Нижегородская область, являющаяся территорией с резкими природными различиями и обилием природных границ, усиливающими контрастность экологических условий в районах проживания, накладывает заметный отпечаток на специфику хозяйства, экологическую ситуацию, характеристику здоровья и физического развития (ФР) детей и подростков. В настоящее время, благодаря проводимой экологической политике и осуществлению природоохранных мероприятий, экологическая обстановка в области в целом является стабильной. Вместе с тем, в области существуют серьезные экологические проблемы. Так, для Нижегородской области, как и практически для всех регионов России характерны условия выработки ресурса оборудования производственных объектов, всех видов транспорта, резко возросшей автомобилизации городов, интенсивного использования природных ресурсов, увеличения и накопления отходов производства и потребления. Ещё не полностью решены вопросы по переработке промышленных и бытовых отходов, не все предприятия осваивают современные экологические технологии, серьезное негативное влияние оказывают крупные предприятия на водные объекты области [1].

Как считают многие современные исследователи, физическое развитие является интегральным показателем здоровья и адаптационных возможностей детского организма [2,3]. Физическое развитие подчиняется общебиологическим законам, а также в значительной мере зависит от социально-экономических, медико-биологических и экологических факторов [4,5]. Результаты исследований уровня ФР детей, проживающих на территориях экологического неблагополучия, свидетельствуют о ретардационных процессах, проявляющихся задержкой физического развития, низкими показателями длины и массы тела, нарушениями остеогенеза, снижением резерва адаптационных возможностей детей, или наоборот, избыточной массой тела с замещением мышечной ткани жировой [6].

Среда, в которой растет и развивается ребенок, оказывает на него регулирующее действие. Он находится под постоянным воздействием целого спектра факторов окружающей среды – от экологических до социальных [7,8].

Целью проведенного исследования стала сравнительная оценка физического развития сельских школьников Нижегородской области из районов с различной степенью экологического неблагополучия для обоснования использования единого регионального стандарта при оценивании морфофункциональных показателей детей и подростков, проживающих в сельской местности.

Материалы и методы.

На территории Нижегородской области,  включающей разнообразные ландшафты и степени антропогенной трансформации,  Д.Б. Гелашвили с соавтор. (2003) проведена оценка степени экологического неблагополучия районов проживания по «индексу антропогенной нагрузки» (J_ан). Данный показатель учитывает основные факторы, деформирующие окружающую среду, и характеризует состояние социо-эколого-экономических систем. По значению индекса антропогенной нагрузки районы Нижегородской области разделены на 4 кластера: кластер 1 – относительно удовлетворительная ситуация (J_ан < 0,6); кластер 2 – умеренно напряженная (0,6 < J_ан < 1,1); кластер 3 – напряженная (1,1 < J_ан < 1,7); кластер 4 – критическая экологическая ситуация (J_ан > 1,7) [9].

Районы Нижегородской области, в которых были проведены антропометрические измерения, сопоставили с кластерным делением по индексу антропогенной нагрузки и на основании экологического зонирования разделили на 4 группы: 1 группа – относительно удовлетворительная экологическая ситуация (ОУЭС); 2 – умеренно напряженная УНЭС; 3 – напряженная (НЭС); 4 – критическая (КЭС).

Таблица 1. Экологическое зонирование территорий Нижегородской области

Для обоснования и разработки оценочных таблиц физического развития использованы результаты антропометрических скринингов 4619 сельских школьников (2137 мальчиков и 2482 девочки), проведенные в 21 районе Нижегородской области (табл.1) врачами-педиатрами Центра здоровья для детей г.Арзамаса, бригадами научных сотрудников лаборатории «Мониторинг физического здоровья учащихся всех ступеней образования» Арзамасского филиала ННГУ им.Н.И.Лобачевского и врачами-специалистами Нижегородской Государственной медицинской академии при участии медицинского персонала школ. Исследования проведены генерализующим методом согласно указаниям Приказа МЗ РФ № 621 от 30.12.03 «О комплексной оценке состояния здоровья детей». Всех обследованных школьников разделили на 4 группы в соответствии с районом экологического неблагополучия, между которыми провели сравнительный анализ уровня ФР  по следующим показателям: длина тела (ДТ), масса тела (МТ), жизненная емкость легких (ЖЕЛ), динамометрия правой и левой кисти (ДПК, ДЛК), систолическое и диастолическое артериальное давление (САД и ДАД), частота сердечных сокращений (ЧСС), биологический возраст (БВ), соматотипы (СТ -астеноидный, торакальный, мышечный, дигестивный). Определены адаптационные возможности  на основе проб Штанге, Генчи и кардиоинтервалограммы (КИГ).

Показатели кардиоинтервалограммы (КИГ) регистрировались на аппарате «Кардиоэксперт-1»  в соответствии с унифицированными рекомендациями с определением моды лежа и стоя (MoL и МоS); амплитуды моды (АMoL и АМоS); вариационного размаха (ВРL и ВРS); индекса напряжения  (ИНL и ИНS) [2,10].

По результатам обследования создана персонифицированная база данных в «EXCEL 2007». Статистическая обработка проводилась средствами параметрического и непараметрического анализа с использованием  ППП «STADIA v.6».

Результаты исследования

На основании проведенных измерений были определены средние значения показателей ДТ и МТ в 4 группах экологического зонирования (рис.1-4).

Примечание: 1 группа – ОУЭС, 2 – УНЭС;  3 – НЭС;   4 – КЭС
Рис.1. Сравнение длины тела сельских мальчиков из разных экологических районов	Рис.2. Сравнение длины тела сельских девочек из разных экологических районов

Примечание: 1 группа – ОУЭС, 2 – УНЭС;  3 – НЭС;   4 – КЭС
Рис.3. Сравнение массы тела сельских мальчиков из разных экологических районов	Рис.4. Сравнение массы тела сельских девочек из разных экологических районов

Среди мальчиков наибольшие различия выявлены между группами с ОУЭС и НЭС, свидетельствующие об отставании в развитии детей из экологически напряженного района от сверстников 7, 11, 13 лет (р<0,05). Подростки 14-17 лет из районов с ОУЭС обгоняют по МТ и ДТ сверстников из других населенных пунктов области (для 14 и 16 лет р<0,05).

Среди девочек различия по тотальным параметрам тела менее выражены, что говорит об их больших адаптационных возможностях выдерживать антропогенные нагрузки в неблагоприятных условиях окружающей среды. Однако по МТ у них выявлен больший разброс величин, чем по ДТ, подтверждая характер лабильности обсуждаемого фактора, и в первую очередь отвечающим изменением на экологическое неблагополучие (рис.2,4). Наибольшие различия тотальных параметров определены между группами с УНЭС и КЭС (по ДТ в 10,12,14-15 лет, а по МТ в 10,12-13,15 лет при р<0,05).

Оценка  функциональных показателей (ЖЕЛ, ДПК и ДЛК) среди исследуемых групп не выявила превалирующих различий в показателях относительно экологической обстановки в районах. Большая доля высоких значений ЖЕЛ в 6-8 центильных интервалах (ЦИ) определена в зоне экологического напряжения, а ДПК – в районах с экологически критическим положением (табл.2).

Таблица 2. Структура центильного распределения функциональных показателей сельских школьников из районов с различной степенью экологической обстановки, %

Примечание:  ЦИ – центильный интервал 

Структура центильного распределения гемодинамических параметров свидетельствует о повышенном вегетативном статусе детей и подростков, проживающих в районах с относительным экологическим благополучием, а также в населенных пунктах с критической экологической ситуацией (табл.3). Признаки дистонии обосновываются высокой долей школьников с показателями функционирования системы кровообращения 7-8 ц.и. (на 9,5-10,5% больше эталона по ДАД, на 6,9-7,0% по САД, на 3,2-4,3% по ЧСС).

