По данным Центрального банка РФ, на 1 октября 2015 г. просроченная задолженность по кредитам, выданным физическим лицам, составила  более 1,1 трлн рублей (10,7% от общего объема ссуд), увеличившись за год на 32%. Агрессивный рост потребительского кредитования пришелся на период после кризиса 2008-2009 гг. Только в 2013 г. Центробанк принял меры по сдерживанию рискованных необеспеченных займов, ужесточив подходы банков к предоставлению кредитов.

Трудности, вызванные сложной макроэкономической ситуацией, провоцируют часть заемщиков на безответственное отношение к возврату долгов. Они не пытаются договориться о реструктуризации долга или найти дополнительный источник дохода, рассуждая «все равно нечем отдавать» [1].

Доля недобросовестных заемщиков, использующих различные уловки и сознательно уклоняющихся от выплаты долга, составляет 15-20%. На заемщиков, попавших в тяжелые обстоятельства из-за кризиса, приходится около 40-50%. Они пытаются решить свои финансовые проблемы, активнее ищут новый заработок. Около 30-40% попали в кредитное рабство по своей вине, совершая траты, превышающие уровень доходов. Это наименее обеспеченные и социально незащищенные граждане. Они инертны и отказываются от контакта с кредитором, инфантильно прячась от проблемы. Сложно провести границу между неграмотностью, финансовым легкомыслием и прямым мошенничеством. Злостные неплательщики своим поведением вредят добросовестным заемщикам, вынужденным дополнительно платить за кредиты.

Наибольшее влияние на отношение домашних хозяйств к созданию долгов оказывают: возраст, уровень семейного дохода, образование, род занятий, сфера занятости. Значимыми финансовыми условиями долгового поведения являются размер процентной ставки и возможность изменения сроков кредитного договора [2].

За ростом просроченной задолженности с лагом следует увеличение объемов ее списаний. В 2009 г. объем списанных банками долгов составлял 35,9 млрд рублей. Далее мощным фактором генерирования просрочки выступил рынок беззалогового потребительского кредита. Последние годы наблюдалось увеличение объема списаний: в 2010 г. коммерческие банки избавились от 67,8 млрд рублей проблемных долгов, в 2011 г. – от 74,1 млрд, в 2012 г. – от 126,6 млрд, в 2013 г. – от 199 млрд рублей. Согласно отчетности, предоставляемой в Центробанк, за год к 1 сентября 2015 г. объем списанной банками просроченной задолженности вырос на 49%, до 663,8 млрд рублей [3].

Банки предпочитают списывать с баланса безнадежные долги, отказываясь от возможности взыскания задолженности в пределах срока исковой давности (3 года) или ее продажи. Данная стратегия вызвана нежеланием формировать повышенные резервы: с 2013 г. под кредиты с просрочкой от 360 дней необходимо создавать резерв в размере 100%. Именно из таких долгов банки формируют портфели, продаваемые коллекторам. Держать резервы в период рецессии накладно, так как падает эффективность взыскания проблемной задолженности.

В России рынок долговых услуг формировался стихийно с учетом известного зарубежного опыта и под влиянием новых экономических вызовов. Первые коллекторские компании создавались при банках, работая лишь с их задолженностью. Так, при банке «Русский стандарт» в 2001 г. зарегистрировано ООО «Агентство по сбору долгов» [4, с. 165].

Отсутствие доступа к коллекторским услугам означает для банков утрату эффективного способа «расчистки» баланса, необходимость поднять ставки по потребительским займам и ужесточить требования к заемщикам. Невозможность продажи просроченных долгов ведет к росту теневого рынка кредитования [5, с. 48].

Ключевым участником отечественного рынка взыскания долгов является Национальная ассоциация профессиональных коллекторских агентств (НАПКА), состоящая из 30 компаний, на которые приходится 90% рынка «плохих» долгов.

Согласно информации НАПКА, за год коллекторы почти вдвое сократили результативность взыскания задолженности населения: в первой половине 2014 г. за трехмесячный период взыскивалось 10% от суммы долга, а в первом полугодии 2015 г. только 5,4%. С 2011 г. стоимость банковских портфелей, продаваемых коллекторским агентствам, упала в 10 раз. Снижение эффективности взыскания розничных долгов пока не катастрофично, но наметившаяся тенденция вызывает тревогу.

