Русская Правда определяла привилегии господствующего класса: повышенные наказания за убийство феодала или причинение вреда его имуществу, более широкие более широкие наследственные права  по передаче имущества (например, по сравнению со смердом), а так же многие другие правовые привилегии.

Различными путями формировался класс крестьян, зависимых от феодалов. Феодализация привела к тому, что свободных крестьян-общинников стало очень мало, основное население крестьян попало под ту или иную форму зависимости от феодалов. Данный процесс шел одновременно с формированием феодальной собственности на землю. Большое значение имели превращение дани в феодальную ренту, раздача земель боярам, дружинникам, монастырям, прямое насилие, внеэкономическое принуждение. Шел также процесс экономического закабаления. Оказавшись в бедственном положении, крестьяне вынуждены были идти в зависимость к феодалу на различных условиях (например, закупничества, патроната, найма и т.д.). [2, с. 18]

Пространная  редакция Русской Правды является основным источником для изучения закупничества. В Краткой редакции Русской правды правовое положение закупа не упоминается. Закупом являлся человек, попавший в долговую кабалу. Он был обязан своей работой в хозяйстве заимодавца вернуть полученную у него купу. Развитие частного землевладения  приводило к росту закупничества. [3]

Определение социального положения закупов затрудняет второе название этого слоя населения – наймиты, которое используется в Русской Правде как равное первому. Особенно явно это прослеживается в статье 61 (ПП): «Если господин продаст закупа в обельные (холопы), то наймит получает свободу от всех денежных обязательств (по отношению к хозяину), а господин за обиду платит 12 гривен штрафа». Б. Д. Греков в своей книге “Киевская Русь”, определяя сущность закупа как феодальную, обратил внимание на то, что слово «найм» в древнерусском языке употреблялось и в значении «лихвы», т. е. процентов. В таком понимании, по словам Грекова, слово “найм” встречается в ряде источников, в том числе «Вопрошании Кириковом», «Поучении, избранном от всех книг». Значение этих наблюдений ослабляется существованием в Древерусском государстве  овременного смысла слова «найм». Вопрос состоит  в том, какое из этих значений имеет в виду Русская Правда? Б.Д. Греков отвечает на него так: «Совершенно ясно, что «найм» в «Вопрошании Кириковом», «Поучении, избранном от всех книг”, как возможно и в «Русской Правде”, следует  переводить термином «проценты». Данное предположение Б.Д. Грекова не может быть принято. У закупа-наймита есть «двойник» в Псковской судной грамоте. Там под наймитом понимается «всякий нанятый за плату человек», а под «наймом» – сама плата. Характерно это отражено в статье 36 грамоты: «Если в долговом иске, предъявленном на основании доски, истцом окажется женщина, или малолетний, или человек престарелый, или больной, или с каким-либо увечьем, или монах, или монахиня, то имеют право выставить за себя наемных бойцов; тяжущиеся должны, давать присягу, а наемники сражаться на поединке. Ответчику дается право, если он не проявляет желание с подставным бойцом истца выходить на бой, также может поставить на судебном поединке против него своего наемника». Закон Пскова, как следует из этой статьи, разрешал выставлять на судебный поединок немощному жителю Пскова нанятого для этого человека вместо себя.  Сторона ответчика по делу также могла вместо себя выбрать наймита. Наймит в Псковской Правде имеет право уйти от работодателя по окончании срока или выполнив работу, на которую его нанимали. Если работодатель не захочет дать ему причитавшуюся плату, он наймит мог требовать эту плату на суде. Об этом говорится в статье 39: «Если мастер плотник или наемный работник отживет срок, на который был нанят, или окончит условленную работу, то он может требовать своей наемной платы с хозяина,  и без представления письменного условия, путем устной публичной огласки своей претензии». Последующие статьи Псковской правды, а именно 40 и 41 показывают, что наймит Псковской Правды мог уйти от своего хозяина не доделывая работу до конца, притом уйти свободно, и речь о превращении его в холопа не шла.