Таблица 3. Структура центильного распределения показателей гемодинамики сельских школьников из районов с различной степенью экологической обстановки %

Примечание:  ЦИ – центильный интервал

Результаты групповой оценки ФР показали большую долю (но меньше эталона) детей с нормальным физическим развитием (72,6-72,8%) из районов с НЭС. В населенных пунктах находящихся в районах с ОУЭС и УНЭС, больший процент детей с избыточной массой и высокой длиной тела (табл.4). 

Таблица 4. Распределение сельских школьников из районов с различной экологической ситуацией  по группам физического развития, %

Примечание: НФР –  нормальное физическое развитие, НМТ – недостаточная масса тела,

ИМТ – избыточная масса тела, НДТ низкая длина тела, ВДТ – высокая длина тела. 

Таким образом, экологическое благополучие населенных пунктов не свидетельствует о высоком уровне здоровья и ФР.

В целях выявления особенностей соотношения между уровнем биологического развития и экологическим неблагополучием районов проживания провели сравнительный анализ показателей БВ сельских школьников Нижегородской области из районов с различной степенью антропогенной нагрузки (рис.5).

Примечание: БВ – биологический возраст, ПВ – паспортный возраст

Рис.5. Структура распределения сельских школьников из различных районов экологической нагрузки по уровню биологического возраста, %

В районах с КЭС определена меньшая, чем в других районах, доля школьников БВ которых соответствует паспортному возрасту (65,6%), далее следуют дети и подростки из населенных пунктов с ОУЭС (68,5%), в двух других выборках выявили 71,7-71,8% учащихся с биологическим развитием, соответствующим календарному. В районах с ОУЭС преобладает доля школьников с опережающим развитием (17,2%), а в районах с КЭС проживает больше детей и подростков с замедленным темпом роста (18,8%).

Соматотипологические особенности сельских школьников, обусловленные экологической обстановкой, свидетельствуют о большей численности школьников астеноидного телосложения в районах с ОУЭС и КЭС, мышечного – в районах с НЭС, а дигестивного – в районах с УНЭС и  КЭС. Более благоприятный паттерн распределения соматотипов выявлен в районах с НЭС (табл.5).

Экологические факторы действуют на ребенка в определенных социальных условиях и нередко существенно изменены в результате производственной и хозяйственной деятельности людей. Свойства факторов окружающей среды обусловливают специфику влияния на ребенка, следовательно, изменение в уровнях воздействия любого из перечисленных факторов может привести к нарушениям в состоянии здоровья. В то же время, даже при выраженном загрязнении окружающей среды высокий социальный статус дает ребенку лучшие возможности для адаптации и сохранения более высокого уровня здоровья [3,8,11].

Таблица 5. Распределение сельских школьников по типам телосложения (%)

Примечание: А – астеноидный, Т – торакальный, М – мышечный, Д – дигестивный, Н – неопределенный

В целях выявления превалирующего влияния на адаптационные возможности факторов окружающей среды провели сравнительный анализ показателей функциональных резервов сельских школьников с учетом экологической ситуации и социального положения (наличие одного или двух родителей) сельских школьников.

Сравнительная характеристика показателей адаптационных возможностей сельских школьников из районов экологического неблагополучия Нижегородской области свидетельствует о более качественных значениях пробы Генчи и индекса напряжения (ИН) у детей и подростков, проживающих на территории с НЭС, а по пробе Штанге – в районах с ОУЭС (табл.6).

Таблица 6.  Показатели  адаптационных возможностей сельских школьников с учетом экологического неблагополучия

На основе выкипировки анкетных данных медицинских карт Центра здоровья для детей г.Арзамаса (ф. № 002-ЦЗ/у-2, приказ МЗ России №597 от 19.08.2009), выявили, что 11,8% сельских школьников проживают в неполных семьях. Для оценки адаптационных возможностей провели сравнение показателей гемодинамики, функциональных проб Штанге и Генчи и КИГ детей и подростков, имеющих одного или двух родителей. В ходе исследования определена тенденция лучших функциональных возможностей у школьников из полных семей по большинству параметров, характеризующих способность адаптироваться к окружающей среде (табл.7).

Таблица 7.  Показатели  адаптационных возможностей сельских школьников с учетом социального положения

Выводы:

1. Сравнительный анализ ДТ и МТ между 4 выборками показал большую изменчивость МТ, как ответной реакции на воздействие экологического фактора, чем ДТ. Между девочками из разных районов экологического неблагополучия различия менее выражены, чем между мальчиками.
2. Определено влияние экологического фактора на темп биологического развития, проявляющегося в увеличении численности школьников с крайними вариантами развития в районах экологического неблагополучия.
3. Выявлено, что социальный фактор (наличие одного или двух родителей) оказывает большее влияние на уровень адаптационных возможностей сельских школьников, чем экологическая ситуация по месту проживания.
4. В ходе исследования определено влияние экологического фактора на МТ и соответственно с этим изменение формы тела, определяющей характер соматотипирования среди сельских школьников. Значительных и однозначных различий между исследуемыми выборками не выявлено, что обосновывает использование единого стандарта физического развития сельских школьников Нижегородской области, являющейся территорией с резкими природными различиями и обилием природных границ, усиливающими контрастность экологических условий в районах проживания.

Функциональные резервы организма – динамический процесс изменений функциональных показателей ведущих систем организма, обусловленный эндогенными (или наследственными) и экзогенными (или средовыми) факторами. Наследственными являются различные особенности гемодинамических показателей, реактивности и т.д. К средовым относят социально-экономические, психологические, климато-географические и экологические факторы. Все они действуют в единстве, взаимообусловлены, однако решающее значение имеют социально-экономические факторы. Изменения условий жизни общества ведут к изменениям в функциональном состоянии ведущих систем организма людей [4,5,6]. В значительной степени уровень функциональных резервов организма человека определяется степенью его двигательной активности. Функциональные показатели лиц, занимающихся физическими нагрузками, намного выше, чем у лиц, не имеющих их. Резервные возможности организма огромны. Природой запрограммирована дублирующая функция органов и систем организма. Однако, несмотря на наличие большого запаса прочности, рассчитанного на сохранение жизни в экстремальных ситуациях, организация учебной, трудовой и спортивной деятельности детей и подростков указывает на использование установленных оптимальных нагрузок [7,8,9].

Физическая нагрузка представляет собой универсальное тестовое средство, позволяющее оценить уровень функциональных возможностей организма, его запас скрытых резервов. Являясь эталоном, она измеряет энергетические резервы функционирования систем организма. При физической нагрузке происходит перестройка всей деятельности организма, проявляющаяся в соответствующих изменениях функционального состояния различных органов и систем. Многие исследователи указывают, что одно из первых мест в этой перестройке занимает сердечно-сосудистая и дыхательная системы, которые под влиянием импульсов из ЦНС изменяют свою деятельность, приспосабливая ее к изменившимся условиям среды. Следовательно, функциональное состояние органов кровообращения и дыхания, в известной мере, отражает комплексную ответную реакцию всего организма на выполнение физической работы. При этом для обеспечения гомеостатического режима включаются механизмы регуляции и взаимодействия систем, осуществляющих ответную реакцию [10,11].

Таким образом, исследование физического развития с определением уровня функциональных резервов позволяет значительно углубить информацию как о морфофункциональном развитии организма человека, степени его дееспособности, так и процессах формирования отклонений в ходе возрастного развития. Охарактеризованные физиологические закономерности развивающегося детского организма несут значимость для анализа онтогенетического развития ребенка, для оценки функционального состояния ведущих систем организма в последующей организации адекватных режимов физических нагрузок (физическое воспитание, спот или лечебная физическая культура).

