Исследователь Н.В. Дубровин в статье под названием «Понятие и общая характеристика преступлений против собственности» определяет обман в рамках уголовного права в качестве сообщения ложных сведений или же сокрытия обстоятельств, совершённого с целью материальной выгоды с преступным замыслом. По своей сущности обман представляет собой искажение истины, а истина в данном контексте является адекватным отображением объективной действительности в сознании человека [3].

В свою очередь, Н.О. Машинникова отмечает, что обман как уголовно-правовая категория представляет собой информационное воздействие одного гражданина на волю другого с целью получения определённой выгоды. Обман по своей сущности рассчитан на ответное поведение, то есть он совершается не с целью введения в заблуждение, а с целью склонения к некоторым действиям и поведению. С такой позиции неправильно будет признать обманом, к примеру, опускание в кассы-автоматы вместо денег каких-либо предметов. Эти действия следует классифицировать в качестве открытого или тайного хищения. Фальсификация документов, подделка товаров и иные подобные преступления также не являются обманом, ведь в данном случае правонарушитель воздействует на материальные объекты, а не на личность [5].

Исследователь А.А. Боташев выделяет следующие способы обмана:

-                   обман в предмете, в рамках которого правонарушитель каким-либо образом преобразует внешний вид предмета и выдаёт один предмет за другой;

-                   обмен в намерениях, в рамках которого правонарушитель, например, получает денежное вознаграждение за работу, которую он в будущем не собирается выполнять;

-                   обман в лице, в рамках которого правонарушитель выдаёт себя за иное лицо, чтобы получить определённую выгоду в имущественных правоотношениях;

-                   документальный обман, в рамках которого правонарушитель предоставляет заведомо ложные документы для получения материальной выгоды;

-                   обман в обстоятельствах, в рамках которого правонарушитель вводит в заблуждение о существенных обстоятельствах определённой ситуации [1].

Обобщая вышесказанное, следует отметить, что в уголовном праве обман представляет собой противоправное искажение или сокрытие истины от лица, которое способно осознать её фактическое значение, направленное на удовлетворение интересов правонарушителя, совершенное в пассивной или активной форме.

С.П. Еременко определяет злоупотребление доверием в качестве способа противоправного завладения имуществом, либо его использования с причинением ущерба его непосредственному собственнику. Данное имущественное преступление в большинстве случаев встречается в сочетании с обманом. Правонарушитель обманывает лицо, чтобы заполучить доверие и злоупотреблять им для собственной материально-имущественной выгоды. Доверие представляет собой ключевой аспект в любом обмане, ведь человека можно считать обманутым, если он доверился мошеннику [4].

Важно заметить, что обман и злоупотребление доверием представляют собой самостоятельные виды преступления согласно действующему отечественному законодательству. Но в аспекте их взаимосвязи и разграничения есть немало спорных моментов. Поскольку обман применяется преступником не только с целью побуждения иного лица в передаче имущества, но и с целью его расположения, в данном случае он будет выглядеть как злоупотребление доверием. Это связано с тем, что как было сказано ранее, злоупотребление доверием и обман в рамках мошенничество не редко переплетаются. Но следует отметить, что обман относительно будущих намерений можно расценивать в качестве завладения имуществом путём злоупотребления доверием. Всё же, иногда обман и злоупотребление доверием находятся в такой взаимосвязи, что их трудно адекватно различить. Так, в правоприменительной практике нередко обман характеризуется в качестве сообщения ложной информации о фактах прошлого и настоящего, а злоупотребление доверием – о фактах будущего.

На деле как самостоятельный способ совершения правонарушения без непосредственной взаимосвязи обманом злоупотребление доверием потерпевшего в рамках мошенничества имеет значение гораздо реже, но это не значит, что данный вид преступления полностью поглощается обманом.

Исследователь К.И. Воронина выделяет следующие формы злоупотребления доверием:

-                   использование общественного транспорта свыше установленных тарифов и лимитов;

-                   получение предоплаты по договору без намерения выполнить его условия;

-                   применение чужой собственности с целью организации в ней предпринимательской деятельности без соответствующего уведомления о её фактическом характере и объёме;

-                   оказание посреднических услуг по приобретению каких-либо товаров без намерения выполнить свои обязательства;

-                   присвоение, либо растрата вверенного в пользование имущества ответственным лицом какой-либо организации или предприятия;

-                   заключение договора займа заранее без намерения отдать долг в установленные сроки, а также получение кредитов в банке без намерения их возврата;

-                   выпуск заведомо не обеспеченных облигаций и акций, который классифицируется как мошенничество на рынке ценных бумаг;

-                   оформление договора накопительского страхования без намерения выплачивать страховую сумму;

-                   организация и привлечения граждан в финансовые пирамиды;

-                   обращение в собственность имущества, взятого по договору бытового проката без намерения вернуть данное имущество;

-                   получение денежных авансов без фактического намерения исполнить обязательства, взятые на себя по заключённому договору;

-                   мошенничество с применением трастовых операций, когда правонарушитель заведомо не намерен возвращать имущество [2].

Обобщая вышесказанное, следует заметить, что злоупотребление доверием по своей сущности представляет собой активные умышленные действия виновного, которые направлены на использование сложившихся взаимосвязей с потерпевшим гражданином с целью получения материальной выгоды посредством невыполнения собственных обещанных обязательств.