Последовательные меры, предпринимаемые ФСИН России, территориальными органами и учреждениями УИС по оптимизации системы охраны, в том числе, в части сосредоточения основных усилий в ночное время суток, укреплению и повышению достоверности выдачи сигналов тревоги «нулевыми» и «первыми» рубежами обнаружения технических средств охраны, развитию учебно-материальной базы обучения и организационно-методическому обеспечению деятельности подразделений охраны, принесли положительные результаты.

В 2017 году сотрудниками отделов охраны пресечено 17 покушений на совершение побегов из-под охраны (2016 год – 15), увеличение на 13%, 11 проникновений во внутреннюю запретную зону (2016 год – 7), увеличение более чем в 1,5 раза. Для задержания преступников, личный состав караулов в 21 случае применял огнестрельное оружие (2016 год – 10), из них 1 раз на поражение.

При общем увеличении побеговой активности осужденных и лиц, содержащихся под стражей, в сравнении с 2016 годом на 11% количество побегов из-под охраны сократилось в 2,5 раза, с 5 случаев в 2016 году, до 2 в 2017 году, что является историческим минимумом[2].

По состоянию на ноябрь месяц 2018 года побеговая активность по данным Управления охраны и конвоирования ФСИН России остается на высоком уровне. Анализ обстоятельств совершаемых побегов показывает, что изменения в тактике охраны и надзора в учреждениях УИС, вынуждают осужденных и лиц, содержащихся под стражей искать наименее рискованные способы совершения побегов, в том числе используя недостатки в оборудовании исправительных учреждений и коммуникаций, имеющих выход за периметр охраняемых объектов.

Одним из распространенных способов ухищрений осужденных для скрытого проникновения за линию охраны, является использование подземных коммуникаций, и прежде всего таких, которые не охраняются или надежно не прикрыты различными заграждениями и не блокированы предупредительной сигнализацией. Как правило, осужденные разбирают «кладку» из кирпичей в колодцах водоотводных и канализационных устройств, перерезают заградительные решетки теплопроводов и обогревательных систем, используют ненадежно закрывающиеся входы в коллекторы и другие коммуникации, проходящие через объект.

Так, 18.10.2012, примерно в 13:40 в ФКУ ИК-26 УФСИН России по Волгоградской области было обнаружено отсутствие двух осужденных, содержащихся в камере ПКТ. Проверка показала, что побег совершен через колодец, расположенный на заднем дворе ШИЗО и ПКТ, обнаруженным одним из осужденных. Подготовка к побегу началась вестись с 10.09.2012 года. Куском полотна от ножовки по металлу осужденный спилил замок с крышки люка, проник внутрь и обследовал содержимое. Данный люк вел в старую систему теплотрассы, которая к моменту совершения побега по своему назначению не использовалась. Осужденный разобрал кирпичную кладку, исследовал в каком направлении идет лоток с трубами, убедился, что лоток идет в сторону основного ограждения, далее поворачивает налево. После этого, при помощи еще одного осужденного преступники начали копать лаз в районе основного ограждения. Разработанная земля рассыпалась под трубами, которые проходили внутри тоннеля. Лаз копался около двух недель при

помощи лопаты, ножа, отвертки, резака по дереву[3].

Необходимо отметить, что коммуникации с целью совершения побега используют не только осужденные, отбывающие наказания в исправительных учреждениях России, но и заключенные, содержащиеся в тюрьмах других стран.

Так, 06.06.2015, в первые за 150 летнюю историю функционирования, двое осужденных Ричард Мэтт и Дэвид Суит, совершили побег из тюрьмы строго режима «Клинтон коррекшнл фэсилити», расположенной в городе Даннемор (США, штат Нью-Йорк). Бежавшие осужденные – 48-летний Ричард Мэтт, отбывавший 25-летний срок за похищение и убийство мужчины, и 34-летний Дэвид Суит, приговоренный к пожизненному заключению без права на досрочное освобождение за убийство шерифа – сумели не только обмануть охранников, но и пробить отверстие в 30-сантиметровой стене своей камеры, пробраться в технический отсек, пройти по узкому карнизу на высоте шестого этажа.

После этого они при помощи инструментов проделали отверстия в нескольких металлических перегородках, включая вентиляционную трубу,

фото статья побеги

проникли по узкому каналу в канализационную систему

и, наконец, выбрались наружу через один из уличных люков уже за пределами тюрьмы[4].

Помимо подземных коммуникаций осужденные используют и воздушные коммуникации, в первую очередь линии электропередач, которые оборудованы над внутренней и внешней запретной зоной охраняемых объектов.

фото побег

Так, 28.08.2018 года в ФКУ ИК-12 ГУФСИН России по Пермскому краю в 09:30 во время проведения утренней проверки в отряде № 5 было выявлено отсутствие осужденного С. 1992 г.р., отбывающего наказание за совершение преступления, предусмотренного ст. 228.1 Уголовного кодекса Российской Федерации.

В ходе просмотра видеоархива интегрированной системы безопасности, сотрудниками было установлено, что осужденный С. 28.08.2018 в 03:00, дождавшись благоприятных условий для совершения побега, а именно погодных условий (сильного тумана), вышел из отряда № 5 и самовольно покинул локальный участок отряда. В 03:26 и 03:38 в секторе обзора видеокамеры, установленной на опоре линии электропередачи (далее – ЛЭП), для контроля за погрузочно-разгрузочными работами участка № 12 «столовая», на протяжении минуты были видны резкие колебания армированной колючей ленты (далее – АКЛ), образующей противопобеговый козырек на столбе ЛЭП. Других признаков нахождения осужденного С. Вблизи запретной зоны или во внутренней и внешней запретных зонах выявлено не было из-за сильного тумана. В виду большой нагрузки на одного оператора поста видеоконтроля (178 видеоизображений с камер видеонаблюдения), низким качеством изображения, действия осужденного оператором поста видеоконтроля выявлены не были.

В период с 02:00 по 07:20 в связи со сложными погодными условиями караул был переведен на усиленный вариант несения службы с выставлением дополнительных часовых, из числа подменных, для патрулирования запретной зоны на побегоопасных участках. Часовые на наблюдательных вышках с 02:00 по 07:20 несли службу без смены. Видимость запретной зоны не превышала 2-х метров. Начальник караула о переходе на усиленный вариант несения службы ответственному от руководства исправительной колонии не доложил.

В соответствии с графиком в постовой ведомости, в период с 03:00 до 04:00 28.08.2018, контроль службы часовыми на наблюдательных вышках осуществляли начальник караула и помощник начальника караула, которые следов побега не обнаружили. Дежурный помощник начальника колонии, в нарушение требований Инструкции по охране исправительных учреждений, следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, на 2 наблюдательные вышки не поднимался.

На участке № 4, в непосредственной близости ЛЭП, для усиления охраны объекта, используется пост свободного окарауливания с выставлением караульной собаки, которая в период совершения побега активность не проявляла.