В Русской Правде мы также рассматриваем свободного человека, имеющего ряд прав. Но стоит отметить, что положение закупа в Русской Правде очевидно отличается от положения наймита по Псковской судной грамоте. Уйти от хозяина по собственному желанию закуп не мог, но Русской Правде знакома ситуация, когда закуп бежит от хозяина (ст. 56 ПП). Побег закупа давал основание сделать его  полным холопом. Покинуть  хозяина он мог только на время по двум причинам: найти деньги (ст. 56 ПП) для возвращения долга или чтобы пожаловаться на хозяина в суд при нарушении прав.         Купа или найм оказывается в центре различий между наймитом Псковской судной грамоты и закупом Русской Правды.  Закуп получал куны, еще не сделав работы, т. е в начале, а псковский наймит после окончания работы, т. е в конце. Понятие «найм» не только разобщает, но и интегрирует эти две категории. И закуп, и наймит начинают с работодателем отношения ради получения кун, оба нанимаются к хозяину, только на разных условиях. В наймите Псковской Правды можно было бы разглядеть развитие института закупничества, подразумевая путь закупа от человека, который в начале был скорее раб, чем свободный человек, до человека, который стал скорее свободным, чем рабом. Если бы не один факт.  На условиях Псковской судной грамоты найм известен и в эпоху Русской Правды. Историк С.М. Соловьев обращал внимание на обстоятельство, отраженное в Печатном Прологе. Задумав построить церковь во имя святого Георгия, Ярослав Мудрый  столкнулся с тем, что на работу по постройке храма приходило немного людей. «…И се видев князъ призва тиуна: почто не много у церкве стражущих? Тиун же рече: понеже дело властелское, боятся людъе труд подъимаше найма лишени будут. И рече князъ: да аще тако естъ, то аз сице створю. И повеле куныг возити на телегах в коморыг златыгх врат, и возвестиша на торгу людем да возмут кождо по ногате на денъ. И быгстъ множество делающих».

По смыслу данного рассказа киевляне не желали идти на работу по постройке храма, потому что её начал князь. «Дело властелское» – пояснял князю Ярославу тиун, отсутствие на стройке достаточного количества людей. Люди подозревали, что их могут обмануть и не заплатить положенный им «найм» за работу. Вероятно, наличие таких случаев было: власти обманывали наймитов и не выплачивали обещанных кун, что говорит не только о том, что власти привыкли  не выполнять свои обещания, но и о самом факте существования найма свободного населения на условиях выплаты денежного вознаграждения после выполненной работы. Что касается вопроса распространенности свободного найма в Киевской Руси, на основании данного источника судить об этом сложно. Важен факт существования найма в XI веке в обычном для нас смысле. Обозначение закупа наймитом говорит о том, что данная форма зависимости рассматривалась древнерусским обществом как одна из разновидностей найма, а не закабаления или превращения свободного человека в раба. В то же время необходимо заметить, что работодатели в Киевской Руси были склонны относиться к закупам так же, как и к рабам.     Из выше обоснованного следует, что под закупами нужно понимать один из видов наемных работников Киевской Руси. Закупный найм был тяжелой формой зависимости, сравнимой с рабской. В отдельных случаях закупничество вело к настоящему рабству. Однако необходимо отметить, что закупы на самом деле не были ни рабами, ни полурабами. Они поступали на работу на определенных условиях и могли прервать свои отношения с работодателем, выполнив эти условия. [4, с. 143-150]

К вопросу об ущемлении прав закупов по договору займа. Как уже говорилось выше, в Русской правде  Краткой редакции правовое положение закупа не упоминается, что дает основание тому, что его положение не было урегулировано и права по договору займа ущемлялись работодателями, не было установлено эквивалента и нормативов возвращения долга (купы), которую брал закуп. Что давало хозяину право на самовольное установление объема работы, процентов по возвращению долга.

Впервые отношения закупа с кредитором были урегулированы в 1113 году в Уставе Владимира Мономаха. “Русская Правда” в Пространных своих списках посвятила несколько статей регулированию процентов по займам и установила их максимальный размер. Одним из поводов для создания законодательства о резах послужило восстание городских низов в 1113 г. в Киеве, вызванное деятельностью ростовщических элементов. Владимир Мономах вступив на княжеский престол, созвал в Берестове совещание, на котором были приняты постановления, ограничивавшие проценты по займам. Проценты различались между собой на месячные, третные, годовые. Самый низкий процент – годовой, самый высокий – месячный. “Русская Правда” троекратно ограничивала размер взимаемых процентов от долга (резы). Взимание месячных резов не ограничивается при краткосрочных займах. Если заем был сделан на целый год или договор не был выполнен в течение года, то должник уплачивал уже не месячные, а третные резы. Затем было ограничено взимание годовых процентов от долга: не разрешалось взимать более 10 кун на гривну. Действительность сделки займа с процентами подтверждалась  при свидетелях, если он заключается на сумму более 3 гривен. [5]

Был проведен опрос на тему «Правовое положение социальных групп Киевской Руси по Русской правде». В данном опросе приняли участие 10 респондентов.

