Ряд ученых определяют иностранные инвестиции как «материальные и нематериальные ценности, принадлежащие юридическим и физическим лицам одного государства и находящиеся на территории другого государства с целью извлечения прибыли» [2, с.64-65; 3]. Федеральный закон «Об иностранных инвестициях в Российской Федерации» к иностранным инвестициям относит вложение иностранного капитала в виде денег, ценных бумаг, иного имущества, имущественных прав, имеющих денежную оценку исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности, а также услуг и информации [статья 2, 4].

Основой привлечения иностранных инвестиций выступает закрепление их благоприятного правового режима. Инвестор в первую очередь заинтересован в безопасности и защите своих инвестиций. В связи с тем, что данный вопрос регулируется правом государства, на территории которого осуществляются инвестиции,  правовое обеспечение эффективной защиты капиталовложений играет исключительно важную роль. Данный вопрос усложняется и сложным субъектным составом, так как охватывает отношения между государствами, международными организациями, юридическими и физическими лицами [5, с.63].

Как подчеркивает Селим Р.А., научная категория правового режима иностранных инвестиций означает «предоставление совокупности юридических принципов, норм и правил, регулирующих защиту и обеспечение благоприятных хозяйственных условий для зарубежного предпринимателя» [6].

Изначально правовая база для осуществления инвестиций создавалась на национальном уровне, с развитием же международных экономических связей заключение международных соглашений стало необходимостью. Инвестор получает стабильность правоотношений и гарантию от односторонних изменений норм (например, национализации или конфискации без выплат компенсации). Наиболее распространенными благодаря своей гибкости и возможности индивидуализации стали двусторонние соглашения государств о поощрении и взаимной защите капиталовложений (BIT – bilateral investment treaty) (далее – ДС) [7, с.157]. Первое современное ДС является европейским по происхождению и было заключено между Федеративной Республикой Германии и Пакистаном 25 ноября 1959 года [8]. На сегодняшний день по данным Конференции ООН по торговле и развитию (UNCTAD) подобных действующих соглашений насчитывается свыше 2300 [9].

В результате сравнения различных ДС можно выделить общую структуру:

1. Вступительное заявление о целях соглашения, выражающее намерения сторон обеспечить взаимную защиту инвестиционных потоков между двумя государствами;
2. Перечень видов собственности, подлежащих защите;
3. Режим взаимоотношений, устанавливающийся для сторон;
4. Юридические гарантии и порядок компенсации возможного ущерба, понесенного стороной;
5. Гарантии свободного перевода в связи с капиталовложениями;
6. Порядок разрешения возможных инвестиционных споров между договаривающейся стороной и инвестором другой договаривающейся стороны.

Тем не менее, несмотря на схожую структуру, содержание каждого ДС достаточно уникально. Как отмечает Министерство иностранных дел РФ, в расчет необходимо принимать характер торгово-политических отношений государств, результаты переговоров в рамках многосторонних процессов, особенности интересов инвесторов в доступе на рынки, инвестиционный потенциал государств и его возможное влияние на различные секторы экономики [10].

Ключевую роль любого ДС играет установление режима инвестиционных взаимоотношений между сторонами [11, с.201]. Наиболее лояльным является национальный режим, суть которого заключается в предоставлении по договору иностранным инвесторам максимально широких прав, аналогичных правовому положению отечественных инвесторов. По режиму наибольшего благоприятствования предоставляются отдельные права и льготы, столь же благоприятные, которые государство «предоставляет или предоставит в будущем любому третьему государству» [12, с.392]. Режим недискриминации предполагает установление условий, общих для всех государств, однако, не требует договорного закрепления, так как вытекает из принципа равенства суверенных государств [13].

Юридические гарантии предоставляют инвесторам уверенность в стабильности и сохранности своих капиталовложений. Среди подобных гарантий в ДС закрепляются гарантии от экспроприации и национализации, гарантии эффективной компенсации ущерба, суброгации и др.

Активное развитие международных отношений в сфере инвестиций предопределило создание Международного центра по урегулированию инвестиционных споров (ISCID) (далее – МЦУИС), действующего на основании Вашингтонской конвенции 1965 года [14], по разрешению споров между государствами, принимающими инвестиции, и иностранными лицами. Стоит отметить, что за 2015 год 60 процентов дел, рассмотренных МЦУИС, связанны именно со спорами по ДС [15].

Ряд исследователей подчеркивают, что иностранные инвесторы в России все чаще используют международные двусторонние соглашения как источник права, гарантирующий их защиту [16, с.86]. Постановлением Правительства №456 от 09.06.2001 было утверждено Типовое соглашение о поощрении и взаимной защите капиталовложений [17]. В нем МЦУИС выбран одним из приоритетных органов для разрешения споров.