Ответственный сотрудник от руководства исправительной колонии мер по усилению надзора на режимной территории и учащенных проверок внутренних и внешних постов не принял. Информацию об изменении обстановки и необходимости перевода учреждения на усиленный вариант несения службы начальнику исправительной колонии и оперативному дежурному по территориальному органу ФСИН не довел.

После обнаруженного сотрудниками факта воздействия на АКЛ проведено дополнительное обследование внутренней и внешней запретной зоны и прилегающей территории специалистами-кинологами с применением служебных собак, однако следов побега при проведении обследования обнаружено не было.

С учетом указанных обстоятельств, отсутствием следов преодоления инженерных средств охраны, способом совершения побега является преодоление периметра охраняемого объекта с использованием ЛЭП на 4-ом участке, в 80 метрах от наблюдательной вышки поста № 8. Данная воздушная коммуникация пересекает периметр на высоте 6-ти метров. Опрос должностных лиц караула и часового поста № 8 показал, что действия осужденного остались для незамеченными, ввиду сложных погодных условий.

Поисковые и розыскные мероприятия, проведенные силами сотрудников ГУФСИН России по Пермскому краю, привели к положительному результату и 06.09.2018 осужденный С. был задержан[5].

Проведенное служебное расследование выявили следующие причины происшествия:

нарушение пункта 2.1.2.5. приказа Минюста России от 04.09.2006 № 279, в части требований по оборудованию инженерных коммуникаций, а именно: «Оборудование воздушных коммуникаций осуществляется применением противопобеговых заграждений из колючей ленты и задерживающих спиралей. Заграждения устанавливаются на коммуникациях в местах прохождения ее над ограждением внутренней запретной зоны и основным ограждением»[6].

невыполнение указания ФСИН России от 01.07.2015 № исх-9-41085, в части перекрытия инженерно-техническими средствами охраны инженерных коммуникаций, выходящих во внутреннюю запретную зону, с помощью которых можно совершить побег;

нарушение п. 16 Инструкции по охране исправительных учреждений, следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, в результате чего воздушные коммуникации, расположенные на участках № 4, 7, 8, на схему охраны не нанесены и побегоопасными направлениями не признаны;

не выполнение требований по увеличению количества проверок несения службы личным составом караула в условиях плохой видимости;

отсутствие необходимых мероприятий по усилению охраны объекта в случае ухудшения видимости на охраняемом объекте из-за тумана;

тактически неверное размещение видеокамер в запретной зоне и на режимной территории, не позволяющее осуществлять непрерывный контроль за участками периметра и прилегающей к ним территории.

В заключении необходимо отметить, что учитывая проведенный анализ обстоятельств, способствующих совершению побегов с использованием различных инженерных коммуникаций, имеющих выход за пределы исправительных учреждений, и с целью предупреждения побегов из-под охраны подобными способами считаем необходимым:

1. При проведении комиссионных обследований состояния инженерно-технических средств охраны и надзора (далее – ИТСОН) особое внимание уделять перекрытию ИТСОН воздушных коммуникаций, в том числе высотных столбов (опор) линий электропередач.
2. Обеспечить перекрытие столбов (опор) линий электропередач, находящихся в непосредственной близости от запретных зон, противопобеговыми заграждениями, а также распределительных электрических щитов, используя которые существует возможность преодоления инженерных противопобеговых заграждений.
3. Обеспечить перекрытие средствами видеонаблюдения мест и участков, на которых установлены конструкции воздушных коммуникаций и линий электропередач, опасные в побеговом отношении. При этом необходимо исключить наличия «мертвых» зон (не просматриваемых участков).
4. Исключить прокладку новых линий электропередач пересекающих запретную зону периметров охраняемых объектов по воздуху.
5. В местах с ограниченным передвижением осужденных необходимо использовать детекторы движения при организации видеонаблюдения с использованием светозвуковой сигнализации.
6. Обеспечить отображение побегоопасных мест и подходов к внутренней запретной зоне в увеличенном масштабе на мониторы поста системы видеонаблюдения.
7. Обеспечить на постоянной основе проверку качества работы должностных лиц учреждений, ответственных за эффективность использования видеокамер системы видеонаблюдения.

Анализ оперативной обстановки в исправительных учреждениях территориальных органов ФСИН России показывает, что осужденные продолжают вынашивать намерения совершения побегов различными способами, в том числе через подкоп.

Так, 18.05.2013 в 08:00 по местному времени во время проведения утренней проверки в ФКУ ИК-19 ГУФСИН России по Иркутской области (пос. Маркова) было обнаружено отсутствие 4 осужденных к длительным срокам лишения свобода (от 7 до 24 лет)[2].

Данному факту предшествовал ряд событий, избежав которые, можно было предотвратить побег.

Во-первых, все четверо осужденных проживали в общежитии одного отряда, были трудоустроены в одной бригаде плотников и работали на одном участке. Бригада осужденных занималась изготовлением деревянных срубов жилых домов. При этом трое из совершивших побег имели приятельские отношения на свободе и были соучастниками в преступлении, за которое отбывали наказание.

Во-вторых, осужденный, являвшийся организатором побега, по прибытию в учреждение в июле 2008 года был поставлен на профилактический учет как склонный к побегу, однако в мае 2012 года без каких-либо оснований решением комиссии учреждения был снят с профилактического учета.

В ходе проведения первоначальных оперативно-розыскных мероприятий в недостроенном деревянном срубе 2-х этажного дома из циллиндрованного бруса размером 9х9 метров был обнаружен замаскированный лаз размером 0,8х1,0 метр, глубиной 2,5 метра. Вход в лаз был укреплен по периметру доской, оборудован электрическим освещением и деревянными подпорками на случай обвала грунта. Общая длинна подкопа составила 35-36 метров.

фото1

Сруб дома, с территории которого был совершен побег, находился на расстоянии 12 метров от предупредительного ограждения 15-метровой полосы местности, прилегающей к внутренней запретной зоне.

Место выхода из подкопа было обнаружено за маскировочным ограждением внешней запретной зоны охраняемого объекта.

Схема приготовления к побегу выглядела следующим образом: тоннель прокапывался двумя осужденными по очереди, земля выносилась в мешках и перемешивалась со строительными отходами. В задачи организатора побега входило отвлечение сотрудников. В октябре 2012 года осужденные приняли решение приостановить подкоп до весны 2013 года. На тот момент было прокопано 10-12 метров туннеля. В апреля 2013 года осужденные подкоп возобновили, а 16 мая – завершили.

В начале мая 2013 года, осужденные умышленно сломали камеры видеонаблюдения в промышленной зоне, которые просматривали подходы к срубу дома. Факт утраты средств видеоконтроля администрацией учреждения проигнорирован. 17.05.2013 в вечернее время данные осужденные пошли в банно-прачечный комбинат для помывки, который расположен в производственной зоне и, воспользовавшись отсутствием контроля со стороны сотрудников дежурной смены, спрятались в сруб. С собой осужденные взяли приготовленный заранее сотовый телефон, пять сим-карт и три сменных батареи для телефона, а также продукты питания и гражданскую одежду.

