В обществе туркменского народа, обладающего богатым древним культурным наследием, семейно-бытовые обычаи и обряды сохраняют свою ценность и в современную эпоху. Предки — отцы и матери, деды и бабушки — на протяжении веков формировали и передавали потомкам духовно-нравственные ценности, направленные на воспитание детей чистосердечными, честными, преданными, верными слову, мужественными и обладающими высокими нравственными качествами. Одним из таких традиционных символов является колыбель. Колыбель, занимающая прочное место в системе традиционных ценностей народа — создателя уникального культурного наследия, предназначается прежде всего для младенцев как продолжателей рода. В традиционном туркменском жилище колыбель рассматривается как элемент сакрального значения, что находит отражение и в колыбельных песнях, где с гордостью подчёркивается её роль как символа непрерывности поколения и семейного благополучия.

Колыбель, уподобляемая материнским лону, имеет происхождение, уходящее в глубь веков. Она была создана как средство обеспечения спокойного и комфортного сна младенца. Этимология термина «sallançak» связана с глаголами, обозначающими «качаться», «покачивать», «укачивать», «успокаивать», «баюкать». Изначально мать укачивала ребёнка на руках, ритмично покачивая его из стороны в сторону. Позднее возник обычай укладывать младенца на подушку, размещённую на коленях, и укачивать таким образом. Подобные способы успокоения ребёнка были характерны для ранних этапов развития человеческого общества и в целом присущи культурам народов Востока.

География распространения колыбели отличается широтой: она известна у народов Кавказа и Центральной Азии, Поволжья, Ирана и Египта, а также у ряда народов Западной Азии, уйгуров и дунган. У кочевых тюркских народов колыбель была адаптирована к условиям подвижного образа жизни: во время перекочёвок её можно было закреплять на лошади или верблюде, не держа младенца на руках. В различных тюркских языках и диалектах данный предмет обозначается терминами beşik (азербайджанский), bişik (башкирский, татарский), beşik (киргизский, узбекский), böşük (уйгурский). В труде Махмуда Кашгари «Диван лугат ат-тюрк» слово beşik употребляется в значении «детская колыбель». Кроме того, в языке фиксируется ряд глагольных форм, связанных с процессом укачивания и покачивания колыбели, что свидетельствует о глубокой укоренённости данного обычая в тюркской культурной традиции.

Известно, что у тюркских народов детская колыбель использовалась с самых ранних времён. В ходе археологических раскопок, проведённых в Центральной Азии, в районе Семиречья, среди находок из гуннского погребения, датируемого I веком до н. э., были обнаружены деревянные фрагменты, идентифицированные как остатки колыбели. Найденная колыбель по своей форме и конструкции сходна с современными казахскими и киргизскими колыбелями. Кроме того, на деревянных изделиях, обнаруженных в ряде памятников, относящихся к гуннам, зафиксированы резные изображения животных. В некоторых источниках высказывается мнение о том, что данная колыбель могла относиться к эпохе Афрасиаба — Алп Эр Тонги. Деревянные изделия, найденные в курганах, свидетельствуют о том, что тюркские народы с глубокой древности занимались деревообработкой и владели развитым ремеслом плотничества. В изготовлении колыбелей применялись различные технологические приёмы, образцы которых сохранились в разных регионах тюркского мира. Практически в каждом регионе встречаются колыбели, относящиеся к различным историческим периодам.

Согласно устным свидетельствам старшего поколения, у туркмен в ранние времена колыбель подвешивалась к решётчатым конструкциям (тэрим) белой юрты и изготавливалась из пёстрых верёвок. В глинобитных домах в углу вбивали деревянный штырь, к которому прикрепляли кольцо, а затем к этому кольцу привязывали верёвки колыбели. Верёвочные колыбели устанавливались таким образом, чтобы голова ребёнка была ориентирована на юг или запад. Вдоль стены дома, на расстоянии 2,5–3 метров, устанавливали два деревянных столба; верёвки изготавливались путём скручивания волокон козьей шерсти, хлопка или овечьей шерсти. Двухслойные верёвки своими концами крепились к каждому из столбов. Для колыбели специально изготавливались ковры — килимы, паласы или ковровые полотна. Оба слоя верёвок должны были быть одинаковой длины. Палас натягивался между двумя верёвками, а деревянные перекладины колыбели закреплялись таким образом, чтобы расстояние между ними составляло чуть более трёх ладоней. Концы деревянных перекладин надрезались, чтобы они надёжно фиксировались в верёвках. Чтобы палас не провисал и не касался земли, его края тщательно закреплялись и прошивались прочной нитью с использованием плотного шва.