Материалы и методы. Исследование проведено по результатам профилактических медицинских осмотров с комплексной оценкой здоровья по программе автоматизированного компьютерного диагностического обследования (АКДО) 964 сельских школьников (СШ) Нижегородской области (499 мальчиков и 465 девочек в возрасте 7 – 17 лет [12,13]. Критерии включения: учащиеся 1-11 классов сельских СОШ. Критерии исключения: 1) дети с органическими поражениями, 2) острое респираторное заболевание, 3) период обострения хронических заболеваний. Проведены функциональные тесты: проба Мартине-Кушелевского (20 приседаний за 30 с), дыхательные пробы Штанге и Генчи [14]. Для сравнительной характеристики показателей функциональных проб сельских и городских школьников (ГШ) использовали значения медианы исследуемых параметров, которой соответствует 50 центиль шкалы оценочных таблиц [3,11,14,15]. По результатам обследования создана персонифицированная база данных, статистическая обработка проведена с использованием программ офисного пакета «EXCEL 2003» и «Биостат» [16,17,18].

Результаты исследования и их обсуждение. Сравнение медиан результатов проб Штанге и Генчи среди ГШ и СШ выявило наилучшие их значения у последних, как среди мальчиков, так и среди девочек (рис.1; 2), хотя статистически преимущество с помощью критерия Манна-Уитни не доказано.

Рис.1. Сравнительная характеристика показателей пробы Штанге городских и сельских мальчиков (Т=137,0; Р=0,489) и девочек (Т=139,5; Р=0,391) 2012 г.

Согласно полученным результатам (рис.1), как городские, так и сельские дети 7-9 лет могут задерживать дыхание на вдохе с почти равными возможностями (25-33 сек). У девушек, увеличиваясь с возрастом, в 16-17 лет результаты пробы Штанге остаются равными среди учащихся городских и сельских школ (41-45 сек). У юношей этого возраста, различия становятся значительными, с преобладанием значений у учащихся сельских школ (у ГШ – 54-56 сек, у СШ – 64-70 сек).

В общем итоге по пробе Генчи отличные и хорошие результаты были зарегистрированы у 41,1% учащихся сельских школ. Удовлетворительные и неудовлетворительные – у 42,6% и 14,3% соответственно. По пробе Штанге рассчитано аналогичное распределение – 42,8%, 43,8% и 13,4% соответственно.

Рис.2. Сравнительная характеристика Ме показателей пробы Генчи городских и сельских мальчиков (Т=140,5; Р=0,355) и девочек (Т=139,5; Р=0,390) 2012 г.

Проба Мартине-Кушелевского используется для оценки функционального состояния сердечно-сосудистой системы на малые нагрузки. Соотношения различных количественных показателей ЧСС и АД выявляют качественные особенности, позволяя определить тип реакции сердечно-сосудистой системы, степень напряжения организма к нагрузке и показатель качества реакции [3,7,10,15].

Перед проведением пробы Мартине-Кушелевского выявили детей с высокими гемодинамическими показателями на основе определения центильных оценок показателей уровня функционирования системы кровообращения (ЧСС, САД, ДАД) с целью извлечения их из исследования и статистических расчетов (табл.1). Распределение центильных оценок гемодинамических параметров характеризуется незначительным правосторонним смещением, более выраженным по результатам ДАД. Доля детей с показателями, соответствующими норме (3-6 ЦИ) снижена по всем исследуемым параметрам. Наибольшее сходство с эталонным распределением выявлено у девочек по показателям САД. Гендерных различий между распределениями центильных оценок не получено.

Таким образом, изучение параметров системы кровообращения у СШ выявило, что у большинства детей и подростков (72,8-78,6%) показатели функционирования сердечно-сосудистой системы находятся в пределах нормы, четверть детей имеет отклонения с преобладанием высоких значений гемодинамики, особенно ДАД (в 7-8 ЦИ ♂-18,0%,; ♀-18,4%). Школьники, имеющие после повторных измерений показатели САД, ДАД и ЧСС в 1, 7, 8 ЦИ были допущены к проведению функциональных проб только после консультации и разрешения врача [3,11,15].

Таблица 1. Характеристика распределения гемодинамических показателей у сельских школьников

По результатам проведенной пробы Мартине-Кушелевского зарегистрировано 51,3% школьников с нормотоническим типом реакции, характеризующейся равнозначным учащением ЧСС и уровнем повышения пульсового давления. У 26,2% школьников определен астенический тип реакции, при которой происходит значительный прирост ЧСС на фоне стабильного пульсового давления. Гипертонический тип реакции, сопровождающийся резким повышением САД и ДАД на физическую нагрузку, установлен у 13,6% школьников. Парадоксальный тип реакции с длительным восстановлением ЧСС и АД, или с урежением ЧСС, или снижением САД ниже исходного уровня («отрицательная фаза» ЧСС, АД) в восстановительном периоде, выявили у 6,2% обследованных. У остальных (2,7%) определен ступенчатый и дистонический типы. Таким образом, у большинства СШ при определении функционального состояния выявили хорошую и удовлетворительную адаптацию сердечно-сосудистой системы к нагрузке (рис.3).

Рис.3. Распределение сельских школьников в зависимости от типа реакции сердечно-сосудистой системы после проведения пробы Мартине-Кушелевского

Для выявления статистически достоверных различий результатов пробы Мартине-Кушелевского между возрастными группами СШ проведены дисперсионный и корреляционный анализы (табл.2; 3).

Дисперсионный анализ выявил наличие статистически значимых гендерных различий в показателях изменений ЧСС и ДАД после физической нагрузки и степени напряжения организма. Между возрастными группами достоверные различия выявлены в изменении значений ЧСС (табл.2).

Таблица 2. Показатели статистической значимости различий результатов пробы Мартине-Кушелевского

Таблица 3. Корреляционная матрица показателей результатов пробы Мартине-Кушелевского

Примечание: * – коэффициенты корреляции достоверны при уровне значимости p<0,05

В связи с определением слабых корреляций и выявлением эпизодических статистически значимых возрастных различий, результаты пробы Мартине-Кушелевского представлены для 3 возрастных групп отдельно для мальчиков (табл.4) и для девочек (табл.5)

Таблица 4. Нормативы пробы Мартине-Кушелевского у сельских мальчиков

По времени восстановления ЧСС и АД между мальчиками и девочками выявлены незначительные различия. ЧСС у мальчиков восстанавливается в диапазоне 50-200 сек, а у девочек – 60-210 сек. Время нормализации АД после приседаний у мальчиков составило 80-260 сек, у девочек – 90-270 сек.

Таблица 5. Нормативы пробы Мартине-Кушелевского у сельских девочек

Большая часть СШ (85,8% мальчиков и 83,8% девочек) показали хороший и удовлетворительный показатель качества реакции на нагрузку на фоне легкой и умеренной степени напряжения организма (СНО) (92,2% и 88,0% соответственно пола). В возрастной группе 11-14 лет СНО возрастает, параллельно увеличивая неудовлетворительный показатель качества реакции (табл.6)

Таблица 6. Результаты пробы Мартине-Кушелевского у сельских школьников

Гендерные различия выявлены по показателям степени напряжения организма, с наилучшими значениями у мальчиков. Среди мальчиков больше доля детей с легкой степенью напряжения (на 9,6%), а среди девочек больше с умеренной и выраженной степенями (на 5,3 и 4,2% соответственно).

Время восстановления физиологических функций после пробы продолжалось в пределах 50-210 сек для ЧСС и 80-270 сек для АД (рис.4; 5).

Примечание: ВрЧСС – время восстановления ЧСС; ВрАД – время восстановления АД

Рис.4. Сравнительная характеристика показателей времени восстановления ЧСС и АД после пробы Мартине-Кушелевского у мальчиков

Используя показатели значений медиан результатов пробы Мартине-Кушелевского провели сравнительный анализ между сельскими и городскими школьниками. Восстановление ЧСС после пробы у СШ происходит быстрее, чем у ГШ, за исключением мальчиков 12 лет. Восстановление АД также быстрее приходит в норму среди СШ (кроме мальчиков 7-9 лет и девочек 11,13 лет). У мальчиков из сельских школ показатель времени восстановления АД имеет тенденцию с возрастом снижаться, указывая на хорошее качество функционирования сердечно-сосудистой системы, у городских мальчиков он практически не изменяется в течение периода школьного обучения (рис.4). У девочек время восстановления АД после нагрузки с возрастом увеличивается (рис.5).