Помимо бесконтрольности со стороны оперативно-режимных служб учреждения, одной из основных причин совершения преступления явилось длительное нахождение на территории промышленной зоны учреждения сруба деревянного мансардного дома, в непосредственной близости к внутренней запретной зоне. Начальник учреждения, стремясь сохранить деловые партнерские отношения с предпринимателем, на протяжении полугода, без заключения договора хранения, фактически осуществлял хранение данного сруба на территории учреждения. Территория вокруг данного сруба являлось местом для хранения отходов деревообработки промышленной зоны учреждения. Со стороны руководства учреждения никаких действенных мер по вывозу отходов производства на протяжении длительного времени не предпринималось.

Основными причинами допущенного происшествия явились:

1. Недостатки в организации профилактической работы. Все осужденные были трудоустроены в одной бригаде плотников и работали на одном участке, были в одном отряде, проживали в одной секции.
2. Нарушение требований по организации раздельного содержания на различных условиях отбывания наказания. На момент совершения побега через подкоп в исправительной колонии осужденные отбывающие наказание на обычных условиях содержались совместно с осужденными на облегченных условиях. В результате все осужденные имели возможность проживать в одной секции, хотя один из них находился на обычных условиях, а трое на облегченных.
3. Невыполнение п. 3.11. приказа Минюста России от 02.03.2001 № 78[3] и указаний ФСИН России в части запрета вывода осужденных, имеющих длительные сроки отбывания наказания (более 10 лет) и осужденных за тяжкие и особо тяжкие преступления, на работы во вторую и третью смены.
4. Нарушение требований приказов Минюста России, указаний ФСИН России в части безусловного освобождения 15-ти метровой полосы, прилегающей к внутренней запретной зоне от всевозможных отходов, строительных материалов и различных построек. Сруб, с территории которого был совершен побег, находился на расстоянии 12 метров от данной зоны, а сам подкоп – на расстоянии 13,5 метров.
5. Нарушение требований приказов Минюста России, указаний ФСИН России об обязательном сопровождении осужденных по территории исправительного учреждения. Так, в день совершения побега осужденные выходили по группам в банно-прачечный комбинат для помывки, но сотрудники ИК их не сопровождали, то есть надзор за ними в данном случае фактически отсутствовал. В результате чего указанные осужденные с целью совершения побега беспрепятственно и бесконтрольно вышли в банно-прачечный комбинат, который граничит с производственной зоной, откуда проникли к месту совершения преступления. То, что они не вернулись в отряд после помывки, никем замечено не было.
6. Недостатки в локализации объектов исправительного учреждения в нарушение требований приказа Минюста России № 279 «Об утверждении Наставления по оборудованию инженерно-техническими средствами охраны и надзора объектов уголовно-исполнительной системы»: разделение учреждения на производственную и жилую зону фактически отсутствовало, осужденные имели возможность проникать на территорию производственной зоны.
7. Отсутствие действенного контроля за осужденными, трудоустроенными в производственной зоне, со стороны производственного персонала центра трудовой адаптации осужденных.
8. Недостатки в работе обысково-маневренных групп, которыми ежемесячно обследовалось место совершения побега, однако признаки подкопа обнаружены не были. По результатам их работы составлялись акты, в которых дважды в апреле и один раз в мае указывалось на захламленность участка совершения побега строительными материалами, опилками. Указанные акты были утверждены начальником учреждения, однако конкретные предложения по устранению недостатков не предлагались, какие-либо поручения от начальника по поводу данных нарушений у сотрудников администрации отсутствовали.
9. Недостатки в организации надзора за осужденными в ночное время, формализм в реализации запланированных мероприятий по осуществлению контроля за осужденными. Согласно суточной ведомости надзора в ночь совершения побега с 17 на 18 мая 2013 года сотрудниками дежурной смены осуществлялась проверка указанных осужденных по спальным местам: после 00:00, 02:00 и в 04:20, по результатам которых отмечалось их наличие.
10. Наличие у осужденных запрещенных предметов, а именно одежды гражданского образца.
11. Осужденные имели возможность употребления пищи в неотведенных для этого местах (трудоиспользования), что создавало условия для формирования запаса продуктов питания для совершения побега.
12. Неэффективная организация системы видеонаблюдения. Несмотря на неоднократные указания ФСИН России места нахождения осужденных, которые не перекрываются силами надзора, оборудованы видеонаблюдением не были[4].

13.05.2015 в ФКУ ИК-3 ГУФСИН России по Новосибирской области, при проведении подъема обнаружено отсутствие осужденного Р. 1996 г.р., отбывающего наказание за совершение преступлений, предусмотренного ст. ч. 3 ст. 158, ч. 2 ст. 166, ч. 1 ст. 139, ч. 2 ст. 325 УК РФ, имеющего низкий социальный статус в среде осужденных, состоящего на профилактическом учете как склонный к совершению суицида и членовредительству.

При проведении мероприятий по розыску осужденного, в 23.20 13.05.2015, в неиспользуемом здании на территории жилой зоны (бывшего общежития отряда № 3) были обнаружены следы приготовления к совершению побега: 2 штыковые лопаты с обломленными черенками и незаконченный лаз длинной 12 метров, высотой 0,7 метра, шириной 0,6 метра, ведущий под прямым углом в сторону внутренней запретной зоны. Расстояние от начала лаза до основного ограждения составляет 16 метров. Несмотря на то, что на данном участке установлен противоподкопный датчик обнаружения «Мурена», его срабатывания не фиксировались в течении года, за исключением проводимых проверок работоспособности. В ходе оперативно-розыскных мероприятий был установлен причастный к оборудованию лаза осужденный Б. 1996 г.р., отбывающий наказание за совершение преступлений предусмотренных ч. 2
ст. 158, ч. 1 ст. 159, ч. 1 ст. 161 УК РФ, также имеющий низкий социальный статус в среде осужденных.

При опросе Б. пояснил, что в дневное время, вместе с осужденным Р., они проникали в неиспользуемое здание через окно. Лопаты осужденный Р. Брал в отделе безопасности, где ранее был трудоустроен. Выкопанный грунт рассыпали под полом этого же здания, в разных секциях, грунт переносили ведрами, используемыми Р. для уборки. Необходимо подчеркнуть, что ранее в 2000 году на данном участке осужденными уже осуществлялась попытка совершить подкоп[5].

Необходимо отметить, что коммуникации с целью совершения побега используют не только осужденные, отбывающие наказания в исправительных учреждениях России, но и заключенные, содержащиеся в тюрьмах других стран.

Так, 12.07.2015 произошел один из наиболее «ярких» примеров побегов через подкоп в современной истории пенитенциарных систем. Указанное чрезвычайное обстоятельство знаменито не только личностью заключенного совершившего побег (наркобарон Хоакин Гусман по прозвищу «Эль Чапо» (Коротышка), но и масштабами и временем к его подготовке.