В древности, по свидетельству старших поколений, для ткачества колыбельного килима в первую очередь отбирали длинноволокнистую белую овечью шерсть, обеспечивавшую его прочность. В жаркую погоду шерсть в течение дня просушивали на солнце, затем тщательно очищали специальными гребнями, распушивали, расчёсывали и подготавливали к прядению. Чем лучше была вычесана шерсть, тем легче она поддавалась прядению. Нити, полученные из хорошо подготовленного сырья, как и сам килим, отличались гладкостью, равномерностью и мягкостью.

Даже при значительном износе колыбельный килим не подлежал уничтожению: его нити подвергались повторной обработке и использовались повторно. Согласно народным верованиям, применение остатков нитей от напольных ковров для изготовления колыбельного килима считалось нежелательным. Существовало поверье, что если колыбельный килим будет соткан из обрезанных или использованных нитей, ребёнок может вырасти «слабым» или подвергнуться жизненным испытаниям.

Традиционно изготавливались декоративные шнуры «аладжа», которые прикреплялись к колыбели в виде подвесок. К верёвкам и ремням колыбели подвешивали кисти, выполненные из разноцветных нитей, придавая изделию нарядный вид. Согласно народным верованиям, «аладжа» считалась основным оберегом колыбели, защищающим ребёнка от сглаза и дурного слова. В традиционной среде существовало убеждение, что колыбель приобретается специально для первенца, а все последующие дети укладываются в ту же самую колыбель; считалось благоприятным, если одна колыбель вырастит всех детей семьи. Особое внимание уделялось украшению колыбели.

В туркменской традиции матери, имевшие близнецов, устанавливали колыбель большего размера, укладывая детей так, чтобы головы были обращены в противоположные стороны. По достижении детьми трёх–четырёхмесячного возраста каждому из них устанавливали отдельную колыбель. Конструкция колыбели в традиционном туркменском быту включала такие элементы, как опорные ножки (яба), металлическое кольцо, колыбельный килим, верёвки, деревянные перекладины и ремни для подвешивания.

В середине XX века у туркменов всё более широкое распространение получил способ изготовления колыбелей из дерева. Мастера-деревообработчики использовали различные породы древесины, распиливали их на части, обрабатывали и изготавливали колыбели в размерах, предназначенных для младенцев. Некоторые мастера стали изготавливать из дерева и ложе колыбели — так называемую «нову» (окара, гозак). С четырёх её углов оставляли удлинённые выступы для крепления верёвок, которые соединяли обе опоры колыбели и фиксировались к верхней перекладине («депелик»), также выполненной из дерева. Опорные ножки колыбели изготавливались из более плотных и тяжёлых пород древесины для придания устойчивости конструкции. Хотя первые образцы деревянных колыбелей не отличались высокой степенью совершенства, они постепенно получали распространение, так как люди, видя их у других, начинали проявлять интерес и заказывать подобные изделия.

Из-за нехватки сырья на начальном этапе не вся конструкция изготавливалась полностью из дерева — многие элементы скреплялись с помощью верёвок. Основные опоры, верхняя перекладина и нижние соединительные элементы («ось колыбели») были деревянными и связывались между собой верёвками или проволокой. Со временем, по мере развития промышленности и увеличения ассортимента деревянных изделий, количество деревянных деталей в конструкции колыбели возрастало. Использование гвоздей позволило усложнять и совершенствовать форму изделия. Каждый мастер создавал колыбель по-своему, постепенно улучшая её конструкцию. Поверхности деревянных элементов украшались резьбой и орнаментами, а позднее стали окрашиваться и расписыватьcя. Мастера изготавливали колыбели с учётом пожеланий заказчиков и их материального положения, тщательно регулируя амплитуду качания, чтобы обеспечить ребёнку максимальный комфорт.