Результативность возврата банковской задолженности зависит от многих факторов: период просрочки, наличие залогового обеспечения, сумма выданного кредита, наличие других кредитов и т.п. Если должник идет на контакт, коллекторы рекомендуют варианты решения проблемы возврата – обратиться в банк с просьбой о реструктуризации долга, индивидуальном графике платежей, прощении части пени и штрафов по кредиту. В противном случае необходим переход к судебной стадии взыскания [1].

В 2015 г. не произошло улучшения качества выставляемых на продажу банковских портфелей задолженности, поэтому их цена продолжила падение. В 2011 г. банки отдавали свои безнадежные долги коллекторам за 5,2% от номинальной стоимости портфеля, в 2012 г. – за 5%, а в 2013 г. – за 4%. В 2014 г. произошло существенное падение до 2,7%, в 2015 г. накопленные долги реализуются банками за 0,5-1,5% от номинала.

Коллекторские агентства выступают наиболее активными игроками на рынке цессии, поскольку имеют опыт работы со сложными просроченными долгами во всех сегментах кредитования, располагают достаточной технической базой для их обработки. Внутренние межбанковские сделки совершаются без объявления официальных тендеров, если один банк теряет интерес к сегменту кредитования, а другой заинтересован в нем. Такой портфель имеет небольшую просрочку. Кроме того, в качестве покупателя долговых портфелей может выступить инвестор, не являющийся банком или коллектором. Впоследствии он передаст долг на взыскание другой организации за определенное вознаграждение.

В октябре 2015 г. ОТП Банк и ВТБ 24 объявили рекордные тендеры по продаже просроченных долгов на общую сумму свыше 50 млрд рублей. ОТП Банк выставил на продажу порядка 30 млрд рублей проблемной задолженности, а ВТБ 24 предложил примерно 21 млрд рублей долгов. Коммерческие банки заинтересованы в расчистке своего баланса от просрочки перед годовым отчетом, особенно в связи с ужесточением требований Центробанка.

В ситуации роста выставленных на продажу, но не купленных просроченных долгов, коллекторы предлагают банкам альтернативные формы закрытия сделок:

1) разделение доходов, когда портфель продается по минимальной цене, а доходы по этому портфелю делятся между банком и коллектором;

2) рассрочка платежа;

3) покупка с возвратом разницы, когда портфель продается по максимальной цене, а банк компенсирует коллектору разницу между запланированными и фактическими сборами.

К профессиональным взыскателям для истребования частных долгов начали обращаться физические лица. Если раньше через НАПКА искали коллекторов для крупных долгов (0,7 – 1 млн руб.), то в текущем году вырос спрос граждан на взыскание более скромных займов – от 200 тыс. рублей [6].

Объемы выдаваемых банками потребительских кредитов значительно сократились, также упал объем кредитов малому бизнесу и индивидуальным предпринимателям. Как следствие, потребности в перекредитовании и решении потребительских задач были удовлетворены за счет займов, предоставленных частными лицами. По аналогии с коммерческими банками часть граждан-кредиторов столкнется с проблемой возврата долгов. В ближайшее время участятся обращения физических лиц к коллекторским агентствам.

Хотя рынок частных долгов уступает по объему рынку просроченных банковских кредитов, но он имеет выраженную тенденцию к росту и достаточно маржинален. Ряд компаний уже создали специальные департаменты по работе с частными долгами. Увеличение запросов граждан на взыскание задолженности у своих должников отмечается с начала текущего года. Самый распространенный сценарий образования проблемного долга – предприниматель занимает у своих знакомых крупные суммы для бизнеса, оказавшегося впоследствии провальным.

Обычно коллекторы работают за 20-25% от суммы частного долга. Сначала проводится проверка должника и готовится аналитическое заключение о перспективности взыскания. Дальнейшая работа происходит как до принятия решения судом (предварительные обеспечительные меры), так и после его вступления в силу (взаимодействие с приставами-исполнителями, наложение арестов на имущество, счета, доли в уставном капитале компаний).

