Интенсивное развитие мировой экономики, постепенное «стирание границ» между странами и регионами, активизация интеграционных процессов между ними способствует всестороннему развитию их трансграничного сотрудничества. Российская Федерация на современном этапе своего развития является активным участником процессов, происходящих в мировом геоэкономическом пространстве: участие в международных организациях, интеграционных группировках, содействие приграничному сотрудничеству с сопредельными государствами. Среди стран-соседей Российской Федерации на фоне других государств заметно выделяется Китай, сотрудничество с которым является для России одним из наиболее приоритетных, их стратегическое партнерство укрепляется из года в год.

Зарождение межгосударственного сотрудничества РФ и КНР произошло еще в XVII веке. Однако, началом активных российско-китайских отношений можно назвать эпоху расцвета сухопутной торговли между Европой и Азией вдоль Великого шелкового пути. К политической целесообразности дружественных отношений между двумя великими государствами добавляется экономическая составляющая, основывающаяся на объективно существующей взаимодополняемости национальных экономик [1; с.187]. Причём, экономическая заинтересованность носит обоюдный характер.

Активно отношения между КНР и РФ начали развиваться еще в 80-х годах ХХ века. Сотрудничество Китая и России, тогда еще являющейся частью СССР, имело стабильный, плавный и поступательный характер, так как регулировалось централизованными органами власти. Доля приграничных регионов в совокупном объеме товарооборота двух государств составляла не более 5%. После распада СССР и по сегодняшний день наблюдается активное развитие и укрепление торговых и экономических связей как между государствами в целом, так и между их сопредельными регионами, что подтверждается подписанием ряда значимых для обеих сторон документов.

Первым шагом навстречу друг другу стало подписание в 2001 году «Договора о добрососедстве, дружбе и сотрудничестве». Данный документ освещает наиболее важные сферы взаимодействия, среди которых присутствует и торгово-экономическое сотрудничество. Помимо этого договора, имеют место более 100 договоренностей, заявлений и соглашений о двустороннем сотрудничестве в сферах торговли, инвестиций, строительства, банковских услуг, создания совместных предприятий и СЭЗ, многие из которых были подписаны в 2014 и 2015 годах (46 и 30 документов соответственно).

Немаловажными для укрепления экономической «дружбы» двух государств являются торгово-экономические связи их сопредельных регионов. Российско-китайская граница, протяженность которой составляет 4 209,3 км (второе место по протяженности после российско-казахстанской границы) включает, в общей сложности, 10 субъектов: 6 – с российской стороны (Дальний Восток и Восточная Сибирь) и 4 – со стороны КНР (северо-восточные китайские провинции и автономные субъекты). Основными направлениями экономического трансграничного сотрудничества России и Китая являются:

• торговля;
• инвестиции;
• ЗПЭС (зоны приграничного экономического сотрудничества);
• логистика и развитие транспортной инфраструктуры в приграничье.

По данным таможенной статистики России и Китая на конец 2014 года, два соседствующих государства, несмотря на неоднозначность нынешнего состояния мировой экономики в целом, а также замедление темпов экономического роста, как в РФ, так и в КНР, сумели сохранить стабильность и устойчивость взаимного товарооборота. С 2000 года вплоть до начала 2015 года наблюдалось поступательное увеличение объемов двусторонней торговли. Небольшое сокращение объемов взаимной торговли произошло в 2009 году в связи с наступившим мировым финансовым кризисом 2008г., однако уже в 2010 году внешнеторговые показатели превысили докризисный уровень. С 2011 по 2014 год объемы российско-китайской торговли можно назвать достаточно стабильными, показатели за этот период колеблются в рамках 83-88 млрд. долл. США. (рис.1). При этом Китайская Народная Республика среди наиболее значимых внешнеторговых партнеров Российской Федерации занимает первое место, в то время как среди 20 лидирующих стран в товарообороте с Китаем Россия лишь 9 место. В связи с чем, можно говорить о возможности и необходимости усиления роли России в торговле с Китаем. Россия как крупнейшая евразийская держава и крупный стратегический партнёр Китая в перспективе должна войти и в тройку основных торговых партнёров Китая.

