В XX веке ментальные модели изучали  ученые, близкие к военным ведомствам. Они применяли их, в первую очередь американцы, для разрешения вооруженных конфликтов и проблем в переговорах. Одной из первых книг в этой сфере знаний стала книга майор Джеймс Ховарда, «Спотыкаясь о мир при планировании войны» [1].

Но, что такое «ментальная модель»?

Это представление мира в сознании человека [2].

Каждый  субъект экономики, существуя в социуме, формирует свои ментальные  модели относительно различных ситуаций, явлений и перспектив их развития.

Люди видят действительность не “как есть”, а через особые (нейропсихологические) фильтры которые:

“вычеркивают” из видимого мира элементы, не соответствующие культурной позиции человека;

“дорисовывают” отсутствующие элементы, усиливающие текущие желания человека;

придают больший или меньший вес внешним элементам в зависимости от того, подтверждают они предпочтения человека или нет.

Полезность ментальных моделей в том, что они помогают быстро принимать решения. Результат, тем эффективнее, чем больше модель адаптирована к  окружающей действительности.

Одной из задач первого этапа формирования решения относительно той или иной ситуации (выбор стратегической цели, определение степени риска, процесс создания бренда, публичный конфликт) становятся поиск и извлечение ментальных моделей целевых групп. Поэтому в работе современного менеджера должны быть задействованы методики, позволяющие получить плохо осознаваемые и фиксируемые аудиторией элементы ментальных моделей.

В экономике идею ментальных моделей активно продвигает соратник известного инвестора Уоррена Баффета по Berkshire Hathaway Чарли Мангер. Он предлагает создать сеть (матрицу) моделей, с тем, чтобы решать проблемы наиболее эффективно.

Однако, по мнении Мангера не все могут формировать ментальные модели, т.к. умение решать проблемы не зависит от IQ. Необходимо иметь такие черты характера как – любознательность, честность, терпение, способность к самокритике и многообразие знаний.

Трудно представить все эти качества в одном человеке, но ими обладает «коллективный разум», структура которого очень сильно напоминает нейронные сети мозга человека, а методологию функционирования лучше всего описывает нечеткая логика. При этом необходимо понимать, что не следует  автоматически переносить эти принципы и методологию в сферу экономики [3]. Необходим соответствующий механизм и инструменты

Найти их можно на предикативных рынках, с помощью краудсорсинга

Рынки предсказаний имеют важные отличия от фондовых рынков. Временные горизонты на них конечны, а исходы определены или заданы.

Составить представление, об этой технологии, можно посетив, крупнейший в мире рынок предсказаний Intrade.com, который служит платформой для создания прогнозов самой широкой тематики.

Есть и русскоязычные проекты, такие как Futuriti.ru и Supergu.ru.

Эти ресурсы объединяет следующий принцип: участники предикативных рынков делают ставки на те, или иные, события в будущем, имея при этом возможность заработать реальные деньги.

Краудсорсинг дает возможность топ-менеджеру найти ответы на многие вопросы к будущему, которые не поставишь на открытые торги. Точность прогнозов рынков предсказаний вполне удовлетворительна. В России практика применения краудсорсинга в бизнесе пока имеет единичный характер, на пример холдинг «АгроТерра» [4].

Особенность краудсорсинга в том, что в нем нет ни иерархии, ни методологов. Он выглядит как биржевая игра, где в качестве активов выступают прогнозы — некоторые события будущего. Все участники такой биржи выступают в качестве некоторого коллективного эксперта.

Такая форма прогнозирования и оценки исключает карьерные соображения, что нельзя исключить при ориентации на мнения офисных аналитиков. В большинстве случаев они будут прогнозировать для вас положительный тренд.

Вывод: Краусорсинг вполне применим для оценки эффективности инвестиционных проектов и уровня сопутствующих им рисков. При этом данную технологию целесообразно использовать, опираясь на технологии формирования ментальных моделей и ограничения, вытекающие из математики Банахова пространства и нечеткой логики.

Более широко культурные аспекты, касающиеся тематики статьи, раскрыты автором в его монографии [5].