В настоящее время в России действуют 78 двусторонних соглашений о поощрении и взаимной защите капиталовложений, из которых 14 были заключены еще во времена СССР. Как отмечает законодатель, данные соглашения имеют особое значение в условиях незавершенности национального законодательства РФ по вопросам инвестирования, так как в силу конституционного приоритета международных договоров «позволяют компенсировать недостатки российского законодательства» [18].

Таким образом, можно сделать вывод о том, что регулирование инвестиционных отношений является комплексным вопросом. При этом заключение двусторонних инвестиционных соглашений, предоставление ряда гарантий, а также эффективное функционирование органа по разрешению споров позволяют государствам увеличить свою привлекательность для иностранных инвесторов как ближнего, так и дальнего зарубежья.

Международно-правовые отношения, в которых участвует государство, обладает независимостью и равноправием участников. С одной точки зрения, присутствие государства в частноправовых отношениях не меняет его содержания, а с другой властная природа государства оказывает большое влияние на его правовое положение.

В соответствии со ст.124 Гражданского кодекса РФ Российская Федерация, её субъекты и муниципальные образования могут участвовать в гражданско-правовых отношениях на равных началах. В соответствии с этой статьей государство обладает теми же правами и обязанностями, что и остальные участники гражданско-правовых отношений.

Государство как самостоятельный участник гражданско-правовых отношений часто становится субъектом международных отношений с иностранным элементом. Государство будет являться участником таких отношений при покупке участка земли в государственных целях на территории иностранного государства, при заключении договора с зарубежной фирмой о строительства новых сооружений, при  хранении денежных средств в иностранных банках. Стоит отметить тот факт, что в гражданско-правовых отношениях с иностранным элементом участвуют все государства вне зависимости от их степени развития, социального или экономического строя.

Развитие международных экономических связей, интернационализация увеличивает роль государства в международных правовых отношениях. Наряду с распространенными видами участия государств в международных отношениях, популярность приобретают все новые  формы взаимодействия государств. В качестве примера можно выделить концессионные соглашения, в соответствии с которыми государство предоставляет на безвозмездной или срочной основе иностранному государству право на освоение природных богатств [1]. Между Российской Федерацией и Китаем в рамках межправительственного соглашения был реализован проект по строительству моста, соединяющий обе стороны Амура. Российские и китайские строители производили работы одинаково, каждой группе было положено возвести ровно половину моста. Потом стороны состыковали обе части моста между Россией и Китаем. Это является примером гражданско-правовых отношений между государствами с использованием концессионного соглашения.

Государства активно ведут международную частноправовую деятельность и являются участниками международного частного права. При аренде жилья, заключении сделки за рубежом, государство не подчиняется юрисдикции этого иностранного государства. Отсюда следует сделать вывод о том, что правовой режим государства как субъекта проявляется в его иммунитете от иностранной юрисдикции.

Неподчинение государства юрисдикции иностранного государства не подразумевает полного отказа иностранного государства от своей юрисдикции. Однако ограничения в применении определенных принудительных мер к иностранному государству не означает игнорирование законов данного государства. В соответствии с Венской конвенцией о дипломатических сношениях 1961 г, все государства, реализующие свою деятельность в иностранном государстве, должны придерживаться местных законов, традиций и обычаев. Предоставление иммунитета заключается в неприменении принудительных мер, судебных решений, административных взысканий [2].

Особенность правового положения государства как участника гражданско-правовых отношений с иностранным элементом сводится к его праву на иммунитет. Важно отметить, что не всегда государство будет обладать таким правом. Правом иммунитета государство будет обладать при решении вопроса, связанного с территориальной юрисдикцией иностранного государства. Например, если вопрос касается имущества, на которое необходимо наложить арест, но оно находится в иностранном государстве.

Проблема наличия иммунитета государства и его собственности является актуальной в системе международного права. Такое явление вызвано необходимостью обеспечения официальных взаимоотношений между странами. Реализовать официальные отношения было бы затруднительно, если бы представитель пребывающего государства зависели от власти этого государства.

Законодательство, касающееся государственного иммунитета, страны начали принимать еще во второй половине ХХ века. Например, в США в 1976 году приняли закон «Об иммунитетах иностранного государства, в 1978 году в Великобритании «Акт об иммунитете государства», в 1979 году в Сингапуре приняли такое акт, далее в Пакистане, ЮАР, Канаде, Австралии. В некоторых странах отсутствует специальное законодательство об иммунитете, тогда применяются нормы, установленные в иных нормативных актах [3].

В Российском законодательстве содержатся все современные тенденции, касающиеся участия государства в гражданско-правовых отношениях, осложненных иностранным элементом. В соответствии со ст.1204 ГК РФ «К гражданско-правовым отношениям, осложненным иностранным элементом, с участием государства правила настоящего раздела применяются на общих основаниях, если иное не установлено законом».

Данное положение представляет собой двустороннюю коллизионную норму. Оно не ограничивается применением только к российскому государству и его субъектам, а подлежит реализации и к отношениям, в которых участником является иностранное государство, когда к нему должны применяться нормы российского международного частного права.