Примечание: ВрЧСС – время восстановления ЧСС; ВрАД – время восстановления АД

Рис.5. Сравнительная характеристика показателей времени восстановления ЧСС и АД после пробы Мартине-Кушелевского у девочек

Изменения ЧСС после пробы у сельских и городских мальчиков имеют статистически значимые различия и свидетельствуют об увеличении процента прироста пульса с возрастом. Во всех возрастных группах у городских мальчиков этот показатель выше в отличие от СШ (в возрасте 11-13 лет – на 4,5-9,3 сек) (рис.6).

Рис.6. Сравнительная характеристика показателей изменения ЧСС после пробы Мартине-Кушелевского у мальчиков

У девочек показатель прироста пульса после приседаний с возрастом увеличивается, но различия между сельскими и городскими школьницами не подтверждается статистическими сравнениями (рис.7).

Рис.7. Сравнительная характеристика показателей изменения ЧСС после пробы Мартине-Кушелевского у девочек 

Изменения САД после проведения пробы Мартине-Кушелевского имеют тенденцию возрастного увеличения, но также не имеют статистически значимых различий, как между мальчиками (рис.8), так и между девочками (рис.9) из сельских и городских школ.

Рис.8. Сравнительная характеристика показателей изменения САД после пробы Мартине-Кушелевского у мальчиков

Рис.9. Сравнительная характеристика показателей изменения САД после пробы Мартине-Кушелевского у девочек

Согласно методическим указаниям Чекаловой Н.Г. (2010) провели оценку показателей трех проб у СШ и определили УФР, суммируя итоговые значения. Хорошие и отличные результаты имели школьники с показателями проб Штанге и Генчи в 5-8 ЦИ, с нормотоническим типом и хорошим ПКР на фоне легкой СНО после пробы Мартине-Кушелевского. Удовлетворительными результаты оценивались, если они соответствовали 2-4 ЦИ оценочных шкал проб Штанге и Генчи, умеренным ПКР и СНО. Неудовлетворительными засчитаны результаты у школьников, получивших оценки, равные по дыхательным пробам 1 ЦИ, а пробе Мартине-Кушелевского – неудовлетворительный ПКР и выраженной СНО.

Интегральный показатель функциональных резервов, объединяющий значения трех проб соответствующих уровней, свидетельствует о том, что:

- 36,6% сельских школьников имеют хорошие и отличные результаты одновременно по всем проведенным пробам;

- 38,2% школьников – удовлетворительный запас функциональных резервов (т.е. имеют по трем проведенным пробам сочетание отличных, хороших и удовлетворительных оценок);

- 25,2% школьников при проведении функционального тестирования показали неудовлетворительные результаты (т.е. все или даже показатели одной пробы оценены неудовлетворительно).

Таким образом, по результатам пробы Мартине-Кушелевского сельские дети, в сравнении с городскими школьниками, имеют более высокий уровень функционирования системы кровообращения, а по пробам Штанге и Генчи только тенденции наилучших возможностей респираторной системы.

По результатам проведенной пробы Мартине-Кушелевского зарегистрировано 51,3% школьников с нормотоническим типом реакции, 26,2% – с астеническим типом реакции, 13,6% школьников – с гипертоническим типом реакции, 6,2% – с парадоксальным, а у остальных (2,7%) определен ступенчатый и дистонический типы.

Большая часть сельских школьников (85,8% мальчиков и 83,8% девочек) показали хороший и удовлетворительный показатель качества реакции на нагрузку на фоне легкой и умеренной степени напряжения организма (92,2% и 88,0% соответственно пола) при проведении пробы Мартине-Кушелевского.

У большинства сельских школьников (74,8%) при определении уровня функциональных резервов с использованием интегральных оценок показателей трех функциональных проб выявили отличную, хорошую и удовлетворительную адаптацию кардио-респираторной системы к нагрузке.

Полученные результаты представлены в качестве современных нормативов для оценки функциональных резервов сельских школьников.

Здоровье детей – обязательное условие и цель современной концепции общего (школьного) образования которое представляется как состо­я­ние индивида, когда все его органы и организм в целом способны полностью выполнять свои функции при отсутствии недуга и болезни [3,4,5].

Выдвижение проблемы здоровья детей в число приоритетных задач общественного развития обусловливает актуальность теоретической и практической разработки данной проблемы, определяя необходимость развертывания соответствующих научных исследований и выработку методических и организационных подходов к сохранению здоровья, его формированию и развитию [6,7].

Здоровье ребенка формируется в процессе реализации  генетической программы развития в конкретных условиях социальной и природной среды, определяющих осуществление биологических и социальных функций [8,9,10]. Дети независимо от их социального благополучия подлежат особой охране, включая заботу об их здоровье и надлежащую правовую защиту в сфере охраны здоровья, и имеют приоритетные права при оказании медицинской помощи [11,12,13].  Особой заботы заслуживают дети из неполных семей, т.к. ученые-педиатры, изучающие состояние их здоровья (Кучма Р.М., Скоблина Н.А., Милушкина О.Ю., 2002), заключают, что дети, имеющие одного родителя, значительно чаще подвержены острым и хроническим заболеваниям. В таких семьях мать вынуждена, прежде всего, заниматься материальным обеспечением в ущерб вопросам воспитания и укрепления здоровья детей. У детей из неполных семей ниже уровень оптимизма, настроения и самочувствия, снижено стремление к ЗОЖ, они чаще нарушают правила рационального питания. [14,15,16,17].

Правительством РФ обозначена задача сохранения и укрепления здоровья 13,5 млн. учащихся общеобразовательных учреждений и формирования у них ценностей здорового образа жизни, как важнейший стратегический приоритет реформирования системы образования. Охрана здоровья детей признана государством важнейшим и необходимым условием физического и психического развития подрастающего поколения (ст. 7 «Закона об охране здоровья граждан» ФЗ № 323 от 21.11.2011 г.). Согласно 41 статьи ФЗ № 273 от 29.12.2012 г «Об образовании в Российской Федерации» охрана здоровья школьников определяет обязательность регулярного прохождения профилактических медицинских осмотров и диспансеризации [18,19].

Среда общеобразовательных школ  представляет  собой  сложный комплекс условий, формирующих образ жизни ребенка и обеспечивающих процесс обучения. Школьная микросреда включает условия размещения учреждения на территории населенного пункта, архитектурный план здания, санитарно-гигиеническое состояние и содержание помещений, организацию учебного процесса, двигательную активность, питание и медицинское обслуживание и др. [1,20].

Количественный  показатель «нездоровья» в равной степени максимален и у детей областного центра и  школьников села. Результаты научных исследований показывают, что  только 10% выпускников школ здоровы, 40% имеют различные хронические заболевания, среди которых у 30% заболевания ограничивают выбор профессии. По уровню и структуре физического развития сельские школьники отличаются от учащихся городских школ, особенно по показателям, характеризующим функционирование сердечно-сосудистой системы. Выявленные различия зарегистрированы на фоне незначительных расхождений по значениям показателей тотальных параметров тела: например, сельские девочки по росту и массе тела не отстают от городских сверстниц. Морфофункциональная характеристика особенностей адаптации, по данным кардиоинтервалограммы и гемодинамическим показателям, свидетельствует о возрастании индекса напряжения у сельских школьников на этапах индивидуального развития в отличие от детей мегаполиса, при этом, не выходя за пределы физиологической нормы [21,22,23].