Рисунок 1. Объемы двусторонней торговли России и Китая, 2000-2014 гг., млрд. долл. США

Источник: составлено автором по материалам [2; 3; 4]

Что касается взаимной китайско-российской торговли в разрезе экспорта и импорта, то здесь наблюдается ярко-выраженное перманентное превалирование российского импорта над экспортом (см. табл.1), что сказывается на сальдо внешней торговли России (оно стабильно отрицательное и колеблется в пределах минус 13-18 млрд. долл. США). Наибольшую долю в экспорте из России в Китай (около 95%) занимают: минеральное топливо, древесина, черные и цветные металлы, химические товары, удобрения, морепродукты, машины и оборудование, целлюлоза. Из всей продукции, которую импортирует из Китая в Россию, около 85% приходится на продукцию машиностроения, меха, изделия из кожи, изделия из текстиля и трикотажа, обувь, химические товары, игрушки и спортивный инвентарь, продовольствие, мебель и керамические изделия. Российский экспорт, как и в большинстве случаев, в торговле с Китаем носит сырьевой характер, в то время как импортируется из Китая в основном готовая продукция. Таким образом, увеличение объемов российского экспорта в Китай напрямую зависит от развития обрабатывающей промышленности, которая является более доходной, нежели добывающая. Ко всему прочему, добывающая промышленность подвержена ограниченности природных ресурсов в долгосрочной перспективе.

Таблица 1 – Экспорт-импорт России в торговле с Китаем, 2008-2014 гг., млрд. долл. США

Источник: составлено автором по материалам [2; 4]

Сальдо внешнеторгового оборота 6 российских приграничных регионов является отражением сальдо внешнеторгового оборота страны в целом – оно стабильно отрицательное, находится в пределах минус 3-7 млрд. долл. США (см. табл. 2). Что касается китайских субъектов, то здесь ситуация несколько иная – если в 2010 году сальдо совокупной торговли этих регионов было положительным, в 2011 году наблюдается его снижение, то уже в 2012-2014 гг. сальдо отрицательное. Интересен тот факт, что как раз в этот период во внешнеторговом обороте субъектов России также наблюдаются изменения – темпы роста импорта замедляются, а в 2014 году показатели уже даже ниже соответствующих показателей предыдущего года, в то время как темпы роста экспорта, наоборот, усиливаются, что, в свою очередь, сказывается на сальдо (от -7 млрд. долл. США в 2012 году до -3,4 млрд. долл. США в 2014 году).

Таблица 2 – Объемы экспорта и импорта китайско-российских сопредельных регионов, 2010-2014 гг., млрд. долл. США

Источник: составлено автором по материалам [2; 3]

Как уже отмечалось, из 85 субъектов Российской Федерации 6 граничат с Китаем; в свою очередь, 4 китайских региона из 28 являются граничащими с РФ. Естественно, что доля российских регионов в совокупном китайско-российском внешнеторговом обороте будет больше, чем регионов соседней страны (см. рис. 2). Сопредельные регионы в общей сложности составляют около 25-30% всей двусторонней российско-китайской торговли, что является довольно значимым показателем и свидетельствует о том, что приграничье играет немаловажную роль в двусторонних отношениях рассматриваемых государств.

Рисунок 2. Отношение внешнеторгового оборота российских и китайских приграничных регионов к совокупному российско-китайскому внешнеторговому обороту, 2010-2014 гг., %

Источник: составлено автором по материалам [2; 3; 4]

Инвестиционное взаимодействие является узким местом в общем комплексе направлений китайско-российского сотрудничества, в том числе и трансграничного из-за ряда проблем, имеющих место, как с российской, так и с китайской стороны, которые делают достаточно размытой и недостоверной инвестиционную статистику. К ним можно отнести:

• несовершенство законодательной базы, отсутствие существенных льгот для инвесторов;
• высокая стоимость рабочей силы и себестоимость жизни (Россия);
• слабо развиты информационно-консалтинговые услуги.

