевшей место, то есть вину в совершении инкриминируемого преступления признал в полном объеме.

Согласно материалам дела, обстоятельств, исключающих производство дознания в сокращенной форме, предусмотренных ст. 226.2 УПК РФ, установлено не было. Таким образом, при производстве по уголовному делу в отношении Д. имелись предусмотренные законом условия для производства дознания в сокращенной форме. Однако, несмотря на наличие условий, указанных в ч. 2 ст. 226.1 УПК РФ, осужденный Д., был лишен возможности воспользоваться предоставленным ему законом правом на производство дознания в сокращенной форме, что является существенным нарушением предоставленных ему законом процессуальных прав [4].

Стоит отметить и некоторые аспекты, связанные с практическим применением этих норм уголовно-процессуального законодательсва. Так, по мнению П.С. Сильвестрова, значительное количество проанализированных им уголовных дел, производство по которым осуществлялось посредством  сокращенного дознания, были расследованы в сокращенном порядке при условии полного возмещения морального и материального вреда потерпевшему со стороны виновного лица, хотя такое условие и не было прямо прописано в тексе части 2 статьи 226.1 УПК РФ [5, с .314].

Таким образом, можно сделать вывод, что в соответствии с действующим уголовно-процессуальным законодательством, для начала осуществления процедуры дознания в сокращенной форме, необходимо фактическое одновременное наличие условий и оснований, установленных законом, а также их документальное закрепление. При этом отсутствие хотя бы одного из указанных элементов влечет производство дознания по уголовному делу в общем порядке.

Предварительное расследование является самостоятельной стадией досудебной части уголовного судопроизводства, начинается с момента возбуждения уголовного дела и принятия его следователем, дознавателем к производству, заканчивается составлением обвинительного акта, заключения и направлением его прокурору для утверждения и передачи в суд. Суд принимает решение после исследования в ходе судебного следствия доказательств, представленных сторонами, основываясь при этом на нормах уголовно-процессуального законодательства.

Предварительное расследование по уголовному делу должно осуществляться в форме предварительного следствия или дознания, соответствующим образом производиться следователями и дознавателями [2].

Таблица 1 – Органы предварительного расследования

Согласно Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации основной формой предварительного расследования является предварительное следствие, которое обязательно по делам:

• об опасных преступлениях;
• об общественно опасных деяниях, совершенных лицами, которые в силу своих психических или физических недостатков не могут самостоятельно осуществлять право на защиту;
• о преступлениях, совершенных лицами, заболевшими душевной болезнью после совершения преступных действий;
• о преступлениях невменяемых.

Предварительное расследование в форме следствия производится в течение двух месяцев со дня возбуждения уголовного дел. В необходимых случаях, срок предварительного следствия может быть продлен:

• руководителем следственного органа по городу, району или руководителем специализированного следственного органа, в том числе и военного (до трех месяцев).
• руководителем или заместителями следственного органа по субъекту РФ и руководителем или заместителями специализированного следственного органа по субъекту РФ, в том числе и военного (до двенадцати месяцев);
• Председателем Следственного комитета при прокуратуре Российской Федерации, руководителем следственного органа соответствующего федерального органа исполнительной власти и их заместителями  (продление срока не имеет ограничений).

Срок проведения предварительного следствия включает время со дня возбуждения уголовного дела и до дня его направления прокурору с обвинительным заключением или постановлением о передаче уголовного дела в суд либо до дня вынесения постановления о прекращении производства по уголовному делу [3].

Необходимо выделить, что на сегодняшний день в России законодателями ведется поиск путей оптимизации (сокращения) сроков на досудебных стадиях уголовного судопроизводства.

Предварительное расследование в форме следствия проводит следователь, наделенный законодательно необходимыми полномочиями. В силу большого объема или сложности производство предварительного следствия по уголовному делу может быть поручено следственной группе с привлечением должностных лиц органов, производящих оперативно-розыскные мероприятия, в этом случае все процессуальные решения принимает руководитель следственного органа [4].

Следователь – это должностное лицо, уполномоченный осуществлять предварительное следствие по уголовному делу в пределах компетенции, предусмотренной Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации. Следователь уполномочен:

• возбуждать уголовное дело;
• принимать уголовное дело к производству или направлять его прокурору;
• собирать и исследовать доказательства;
• устанавливать факт преступления и лица, виновного в его совершении;
• самостоятельно направлять ход расследования, принимать решения о производстве следственных и иных процессуальных действий;
• давать органу дознания поручения о производстве следственных или иных процессуальных действий, об исполнении постановлений о задержании, временном отстранении от должности, приводе, аресте, о проведении оперативно-розыскных мероприятий;
• осуществлять иные полномочия, предусмотренные Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации.

Если прокурор признает необходимым, то предварительное следствия может вестись и по уголовным делам, отнесенным к компетенции органов дознания.

Предварительное расследование в форме дознания должно быть закончено в срок, не превышающий тридцати суток со дня возбуждения уголовного дела. Дознание производится по уголовным делам, не представляющим большой сложности в собирании доказательств лица, виновного совершении преступления. В некоторых случаях, в том числе связанных с исполнением запроса о международной правовой помощи, с производством судебной экспертизы срок дознания может быть продлен:

• военным прокурором и прокурором города, района и их заместителями (до шести месяцев);
• военным прокурором и прокурором субъекта РФ (до двенадцати месяцев).

Орган дознания выполняет целый ряд регламентированных задач:

1. осуществление оперативно-розыскной деятельности, которая имеет обеспечительный характер для уголовного судопроизводства;
2. обеспечение охраны общественного порядка и общественной безопасности;
3. функционирование в сфере административной деятельности;
4. дознание по уголовным делам, по которым производство предварительного следствия необязательно;
5. выполнение неотложных следственных действий по уголовным делам, по которым производство предварительного следствия обязательно.

Полномочия возлагаются на дознавателя начальником органа дознания. Тем не менее, в соответствии с требованиями Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации не допускается возложение полномочий по проведению предварительного расследования в форме дознания на то лицо, которое осуществляло или осуществляет по данному уголовному делу оперативно-розыскную деятельность. Дознаватель вправе самостоятельно производить следственные и иные процессуальные действия, а также принимать процессуальные решения. По окончании предварительного расследования в форме дознания дознаватель составляет обвинительное заключение, которое утверждается начальником органа дознания. Обвинительное заключение вместе с материалами уголовного дела направляется прокурору для утверждения и передаётся в суд [2].

Итак, основными отличиями процессуальных форм предварительного расследования преступлений являются:

• категория уголовных дел, отнесенных законодательно к подследственности;
• субъект предварительного расследования;
• сроки досудебного производства по уголовному делу;
•  процедура окончания предварительного следствия или дознания;
• итоговое решение следователя или дознавателя.

Таким образом, предварительное следствие и дознание не только тесно взаимосвязаны между собой, образуя в целом специфическую систему досудебного производства, но и обусловливают друг друга, в связи с чем нельзя судить о первичности возникновения формы предварительного расследования. Сущность взаимодействия следователей с дознавателями при расследовании общественно опасных деяний выражается, прежде всего, в коллегиальном расследовании и раскрытии преступлений, в самостоятельном выполнении каждым своих обязанностей и согласованности действий при соблюдении законности. Предварительное следствие и дознание являются взаимодополняемыми и равнозначными институтами досудебного производства.