         Для незаконного освобождения осужденного, его подельниками на глубине 10 метров злоумышленники прорыли туннель длиной полтора километра, высотой лаза около двух метров и шириной около 80 сантиметров. В подземном сооружении было оборудовано освещение и система вентиляции. Проложены рельсы для вывоза грунта на специально переделанном мотоцикле по типу вагонетки. Как предполагают представители администрации пенитенциарного учреждения и полиции, на указанном самодельном транспортном средстве заключенный Хоакин Гусман и передвигался под землей, в связи с необходимостью сокращения времени для выхода на поверхность с учетом того, что протяженность подкопа составила 0,9 миль (1 километр 440 метров). В недостороенном строении (амбаре) преступниками был оборудован лаз с деревянной лестницей и заготовлена одежда и необходимые вещи для дальнейшего безприпятственного оставления близь лежащей к тюрьме территории.

Схема совершения побега заключенного
из тюрьмы «Альтиплано» (Мексика)

 фото2

фото3

По мнению экспертов[6], на планирование побега и строительство туннелям у преступников могло уйти больше года. Примерно к тому же выводу о сроках подготовки (около 300 дней) пришли специалисты, опрошенные порталом Mexico News Daily[7]: Из расчета, что самосвал, вывозящий грунт, совершал один рейс в день, и непосредственно в прокладке туннеля были заняты два человека, работающие от 8 до 10 часов в сутки, продвигаясь вперед на 4,3 метра. Объем извлеченного грунта должен был составить две тысячи кубометров (чтобы его перевезти, понадобилось бы 100 поездок самосвалов).

Текущий 2018 год также «не остался» без попытки совершить побег через подкоп. В указании ФСИН России от 05.10.2018 № исх-08-72633 обращается внимание, что 27.09.2018 в ФКУ ИК-7 УФСИН России по Белгородской области, в ходе реализации оперативной информации, обысково-маневренной группой, на территории производственной зоны был обнаружен подкоп длинной 7 метров, ведущей в сторону основного ограждения охраняемого объекта[8].

По мнению руководства уголовно-исполнительной системы основными причинами и условиями совершения данного вида преступлений являются:

отсутствие или неисполнение необходимых управленческих решений, направленных на полное обеспечение мероприятий по охране и надзору за осужденными;

необеспечение надлежащего контроля за организацией надзора, охраны
и профилактики чрезвычайных происшествий, формальное слежение за складывающейся на местах обстановкой оперативными аппаратами, службами безопасности (режима и надзора) и охраны;

неиспользование передовых методов по осуществлению объектового надзора;

низкое качество проведения обыскных и досмотровых мероприятий, в том числе по обнаружению подкопов или признаков подготовки к ним;

отсутствие или недостаточная оснащенность техническими средствами охраны, в том числе противоподкопными.

В рамках совершенствования системы управления, необходимо обеспечить:

обеспечить комплексный подход к работе комиссий учреждений и органов УИС по обследованию охраняемых объектов на предмет выявления побегоопасных направлений, участие в них сотрудников службы охраны, оперативных, режимных, тыловых и энергетических служб;

осуществлять проверку принимаемых мер реагирования по срабатываниям противоподкопных охранных извещателей, со стороны лиц караула и дежурной смены, должностных лиц учреждений УИС;

обеспечить выполнение требований распоряжения ФСИН России
от 17.06.2005 № 02-р в части освобождения запретных зон и прилегающей к ней территории от сооружений, конструкций, строительного и прочего мусора, элементы которого могут быть использованы при совершении побегов из-под охраны;

в каждом исправительном учреждении необходимо ежемесячно разрабатывать и утверждать график контроля начальствующим составом за качеством проводимых обыскных мероприятий и применять во время контрольных проверок закладку муляжей запрещенных предметов, имитацию признаков подготовки к побегам через подкоп;

ввести в практику ежеквартальное заслушивание на оперативном
при начальнике территориального органа начальников исправительных учреждений, следственных изоляторов о состоянии объектового надзора, результатах работы обысково-маневренных групп.

В рамках оперативно-розыскной деятельности необходимо обеспечить:

своевременное выявление и постановку на профилактический учет лиц, скрывшихся от органов дознания, следствия и суда, ранее находившихся в розыске за территориальными органами ФСИН России и другими правоохранительными органами;

оперативный контроль за осужденными, состоящими на профилактическом учете как склонные к совершению побега[9];

эффективные оперативные позиции, включающие комплекс мероприятий направленный на обеспечение профилактики побегов из-под охраны. При выявлении лиц, имеющих намерения совершить побег из мест лишения свободы (из-под стражи), организовать их постановку на оперативно-профилактические учеты. Информацию о противоправных намерениях своевременно доводить до подразделений безопасности (режима и надзора) и охраны[10];

обеспечить наступательность оперативных аппаратов по выявлению лиц, намеревающихся совершить побег, в том числе через подкоп. Своевременно информировать сотрудников ИУ, в том числе дежурной смены, о складывающейся оперативной обстановке в учреждениях, скрытых процессах среди осужденных;

проводить целенаправленную, планомерную и дифференцированную работу с подучетными лицами, готовящимися совершить побег или ранее их совершавшими, обратить особое внимание на осужденных, имеющих теоретические, практические знания и навыки по строительству шахт, тоннелей и иных подземных сооружений;

по каждому факту обнаружения подкопа или признаков подготовки к нему проводить расследование с подробным анализом причин и условий, способствовавших подготовке и проведению осужденными противозаконных действий, принимать меры по их устранению.

В рамках организации и осуществления надзора необходимо:

обеспечить постоянное использование персональных видеорегистраторов сотрудниками дежурной смены и должностными лицами, проверяющими службу при дневных и ночных проверках лиц, состоящих на профилактическом учете как склонные к совершению побега, с использованием контрольных карточек и сохранением архива видеозаписей в течении 30 суток;

закрепить объекты с участками опасными в побеговом отношении за наиболее подготовленными сотрудниками оперативно-режимных служб учреждения;

пересмотреть систему объектового закрепления начальствующего состава за участками, объектами жилых и производственных зон, установив персональную ответственность за выполнение этими сотрудниками своих функциональных обязанностей по проверке состояния объектов, особенно в пределах 15-метровой территории, прилегающей к внутренней запретной зоне. Обход и обследование закрепленных объектов необходимо производить ежедневно, при необходимости перемещая предметы, могущие служить в качестве маскировки подкопов. Проводить контрольные проверки противопобегового состояния объектов. Результаты работы по контролю за закрепленными объектами необходимо рассматривать руководством учреждения ежемесячно;

технические осмотры помещений ШИЗО, ПКТ, ЕПКТ, одиночных камер, помещений со строгими условиями отбывания наказаниями, участков для содержания осужденных с иными видами режима, других объектов, опасных в побеговом отношении через подкоп проводить ежесуточно;

В рамках инженерно-технического обеспечения, необходимо:

при подготовке к весенне-летнему периоду, комиссионно, с участием представителей аппарата управления территориального органа ФСИН, проверять работоспособность противоподкопных охранных извещателей, установленных на периметрах охраняемых объектов;

оборудовать камерами видеонаблюдения помещений ШИЗО, ПКТ, ЕПКТ, одиночных камер, помещений со строгими условиями отбывания наказаниями, а также труднодоступные и редкопосещаемые места исправительных колоний;

в ходе проведения комплексных обследований охраняемых объектов проверять исправность ИТСОН, в том числе перекрытие противоподкопной системой охраны всех возможных направлений побегов осужденных через подкоп. В случаях ее неисправности принимать меры к восстановлению, ремонту или замене, усилив на данных рубежах или участках охрану и надзор.