Опрос включает в себя девять вопросов, направленных на выявление исторического самосознания:

1.      Ваш возраст

В представленных возрастных категориях основное количество респондентов имеет возраст 19-21 год (19-21 – 70%, 16-18 – 30%)

2.      Ваш пол

Основная масса респондентов женского пола (женский – 90%, мужской – 10%).

3.      Укажите род вашей деятельности

Сто процентов респондентов, участвующих в опросе студенты

4.      Знаете ли вы такой источник права как «Русская Правда»

Сто процентов опрашиваемых знают такой источник права как «Русская правда»

5.      Какие группы зависимого населения по “Русской правде” Вы можете выделить из предложенного списка?

Среди 10 респондентов, отвечавших на вопрос «Какие группы зависимого населения по “Русской правде” Вы можете выделить из предложенного списка?» Предложенные варианты ответов: духовенство, холопы, смерды, олигархи, купцы, закупы, ремесленники. Большинство респондентов дали ответы: смерды (100%), холопы (90%) и закупы (100%).

6.      Закуп — человек, работающий в хозяйстве феодала за “купу”, заем. <…> Объем работы определялся кредитором. Как Вы считаете, правомерно ли то, что не существовало установленных эквивалентов возврата долга?

Мнения по данному вопросу разделились на три практически равных категории: ответ «скорее да, чем нет» (30%), ответ «скорее нет, чем да» (30%), ответ «нет» (40%)

7.      В какой редакции «Русской правды» закупов не упоминают как социальную группу населения?

Мнения респондентов разделились в соотношении: 60% – Краткая редакция, 30% – Пространная редакция, 10% – Сокращенная редакция. Верный ответ: Краткая редакция «Русской правды».

8.      Определение социального статуса закупов затрудняет второе название этого слоя – наймиты. <…> Можно ли социальный слой закупов рассматривать как один из видов наемных работников в Киевской Руси?

Из 10 опрашиваемых респондентов 50% ответили: «да, закупы это наемные работники, которые могли уйти, выплатив долг», 40% дали ответ: «нет, закупы попадали в зависимость и не имели права уйти после того, как выплатили долг», остальные 10% затруднились дать ответ на данный вопрос.

9.      На Ваш взгляд, можно ли в современном российском обществе обнаружить ситуацию, в которой население попадает в долговую зависимость подобную зависимости закупов в Киевской Руси?

Данный вопрос был направлен на осознание истории на данном этапе развития современного общества и выявление цикличности истории в контексте выделения в современном обществе ситуации попадания в зависимость соразмерную зависимости закупов в Киевской Руси. Были предложены ответы: «да, считаю, что можно провести определенные параллели» (70% опрошенных), «нет, не могу обнаружить подобную ситуацию», «затрудняюсь ответить» (30% опрошенных). [6]

На основании данного опроса можно сделать вывод о том, что социальный слой закупов понимается как зависимое население Киевской Руси, права которых ущемлялись кредитором по договору займа. Рассматривая историю на современном этапе можно выделить прецеденты соразмерные попаданию в зависимость закупами, к таким ситуациям можно отнести быстрые займы под большие проценты.  Следует отметить, что данный опрос не отражает объективное мнение общественности в связи с небольшим количеством опрашиваемых респондентов.

Договор займа оформляет экономические отношения, единые по своей природе с кредитным договором и договором факторинга (финансирования под уступку денежного требования). В договоре займа речь идёт о передаче одним участником товарного оборота другому денег, а также и вещей, но с условием возврата их эквивалента и, как правило, уплаты вознаграждения.