Работать с частными долгами профессиональные коллекторы соглашаются лишь в случае достаточно крупной суммы просроченной задолженности. В 90% обращений граждан долги от 300 тыс. до 10-15 млн рублей связаны с открытием или развитием бизнеса. Основная сложность – отсутствие достаточных и верно оформленных документов, подтверждающих факт передачи денег, условия и сроки возврата. В подавляющем большинстве случаев имеется только не заверенная нотариально расписка без даты передачи средств и заранее оговоренной даты возврата, могут отсутствовать паспортные данные должника. Это осложняет процесс взыскания.

Невысокая эффективность судебных приставов заставляет граждан-кредиторов обращаться к коллекторам. В России на одного пристава-исполнителя в среднем приходится по 1-2 тыс. дел. Частные кредиторы сами затягивают с обращением в суд, поскольку на ранней стадии пытаются вернуть долг своими силами, надеясь на порядочность должника из числа друзей или родственников. Нередко срок задолженности составляет более 2 лет. Недобросовестный должник успевает переписать свое имущество на третьих лиц, покинуть страну и т.д. Когда требование возврата долга признается судом законным, вернуть уже нечего и непросто найти должника. Много обращений к коллекторам происходит без подтверждающих документов, когда нет договора и расписки. В случае нескольких заимодавцев может отсутствовать согласие на взыскание средств. С такими долгами коллекторские компании не работают, так как нет оснований для легального возврата средств.

В российских условиях заемщики гораздо уязвимее, чем взыскатели. Хотя коллекторы и сетуют на трудности, число агентств не снижается.  Отечественный рынок взыскания долгов насчитывает около 40 цивилизованных коллекторских агентств и порядка 800 «серых». Наряду с проблемами регулирования данного рынка, обеспокоенность вызывает законодательная защита прав потребителей. Сегодня у должника нет уверенности, что никто не создаст ему проблемы, усугубляющие финансовое положение. Например, сообщит работодателю о долге, провоцируя увольнение и потерю дохода.

Спектр используемых коллекторами нецивилизованных способов взыскания задолженности достаточно широк. Правоохранительные органы регулярно расследуют преступления, связанные с неправомерным размещением в подъездах домов должников информации, порочащей их честь и достоинство, противоправным изъятием имущества, вандализмом, незаконным проникновением в жилище. Получило распространение использование угроз в отношении должников и их близких, применение физического насилия. В результате действий «выбивателей» долгов ежегодно погибают граждане России, доведенные до самоубийства вследствие чрезмерно сильного психологического давления.

Наличие «серых» схем взыскания просроченной задолженности угрожает национальной безопасности страны. Весной 2015 г. Совет безопасности РФ дал поручение Центральному банку и МВД активнее противодействовать неправомерным методам сбора долгов. Ведомствам следует оперативно обмениваться сведениями о нарушениях: жалобы граждан поступают в Службу по защите прав потребителей ЦБ РФ, а МВД по данным фактам возбуждает уголовные дела [7].

Усиление информационного обмена между Центробанком и МВД логично, учитывая, что инициирование дел по факту нарушений при взыскании задолженности – задача правоохранительных органов. Новая система взаимодействия поможет избавиться от недобросовестных коллекторов. Более пристальное внимание к «выбивателям» долгов сделает рынок цивилизованнее и прозрачнее. Правонарушения обычно допускают полукриминальные фирмы, ориентированные на возврат индивидуальных долгов. Во многих регионах рынок продолжает оставаться диким. Крупные коллекторские компании самостоятельно и эффективно работают с жалобами и претензиями должников.

Проект федерального закона о коллекторской деятельности опубликован на сайте Министерства экономического развития РФ и активно обсуждается. В законопроекте предпринята попытка сформировать требования к профессиональным участникам рынка взыскания задолженности, отмечена необходимость появления надзорного органа, вводятся единые правила осуществления деятельности по взысканию долгов для кредиторов и коллекторов.