Реализация принципа вариативности школьного образования достигается путем создания новых видов образовательных учреждений (гимназий, лицеев,  школ с углубленным изучением отдельных предметов) с правом разрабатывать свои учебные программы и применять различные педагогические технологии, не получающие санитарно-гигиенической экспертизы на их безвредность для здоровья школьников  [1,24]. Постоянно нарастающая интенсификация учебной нагрузки подвергает значительную часть учащихся (до 80%) школьному стрессу, повышающему уровень невротизации среди детей и увеличивающему среди них число дидактогенных неврозов (до 50%). Это ведет к росту распространенности всех классов и групп болезней в 2 раза среди учащихся школ нового вида, что превышает распространенность соответствующей патологии среди детей и подростков массовых школ. По результатам комплексной оценки состояния здоровья менее половины сельских школьников Нижегородской области (2010 г)  признаны здоровыми:  1-я  группа здоровья – 10,1% школьников, 2-я – 34,2%, больных детей зафиксировано 54,6%, из них 53,2% с хронической патологией в стадии компенсации и 1,4% – в стадии субкомпенсации. Распределение школьников по группам здоровья в зависимости от ступени обучения показывает снижение количества здоровых детей с увеличением учебного стажа – с 63,3% в младших классах до 35,5%) – в старших. Уровень заболеваемости сельских школьников по обращаемости ниже, по сравнению с результатами углубленных медицинских осмотров городских детей, что связано с меньшей доступностью квалифицированной медицинской помощи на селе и сниженной медицинской активностью   сельских   жителей [1,4,14,25,26].

Согласно Концепции государственной политики по охране  здо­­ровья детей в РФ (2009), здоровье ребенка – это процесс его индивидуального физического, психического,  умственного, духовно-нравственного, культурного и социального развития, не ограниченного факторами внутренней и внешней среды.

Количественные и качественные характе­ристики питания, а также уро­вень физического развития сельских школь­ников  отличаются по важ­нейшим показателям  от соот­ветст­вую­щих показателей городских де­тей  Данные исследований, проведенных на территории Нижегородской области, свидетельствуют об изменениях  в физическом развитии детей, как крупного промышленного центра — г. Нижнего Новгорода, так и проживающих в сельской местности Нижегородской области, обусловленных стремительным увеличением числа факторов риска, влияющих на рост и развитие, причем городская среда проецируется более негативным отражением на морфофункциональном развитии современного подрастающего поколения. [27,28,29].

За последние 20 лет, как в России, так и в других странах, стали отмечаться  тенденции физического развития, показывающие уменьшение окружности грудной клетки, снижение мышечной силы, смещение ростовых скачков на более ранний возраст. Результаты исследований свидетельствуют о двух крайних тенденциях в изменении массы тела: недостаточная и избыточная, причем вторая отмечается намного чаще и позиционируется европейскими учеными как «эпидемия ожирения». Анализ результатов функциональных параметров учащихся Нижегородской области показал, что современные школьники, в отличие от сверстников 70-х годов прошлого столетия, имеют более низкие значения показателей функциональных возможностей, обусловленные снижением результатов пробы Штанге, жизненного и силового индексов, при этом показатели пробы Генчи снизились незначительно. Выявленные изменения показателей функциональных резервов произошли на фоне значительного увеличения тотальных параметров тела и эпизодически разнонаправленного изменения жизненной емкости легких и динамометрии, что, возможно, привело к получению сниженных значений изучаемых индексов и проб.

Уровень биологического созревания сельских школьников за истекшие 45 лет статистически значимо вырос и имеет тенденцию к сближению к таковому для городских школьников на начало 21 века. Современные сельские школьники Нижегородской области характеризуются высокой вариабельностью наступления стадии появления вторичных половых признаков и их выраженности. Результаты исследования показали, что за последние 40 лет  произошли неоднозначные изменения показателей функционального состояния сельских школьников со снижением в целом адаптационных ресурсов [30,31,32,33,34,35].

Таким образом, всестороннее изучение процессов морфофункционального развития, как индикатора достигнутого уровня здоровья учащихся, стали обязательным компонентом системы контроля за его качеством среди подрастающего поколения. Динамика условий среды  обучения и воспитания  обосновывает регулярность разработки новых более информативных методов изучения возрастных закономерностей роста и развития для корректной оценки  здоровья детей в современных условиях, в т.ч. проживающих в сельской местности.

Проблемами развития речи занимались в разное время такие авторы, как А.Р. Лурия, Л.С. Выготский, С.Л. Рубинштейн и др.[1,2,3]. Они изучали механизмы речи, основные этапы ее развития, факторы, определяющие речевое развитие, причины речевых нарушений. Анализ последних публикаций и результаты исследований показывают, что число детей с речевыми нарушениями с каждым годом растет, а сами речевые расстройства принимают все более сложные формы [4]. Довольно часто речевой дефект взаимосвязан сразу с несколькими нарушениями соматического и нервно-психического здоровья. Таким образом, вопрос о нормальном речевом развитии детей и профилактике нарушений речи имеет большую социальную значимость.

В связи с этим целью нашего исследования было изучение особенностей развития речи и определение факторов речевого развития ребенка в период раннего детства.

Исследование проводилось на базе МБДОУ №15 «Ромашка» г. Арзамаса.

В исследовании принимали участие 20 пар матерей и их детей. Было обследовано 9 мальчиков и 11 девочек, в возрасте от двух до трех лет. Средний возраст детей – 2,5 года.
Возраст обследованных матерей составил от 21 года до 38 лет, средний возраст – 29 лет, образование от средне-специального до высшего. В результате анкетирования было выявлено, что 16 матерей работают. Профессия 10 матерей относится к категории «Человек – человек»; 4 – к категории «Человек – знак»; 2 – к категории «Человек – техника». В 9 семьях из 20 есть ещё дети.

В результате диагностического обследования речевого развития дети получили оценки от 6,25 до 9,75 балла (средний балл– 8,15). У девочек средний балл – 8,86, у мальчиков – 8,08. Средние показатели оценки пассивного словаря – 3,36 балла; активного словаря – 2,7 балла; грамматического строя речи – 2,08 балла. По данным экспертной оценки логопеда 13 детей имеют оценку 4 балла, 6 детей – 5 баллов, 1 ребенок – 3 балла. Средний балл экспертной оценки – 4,25. У девочек среднее значение – 4,27, у мальчиков – 4,22. Средний показатель времени появления гуления у детей – 3,3 мес.; лепета – 7,4 мес.; первых слов – 12,9 мес.; первых фраз – 21,5 мес.

Нам было интересно выявить взаимосвязь между развитием интеллекта матери и показателями речевого развития ребенка. Корреляционный анализ позволил выявить статистически значимые связи и прямую зависимость (таблица 1).

Таблица 1. Взаимосвязь уровня вербального интеллекта матерей и речевого развития детей в исследуемой группе

выделены значимые корреляции, р<0,01

Полученные результаты корреляционного анализа можно объяснить тем, что способность матери грамотно выражать и оформлять содержание своих мыслей позволяет ребёнку лучше понимать значения слов и, следовательно, быстрее овладевать речью.

Также были выявлены гендерные различия в речевом развитии. Значимые различия обнаружены во времени начала гуления и лепета в зависимости от пола ребенка (таблица 2). Гуление и лепет у девочек появляются раньше, чем у мальчиков. Данные результаты подтверждают, что девочки обнаруживают более раннее речевое развитие. Такое опережение наблюдается в младенческом возрасте, а затем темп развития сравнивается.

Таблица 2. Гендерные различия в речевом развитии детей

выделены значимые корреляции, р<0,01

Значимых взаимосвязей речевого развития ребенка с возрастом матери обнаружено не было. Однако были выявлены статистически значимые различия в средних значениях показателей, отражающих речевое развитие ребенка в связи с образованием матери (таблица 3).

Таблица 3. Образование матери и речевое развитие ребёнка

выделены значимые корреляции, р<0,01

У женщин со средне-специальным образованием дети быстрее накапливают пассивный словарь. Это может быть связано с более простой для детского понимания речью матерей, тогда как матери с высшим образованием склонны строить свою речь, используя сложные для детского понимания слова и речевые обороты.

Благодаря использованию однофакторного дисперсионного анализа мы обнаружили зависимость пассивного словаря ребенка от типа профессии матери (рисунок 1).

Наиболее высокую оценку пассивного словаря имеют дети, профессия матери которых относится к типу «Человек-человек», что может быть связано с хорошо развитыми коммуникативными навыками.