В ГК РФ закреплены основные положения по договору займа. Легального понятия «заём» или «договор займа» в Гражданском Кодексе Российской Федерации не закреплено. Нормы по договору займа закрепляются по тому же принципу, по которому устанавливаются практически все нормы обязательственного права. В п.1. ст.807 ГК РФ закрепляется следующее: «По договору займа одна сторона (займодавец) передает или обязуется передать в собственность другой стороне (заемщику) деньги, вещи, определенные родовыми признаками, или ценные бумаги, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество полученных им вещей того же рода и качества либо таких же ценных бумаг» [1]. Как видно из этой нормы, в главном источнике российского гражданского законодательства закреплено содержание договора займа. Понятие «заём» отсутствует. Считаем, что вводить легально понятие «заем» или «договор займа» не нужно, потому что большинство норм в ГК РФ раскрывает содержание договоров, их сущность, договор займа в этом случае исключением не является. Конструкция, признаки, виды и элементы будут рассматриваться в этой магистерской диссертации далее, в первую очередь, на основании положений, закреплённых в ГК РФ и в соответствии с нововведениями в регулирование заёмных отношений.

Исходя из положения, закреплённого в ГК РФ, можно сделать вывод об основной цели займа – израсходовать полученное имущество (или средства). Соответственно, если цель заёмщика будет осуществлена в полной степени, то, возвратить то, что было взято взаймы, не представляется возможным. Сущность займа заключается в возвращении именно количества заёмных средств или вещей, а не в возвращении именно тех индивидуально-определённых вещей или средств, которые были переданы займодавцем. Предмет займа должен передаваться именно в собственность заёмщику, он должен по своей воле распорядиться средствами, полученными от займодавца, а затем вернуть ту же сумму предмета займа через определённое количество времени.

Сторонами по договору займа могут быть любые субъекты гражданского права, которые являются собственниками своего имущества: дееспособные граждане, юридические лица, а так же публично-правовые образования. В.В. Витрянский подчеркивал, что займодавцами могут выступать юридические лица, которые не являются кредитными организациями [2, с.123]. Е.А. Суханов утверждал, что основная задача состоит в том, чтобы организации, не являющиеся кредитными, но на систематической основе предоставляющие займы, не ставили невыполнимые условия для заёмщика. Главная задача, по его мнению, не допустить так называемого ростовщичества, которое можно рассматривать как злоупотребление правом на свободу совершения договоров. Надо отметить, что «ростовщические проценты» упоминаются впервые в ГК РФ после нововведений с 1 июня 2018 г., в предыдущих редакциях ГК РФ подобного не было. Отметим, что в п. 5 ст.809 ГК РФ содержится легальное понятие такого вида обременительных процентов, но этим пунктом закрепляется лишь возможность суда уменьшить размер взимаемых процентов при подобных обстоятельствах. Считаем, что меры по уплате слишком обременительных для должника процентов, должны в законодательстве регулироваться более строго, и закреплять конкретные положения по уменьшению этих самых процентов. Такой необязательный, а больше рекомендательный характер закрепления этой нормы не даст ярких гарантий в решении вопроса о снижении всех нерационально рассчитанных и необоснованно завышенных процентов.

Возвращаясь к вопросу о том, кто выступает сторонами в договоре займа, нужно сказать, что сторонами не могут быть учреждения и унитарные предприятия. Согласно п.1 ст.298 ГК РФ, учреждения не могут быть займодавцами, потому что у них отсутствуют правомочия распоряжения закреплённым за ними имуществом, если только это не касается доходов от разрешённой собственником деятельности. Унитарные предприятия могут выступать и в качестве займодавцев, и в качестве заёмщиков, но только с согласия собственника имущества – учредителя, согласно п. 4 ст.18 ФЗ «О государственных и муниципальных унитарных предприятиях»[3].

Вопрос о природе договора займа до сих пор до конца не решен среди учёных-цивилистов. Проанализировав абзац 2  пункта 1 статьи 807 ГК РФ можно сделать вывод о том, что договор займа является реальным. Спецификой в разрешение вопроса о природе договора является возможность заключать договор, по которому заём может быть предоставлен в будущем. По этой причине оценивать договор займа исключительно как реальный договор нельзя, потому что тот же самый вид договора, заключённый на предоставление заёмных средств или вещей в будущем уже обязанность займодавца в будущем предоставить заём, то договор следует считать по природе консенсуальным. Если договор закрепляет положение о вступлении его в силу с момента предоставления средств или вещей, то договор можно считать реальным. Е.А Суханов подчёркивает, что традиционное представление о договоре займа «не рассчитана на развитый рыночный оборот, что предопределило необходимость появления  особого консенсуального кредитного договора [4, том 2, с.125]. Вышеупомянутый вопрос о природе договора займа возникает в ситуации, когда договор не сопровождается фактическим предоставлением займа, а отсрочивает передачу займа, но при этом отсутствует указание на обязанность кредитором предоставить средства или вещи, а также нет указания на реальное исполнение обязательств по договору займа. Такая ситуация может возникнуть по причине устного заключения договора с указанием на предоставление займа в будущем, или же в случае некачественной проработки текста договора.