Перечисленные мероприятия по направлениям оперативно-служебной деятельности позволят минимизировать возможность совершать побеги через подкоп из-под охраны лицами, отбывающими наказание и содержащимися под стражей.

В специальной литературе отмечается, что в настоящее время уклоняются от отбывания наказания около тысячи человек, совершивших побег из учреждений уголовно-исполнительной системы, при этом, около
30 % бежавших покинули территорию Российской Федерации[1].

Побег из исправительного учреждения обладает значительной общественной опасностью, которая выражается в затруднении осуществления правосудия; оставлении не реализованными целей уголовного наказания; создании лицам, осуществляющие побег, прецедента для других осужденных, продолжении ими преступной деятельности, мести свидетелям, потерпевшим и работникам правоохранительных органов. Все это создает у населения представление о нетрудоспособности государства вести эффективную борьбу с преступностью.

Ухудшение криминогенной ситуации в пенитенциарных учреждениях, изменение качества осужденных и лиц, содержащихся под стражей, неизбежно приводят к увеличению вероятности совершения преступлений в ходе осуществления конвоирования.

Анализ ведомственных документов, подготовленных территориальными органами ФСИН России по результатам служебных проверок по факту побегов, позволил выделить факторы риска, способствующие совершению побегов осужденных, в том числе и при конвоировании.

1. Внутренние (личностные) факторы риска совершения побега (на индивидуальном уровне):

- особенности истории жизни подозреваемых, обвиняемых и осужденных (опыт совершения побега в детские годы из дома, детского дома, интерната, воспитание в неблагоприятных семейных условиях; отсутствие постоянного места жительства, особые условия проживания);

- психические аномалии, химические зависимости;

- наличие индивидуально – значимой, остропроблемной, психотравмирующей, фрустрирующей ситуации или условий;

- особенности восприятия сложившейся ситуации как благоприятной для совершения побега;

- наличие нарушений установленного порядка отбывания наказания, отнесение к категории лиц, состоящих на профилактическом учете;

- определенный набор индивидуальных характеристик (криминологических,

социально – демографических, социально – психологических, личностных), способствующих совершению побега.

2. Внешние факторы риска совершения побега (на уровне учреждения УИС):

- неэффективное руководство (на разных уровнях служебной иерархии) деятельностью подчиненных, ненадлежащий контроль выполнения должностных обязанностей подчиненными;

- неэффективная организация и реализация системы контроля (надзора и охраны) поведения подозреваемых, обвиняемых и осужденных;

- низкий уровень выполнения сотрудниками УИС служебных и профессиональных обязанностей, наличие у них профессиональной и личностной деформации;

- слабая организация профилактической работы с подозреваемыми, обвиняемыми и осужденными, формальное отношение к изучению их личности;

- неэффективность взаимодействия служб учреждения УИС;

- низкий уровень подготовки сотрудников УИС к выполнению служебных и профессиональных обязанностей, их неопытность;

- неблагоприятная социально – психологическая обстановка в учреждениях УИС,

- неэффективная реализация основных средств исправления осужденных;

- существенные недостатки эксплуатации инженерно – технических средств^[2].

Вторая группа факторов указывает на низкий уровень выполнения сотрудниками УИС служебных и профессиональных обязанностей, недооценку серьезности ситуаций, связанных с побегом, безответственное, попустительское отношение части персонала к процессу профилактики чрезвычайных ситуаций в среде лиц, содержащихся в местах лишения свободы.

Устранение данных недостатков является наиболее значимым, приоритетным направлением, поскольку относится к категории «служебного долга», влияет на качество процесса исполнения наказаний, связанных с лишением свободы, и содержания лиц, изолированных от общества. Оно требует повышения качества отбора и подготовки кадров УИС, уровня первоначальной подготовки в учебных центрах для лиц, принятых стажерами на должности сотрудников УИС, а также уровня служебно-боевой и профессиональной подготовки сотрудников УИС.

На сегодняшний день в рамках реализации Концепции развития уголовно-исполнительной системы Российской Федерации до 2020 года, утвержденной Постановлением Правительства Российской Федерации
от 14 октября 2010 года № 1772, принят ряд мер, направленных на повышение безопасности в учреждениях, осуществляющих уголовное наказание в виде лишения свободы. К ним относятся осуществление мер по борьбе с побегами, повышение квалификации и служебной подготовки сотрудников службы безопасности. Все это, с одной стороны, уменьшает возможность побега из исправительной колонии или следственного изолятора, а с другой стороны создает дополнительную мотивацию к побегу во время конвоирования. Существование этой тенденции также подтверждается увеличением числа попыток совершить побеги во время конвоирования почти в два раза за последние пять лет.

Для преступлений, совершаемых при конвоировании, характерны многие черты пенитенциарной преступности в целом, но вместе с тем они обладают рядом специфических черт. В связи с этим при изучении и разработке мер предупреждения преступлений необходимо опираться на достижения пенитенциарной криминологии, появление которой связано со спецификой детерминации и особенностями профилактики преступлений в исправительных учреждениях. При этом профессор В. Г. Громов предлагает относить преступления, совершенные «во время следования этапом» к пенитенциарной преступности «в широком смысле слова»[3], а к собственно пенитенциарным преступлениям – только преступления, совершенные осужденными в местах лишения свободы.

Эта точка зрения относительно преступлений, совершенных во время конвоирования специальными подразделениями службы конвоирования Федеральной службы исполнения наказаний, носит противоречивый характер, поскольку основным критерием является место, а не субъект преступления. Большинство исследователей не включают преступления, совершенные во время конвоирования, в число пенитенциарных преступлений. Так, по мнению А.З. Ирикханова, «пенитенциарным преступлением, по российскому уголовному праву, следует признать запрещенное уголовным законом общественно опасное, виновное и наказуемое деяние, совершенное осужденным к лишению свободы в период отбывания наказания в тюрьме, исправительной колонии, воспитательной колонии, колонии-поселении, лечебном ИУ и следственном изоляторе… в связи с оставлением его для выполнения работ по хозяйственному обслуживанию»[4].

Эта точка зрения имеет глубокие исторические корни, поскольку только в течение последних пятнадцати лет 200-летней истории конвоирования специальные подразделения функционально и организационно включаются в систему органов, исполняющих наказание.  Ранее эти функции были возложены на структуру органов МВД, и, соответственно, устранение причин и предотвращение преступлений во время конвоирования осуществлялось без надлежащей взаимосвязи с пенитенциарной криминологией. Исключение преступлений при конвоировании из собственно пенитенциарных противоречит положению о включении периода конвоирования в срок исчисления наказания в виде лишения свободы.