Правительство Китая поставило перед собой задачу – увеличить объём китайских прямых инвестиции в российскую экономику к 2020 г. до 12 млрд. долл. США. Так уже в 2013 году наблюдалось существенное увеличение притока китайских прямых инвестиций в российскую экономику по сравнению с предыдущими годами. По итогам 2013 г. они составили 4 080 млн. долл. США. против 660 млн. долл. США. В 2012 г. (+518,2%). Общий объем накопленных прямых инвестиций достиг 7 066 млн. долл. (+113,9%).

Российские прямые инвестиции в Китае традиционно характеризуются весьма скромными показателями, с явной тенденцией к снижению. Так, в 2013г. они составили 22,08 млн. долл. США. против 29,92 млн. долл. США. в 2012г. (-26,2%). (см. таб.3).

Таблица 3. Прямые инвестиции КНР и России в 2006-2013 гг., млн. долл.США

Источник: составлено автором по материалам [5]

Несмотря на то, что российская сторона реализует в Китае целый ряд инвестиционных проектов к началу 2014г. суммарный объем российских прямых инвестиций в Китай достиг всего лишь 869,79 млн. долл. США.

Необходимо отметить, что наиболее перспективными областями взаимного инвестирования в настоящее время являются энергетика, добыча минерального сырья и рациональное использование природных ресурсов, строительство, машиностроительная и научно-техническая сферы, транспортно-логистические проекты российско-китайского приграничья и ЗПЭС.

Одной из распространённых практик трансграничного сотрудничества Китая с сопредельными странами являются ЗПЭС – зоны приграничного экономического сотрудничества. Из 15 ныне действующих зон приграничного экономического сотрудничества в КНР 4 ориентированы на бизнес с Россией: Маньчжурия (Забайкальск), Суйфэньхэ (Пограничный), Хунчунь (Зарубино), Хэйхэ (Благовещенск). Все ЗПЭС с Россией были созданы еще в 1992 году и действуют до сих пор, постоянно развиваясь и расширяя сферы взаимного сотрудничества.

В ЗПЭС Маньчжурия сформированы 5 промышленных кластеров, которые специализируются на деревообработке, химической промышленности, строительстве, транспортной логистике, торговле и услугах. Здесь больше 10 лет действует промышленный парк по переработке импортного сырья.

В Суйфэньхэ функционируют всего 3 специальные зоны: комплексная беспошлинная зона, зона приграничного технико-экономического сотрудничества и зона приграничного экономического сотрудничества. Одним из центров сотрудничества является торгово-промышленный комплекс «Суйфэньхэ-Пограничный», который частично размещён в РФ (3 кв. км) и в КНР (1,53 кв. км). В ЗПЭС размещены более 400 торговых предприятий, крупные торговые рынки, функционируют автомобильный и железнодорожный приграничные терминалы. Основа экономики ЗПЭС – приграничная торговля, производство одежды, деревообработка.

В ЗПЭС Хунчунь входят открытый приграничный город Хуньчунь, экспортно-производственная зона Хуньчунь, хуньчуньско-российский промышленный парк по производству полупроводников, зона переработки текстиля, зона переработки леса, и с 2008 года ежегодно анонсируется создание беспошлинной зоны. Зона сотрудничества ориентирована на торговлю с Россией, Южной Кореей, Японией.

Зона сотрудничества Хэйхэ ориентирована на освоение региона в бассейне Амура, прежде всего, лесных богатств. В состав ЗПЭС входят комплексы по переработке древесины, логистический парк, комплекс нефтехимии [6].