Б.М. Гонгало, относительно консенсуальности договора займа, подчёркивал, что консенсуальный характер договора не был предусмотрен ни законами Российской Империи, ни советским законодательством. Такая модель появилась впервые уже в законодательстве Российской Федерации. Договор займа приобретает реальный характер в том случае, если заимодавцем выступает гражданин. Во всех остальных ситуациях, договор может быть как реальным, так и консенсуальным. Если займодавцем по договору займа выступает гражданин, то договор считается заключённым с момента передачи суммы займа или другого предмета договора займа заёмщику или указанному им третьему лицу. Это положение, закреплённое в абз. 2 п. 1 ст. 807 ГК РФ подтверждает позицию Б.М. Гонгало.

А.Г. Карапетов в комментарии к статье 807 ГК РФ указывает, что непонятным остается ответ на вопрос, какой вид: реальный или консенсуальный, может охарактеризовать договор займа как традиционный? А.Г. Карапетов выражает так своё мнение на этот счёт: «Консенсуальность должна подразумеваться, а реальность выводиться только в тех случаях, когда она прямо вытекает из содержания волеизъявлений сторон. Консенсуальный договор – это общее правило российского договорного права, а реальность – исключение. Соответственно, если договор говорит о предоставлении займа, но четко не проясняет выбранную сторонами модель, у заимодавца имеется обязательство предоставить заём [5, с. 144]. Вывод из вышесказанного можно сделать о том, что, даже в самом законодательстве, в самой ст.807 ГК РФ закреплено, что займодавец предоставляет или обязуется предоставить средства или вещи. Это уже говорит о том, что чётко установленной одной модели для договора займа нет. Есть двойственность, она допустима и напрямую зависит от конкретного случая и от конкретного договора. Поэтому сделать чёткий и безальтернативный выбор, что договор займа является исключительно реальным, или консенсуальным, нецелесообразно. Зависит его природа от конкретной ситуации и при заключении конкретно взятого договора, особенно важно, кто выступает субъектами договора, для кого обещание займа имеет юридическое значение. Хотелось бы отметить, что в ныне действующем законодательстве сформирован правильный подход к определению характера договора займа: прослеживается деление, в каком случае договор будет реальным, а в каком – приобретать юридическое значение с момента достижения согласия сторон  (в случае обещания предоставления займа). Можно сказать, что отличие реального и консенсуального договора займа заключается в том, что если заём реальный, то обещание не имеет никакого юридического значения, а в случае если договор займа имеет консенсуальный характер, то можно взыскать убытки или обусловленную плату за неисполнение обязанности по предоставлению займа. Эти финансовые потери может понести и предприниматель, который отказался получать заём.

Один из признаков, характеризующий договор займа – это его предмет. Б.М, Гонгало определяет понятие «предмет договора займа» как деньги, потребляемые родовые вещи и ценные бумаги. «Родовые вещи и деньги могут быть заменены, причём заменимость это не естественное свойство вещи, а именно юридическое свойство. Это означает, что гибель этих вещей не освобождает от обязанности по договору займа вернуть заём. И при этом необходимо учитывать, что предмет займа тратится или уничтожается в процессе потребления» [6, т.2 с.254]. А.Г. Карапетов в комментарии к ст.807 ГК РФ указывает, что Гражданский кодекс РФ закрепляет следующие квалифицирующие признаки договора займа, характеризующие его предмет:

а) объектом предоставления со стороны заимодавца являются деньги, родовые вещи или ценные бумаги;

б) имущество, отвечающее указанным критериям, передается в собственность заемщика,

в) заёмщик по прошествии времени возвращает аналогичное имущество. Уплата процентов не является квалифицирующим признаком займа, так как заём может быть и беспроцентным.