Преступления, совершенные лицами, содержащимися под стражей во время конвоирования сотрудниками изоляторов временного содержания и конвойных подразделений  Министерства внутренних дел России, фактически не являются строго пенитенциарными. Однако детерминация их совершения и меры профилактики идентичны преступлениям, совершенным при конвоировании подразделениями уголовно-исполнительной системы, следовательно, они требуют единого подхода при их изучении.

Преступления, совершаемые осужденными и лицами, содержащимися под стражей, в период нахождения их под охраной караулов по конвоированию, в основном повторяются, что представляет собой повышенную социальную опасность. Конечно, преступление может быть совершено не только лицом, уже приговоренным к тюремному заключению, но и задержанным, и в этом случае данное деяние не будет рассматриваться как рецидив.

Исходя из вышеизложенного, можно сформулировать следующее определение преступления при конвоировании: это запрещенное уголовным законом общественно опасное, виновное и наказуемое деяние, совершенное осужденным к лишению свободы, либо лицом, содержащимся под стражей, во время принудительного перемещения органами, уполномоченными законом на постоянной основе осуществлять конвоирование (этапирование).

При конвоировании могут быть совершены далеко не все преступления, которые имеют место в исправительных колониях или следственных изоляторах. Подавляющую часть преступности осужденных в исправительных учреждениях составляют: преступления против личности (убийства – ст. 105, 107, 108 УК РФ; доведение до самоубийства – ст. 110 УК РФ; причинение вреда здоровью – ст. 111, 112, 113, 115, 116, 117, 119 УК РФ; преступления против половой неприкосновенности и половой свободы – ст. 132, 133 УК РФ), преступления против общественной безопасности и общественного порядка (захват заложника – ст. 206 УК РФ; массовые беспорядки – ст. 212 УК РФ; хулиганство – ст. 213 УК РФ); преступления против правосудия и порядка управления (побег из места лишения свободы – ст. 313 УК РФ; дезорганизация деятельности учреждений, обеспечивающих изоляцию от общества, – ст. 321 УК РФ).

Проведенный анализ статистики преступлений, совершенных за последние восемь лет в караулах, наряжаемых от подразделений ФСИН России и МВД России, показывает, что в качестве преступлений при конвоировании учитываются только побеги и нападения на караул.

Прежде всего, деятельность караулов по конвоированию направлена на предотвращение побега. Из всех перечисленных преступлений побег может осуществляться только по предварительному умыслу. Оставшиеся преступления совершаются спонтанно, под влиянием ситуации и во многом обусловлены слиянием обстоятельств или личных характеристик сопровождаемых. Опасность побегов заключается не только в том, чтобы уклониться от отбывания наказания, но и от последствий, которые могут произойти в ходе его совершения: нападения на охрану и обладания оружием; убийство лиц, осуществляющих конвоирование; захват заложников и др.

По справедливому мнению, В.М. Гаврилоя, «побеги влекут ресурсные затраты на розыск и задержание преступников. Задержание преступников при совершении таких криминальных деяний требует значительных сил и средств»[5]. Особую общественную опасность представляет побег из-под охраны караулов по конвоированию, в том числе и потому, что он совершается в людном месте и может быть сопряжен с причинением вреда третьим лицам. Побегом является самовольное противоправное оставление осужденными или лицами, содержащимися под стражей, установленного для них места нахождения, путем преодоления любым способом линии охраны (т. е. пространства, ограниченного прогулочным двориком, помещением камеры, салоном автомобиля и самолета, каютой судна, купе вагона и т. п.). Побегом при конвоировании считается самовольное преодоление конвоируемым линии охраны различными способами, а попыткой к побегу – действия, направленные на преодоление линии охраны.

Анализ побегов, допущенных при конвоировании позволил выделить следующие основания для классификации данного вида преступления:

1) по моменту формирования умысла у конвоируемого лица;

2) по способу совершения;

3) по месту совершения.

По моменту формирования умысла побеги можно разделить на предварительно спланированные и совершенные под влиянием внезапно возникшего умысла. Последние чаще всего совершаются в том случае, когда у конвоируемого складывается впечатление, что система охраны недостаточна для пресечения его противоправных действий. И. Н. Побединский, С. М. Асдиев, Т. Н. Волкова предлагают все побеги (так же, как, впрочем, и попытки побега) разделить по способу совершения на следующие виды: побеги с использованием оружия; совершение побега путем подкупа должностных лиц караула; совершение побега при нападении на личный состав караула; имитация конфликта в целях совершения побега; захват заложников при совершении побега; совершение побега на «рывок»; обман и использование доверия сотрудников УИС при совершении побега из-под охраны караулов по конвоированию; совершение побегов в результате подмены одного конвоируемого другим[6].

В целом, вышеуказанная классификация основана на анализе практических действий и охватывает практически все виды побегов. Однако в ней рассматриваются методы одноранговой связи, которые по отношению к побегам во время конвоирования могут определяться отношением целого и конкретного.

В связи с этим представляется целесообразным классифицировать побеги при сопровождении в порядке совершения таким образом:

1. Побеги, которые не связаны с насилием. Наказание за это действие предусмотрено частью 1 ст. 313 УК РФ (совершение побега на «рывок», совершение побега путем нарушения целостности специальных автотранспортных средств, совершение побега путем подкупа сотрудников конвоя, совершение побега путем обмана и использование доверия сотрудников службы конвоирования, совершение побегов в результате подмены одного конвоируемого другим).

2. Побеги, связанные с нападением на состав караула либо с угрозой применения насилия, а также с использованием оружия (ч. 3 ст. 313 УК РФ).

3. Побеги, совершенные группой лиц, в случае если при этом имел место предварительный сговор, то преступление охватывается составом, предусмотренным ч. 2 ст. 313 УК РФ.

Один случай побега может происходить одновременно с использованием нескольких методов, например, побег, осуществляемый группой лиц, почти всегда будет связан с насилием. Наибольшую опасность представляют побеги, совершенные с применением насилия в отношении сотрудника службы конвоирования. Их можно разделить на: совершенные с оружием или без него, осуществляемые исключительно сопровожденными лицами или с нападением третьих лиц на персонал службы конвоирования. Подавляющее большинство респондентов из специальных подразделений (75%) отметили, что наибольшую угрозу в сопровождении представляют попытки совершения групповых преступлений во время конвоирования. Причем среди сотрудников, осуществляющих конвоирование более 5 лет, данный показатель был еще выше и составил 89,4 %.

Нападение на караул не всегда может быть совершено с целью совершения побега. Надо отметить, что личный состав караулов по конвоированию, особенно при следовании в специальном вагоне, регулярно сталкивается с нежеланием гражданских лиц подчиняться законным требованиям караула. В таком случае лица могут быть привлечены к административной ответственности. Имеются случаи нападения на личный состав из хулиганских побуждений, например, в состоянии алкогольного опьянения. Сами указанные действия не представляют особой угрозы для караула, но могут создать условия, благоприятные для совершения побега или нападения со стороны конвоируемых, в том числе и путем захвата заложников из числа третьих лиц. Часть же преступлений, имеющих место в карауле, остается латентной и не всегда только по причине сокрытия происшествия личным составом караула. Так, из 370 транзитных этапируемых четыре человека жаловались на пропажу личных вещей при конвоировании, трое из них считают, что ущерб, причиненный им, превышает одну тысячу рублей. Однако далеко не во всех случаях следует говорить о совершении преступления, так как вещи могли быть утеряны.