Нами исследовалась взаимосвязь речевых нарушений у родственников с показателями развития речи ребенка (таблица 4).

Таблица 4. Наличие речевых нарушений у родственников и речевое развитие ребёнка

выделены значимые корреляции, р<0,01

Было выявлено, что дети, имеющие родственников с речевыми нарушениями, имеют более низкую среднюю экспертную оценку воспитателя и активный словарь. Данная взаимосвязь доказывает зависимость речевого развития ребёнка от фактора наследственности.

Нам было интересно выявить зависимость образования матери, пола ребёнка и показателей его речевого развития c помощью двухфакторного дисперсионного анализа (Рис. 2, 3). Было выявлено, что у мальчиков, чьи мамы имеют высшее образование, активный словарь больше, а у девочек – меньше. Таким образом, мы можем предположить, что для развития девочек важнее эмоциональная сторона, а для мальчиков – информационная.

Таким образом, мы можем заключить, что речевое развитие ребёнка в период раннего детства связано с образованием матери, её профессией и вербальным интеллектом, а также полом ребенка. Выявлена зависимость речевого развития ребёнка от фактора наследственности.

Здоровье студента является индикатором условий обучения, образа жизни и досуга молодежи. Хорошее индивидуальное здоровье является предпосылкой к активности, полному самоутверждению личности, необходимым условием реализации жизненной программы, достижения личного благополучия и счастья. Отмечается тесная взаимосвязь здоровья и обучения: чем крепче здоровье студентов, тем продуктивнее обучение [3,4]. Приоритетным критерием состояния здоровья студентов является физическое развитие, под которым понимается процесс развития совокупности морфологических и функциональных свойств организма (скорость роста, прирост массы тела, определённая последовательность увеличения различных частей организма и их пропорций, а также созревание различных органов и систем на определённом этапе развития), в основном запрограммированных наследственными механизмами и реализуемых по определённому плану при оптимальных условиях жизнедеятельности [5,6].

Физическое развитие (ФР) подрастающего поколения требует систематического наблюдения, что подтверждается Постановлением Правительства Российской Федерации № 916 от 29.12.2001 г. «Об общероссийской системе мониторинга состояния физического здоровья населения, физического развития детей, подростков и молодежи» [7]. Наиболее информативной является антропометрическая методика определения уровня ФР, позволяющая при осуществлении популяционного мониторинга за короткое время обследовать большие контингенты [8,9].

Для контроля физического развития первостепенное значение имеет наличие широкого комплекса нормативных показателей. Нормативы, или стандарты, формируются на основе статистического анализа распределения показателей у больших контингентов школьников и студентов, отобранных сообразно с принятыми критериями здоровья, социального и экологического благополучия. При этом крайние зоны распределения, т.е. величины признаков сравнительно редко наблюдавшиеся у обследованных из группы стандарта, используются в качестве критериев или ориентиров для специального врачебного наблюдения или даже углубленной диагностики. У обладателей таких признаков — вероятность наличия заболеваний может быть более высокой, чем у лиц со среднепопуляционными признаками развития [10,11].

Для создания нормативов или стандартов физического развития требуется квалифицированный отбор больших контингентов обследованных, включаемых в группу стандарта, адекватный выбор методов антропометрического обследования, статистической разработки и представления стандартов.

Основной принцип разработки стандарта — создание однородной статистической совокупности, для реализации которого необходимо соблюдать следующие правила:

1) наполняемость одной возрастно-половой группы должна составлять не менее 100 человек;

2) необходима однородность группы по национальности и месту постоянного проживания, исключаются лица из семей мигрантов;

3) из статистической разработки исключают лиц, имеющих 3 и более хронических заболевания, с обострениями хронических заболеваний или патологическими отклонениями в развитии [6,10].

Цель исследования – используя результаты мониторинговых исследований физического развития, выявить особенности морфофункциональных показателей студентов Нижегородской области.

МАТЕРИАЛЫ И МЕТОДЫ

Исследование выполнено на сертифицированном и регулярно поверяемом оборудовании с соблюдением четких критериев исключения, а именно: наличие на момент обследования острых или обострения хронических заболеваний, беременности, а также отказ от обследования.

Изучение показателей физического развития проводилось по результатам антропометрических обследований 6210 студентов (2074 юношей и 4136 девушек) 17-25 лет. Исследование проведено генерализующим методом в 2011-2016 гг. среди студентов Арзамасского филиала ННГУ, АПИ, Арзамасского филиала РУК, НижГМА и ННГУ им.Лобачевского. Антропометрические измерения включали определение длины тела (ДТ), массы тела (МТ), окружности грудной клетки (ОГК), экскурсии грудной клетки (ЭГК), жизненной емкости легких (ЖЕЛ), динамометрии правой и левой кисти (ДПК и ДЛК), систолического и диастолического артериального давления (САД и ДАД), частоты сердечных сокращений (ЧСС), проб Штанге и Генчи. По полученным результатам рассчитаны индексы: индекс массы тела (ИМТ=МТ /ДТ²), силовой индекс (СИ=ДПК/МТ), жизненный индекс (ЖИ=ЖЕЛ/МТ) [10,12,13,14].

По результатам обследования создана персонифицированная база данных, статистическая обработка проводилась с использованием программ офисного пакета «EXCEL v8.00» и «Version 4.03 Primer of Biostatistics». Для выполнения задач исследования применяли методы вариационной статистики, метод оценки достоверности результатов (критерий t-Стьюдента, критерий χ²) с доверительным интервалом р≤0,05-0,001[15].

РЕЗУЛЬТАТЫ ИССЛЕДОВАНИЯ

Для характеристики соматометрического и физиометрического статуса студентов использовали сложившиеся методы на основе непараметрического центильного анализа. Центильный метод является простейшим из непараметрических методов статистики. Он применим для анализа непрерывных величин с распределением любого типа, ибо он учитывает реальные границы ряда по каждому признаку и не смещает оценку в сторону занижения или завышения нормы. За эталонные значения были приняты результаты исследований 1990 г., которые явились основой последнего действующего стандарта физического развития студентов и позволили получить сопоставимые оценки предыдущего норматива с вновь полученными результатами [9].

Анализ физического развития студентов выявил отклонения от эталона в распределении центильных оценок тотальных размеров тела. Современных студентов отличает асимметрия показателей ДТ, МТ и ОГК в сторону крайних вариантов развития (табл.1). Распределение ДТ имеет слабо выраженное правостороннее смещение с большим представительством студентов с очень высокой ДТ – 6,1% (в 2 раза выше эталона). Распределение МТ и ОГК, в отличие от ДТ, имеют левостороннюю асимметрию, наиболее выраженную среди юношей.

Таблица 1. Структура распределения оценок морфологических показателей, %

Примечание: ЦИ – центильный интервал,

Таблица 2. Антропометрические показатели физического развития студентов

Примечание: * – различия статистически достоверны с показателями предыдущей

возрастной группы (P<0,05)

ДТ юношей от 175,3±6,05 в 17 лет увеличивается до 179,0±7,05 у молодых людей в 24 года (разница 3,7 см). У девушек за этот же возрастной период увеличение ДТ происходит с 165,0±5,41 см до 166,5±5,91 см (разница 1,5 см). У девушек ежегодные приросты незначительные (0,4-0,5 см) и практически равные на этапе 17-20 лет. У юношей наибольший прирост 1,6 см отмечен в период 17-18 лет, далее интенсивность ростовых процессов постепенно снижается. Статистически значимые различия показателей ДТ выявлены у юношей и девушек в возрастных группах 17-20 лет (табл.2).

МТ изменяется у юношей от 66,4±8,01 кг в 17 лет до 77,3±8,88 кг в 25 лет (разница 10,9 кг). У девушек МТ возрастает с 58,3±7,58 кг до 63,3±8,90 кг (разница 3,0 кг). У девушек наибольший прирост МТ (1,4 кг) выявлен в возрасте 20-21 год, а у юношей 2,9 кг в возрасте 19-20 лет. Статистически значимые различия показателей МТ зафиксированы у юношей в возрастных группах 17-20 лет, а у девушек только в 20-21 год.