Необходимо отметить, что предмет договора займа – это единственное существенное условие этого вида договора.

Одна из важнейших характеристик договора займа – это его форма. Положение о форме договора займа закреплено в ст. 808 ГК РФ. В этой статье закреплено, что между гражданами договор займа должен быть заключён в письменной форме, если его сумма превышает десять тысяч рублей, а том случае, когда займодавцем выступает юридическое лицо – договор должен быть заключён в письменной форме независимо от суммы.

А.Г. Карапетов в комментарии [5, с.145] к ст. 808 ГК РФ указал, что необходимость существования нормы, которая закрепляет положения о форме займа, сомнительна. Свою точку зрения А.Г. Карапетов подтверждает тем, что содержание статьи 808 ГК РФ практически полностью выводится из положений статьи 161 ГК РФ, которая закрепляет общие положения о сделках, совершаемых в простой письменной форме. Согласно ст. 161 ГК РФ, письменная форма требуется для всех сделок с участием юридических лиц, независимо от суммы сделки, а также для сделок между гражданами на сумму более десяти тысяч рублей. Отличие этих статей состоит в том, что статья 808 ГК РФ закрепляет положение о письменной форме договора займа независимо от суммы, где именно займодавцем выступает юридическое лицо. «С точки зрения формальной логики в силу принципа lex specialis derogat generali толкуемая от обратного комментируемая норма, казалось бы, должна вытеснять общее правило п. 1 ст. 161 ГК РФ, и тогда в случаях, когда юридическое лицо берет заем от физического лица, письменная форма не требуется. Но такое толкование приводит к абсурду [5, с. 144]. Исходя из этого, можно сделать вывод о том, что письменная форма требуется для договоров займа, которые заключаются между гражданами на сумму более десяти тысяч рублей, но при этом письменная форма не требуется при любой сумме займа, когда физическое лицо даёт взаймы юридическому лицу. Получается, что специальная норма (ст. 808 ГК РФ) не закрепляет положений, значительно отличающихся от положений общих норм письменной формы сделок. Можно сказать, что эта норма даже в какой-то степени затрудняет понимание и применение ст. 808 ГК РФ. По нашему мнению, возможно, стоит определённым образом уточнить, конкретизировать ст. 808 ГК РФ, чтобы не возникало в дальнейшем каких-либо абсурдных толкований указанной нормы. Возможно, стоит указать, что письменная форма договора займа обязательна и в том случае, когда физическое лицо выступает займодавцем, а юридическое – заёмщиком. Потому что если воспринимать статью 808 ГК РФ как специальную норму, то особых отличительных черт от общих характеристик указанная норма не содержит. Норму в законодательстве следует закрепить таким образом, чтобы она не вызывала затруднений в применении, несмотря на маловероятность конкретных ситуаций, например, сложно представить вышеуказанный случай, в котором физическое лицо даёт взаймы юридическому лицу. Но гражданский оборот такого стечения обстоятельств не исключает. Поэтому целесообразнее закрепить норму таким образом, чтобы противоречий в толковании, а соответственно, и в применении указанной нормы, даже в нестандартных вопросах, не возникало.

Специфика договора займа позволяет осуществлять его оформление с помощью составления расписки или другого документы, который удостоверяет передачу займодавцем денег или иных вещей заёмщику. Это положение закреплено в продолжение статьи 808 ГК РФ. Для того, чтобы расписка имела доказательственное значение, необходимо, чтобы на нам была подпись заёмщика. В этом случае расписка или иной документ будет приравниваться к простой письменной форме договора. При этом необходимо отметить, что к форме договора займа будет относиться положение статьи 162 ГК РФ, где закреплено, что несоблюдение требуемой по закону письменной формы по общему правилу влечёт не ничтожность договора, а запрет ссылаться на свидетельские показания при возникновении между сторонами споров о факте совершения сделки и её условиях. При признании сторонами факта заключения устного договора и его содержания суд не вправе ставить под сомнение данные обстоятельства.

