В Китае опубликовано многотомное собрание образцов ойратского (калмыцкого) фольклора с комментариями и переводами на китайский язык. Первой из российских исследователей собирала и изучала устное наследие ойратов СУАР КНР ученый-лингвист Тодаева Б. Х. Полевые материалы, собранные ею в ходе научных экспедиций в Китай, были опубликованы Калмыцким институтом гуманитарных исследований РАН (три тома синьцзянской версии эпоса «Джангар» [1, 2, 3,], ойратская версия эпоса «Гесер» [4], пословицы и поговорки [5]). В 2015 г. Осорин Утнасун опубликовала книгу «Мифы, легенды и предания синьцзянских ойратов и калмыков: сравнительно-сопоставительный анализ» [6]. Данное исследование является первой попыткой изучения в сравнительно-сопоставительном аспекте ойратских и калмыцких мифов, легенд и преданий, которые занимают значительное место в монголоязычном фольклоре. В нем рассмотрены вопросы бытования, распространения, изучения мифов, легенд и преданий в Монголии, России, Бурятии, Калмыкии, Китае (Синьзцяне), проведен сравнительный анализ ойратских и калмыцких текстов.

В 1980-е гг. с целью сбора образцов фольклора монголоязычных народов Китая, в том числе и ойратов СУАР КНР, китайские ученые начали проводить научные экспедиции. Результаты опубликованы в научно-популярном журнале «Хан Тенгер» [7]. Журнал «Хан Тенгер» печатался Народным издательством Синьцзяна (ойр. Šinjiyang-giyin aradiyin kebleliyin xorō) в г. Урумчи Синьцзян-Уйгурского автономного района КНР с 1981 по 1993 годы. Выходил четыре раз в год. «Хан Тенгер» ― это последнее свидетельство активного бытования «ясного письма» в Синьцзяне.

Настоящая статья посвящена изучению жанровой классификации ойратского фольклора, опубликованного в журнале «Хан Тенгер» (1981-1993). Все образцы ойратского фольклора, опубликованные в журнале «Хан Тенгер» автором статьи представлены в виде таблицы формата Excel. В таблице отражена информация: транслитерация названия фольклорного произведения с ойратского языка (всего 641 ед.); перевод на русский язык (641 ед.); жанровая принадлежность фольклорного произведения (миф, легенда, эпос, сказка, восхваления и др.); номер, выпуск, страницы журнала; оригинальность произведения.

Собрание настоящих фольклорных текстов является уникальным. Уменьшение носителей ойратского языка и, соответственно, фольклорной традиции не позволяет надеяться, что в будущем удастся существенно пополнить этот фольклорный материал. Ойратов в Синьцзяне осталось около 170 тысяч человек. Журнал «Хан Тенгер» состоит из фольклорных текстов, скомпонованных по тематическим разделам: «Üliger-in dalai» «Море сказок» (мифы, сказки, легенды, предания и т.д.), «Zang dadγal» «Традиции и обряды» (этнографические заметки, исследования по материальной культуре ойратов), «Jangγar-in sudulal» «Исследования «Джангара» (научные статьи, отрывки из эпоса), «Xur-in dusal» «Капли дождя» (триады, пословицы, загадки и т.д.). Научная классификация, теоретически обоснованная, ойратского фольклора по жанрам в настоящее время отсутствует, поэтому тематическая разбивка в журнале «Хан Тенгер» проведена условно: легенда может рассматриваться как предание, и наоборот и т. п. Тексты записаны «ясным письмом». К некоторым текстам даны предисловия, в которых указаны имена собирателей. При этом нет данных по информантам – сказителям, носителям устной традиции, и месту записи.

Проведенный анализ ойратских фольклорных текстов, опубликованных в журнале «Хан Тенгер» показал, что все произведения по социальной функции можно поделить на две большие группы: обрядовые и необрядовые. Под обрядовыми следует понимать фольклорные произведения, имевшие магическое значение, или произведения, исполняемые в процессе обряда и описывающие содержание его. К ним мы относим: воскурения «Boqdo Činggis xāni sang orošibai» («Воскурение Богдо Чингис-хану»), «Ang-giyin sang» («Воскурение для призывания удачной охоты»), «Geser-in sang orošibai» («Воскурение Гесеру»); «призывания Temēni dallaγa» («Призывание птиц»), «Temēni dallaγa» («Призывание увеличения поголовья верблюдов»), «Bȫ-giyin duudalγa» («Шаманские призывания»); семейно-бытовые протяжные песни «Xurim nayir-in duumuud» («Свадебные песни») и др.; благопожелания «Γal-in yörȫl-in sudur orošibai» («Сутра благопожелания огню»), «Uuca-in yörȫl» («Благопожелание задней части бараньей туши»), свадебные благопожелания «Beri-in yörȫl» («Благопожелание невестке»), «Xurim-in yörȫl» («Свадебное благопожелание»), «Zusu xadaq-in yörȫl» («Благопожелание сватовству») и др. Благопожелания опубликованы в десяти выпусках журнала «Хан Тенгер».