Находясь под стражей, человек буквально становится невольным, поскольку от него больше ничего не зависит, за исключением того, что в иерархии внутри места лишения свободы есть место. Это еще одна причина для совершения побега. Свободная воля является главной ценностью демократического общества. В результате право выбора гораздо более ценно, чем в любой другой государственной системе. Попадая в места лишения свободы, человек переходит в место, где нет места для человека. Самое сложное в том, чтобы справляться с таким психологическим давлением, когда нет возможности принимать какие-либо осмысленные решения, и все подчиняется строгому графику, внутренним законам исправительного учреждения. Побег в таких ситуациях становится выходом из отчаяния, попытки, по крайней мере на короткое время, дышать в воздухе настоящей свободы, встретиться с близкими родственниками.

Задачами профилактики побегов являются:

- определить причины и условия, способствующие побегу, разработать и осуществить меры по их устранению;

- выявление лиц, от которых возможно ожидание побега, разрабатывать и принятие мер по оказанию на них воспитательного, индивидуального профилактического воздействия;

- обеспечение надежной защиты, изоляции и надзора за осужденными;

- взаимодействие по этому вопросу с органами внутренних дел, государственными и общественными организациями в субъектах Российской Федерации.

Суть охраны подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений состоит в осуществлении комплекса мер, направленных на обеспечение их надежной изоляции и постоянного надзора за ними, с тем, чтобы исключить возможность их сокрытия от следствия и суда, побега, сокрытия вещественных доказательств, препятствование установлению истины в уголовном преступлении или продолжении заниматься преступной деятельностью и обеспечение исполнение приговора. Конвоирование подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений является надежной защитой этих лиц, когда они перемещаются по территориям мест содержания под стражей или их доставки к месту назначения.

Служба конвоя – это деятельность по организации и практической реализации сопровождения подозреваемых и обвиняемых лиц, совершивших преступления в место назначения в установленном порядке. Как уже было обозначено выше, основными задачами этой службы являются: обеспечение своевременной доставки лиц, взятых под стражу, в пункт назначения; поддержание установленного для них режима; предотвращение и пресечение попыток, сопровождаемых побегом, самоубийством и нападением на конвой; задержание лиц, пытающихся освободить тех, кого сопровождают из-под стражи.

Изучение опыта действий подразделений по конвоированию ФСИН России при происшествиях и ЧО показывает, что наиболее распространенными видами правонарушений со стороны спецконтингента, квалифицируемыми как ЧО, являются:

- нападение на караул в спецвагоне или в спецавтомобиле;

- побег на рывок под вагон при приеме (сдаче) спецконтингента на обменных пунктах;

- групповое членовредительство осужденных в специальных транспортных средствах;

- попытка опрокидывания транспортного средства путем раскачивания.

В целях недопущения и профилактики указанных эксцессов необходимо строго, буквально до запятой, выполнять требования приказов и инструкций, регламентирующих организацию конвоирования в УИС.

Прием осужденных и лиц, содержащихся под стражей, начинается с опроса претензий и проверки личности каждого лица, подлежащего приему, по справкам личных дел, после этого производится личный обыск.

На подлежащих конвоированию осужденных и лиц, содержащихся под стражей, должны быть оформлены следующие документы:

- личное дело, запечатанное в пакет, с приложенной к нему справкой по делу на каждого конвоируемого;

- продовольственные аттестаты и попутные списки на каждого конвоируемого или группу лиц, направляемых в один пункт назначения;

- справки-ориентировки на лиц, склонных к побегу, в допечатанном виде (оформляются отделом безопасности органа-отправителя) в количестве не менее 5 экз., они должны содержать фотографии конвоируемого, фамилию, имя, отчество, год рождения, статью и срок, приметы, родственные и иные связи.

Все документы скрепляются печатью органа-отправителя. Вскрывать личные дела конвоируемых лиц запрещается.

Справка по личному делу, которая должна быть заполнена чернилами или компьютерным способом без сокращения слов и разборчивости. В правке наклеены фотографии конвоируемого лица (полное лицо и профиль). Без фото могут быть выданы личные документы для лиц, отправленных из органов внутренних дел в СИЗО в пределах субъекта Российской Федерации.

В личных делах особо опасных преступников, склонных к побегу, красная полоса применяется по диагонали; по свидетельствам осужденных, являющихся лидерами преступной среды, и тем, кто находится на оперативных учетах, зеленая полоса размещается по диагонали; по информации осужденных и заключенных, содержащихся под стражей других категорий, может быть указано: «страдает от психических расстройств», «больной туберкулезом», «не принимает пищу», «беременность» (термин указан), «при условии, что изолированный контент от … (фамилии) ».

Исправления сделаны и заверены печатью отправляющего органа.

В целях исключения подмены при приеме конвоируемых должен присутствовать:

- в исправительном учреждении – оперативный дежурный (ДПНК, ДПНТ);

- в СИЗО – дежурный помощник начальника следственного изолятора (ДПНСИ).

Помимо указанных должностных лиц при приеме осужденных и лиц, содержащихся под стражей, в рабочее время должны присутствовать: работник отдела специального учета учреждения, медицинский и оперативный работники.

О приеме осужденных и лиц, содержащихся под стражей, в местах лишения свободы начальники караулов расписываются в журнале оперативного дежурного учреждения. Расписка оформляется с применением мастичного штампа установленного образца. Принятых лиц согласно справкам по личным делам начальник караула записывает в путевом журнале.

Не подлежат приему для конвоирования лица:

- с неправильно оформленными документами;

- больные (по заключению врача);

- не прошедшие санитарной обработки;

- в нетрезвом состоянии;

- одетые не по сезону.

По результатам полного обыска обнаруженные запрещенные к хранению предметы, вещества, продукты питания, деньги, ценные бумаги караулом изымаются для временного хранения, а взамен выдается квитанция.

По мнению психологов, следующие социально-демографические и личные особенности являются важными факторами, которые следует учитывать при прогнозировании побеговой ситуации среди осужденных возраста, характера преступления, отношения к совершенному преступлению и приговора суда, опыт противозаконной деятельности в криминальных сообществах, наличие стрессовых факторов, вызывающих стресс, например, задолженность по кредитам, семейные проблемы и т. д.), приспособляемость[7].

Возраст осужденного важен для прогнозирования активности побегов. Самыми склонными к побегу являются заключенные в возрасте от 16 до 35 лет.

Лица, находящиеся под стражей, состоят под конвоем при их доставлении к следователю, в суд, в медицинское учреждение, для участия в производстве следственных действий, на обменные пункты и в других случаях. Виды конвоирования разнятся в зависимости от маршрута следования и назначения. Так, судебное конвоирование связано с доставкой и охраной подсудимых из следственного изолятора в суд и обратно; плановое конвоирование – когда осужденных железнодорожным, автомобильным или другим транспортом доставляют к месту отбытия наказания; особый конвой – это транспортировка особо опасных рецидивистов или лиц, приговоренных к пожизненному лишению свободы.