ОГК с возрастом также увеличивается: у юношей с 90,7±6,57 см в 17 лет до 97,4±7,83 см в 25 лет (разница 6,7 см), а у девушек от 83,4±5,21 см до 88,9±6,81 см (разница 5,5 см). Наибольший прирост ОГК у юношей (2,2 см) происходит в 19-20 лет, у девушек наибольший прирост ОГК (1,5 см) выявлен в возрасте 20-21 год. Статистически значимые различия показателей ОГК выявлены у юношей и девушек в возрастных группах 17-21 год.

Центильное распределение ЖЕЛ характеризуется небольшой правосторонней асимметрией (табл. 3). Выраженная левосторонняя асимметрия отмечается по показателям динамометрии: практически у половины (57,6%) студентов динамометрия оценивается как сниженная, низкая и очень низкая. Численность студентов со значениями в 7 и 8 ЦИ у юношей соответствует эталону, а у девушек в 2 раза ниже эталона.

Распределение центильных оценок показателей ЧСС распадается по крайним вариантам, особенно у юношей (отмечена склонность к тахикардии у 19,8% юношей, т.к. они имеют высокие и очень высокие оценки показателей ЧСС).

Распределение показателей САД и ДАД характеризуется большими долями высоких и очень высоких значений. Распределение центильных оценок показателей САД и ДАД имеет правостороннюю асимметрию.

Таблица 3. Структура распределения оценок физиометрических показателей, %

Примечание: ЦИ – центильный интервал

ЖЕЛ у юношей от 3,6±0,78 л в 17 лет увеличивается до 4,3±0,74 л у молодых людей в 21 год (разница 0,7 л). У девушек увеличение ЖЕЛ происходит с 3,0±0,51 л в 17 лет до 3,4±0,58 л в 20 лет (разница 0,4 л). Ежегодные приросты ЖЕЛ начинают снижаться у девушек после 20 лет, а у юношей после 21 года. Статистически значимые различия показателей ЖЕЛ выявлены у юношей в возрастных группах 17-20 лет, а у девушек в 17-18 и 19-22 года (табл.4).

ДПК у юношей от 37,6=9,93 кг в 17 лет увеличивается до 44,0±9,47 кг у молодых людей в 23 года (разница 6,4 кг). У девушек увеличение ДПК происходит с 22,2±4,72 кг до 23,9±5,87 кг в 21 год (разница 1,7 кг). У юношей наибольшие значения ежегодных приростов ДПК зафиксированы в возрасте 18-20 лет, а после 23 лет отмечено снижение ДПК. У девушек ежегодные приросты ДПК равные и незначительные, а после 21 лет отмечается их снижение. Статистически значимые различия показателей ДПК выявлены у юношей в возрастных группах 18-20 лет, а у девушек в 17-22 года.

Значения ЖИ и СИ у юношей и девушек в 25 лет ниже, чем в 17 лет. Но на возрастном этапе 17-25 лет значения ЖИ возрастают у студентов до 58,6±8,13
в 20 лет. СИ возрастает у юношей до 58,8±10,90 в 21 год, а у девушек до 41,4±8,29 в 20 лет (табл.4).

Таблица 4. Физиометрические показатели физического развития студентов

Примечание: * – различия статистически достоверны с показателями предыдущей возрастной группы (P<0,05)

САД у юношей увеличивается от 119,6±9,97 мм рт.ст в 17 лет до 124,0±9,40 мм рт.ст у молодых людей в 25 лет (разница 4,4 мм рт.ст). У девушек за этот же возрастной период увеличение САД происходит с 115,5±9,83 мм рт.ст до 119,5±10,84 мм рт.ст (разница 4,0 мм рт.ст). Наибольшие значения ежегодных приростов САД у юношей и девушек отмечены в возрасте 18-20 лет. Статистически значимые различия показателей САД выявлены у юношей в возрастных группах 18-20 лет, а у девушек в 17-19 лет (табл.5).

Показатели ДАД у юношей увеличивается от 75,6±6,08 мм рт.ст в 17 лет до 79,0±6,48 мм рт.ст у молодых людей в 24 года (разница 3,4 мм рт.ст). У девушек за этот же возрастной период увеличение ДАД происходит с 73,4±6,77 мм рт.ст до 77,5±7,06 мм рт.ст (разница 4,1 мм рт.ст). Наибольшие значения ежегодных приростов ДАД отмечены у юношей после 20 лет, а у девушек в возрасте 21-22 года (1,9 мм рт.ст). Статистически значимые различия показателей ДАД выявлены у юношей в возрастных группах 20-22 года, а у девушек в 18-24 года.

Таблица 5. Гемодинамические показатели физического развития студентов

Примечание: * – различия статистически достоверны с показателями предыдущей

возрастной группы (P<0,05)

ЧСС у юношей снижается от 79,3±9,93 в 17 лет до 74,7±9,35 у молодых людей в 21 год (разница 4,6). У девушек снижение ЧСС происходит с 80,1±8,95 до 76,0±8,77 (разница 5,4). Наибольшие значения ежегодных изменений ЧСС у юношей и девушек отмечены в 21 год. Статистически значимые различия показателей ЧСС у юношей и девушек выявлены в 18-21 год.

Показатели ЭГК, как у юношей, так и у девушек, за период с 17 до 25 лет увеличиваются на 1,2 см. Статистически значимые различия показателей ЭКГ у юношей выявлены в возрастных группах 17-18 и 20-21 год, а у девушек в 17-19 и 21-22 года (табл.5).

Показатели пробы Штанге у юношей возрастают от 52,6±9,81 с в 17 лет до 58,0±9,87 с у молодых людей в 23 года (разница 5,4 с). У девушек увеличение значений пробы происходит с 43,3±9,01 с до 44,7±9,22 с в 19 лет (разница 1,4 с). Как у юношей, так и у девушек после 21 года наращивание значений пробы прекращается. Статистически значимые различия показателей пробы Штанге у юношей выявлены в возрастных группах 18-21 год, а у девушек в 18-20 лет (табл.6).

Показатели пробы Генчи у юношей возрастают от 22,8±4,32 с в 17 лет до 25,9 ±5,06 с у молодых людей в 20 лет (разница 3,1 с). У девушек за этот же возрастной период увеличение значений пробы происходит с 21,8±5,31 с до 24,7±6,53 с (разница 2,9 с). Статистически значимые различия показателей пробы Генчи у юношей выявлены в возрастных группах 17-19 лет, а у девушек в возрасте 17-21 год.

Таблица 6. Показатели функциональных проб

Примечание: * – различия статистически достоверны с показателями предыдущей

возрастной группы (P<0,05)

ОБСУЖДЕНИЕ ПОЛУЧЕННЫХ РЕЗУЛЬТАТОВ

За период возраста от 17 до 25 лет ДТ юношей увеличивается на 3,7 см, а девушек на 1,5 см. МТ изменяется у юношей на 10,9 кг, у девушек на 3,0 кг. ОГК увеличивается у юношей на 6,7 см, у девушек на 5,5 см.

По данным исследования проведенного среди населения РФ в Центрах Здоровья (49.661 юношей и 64.757 девушек возраста 17-25 лет) ДТ изменяется за возрастной период с 17 до 25 лет у юношей на 2 см (от 175,1 до 177,1), а у девушек на 2,1 см (от 163,4 до 165,5). МТ за этот же возрастной период изменяется у юношей на 8,62 кг (от 64,93 до 73,55), а у девушек на 5,2 кг (от 55,2 до 60,4) [16].

Продолжающиеся приросты морфофункциональных показателей у студентов старших курсов могут свидетельствовать о незавершенности ростовых процессов у молодежи с замедленным биологическим развитием, а также у студентов, активно занимающихся спортом. Существенная прибавка веса у студентов старших курсов свидетельствует о продолжающемся формировании телосложения и увеличении численности молодежи с избыточной массой тела [8,17].

