Большое значение при разрешении таких задач играет хорошо отлаженный механизм привлечения к ответственности органов публичной власти. Ведь в демократическом, правовом (как минимум формально — по ст.1 Конституции [1]) Российском государстве необходимо, чтобы все его участники — вне зависимости от степени властной дискреции – действовали в рамках закона, и в случае его нарушения несли соответствующую ответственность

Значение института имущественной ответственности органов государственной власти играет большую роль в установлении законности, обеспечении правопорядка и нормального развития общественных отношений, регулируемых нормами гражданского права. Возможность граждан, организаций требовать от государства, органов местного самоуправления справедливого и соразмерного возмещения понесённых их неправомерными (а в свете включения в действующий Гражданский кодекс [2] статьи 16.1. – и некоторыми правомерными) действиями умалений их гражданских прав и свобод.

Прежде всего, необходимо определиться с пониманием категории «публичные органы власти». Нам представляется наиболее правильным определение, предлагаемое Б.З. Кушховой, в соответствии с которым такими органами следует считать все органы государственной власти, органы местного самоуправления, а также органы международного сообщества [3, с. 86-87]. Случаи привлечения к деликтной ответственности последних исключены – в силу осуществляемых ими исключительно координационных и управленческо-организационных функций – поэтому необходимо сосредоточиться на рассмотрении возможности применения правил о регрессе по отношению к сотрудникам органов государственной и муниципальной власти. Особо сосредоточимся на применении регресса при деятельности правоохранительных органов – как официальных «выразителей» права государства на легальное принуждение, в ходе которого наиболее высока опасность нарушения прав личности, и – как следствие – причинение соответствующего имущественного вреда.

Общее правило о возмещении публичными органами причинённого ими вреда предусмотрено нормой статьи 1069 Гражданского кодекса РФ – в соответствии с которой вред, который причинён гражданину (либо организации) в результате деяния (выраженного активным действием либо бездействием, изданием заведомо незаконного распорядительного акта) государственных, муниципальных органов, должностных лиц таких органов подлежит возмещению.

Правовая сущность данной нормы состоит в обязанности государства возместить причинённый вред вне зависимости от характера причинения такого вреда. Преимущественным признаком подобного деликта будет являться его публичный характер – властная сущность причинения вреда в процессе осуществления управленческих функций, фактический «подрыв» доверия к власти.

Отдельными нормами гражданского законодательства предусматриваются особенности возмещения вреда, причинённого конкретными публично-властными органами и должностными лицами. Так, например, статья 1070 ГК РФ устанавливает общие начала такой ответственности. В ней же указывается и возмещение вреда за счёт соответствующего бюджета (в зависимости от статуса и подчинённости органа – нарушителя) – что, в свою очередь, добавляет к участникам отношений по возмещению вреда распорядителя бюджетных средств того или иного уровня. В соответствии с пунктом 3 статьи 158 Бюджетного кодекса Российской Федерации [4], главный распорядитель федерального бюджета (бюджета регионального либо муниципального уровня) выступает в суде в статусе ответчика по делу о рассмотрении иска о возмещении вреда, причинённого в порядке ст. 1069 ГК РФ.

Однако, вместе с этим, остро встаёт проблема и компенсации самим государством понесённых имущественных потерь. Понимание государства как особой организации власти в данном случае как бы «персонифицируется» в личной – не только дисциплинарной, административной, уголовной, но и в имущественной ответственности непосредственно виновных в совершении причинивших вред деяний представителей публичных органов власти. В условиях экономических трудностей эффективное расходование бюджетных средств становится чуть ли не преимущественной целью финансового обеспечения деятельности органов публичной власти. В связи с этим вопросы возможности предъявления регрессного требования – т.е. требования субъектов, непосредственно произведшего за нарушителя соответствующие выплаты, компенсировать за счёт причинителя вреда понесённые затраты.

Исходной нормой, позволяющей рассматривать перспективы применения регресса за возмещение вреда сотрудниками органов публичной власти, служит п. 1 статьи 1081 ГК РФ, согласно которой лицо, которое причинило вред, причинённый, в свою очередь, другим лицом (в том числе, и при исполнении служебных обязанностей) имеет право регресса – т.е. обратного требования – к непосредственному причинителю вреда. Рассматривая вопросы, связанные с правовым регулированием регресса в сфере исполнения служебных обязанностей, стоит отметить явную недостаточность нормативной базы данного института. В науке до сих пор не сложилось единого мнения даже не то, в нормах какой отрасли права должны быть предусмотрены правила такого регресса – в законодательстве о службе в публичном органе соответствующего уровня, трудовом (поскольку регресс в трудово-правовом смысле представляет собой один из случаев материальной ответственности работника) либо в гражданском законодательстве [например, 5, с. 198] Как представляется, общее указание на регресс при возмещении вреда служащим должно содержаться в законодательстве о соответствующем виде службы, а уже порядок предъявления требования обозначается гражданским правом.

Отметим некоторые положительные сдвиги в закреплении положений о регрессе в актах о службе в правоохранительных органах. Так, статьёй 15 Федерального закона «О службе в органах внутренних дел и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» [6] указывается на возможность права обратного требования федерального органа внутренних дел к сотруднику-причинителю вреда. Данной нормой указывается на право подать  в отношении причинителя иск о взыскании суммы возмещения вреда, однако порядок рассмотрения таких исков не предусмотрен – из чего следует, что такие иски рассматриваются в общем порядке гражданского судопроизводства, путём подачи регрессного иска. В качестве истца – в силу ранее указанных положений ст. 1070 ГК РФ, а также ст. 158 БК РФ может выступать и главный распорядитель средств бюджета, из которого произведено было возмещение. Главным признаком подачи искового заявления о регрессе является установленный факт уплаты средств соответствующего бюджета в пользу физического или юридического лица, которым действиями регрессата был причинён вред.