В 1960–1965 годах, с развитием металлургической промышленности, в Туркменистане металлические колыбели начали постепенно вытеснять деревянные. Изготовлением таких колыбелей занимались кузнецы, которые, осознавая ценность металла, использовали его экономно. По имеющимся сведениям, металлические колыбели первоначально имели простую конструкцию. Мастера вручную ковали металл, делили его на части и подготавливали элементы в соответствии с заданными размерами. Из металла изготавливались опорные ножки, а нижние соединительные элементы («ось колыбели») выполнялись из тонкого металла. К верхней перекладине крепились изогнутые металлические петли, служившие для подвешивания ложа. Позднее, по мере роста профессионального мастерства кузнецов, эти петли были заменены вращающимися кольцами, что сделало конструкцию более удобной и функциональной.

Края ложа колыбели (окара, гозак) также изготавливались из тонкого металла и соединялись между собой проволокой, после чего женщины пришивали к ним килим, формируя мягкое ложе. Технология изготовления колыбелей у кузнецов совершенствовалась из года в год. В декоративном оформлении металлических колыбелей широко использовался орнамент «тазыгуюрук», созданный туркменскими женщинами-мастерами. Этот узор, выполненный из тонкой металлической проволоки, вошёл в устойчивую традицию и сохраняется в практике изготовления колыбелей до настоящего времени.

Перевод на русский язык (академично-научный стиль):

Согласно распространённым в народной среде верованиям, под подушку ребёнка клали хлеб, Коран, ножницы, нож или иной металлический предмет, поскольку металлу приписывалась особая магико-охранительная сила. Считалось, что если под подушкой младенца находится нож или Коран, ребёнок не плачет и спит спокойно.

Колыбель выполняла важную защитную функцию и в бытовом отношении: зимой она оберегала ребёнка от холода, а летом — от жары. По свидетельствам исследователей традиционного наследия, колыбель была создана не только как средство укачивания младенца. Древняя туркменская колыбель, подвешенная на верёвках к деревянным стойкам, отличалась значительной амплитудой качания. Существовало поверье, что мальчики, привыкшие к сильному раскачиванию в колыбели, вырастали смелыми и выносливыми юношами и впоследствии становились бесстрашными наездниками, уверенно управлявшими породистыми скакунами.

Колыбель невозможно представить без колыбельной песни, так же как колыбельную — без колыбели: эти два элемента находятся в органическом единстве и составляют основу традиционного воспитания подрастающего поколения. Первым звуком, который ребёнок слышит после рождения и обряда наречения, является материнская колыбельная. Колыбельные представляют собой песни, исполняемые матерями и бабушками с целью убаюкивания младенца и наполненные материнской любовью, нежностью и сокровенными пожеланиями.

В различных регионах тюркского мира колыбельные песни имеют разные наименования: у туркмен — «хювди», в Анатолии — «нинни», у азербайджанцев — «лайлай», у узбеков — «алла», у казахов — «елдий», «бесік жыры», у киргизов — «алдей», «бешик ырлары». В словаре Махмуда Кашгари «Диван лугат ат-тюрк» колыбельная обозначается термином «балу-балу».

По жанровым признакам колыбельные близки к лирическим песням, однако отличаются от них по мелодике и способу исполнения. Как и другие жанры устного народного творчества, колыбельные со временем претерпевали тематические изменения в зависимости от исторических условий. Они создавались в простой, доступной форме и на понятном языке, при этом каждая строфа выражала законченную смысловую единицу. Материнская колыбельная носит хвалебно-благопожелательный характер: в ней матери желают своим детям мужества, человечности, красоты души и счастливой судьбы.