Физиометрические показатели современных студентов, характеризующие их функциональные возможности, отличаются сниженными показателями ДПК на фоне оптимальных значений ЖЕЛ.

Гемодинамические показатели у 20,5% свидетельствуют о напряжении вегетативного статуса, т.к. параметры сердечно-сосудистой системы у них соответствуют 7-8 ЦИ. Это объясняется напряженностью образа жизни с высокими информационными и умственными нагрузками периода обучения в вузе.

Морфофункциональные показатели студентов отличаются выраженной вариабельностью, поэтому в целом физическое развитие современных студентов характеризуется высокой численностью юношей и девушек с крайними значениями морфологических и функциональных признаков. Также особенностью ФР студентов является возрастание физиометрических показателей к 20-21 годам, а затем снижение.

Аналогичные заключения получены другими исследователями. Результаты проведенного Усковым Г.В. (2006) изучения показателей физического развития и степени развития физических качеств студентов за период обучения показали, что с возрастом они имеют тенденцию к снижению при уменьшении уровня двигательной активности. При систематических занятиях в различных спортивных секциях антропо- и физиометрические показатели прогрессивно улучшались на всем протяжении обучения. Представленные результаты демонстрируют значение физических упражнений в поддержании уровня здоровья относительно здоровых лиц молодого возраста, занимающихся преимущественно умственной деятельностью, а также возможности развития столь важных для жизнеобеспечения организма механизмов аэробного и анаэробного обеспечения [18].

Учитывая наличие статистически достоверных различий по показателям физического развития у большинства студентов до 21 лет, для корректной оценки морфофункциональных показателей требуется наличие стандарта, включающего возрастные группы: 17 лет, 18 лет, 19 лет, 20 лет, 21 год и старше.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

ФР студентов за возрастной период 17-25 лет претерпевает существенные изменения, в большей степени выраженные по соматометрическим показателям. Обучение в вузе и специфический образ жизни студенческой молодежи оказывают влияние на формирование телосложения и морфофункциональный статус к окончанию обучения в вузе. На фоне возрастания морфологических показателей только у третьей части молодежи продолжается наращивание физиометрических показателей, у остальных студентов они снижаются. Вегетативный статус характеризуется некоторым напряжением, как отражение напряженного и высоко динамичного процесса обучения в вузе.

Асимметричность распределения центильных оценок и выявленные отличительные особенности морфофункциональных показателей современных студентов, обосновывают разработку оценочных таблиц в виде одномерных центильных шкал для оценки физического развития студентов Нижегородской области в возрастно-половых группах от 17 до 21 года и старше.

Для контроля физического развития первостепенное значение имеет наличие широкого комплекса нормативных показателей. Нормативы, или стандарты, формируются на основе статистического анализа распределения показателей большого контингента школьников и студентов, отобранных сообразно с принятыми критериями здоровья, социального и экологического благополучия. [2,4,5].

Многочисленными исследованиями было подтверждено негативное влияние экологических факторов антропогенного происхождения на физическое развитие школьников и студентов. В неблагоприятных экологических условиях отмечается достоверный рост числа лиц с дефицитом массы тела, пониженной жизненной емкостью легких, прослеживается тенденция к увеличению численности представителей с низкой мышечной силой кисти.

Среди школьников и студентов, обучающихся в учреждениях, расположенных в непосредственной близости от автомобильных дорог, чаще выявляется задержка биологического развития. В промышленных зонах у школьников и студентов отмечается дисгармоничное морфофункциональное состояние, которое почти в 80% случаев обусловлено сниженными морфологическими и функциональными показателями.
У школьников и студентов, проживающих в сформировавшихся устойчивых природно-техногенных биогеохимических провинциях с повышенным содержанием определенных химических веществ в объектах окружающей среды, наблюдается достоверное отставание в физическом развитии по большинству изучаемых параметров [6,7,8].

Поэтому физическое развитие школьников и студентов различных регионов России во многом обусловлено влиянием факторов окружающей среды: уровень урбанизации, качество жизни, экологическое благополучие, условия проживания и обучения, и конечно же качество питания.

Цель исследования – используя результаты мониторинговых исследований выявить региональные особенности морфофункциональных показателей студентов Нижегородской области и разработать нормативы физического развития
[9].

МАТЕРИАЛЫ И МЕТОДЫ

Изучение показателей физического развития проводилось по результатам антропометрических обследований 8450 студентов (2420 юношей и 6030 девушек) 17-25 лет. Исследование проведено генерализующим методом в 2011-2016 гг. на базе Центров Здоровья среди студентов Арзамасского филиала ННГУ, АПИ, Арзамасского филиала РУК, НижГМА и ННГУ им.Лобачевского. Антропометрические измерения включали определение длины тела (ДТ), массы тела (МТ), окружности грудной клетки на вдохе и выдохе (ОГК), экскурсии грудной клетки (ЭГК), жизненной емкости легких (ЖЕЛ), динамометрии правой и левой кисти (ДПК и ДЛК), систолического и диастолического артериального давления (САД и ДАД), частоты сердечных сокращений (ЧСС), проб Штанге и Генчи. По полученным результатам рассчитаны индексы: индекс массы тела (ИМТ=МТ /ДТ²), силовой индекс (СИ=ДПК/МТ), жизненный индекс (ЖИ=ЖЕЛ/МТ) [5,10,11].

Исследование выполнено на сертифицированном и регулярно поверяемом оборудовании с соблюдением четких критериев исключения, а именно: наличие на момент обследования острых или обострения хронических заболеваний, беременности, а также отказ от обследования.

По результатам обследования создана персонифицированная база данных, статистическая обработка проводилась с использованием программ офисного пакета «EXCEL v8.00» и «Version 4.03 Primer of Biostatistics». Для выполнения задач исследования применяли методы вариационной статистики, метод оценки достоверности результатов (критерий t-Стьюдента, критерий χ²) с доверительным интервалом р≤0,05-0,001[12].

РЕЗУЛЬТАТЫ ИССЛЕДОВАНИЯ

Для характеристики соматометрического и физиометрического статуса студентов использовали сложившиеся методы на основе непараметрического центильного анализа. Центильный метод является простейшим из непараметрических методов статистики. Он применим для анализа непрерывных величин с распределением любого типа, ибо он учитывает реальные границы ряда по каждому признаку и не смещает оценку в сторону занижения или завышения нормы. За эталонные значения были приняты результаты исследований 90-х годов прошлого столетия, которые явились основой последнего действующего стандарта физического развития студентов и позволили получить сопоставимые оценки предыдущего норматива с вновь полученными результатами [13].

Анализ физического развития студентов выявил отклонения от эталона в распределении центильных оценок тотальных размеров тела. Современных студентов отличает асимметрия показателей ДТ, МТ и ОГК в сторону крайних вариантов развития. Центильное распределение ЖЕЛ характеризуется небольшой правосторонней асимметрией. Выраженная левосторонняя асимметрия отмечается по показателям динамометрии: практически у половины (57,6%) студентов динамометрия оценивается как сниженная, низкая и очень низкая. Распределение центильных оценок показателей САД и ДАД имеет правостороннюю асимметрию.

Выраженная асимметрия распределения оценок морфофункциональных показателей доказывает правильность использования непараметрического центильного метода математической статистики, который приемлем для оценивания распределений любого типа. Учитывая наличие статистически достоверных различий по показателям физического развития у большинства студентов до 21 года, определили для разработки норматива возрастные группы: 17 лет, 18 лет, 19 лет, 20 лет, 21 год и старше.

Новые нормативы представлены на кафедральном образовательном сайте www.life-safety.ru в виде одномерных центильных шкал для оценки физического развития студентов Нижегородской области по 14 морфофункциональным показателям. В таблице представлен фрагмент нормативов физического развития студентов Нижегородской области для девушек 17 лет. (табл.1).

Таблица 1. Одномерные центильные шкалы для оценки физического развития студентов (девушек 17 лет) Нижегородской области