Необходимо также отметить, что в 2000 году была создана российско-китайская зона трансграничной торговли Дуннин-Полтавка, где существует безвизовый режим граждан двух стран и ограниченный беспошлинный торговый режим.

Таким образом, исходя из выше изложенного, можно с уверенностью сказать, что российско-китайское трансграничное сотрудничество, как и развитие российско-китайских отношений в целом, происходит поступательно и сохраняет положительную динамику. Этому способствует создание новых проектов, максимизация инвестиционных потоков, увеличение объемов взаимной торговли, укрепление двусторонних связей в рамках ЗПЭС, являющихся наиболее важными звеньями в трансграничном экономическом сотрудничестве двух государств. Положительная динамика в отношениях между странами, несмотря на кризисные и стагнационные явления в мировой экономике, свидетельствует о высоком потенциале сотрудничества, который в полной мере ещё не реализован.

К факторам долгосрочного сотрудничества стран в рамках ШОС следует отнести [2]:

• усиление и углубление процесса глобализации в мире;
• необходимость создания нормативно-правовых и стратегических документов для взаимодействия стран внутри организации и со странами из вне;
• вовлечение в деятельность ШОС стран-наблюдателей (Иран, Пакистан, Монголия, Индия) взаимодействие с которыми будет оказывать прямое воздействие на дальнейшую деятельность и развитие ШОС.

В настоящее время, наряду с военным, экономическое направление взаимодействия является одним из наиболее важных направлений сотрудничества. Среди экономических направлений лидируют: финансово – банковская сфера, сельское хозяйство, вопросы транспорта, водохозяйственный и топливо–энергетический комплекс [3]. Страны-участницы ШОС заинтересованы в свободном перемещении товаров в рамках организации, в техническом сотрудничестве. В результате принятых мер с момента создания организации (с 2001г.) товарооборот между членами ШОС увеличился до 30%. Также были созданы инфраструктурные проекты, которые способствуют увеличению данного показателя [4].

В современных условиях развития экономики, возникают новые возможности для экономического взаимодействия, в частности использование энергетического потенциала региона для экспорта газа и нефти [5]. Растущие потребности в источниках энергии и невозобновляемость данного вида ресурса, оказывают необходимость развития отношений в энергетической сфере, чтобы в полной мере реализовать имеющийся потенциал. Однако, внутри организации имеются противоречия в данном вопросе. Россия, Казахстан и Китай стремятся стать лидерами по добыче и экспорту энергоресурсов региона. Но расхождения интересов в данном вопросе еще не обрели глубокий характер, поэтому здесь возможен компромисс в виде нового формата взаимодействия – создание Энергетического Клуба [5]. Внутри данного образования стало бы возможным развитие взаимодействие между производителем и потребителем энергоресурсов, а также координирование взаимодействия добывающих стран региона и создание стратегии развития по данному вопросу.

Сотрудничество стран внутри ШОС в энергетической сфере уже привело к ряду позитивных изменений, которые связаны с [6]:

• установлением рыночных цен на нефть и газ;
• формирование и осуществление проектов по добыче, транспортировке, переработке и реализации энергоресурсов на рынках Азии и Европы;
• развитие инфраструктуры региона.

Дальнейшее сотрудничество стран в данном направлении будет осуществляться на принципе открытости для всех заинтересованных сторон, в частности, и для стран – наблюдателей – Монголии, Индии, Ирана и Пакистана.

Также к числу перспективных проектов в области энергетики можно отнести строительство энергомоста Россия – Китай, через который будет происходить бесперебойная передача тока из Иркутской области в Китай [2].

Тот факт, что ШОС в основном только разрабатывает нормативно-правые документы и не занимается реализацией конкретных проектов, вполне соответствует ее нынешнему статусу развивающего интеграционного объединения, так как данный вид интеграции создается практически с нуля и постепенное развитие является залогом ее эффективной деятельности в будущем [5].