Ранее в этой магистерской диссертации рассматривался вопрос о том, возмездным или безвозмездным является договор займа. Проанализировав положения статьи 809 ГК РФ, можно сделать вывод о возмездности договора займа. Договор считается возмездным, если сторона получает плату или иной встречное предоставление за исполнения обязанностей по договору, согласно статье 423 ГК РФ. Исходя из положений этой же статьи, возмездность договора презюмируется, если из закона, иных правовых актов не вытекает иное. В ст.809 ГК РФ не установлено, обязательна ли выплата процентов за пользование займом. Установлено, что займодавец имеет право на получение с заёмщика процентов, порядок расчёта и выплаты, размер процентов. Однако, п.4 ст. 809 ГК РФ закрепляет, что договор займа считается беспроцентным, если он был заключен между физическими лицами, в том числе и индивидуальными предпринимателями, на сумму, не превышающую сто тысяч рублей, а так же если по договору передаются не деньги, а другие вещи, определённые родовыми признаками. В этих ситуациях договор будет предполагаться беспроцентным, если договором не будет установлено иное.

А.Г. Карапетов правильно обращает внимание на то, что по общему правилу договор займа считается возмездным, за исключением определённых ситуаций, а кредитный договор всегда имеет возмездный характер. Можем согласиться с этой точкой зрения, потому что законодатель возлагает на займодавца именно право на получение процентов от заёмщика, тем самым предоставляя возможность выбирать, получать или не получать плату за выполнение своих обязанностей по договору. Однако, С.А. Косенко считает, что не следует толковать ст.809 как возможность не брать проценты вовсе, то есть без связи с тем, что речь в данной статье о порядке взыскания процентов, обращая внимание только на первое словосочетание: «если иное не предусмотрено законом или договором» – некорректно. В этой статье, как отмечает С.А. Косенко, речь идёт не о беспроцентном займе, а о способе взыскания процентов [7, с. 138]. В целом, о том, возмездным или безвозмездным является договор займа, можно сказать, что по общему правилу он всё-таки считается возмездным, и при этом даже презюмируется возмездность договора гражданским законодательством. Но в ряде ситуаций есть исключения, где договор займа может быть безвозмездным. Поэтому хочется отметить, что этот критерий у рассматриваемого договора необходимо определять в каждой конкретной ситуации, потому что законодатель допускает альтернативу в действиях при исполнении обязательств по договору займа.

Необходимо отметить, что в нынешней редакции изменились некоторые понятия, содержащиеся в ст. 809 ГК РФ по сравнению с предыдущей редакцией ГК РФ. С 1июня 2018 г. законодатель вводит понятие: «проценты за пользование займом», это сочетание слов вводится в ГК РФ вместо ранее существующих «проценты на сумму займа». Изначально кажется, что нововведения наиболее точно отражают сущность отношений. Но возникает вопрос, уместно ли  употребление слова «пользование» в данном случае, потому что в рамках гражданского права этот термин обозначает одно из правомочий собственника. Отсюда следует, что необходимо различать пользование займом от права пользования имуществом, которое принадлежит собственнику. Когда собственник пользуется вещью, он извлекает из нее полезные свойства. Когда же заёмщик использует, например, сумму займа, он вправе распорядиться ей по своему усмотрению: подарить, обменять, израсходовать и т.д. Поэтому можно сказать, что «пользование займом» включает в себя не только правомочия пользования, но и правомочие распоряжения переданным взаймы имуществом. А.Г. Карапетов считает, что, «вводя термин «проценты за пользование займом», законодатель намеревался подчеркнуть зависимость размера процентов от срока использования займа. Взамен ему пришлось пожертвовать единством терминологии. Наряду с термином «проценты за пользование займом» в названии и в п. 6 данной статьи используется термин «проценты по договору займа», его следует считать синонимом»[5, с.146].

Таким образом, можно сделать вывод о том, что заём как категория гражданского права неоднозначен. В ГК РФ положения о займе закреплены типично, такое санкционирование норм мало чем отличается от закрепления иных категорий обязательственного права. Тем не менее, при толковании и применении норм о займе возникают определённые трудности и разногласия. Подходы учёных цивилистов различные, каждый аргументирует собственный подход по-своему. Проблема неоднозначности элементов и характеристики договора займа имеет место быть. Такая ситуация возникает из-за неорганичного закрепления норм и недостаточности легального толкования норм, касающихся заёмных отношений, из-за этого происходит в том числе и смешение понятий «кредит» и «ссуда» с понятием «заём». Во избежание этих ситуаций, предлагаем более разъяснять подход к определению и характеристике заёмных отношений и пересмотреть законодателю нормы, вызывающие противоречия относительно займа.