В настоящее время одной из причин роста преступности в современном мире является низкий уровень правовой культуры гражданского общества. В самом общим виде «культура общества» (лат. Cultura – воспитание) – область человеческой деятельности, связанные с человеком, проявлением его субъективности (характера, компетентностей, навыков, умений и знаний) [1]. Правовая культура – это часть культуры общества, включающая в себя правовые ценности. Правовая культура включает в себя несколько элементов: само право, правосознание, правовые отношения, законность и правопорядок, законотворческую, правоприменительную и другие виды деятельности в сфере функционирования права в обществе [2].
В целях борьбы с преступностью среди молодежи и е профилактике в России необходимо повышать уровень правовой культуры среди подростков; внедрять в уголовное и уголовно-процессуальное законодательство элементы ювенальной уголовной юстиции (социальная диагностика личности несовершеннолетнего подсудимого (обвиняемого); применение альтернативных методов разрешения споров с участием подростков (примирительные процедуры, в том числе при содействии специальных служб); специализация судей по делам несовершеннолетних и др.) [3].
Во второй половине XIX в. в США получила развитие концепция, согласно которой несовершеннолетние правонарушители требуют особого подхода и обращения. Первым законом в области юстиции несовершеннолетних стал закон штата Массачусетс 1869 г., который установил требование изолированного содержания несовершеннолетних в зале суда, а также рекомендовал рассматривать дела несовершеннолетних преступников отдельно от остальных дел [4]. В последствие аналогичный закон был принят в штате Нью-Йорк, а в 1899 г. в г. Чикаго (штат Иллинойс) был учрежден специальный суд для рассмотрения дел несовершеннолетних. «Нормы об учреждении данного суда не только обобщили правила об отдельном рассмотрении дел несовершеннолетних, уже существовавшие ранее, о пробации и раздельном содержании несовершеннолетних в исправительных учреждениях, но и, как отмечал известный американский юрист П. Таппен, положили начало созданию концепции защиты несовершеннолетнего и заботы о нем в области уголовной юстиции» [5]. В настоящее время в каждом штате существует специальный суд по рассмотрению уголовных дел в отношении несовершеннолетних лиц, совершившее противоправные деяния.
Защита прав и интересов несовершеннолетних имеет международное практическое значение. Создание судов с элементами ювенальных технологий в России является, на наш взгляд, острейшей социальной потребностью. При этом необходимо отметить и тот факт, что под термином «ювенальные технологии» в Российской Федерации следует понимать «комплекс мер, нацеленных (направленных) на реализацию и защиту прав, свобод и охраняемых законом интересов несовершеннолетних лиц, находящихся в конфликте с законом, и содействующих раскрытию их индивидуального потенциала для свободного развития в обществе и самостоятельного отказа от асоциального поведения» [6].
В США обвиняемое несовершеннолетние лицо имеет право на рассмотрение его дела особенным судьей – ювенальным, который специально подготовлен для рассмотрения дел в отношении несовершеннолетних и специализируется только на таких делах, такой судья при этом обладает специальными познаниями в области детской подростковой психологии. В Российской Федерации необходимо принять уже устоявшейся в США опыт по рассмотрению уголовных дел в отношении несовершеннолетних лиц. При этом при отправлении ювенального правосудия в России необходимо привлекать к рассмотрению дела социальных работников, психологов, педагогов, детских врачей, для того чтобы выявить причину, которая подтолкнула подростка на совершение преступления, а в связи с этим применить к этому лицу необходимые социально-реабилитационные и восстановительно-воспитательные методики. В этом случае у ювенального судьи появляется возможность учесть в своем решении посткриминальное поведение подсудимого, предпринятые им шаги по нейтрализации негативных последствий совершенного им противоправного деяния.
На сегодняшний день в Российской Федерации наказания не всегда достигает цели, закрепленные в Уголовном кодексе РФ. Согласно ст. 43 УК РФ наказание – это мера государственного принуждения, назначаемая по приговору суда в целях восстановления социальной справедливости, а также исправления осужденного лица и предупреждения совершения им преступных деяний. Общая превенция не реализуется, и понятие «социальная справедливость» по-разному воспринимается на практике, в связи, с чем возникают вопросы о том, как её формализовать при назначении наказания («почему 5 лет – это справедливо, а 5, 5 уже нет?»). При этом необходимо отметить, что такая цель наказания как «исправление осужденного» может быть достигнута не только посредством лишения виновного свободы.
В этой связи весьма актуальным представляется сокращение сферы деятельности карательной уголовной юстиции именно в отношении несовершеннолетних и введение новых методов для их исправления и предупреждения дальнейшей преступной деятельности. При расследовании преступлений и рассмотрении уголовных дел, по которым в качестве обвиняемого (подсудимого) выступает несовершеннолетние лицо, судебные и иные правоохранительные органы при осуществлении своей деятельности должны стремиться к реализации не карательных, а восстановительных мер, с обеспечением того, чтобы эти меры были всегда соизмеримы как с особенностями личности несовершеннолетнего преступника, так и с обстоятельствами и характером совершенного преступления. Это обусловлено необходимостью обеспечения морального благополучия несовершеннолетнего, избежание причинения вреда его неокрепшей психике.
Представляется, что внедрение ювенальных технологий по уголовным делам в отношении несовершеннолетних лиц должно в определенной мере заменить существующее на сегодняшний день карательное правосудие, которое является достаточно затратным, не эффективным, не способным достичь основные цели наказания. После отбытия наказания в виде лишения свободы несовершеннолетний в большинстве своих случаях повторно совершает преступное деяние, вследствие чего наказание по минимуму достигает закрепленные в статье 43 Уголовного кодекса РФ цели.
Исходя из основ государственной политике Российской Федерации в сфере развития правовой грамотности и правосознания граждан «одним из путей развития российского правового государства, формирование гражданского общества и укрепление национального согласия, является высокий уровень правовой культуры, без которой не могут быть в полной мере реализованы такие базовые ценности и принципы жизни общества, как верховенство закона, приоритет человека, его неотчуждаемых прав и свобод, обеспечение надёжной защищённости публичных интересов» [7].
В настоящее время в нашем государстве недостаточный уровень правовой культуры и правосознания среди молодежи, растет правовой нигилизм граждан РФ, который приобрел широкие масштабы в различных сферах повседневной жизнедеятельности людей. Все это является серьезной проблемой обеспечения принципов верховенства права, роста преступности среди не только несовершеннолетних лиц, но и граждан достигшего возраста 18 лет. По мнению одного из крупнейших юристов современности, государственного и общественного деятеля, Алексеева С.С.: «Правовая культура – представляет собой своего рода «юридическое богатство». Она характеризует общую атмосферу права, воплощение в жизни общества социально полезных свойств и особенностей права» [8].
Поэтому с самого раннего возраста родители должны повышать уровень правовой культуры, правосознания и правовой грамотности ребенка, объяснять ему «что такое хорошо, а что такое плохо», учить дружбе и сотрудничеству, уважению к окружающим, а также формировать личностные ценности, принципы и приоритеты. При этом государство должно в этом содействовать и помогать, строить политику правового воспитания граждан таким образом, что бы действия несовершеннолетних лиц были правомерными и не нарушали права, свободы и охраняемые законом интересы других лиц.