Линией охраны являются:

- в ИВС, СИЗО – потолки, окна, двери камер и помещений, ограждение прогулочного двора и КПП;

- зале судебного заседания – ограждающий барьер;

- камере для содержания подсудимых – стены, потолок, пол, окна, дверь;

- при конвоировании в легковом автомобиле – салон автомобиля;

- в грузовом автомобиле – борта и пол кузова;

- специальном автомобиле – стены, потолок, пол, двери камер;

- на речных или морских судах – стены кают (трюмов), палубные перекрытия, окна (иллюминаторы), двери (люки);

- железнодорожном транспорте – стены, потолок, пол, окно, дверь, купе;

- в самолете (вертолете) – салон, двери (люки);

- на гужевом транспорте или пешим порядком – условная линия, определяемая местом нахождения конвоиров.

Часовой, первым заметивший побег, громко подает сигнал «Побег!», принимает меры к его пресечению с применением огнестрельного оружия, если предусмотрено табелем поста, переходит на преследование бежавшего (бежавших), находящихся в поле его зрения.

При побеге из спецвагона немедленно выбрасывается указательный знак для обозначения места побега, поезд останавливается стоп-краном.

Сотрудники, получившие данные о побеге или обнаружившие признаки побега осужденного из охраняемого объекта (нарушение охранной сигнализации, пролом в стенах вагона, кузова автомобиля, отсутствие осужденного на проверке), немедленно сообщают об этом начальнику караула, а тот, в свою очередь, оперативному дежурному отдела по конвоированию.

Начальник караула немедленно принимает меры к охране следа (следов) побега; докладывает о происшествии своему начальнику отдела по конвоированию; информирует дежурного горрайоргана внутренних дел по месту совершения побега об установочных данных, особых приметах бежавшего (бежавших); на ближайшей остановке (обменном пункте) передает фотографии бежавшего (бежавших); в соответствии с планом охраны информирует другие взаимодействующие правоохранительные органы. Для задержания бежавшего (бежавших) направляется резервная группа с помощником начальника караула по кинологической службе, караулы переводятся на усиленный вариант несения службы. Обмен с встречным караулом, если побег совершен с обменного пункта, останавливается.

В караулах по конвоированию при побеге осужденных (подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений) из спецавтомобиля для непосредственного преследования и задержания бежавших также направляется резервная группа (группа преследования) во главе с начальником караула, производится перевод оставшихся осужденных, подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений из поврежденной камеры в исправный или в другой автомобиль.

При конвоировании на водном транспорте – о побеге ставится в известность капитан судна и по согласованию с ним силами караула и команды судна производится розыск бежавших в грузовых, пассажирских и служебных помещениях; если бежавший бросился в воду, преследование и задержание его осуществляются резервной группой на шлюпке, при этом продолжительность остановки судна не должна превышать времени, оговоренного в договоре. В случае побега в период приема (сдачи) в порту (на пристани) задержка судна не допускается. Преследование бежавшего вплавь сотрудниками из состава караула запрещается.

Караулам устанавливается район действий по пресечению побегов, осужденных в радиусе 5 км от линии охраны. При конвоировании на транспортных средствах район действий караула по пресечению побега определяется от места побега конвоируемых.

При побеге осужденных, подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений во время конвоирования пешим порядком частью сил караула организуется охрана осужденных, подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений на месте, а резервная группа караула со служебной собакой направляется на преследование для задержания бежавших.

Группа преследования неотступно следует за бежавшим, обозначает направление движения преступника установленными сигналами (сигнальными патронами, другими ясно видимыми и слышимыми сигналами, знаками, ориентирами) с целью вывести на путь движения бежавшего другие розыскные наряды. Информирует по средствам связи другие служебные наряды о ходе преследования.

Настигнув бежавшего, начальник розыскного наряда требует от него прекратить движение. При невыполнении преступником этого требования для его задержания применяется служебная собака или оружие.

Задержание включает в себя следующие действия:

1) обездвиживание – постановка преступника в неудобную для нападения или сопротивления позицию;

2) применение наручников – выполняется для лишения преступника возможности активно оказывать сопротивление;

3) обыск (досмотр) – выполняется с целью поиска и изъятия у преступников оружия, предметов, которые могут использоваться в качестве средств нападения и других запрещенных предметов;

4) сопровождение – выполняется с целью доставки преступника от места задержания к определенной точке (спецавтомобиль, запираемое помещение и т. д.).

Побег считается предотвращенным, если бежавший задержан в результате непосредственного преследования силами караула по конвоированию.

Побег считается пресеченным, если бежавший задержан в районе действий караула и не совершил нового преступления. По результатам инцидента составляется акт о побеге в двух экземплярах.

Следует иметь в виду, что человек, который сбежал, представляет собой большую общественную опасность, потому что в целом, пытаясь скрыть следы, он может совершать новые преступления. Чтобы найти беглых преступников, значительные силы и средства правоохранительных органов отвлекаются, и их задержание, как правило, несет повышенный риск для жизни и здоровья сотрудников. Поэтому конвой должен принять все меры для предотвращения побега.

Когда сигнал «побег» выдается сопровождающим, который первым его заметил, конвой продолжает предпринимать действия, направленные на то, чтобы задержать беглеца и повысить защиту других конвоев. С этой целью начальник конвоя немедленно отправляет поисковую или преследующую группу; осмотр кабин, трюмов, отсеков, залов и других помещений транспортных средств, на которых проводился конвой; при необходимости, с помощью должностных лиц, обслуживающих поезд или судно, организует проверку билетов и пассажирских документов.

Независимо от времени суток, погодных условий и дистанции, преследование продолжается до тех пор, пока преследуемые не будут задержаны. Когда задержанный выбегает в крайнем случае и в соответствии с установленным порядком, конвой может использовать огнестрельное оружие. Исключая побег, наряды должны проявлять изобретательность, максимальную бдительность, принимать меры личной безопасности и безопасности граждан в зоне побега.

Подводя итоги, мы отмечаем, что нелегко свести стремления заключенных к побегу, это требует постепенной работы во всех областях в нынешней системе исполнения приговоров. Атмосфера в исправительных учреждениях является довольно тяжелой, подавление личности по иерархии не обвиняется, а возможности для саморазвития получают минимум. Изменение таких недостатков радикально изменит всю организацию мест содержания под стражей, обеспечит оптимальное размещение осужденных и их последующую интеграцию в нормальную жизнь без затрат ресурсов на обеспечение защиты от побегов.

Побеги из пенитенциарных учреждений – очень сложное социально-психологическое и юридическое явление. Борьба с ними не должна ограничиваться только совершенствованием уголовно-правовых мер. Необходимо повысить эффективность работы исправительных колоний, разработать и провести профилактические мероприятия на стадии выявления преступного намерения бежать.