Сотрудничество в сфере высоких технологий также является перспективной сферой. При содействии России в китайских провинциях Шаньдун и Чжэцзян был созданы базы освоения и развития высоких технологий. В рамках данного направления рассматриваются проекты  разработки строительства технопарков.

В Узбекистане подписано 31 соглашение на 15,5 млрд. долл. США (добыча нефти, газа и золота); в Казахстане китайская компания CNPC купила 8% акций нефтяного консорциума, разрабатывающего одно из месторождений в Каспийском море (стоимость сделки – 5 млрд. долл. США); в Киргизии подписано 8 соглашений на 5 млрд. долл. США (строительство нового газопровода) [4].

«Экономический пояс Великого Шелкового Пути – находящийся на стадии разработки потенциально крупный трансконтинентальный проект, основанный на идее геополитического порядка» [4]. Для воплощения данного проекта в жизнь был создан фонд развития величий в 40 млрд. долл. США с последующей возможностью внесения в него дополнительных средств. В 2014г. китайской стороной уже были подписаны контракты по крупным инфраструктурным проектам, реализуемым в рамках ЭПВШП на сумму более 60 млрд. долл. США [4].

Проект ЭПВШП будет способствовать реализации интересов всех участников ШОС, в  частности России, Казахстана и стран Центральной Азии путем налаживания инфраструктурных связей региона [1]. В рамках проекта ЭПВШП актуальными являются проекты формирования транспортной системы общей для всех участников ШОС (с использованием потенциала Транссибирской железной дороги и Байкало-Амурской магистрали). Также в рамках ЭПВШП возможна реализация уже имеющихся проектов, таких как нефтегазовые проводы, железнодорожная магистраль «Чунцин-Синьцзян-Европа», международная автомагистраль «Западный Китай-Западная Европа» [6].

Деятельность ШОС в сочетании с ЭПВШП будет способствовать углублению взаимодействия между странами-членами ШОС и Европейским регионом, привнесет дополнения и новые импульсы в сотрудничество внутри ШОС [3].

Экономические эффекты от проекта реализации ЭПВШП заключаются в следующем [7]:

• позитивное влияние на развитие и углубление экономической интеграции между странами-участницами ШОС;
• стимулирование экономической направленности ШОС;
• внесение новых импульсов во взаимодействии стран-участниц ШОС и другими государствами;
• экономическое развитие стран региона Центральной Азии.

Несмотря на все положительные моменты, экспертное сообщество разделяет мнение о том, что экономическое взаимодействие стран ШОС находится в глубоком кризисе. Во многом это связано с разностью экономических потенциалов стран группировки (асимметричное, неравновесное партнерство), отсутствием финансовых механизмов развития организации (Банка развития ШОС), наличием депрессивных трендов в экономиках беднейших стран региона [8, c.17].

Дополнением экономического сотрудничества могла бы стать «миграционная повестка», предполагающая развитие миграционной инфраструктуры ШОС, формирование банков данных о вакансиях, создание миграционных бирж, сближение законодательства по регулированию вопросов трудовой миграции, формирование системы социальных льгот, экономические оценки целесообразности привлечения иностранной рабочей силы и ее легализации и др. [8, c.34].

Перечисленные направления сотрудничества свидетельствуют о значимости совместных проектов в рамах ШОС. В целом, Шанхайская организация сотрудничества обладает достаточным политическим и экономическим потенциалом для того чтобы стать инструментом укрепления позиций ее стран – участниц на глобальном уровне [9]. Более активная позиция России в рамках организации будет способствовать более эффективному развитию организации и реализации ее собственных внутригосударственных интересов. Кроме того, целесообразно использовать значительный геоэкономический потенциал стран – наблюдателей и стран – партнеров по диалогу организации для создания механизмов их участия в многосторонних проектах сотрудничества и осуществления ими прямых инвестиций.