Менталитет – это малоизменяющиеся устойчивые структуры сознания, выражающиеся в поведении, жизнедеятельности и рефлексии личности или народа и обусловленные культурой, языком, религией, воспитанием, социальным общение [3]. Данное определение, сформированное  Мурановой А.В.  на наш взгляд, наиболее точно раскрывает содержание данного термина, обращая внимание не только на отдельные элементы менталитета, но и на его структуру в целом. Можем ли мы сказать о том, что  низкий уровень  реализации правовых предписаний гражданами связан с их национальным характером? Что многие факторы, которые являются причинами несоблюдения законодательства, правового нигилизма, низкого уровня развития правового государства сформировались  много веков назад и связаны с географическим расположением, историей, традициями,  которые  сформировали именно такой менталитет граждан. Прежде чем ответь на данный вопрос, необходимо обратиться к понятию «правового менталитета». Правовой менталитет  – это тот  же малоизменяющийся фактор, только он раскрывает отношение человек к правовой действительности.  На российский  правовой менталитет повлияли:  крестьянский менталитет, антирыночное мышление, географическое положение, климатические условия, хозяйственная активность. Необходимо отметить и тот фактор,  идея свободы россиянами  воспринимается как вольность, что связано со стихийностью и анархизмом правосознания граждан России. «Вольность есть свидетельство отчуждения народа от власти, невозможности влияния на правовой процесс и правотворчество, произвольности законности, неподотчетности самой власти существующему законодательству». В нашем случае решить проблему повышения уровня реализации гражданами правовых предписаний можно только в том случае, если государство будет исходить из особенностей правосознания и правового менталитета россиян. Только тогда мы можем говорить об эффективности данных мер [2].