Необрядовые ойратские фольклорные произведения исполняются вне ситуации исполнения ритуала, имеют развлекательный или назидательный характер: эпос «Jangγar-in maqtāl» («Восхваление Джангару»), «Bökü Mönggün Šiqširge xān» («Хан Боке Менген Шикширге»), «Geser xān» («Гесер хан»), «Abai gerel xatuntai Altan čēǰi bāba xān» («Алтан Чеджи бабай-хан с ханшей Абай Герел»); тууль-улигеры «Arban tabutai Aral Mergen» («Пятнадцатилетний Арал Мерген»), «Cereq-in caγān xān» («Белый хан войска»), «Üküši ügei töröqsen Üren tüben xān» («Бессмертный Урен Тубин-хан»), «Xān Cenggel tayiǰi» («Хан Ценгел тайджи»), «Γang xara tebke» («Ган Хара Тебке»), «Ezen sayin zērde moritai ere-in sayin Mimilceq» («Лучший из мужей Мимилцег с рыжим конем»); мифы «Luu külüqleqsen emegen2 («Старуха, оседлавшая дракона»), «Kümün nücüken noxoi üsütei boluqsan bui?» («Почему человек голый, а собака с шерстью?»), «Xarγai, arcan, zērgene möngküdü kökü boluqsan-ni» («Почему ель, можжевельник, ежевика стали вечнозелеными?»), «Takā yuundu sȫ dunda duuγāradaq?» («Почему петух кричит среди ночи?»); «Tenggeri γazar yaγaji bui boluqsan bui?» («Как появились небо и земля?»); «Ēji bāba kümü keqsen» («Cотворение человека матерью и отцом»); «Morin yaγād nisči čidaxu ügei boluqsan bui?» («Почему лошадь не стала летать?») и др. Всего насчитано по таблице 22 мифа.

Среди ойратов СУАР КНР и Монголии протяжные песни условно поделены по мастям коней, что не встречается в калмыцкой традиции. Это говорит о том, что фольклор ойратов имеет четкую связь с кочевым образом жизни, с пятью видами традиционного скота, где конь занимает главенствующее место. В журнале «Хан Тенгер» опубликовано 15 необрядовых песен (5 песен из раздела «Арван гурван кеерийн дуун») («13 песен о гнедых»); (5 песен из раздела «Арван гурван шаргайн дуун») («13 песен о соловых»); (5 песен из раздела «Арван гурван зээрдэйн дуун») («13 песен о рыжих»).

Следующий жанр, который относится к необрядовым ‑‑ это сказки. Они частично разделены по жанрам. Составители обозначили только сказки о животных, мы же даем традиционную классификацию (бытовые, волшебные, богатырские, о животных). Сказки о животных: «Sāral sayixan boqširγo» («Красивый серый воробей»); «Ünegen ba ötöge» («Лиса и медведь»); «Temē, ünegen, čono, bars dörbü» («Верблюд, лиса, волк и барс»); «Xulγuna ünügen-igi mekeleqsen-ni» («Как мышь лису обманула»); «Doγolong alaq šāzaγai» («Хромая пестрая сорока») и др.  Богатырские сказки: «Babuq bātur» («Бабуг-батыр»); «Malzan Ulān bātur» («Батыр Малзан Улан»); «Bam ulān bātur xortu moγoi-du bariqdaqsan-ni» («О том как Бам Улан –батыр поймался ядовитой змее»); «Ere sēr bātur» («Эр Сер-батыр»); «Yabuγan Mergen» («Йобогон Мерген») и др. Волшебные сказки: «Cecen dagini» («Мудрая дакини»); «Māni caγān tüšimel-in erdeni caγān takā» («Драгоценная белая курица Мани Цаган-тушимеля»); «Siditü erdeni» («Волшебная драгоценность»); «Tarbus-in altan üre» («Золотая арбузная семечка»); «Altan-yēr bādaq eljigen» («Осел испражняющийся золотом») и др. Бытовые сказки: «Tabun ējitei tarγun šara köbüün» («Толстый рыжий мальчик, у которого было пять матерей»); «Nusuxai boro marγā abuqsan-ni» («О том, как Нусха Боро выиграл спор»); «Šaγāčin köbüün» («Мальчик, собиратель альчиков»); «Önöčin köbüün» («Мальчик сирота»); «Xarālči lama-in üliger» («Сказка о ламе-проклинателе») и др. Все сказки оригинальны, и не имеют аналогов в калмыцком фольклоре, кроме сказки о Йобогон Мергене. Эти сказки оригинальны, т.е. бытовали в чисто ойратской среде. Язык их красочен и самобытен, изобилует афоризмами.

К необрядовому фольклорному жанру относим легенды: «Sayin zaluu Sartamba sanā ügeyidēn Sayiram nuurtu tolγoi-bēn aldaqsan-ni» («О том, как лучший муж Сартамба необдуманно сложил голову у озера Сайрам»); «Amursanān bātur-in üliger» («Сказка о Амурсана-батыре»); «Āni bardaniq ba tüüni sāral morin» («Ани Барданиг и его соловый конь»); «Сebeqdorji-in xara kere morin («Вороной гнедой конь Цебек-Дорджи»); «Sümbür uula-in aγui-du Burxan baqši dayān-du suuγād nom bišilγaqsan-ni» («О том как Будда созерцал на горе Сумеру»).

Итак, из приведенной таблицы формата Excel, заметна неоднородность жанрового состава фольклора ойратов Синьцзяна. В силу определенных исторических, географических особенностей сохраняется значительный пласт жанров, характеризующихся архаичностью (bāturliq üliger, bāturliq tuuli, maqtāl, aradiyin duud, yörȫl, onisuγa, züyir cecen üge). В дальнейшем предстоит более полное и всестороннее исследование народного поэтического творчества ойратов Синьцзяна.