Анализируя взаимосвязь правового сознания, правовой культуры и менталитета мы должны помнить о том, что только во взаимодействии данных понятий можно говорить о преодолении деформации сознания граждан. Так, Мирошниченко О.И. считает, что «в России правовой нигилизм может быть преодолен только при условии,  если законодатель  будет учитывать особенности России,  а также  правовой менталитет россиян». Относительно правотворчества, в частности такой его составляющей, как законотворчество, нужно отметить, прежде всего, влияние правового менталитета на разработку нормативно-правовых актов. Законодатель, используя зарубежные наработки, должен  отражать в первую очередь в законотворчестве  свой собственный, исторически выработанный опыт, который будет более эффективным для “местного” применения. И это не означает замыкания в сугубо национальной среде. Заимствование прогрессивного зарубежного правового опыта помогает заполнять существующие пробелы в национальной правовой системе. Однако результатом «слепого заимствования» может  стать неэффективность права вследствие его неясности и отсутствия целесообразности для граждан, что проявляется в подрыве его престижа и вырабатывает у населения убеждение в его ненужности и недейственности вследствие коррупционности, безнаказанности, его “избирательном” действии, т.е. фактическом неравенстве всех граждан перед законом. По верному замечанию О.Ю. Винниченко, “заимствуя европейский опыт государственного строительства, государственную идеологию, мы теряем свою самобытность, потенциальные возможности дальнейшего развития”. Поэтому мы  и говорим о заимствовании зарубежного опыта как лишь о дополнении нашей правовой системы. Например, право частной собственности в Европе воспринимается достаточно спокойно, как одна из многочисленных разновидностей его прав. Права других собственников также уважаются. Важнейшей ценностью является свободная личность, обладающая правом собственности. Но в России институт частной собственности был развит слабо, нормативно закреплен только частично. Для западного человека собственник – индивидуалист. Для русского человека чуждо такое понимание собственности.  Россиянами признается преимущество своего права как собственника с игнорированием аналогичных прав других собственников. На практике это выливается в значительном количестве негаторных и виндикационных исков в судах, так как в обществе довольно  распространена тенденция к произвольному захвату собственности.  Поэтому вполне вероятно, что абстрактное изложение нормы права, столь характерное для романо-германской правовой системы, не в полной мере способствует эффективности правовых предписаний в постсоветских правовых системах, что требует иного, более детального и жесткого регулирования отношений в сфере частной собственности, исходя при этом не в последнюю очередь из особенностей национального правового менталитета [1].

Другим примером может являться защита прав и свобод гражданина и человека. Если обратиться к истории, то на первом  месте и в царской и в советской России всегда   были  такие блага как  институт семьи, общины. Для российского сознания характерен коллективистский тип мышления. Личность уходила на второй план. В  странах Европы и США личность всегда стояла во главе угла. Защите прав и свобод человека предавалось огромное значение. Это обусловлено исконно присущей им либеральной традицией. Преломляясь через особенности национального правового менталитета, эти права не находят своего подтверждения в коллективной памяти народа, в результате чего, за неимением опыта, происходит их искажение, что зачастую выражается или в злоупотреблении правами для одних, или в их несоблюдении для других [1].

Таким образом, мы можем сделать вывод о  различном отношении к праву и пониманию его природы в Европейских странах, США и странах постсоветского пространства. Мы можем сделать вывод, что концентрируя  внимание на негативных тенденциях, происходящие в данное время в обществе, мы не можем не учитывать самобытность Российского государства, и в тоже время особенности российской культуры,  воспитания россиян, обычаев и традиций.  Но при этом мы не должны обособляться от Европы, ведь право будет реализовываться только при взаимодействии с  правовыми системами других стран.

Чтобы  повысить уровень реализации гражданами правовых норм необходимо в первую очередь при разработки нормы права законодатель  должен  проанализировать исторический опыт разрешения данной проблемы посредством ее правового урегулирования, изучить путем привлечения социологических методов массовое общественное настроение по поводу данного акта, особенности национального мировосприятия, те элементы  правового менталитета, которые лежат в основе национального отношения к праву и, как следствие, определяют правовое поведение, придают ему  соответствующую этноправовую окраску. И только после  такого анализа предполагаемого правового акта на предмет совместимости с национальной правовой ментальностью переходить к определению его формально-содержательной структуры [2].   Таким образом,  на правосознание граждан влияет такая категория как менталитет, который обусловлен культурой, языком, религией, воспитанием, социальным общением россиян.  Учитывая ментальность российского общества, необходимо искать пути реформирования российской государственности, повышения ее эффективности.