Опубликованный законопроект накладывает количественные и качественные ограничения на общение кредиторов и их представителей с должником. Однако ряд ограничений практически нереализуем, так как не поддается разумному контролю. Взыскателю запрещено осуществлять с должником контакт (звонки и голосовые сообщения с напоминанием о наличии долга) больше разрешенного количества раз. При этом не учитывается качество связи, вынуждающее перезванивать при ее обрывах. Преследуя цель защиты прав заемщиков, в том числе наиболее социально незащищенных категорий, на практике ограничения прав коллекторов могут стать для отдельных групп должников способом уклонения от погашения задолженности. Существует опасность гендерной и возрастной дискриминации потенциальных заемщиков, включая полностью платежеспособных.

Целесообразно обязательное членство всех профессиональных взыскателей в саморегулируемых организациях (СРО), когда исключение из СРО означает запрет на дальнейшую деятельность. Уставный капитал компаний для включения в СРО должен составлять не менее 3 млн рублей. Важно предусмотреть имущественную ответственность коллекторов за различные нарушения.

По оценкам НАПКА, к новым требованиям по размеру уставного капитала готовы только крупнейшие агентства. Уставный капитал «Национальной службы взыскания» и «Секвойя кредит консолидейшн» соответственно 67,6 млн и 4,5 млн рублей, у «Финансового агентства по сбору платежей» – 600 тыс. рублей, а у «Первого коллекторского бюро» – 194 тыс. рублей. Следовательно, почти всем фирмам-взыскателям придется повышать капитал [8].

НАПКА поддерживает создание государственного реестра, так как он позволит четко идентифицировать принадлежность к коллекторской деятельности и соответствие профессиональным требованиям. Поскольку сейчас коллектором может назваться кто угодно, допускаемые злоупотребления отражаются на репутации законопослушных компаний.

Помимо членства в СРО и требований к минимальному капиталу, условия попадания в реестр включают стандарты работы и этики, страхование профессиональной ответственности, раскрытие информации о структуре собственности агентства, о его бенефициарах и руководителях. Кроме того, компания должна соответствовать требованиям законодательства по обработке персональных данных и защите информации.

Благодаря участию НАПКА, защитников прав потребителей и Центробанка меняется характер взаимодействия коллекторов с заемщиками в направлении большей лояльности.

Частая претензия граждан к коллекторам – ошибочные требования, когда задолженность уже погашена или ее не существовало. Пока граждане месяцами обивают пороги банка для исправления ошибочной информации, взыскатели продолжают требовать возврата несуществующего долга.

Активность самих должников сокращает жалобы на коллекторов. В начале года появилось мобильное приложение «Антиколлектор», которое блокирует звонки и SMS от взыскателей. Однако для нейтрализации «Антиколлектора» банки и коллекторские агентства расширяют базу телефонов, с которых совершаются звонки.

Смягчение общения коллекторов с заемщиками объясняется усилением контроля со стороны банков за качеством работы своих партнеров. Когда рынок кредитования сжимается и новые клиенты не появляются, банки опасаются испортить свою репутацию, в том числе и из-за некорректного общения коллекторов, действующих от имени кредитора [9].

Банки используют «тайных должников», чтобы проверять качество услуг, которые предоставляют коллекторские агентства-партнеры. Помимо количества звонков, совершаемых должникам, с помощью такой практики контролируется вежливость общения. Проверка имеет место, когда к компании-взыскателю много претензий или работа низкоэффективна. Итогом проверок становятся рекомендации банка по взаимодействию с клиентами.

Возможности кредитора напрямую контролировать внутреннюю работу коллектора ограничены, поэтому благодаря «тайному должнику» банк получает объективную оценку организации взыскания. Такой вариант оптимален по соотношению трудозатрат и результата. Для проверки в листы обзвона включают сотрудников и руководителей. Все звонки записываются, чтобы отслеживать действия операторов по сбору задолженности. На основе анализа записей составляется план обучения, специалисты тренингового центра помогают повысить качество работы [10].

Все члены НАПКА практикуют постоянную запись и хранение телефонных переговоров с должниками. В ряде компаний разговоры операторов автоматически анализируются с помощью специального программного обеспечения, реагирующего на эмоциональный тон, запрещенные слова и т.д. За основу легенды «тайного должника» берут наиболее типичные ситуации. Например, по кредитной карте имеется просроченная задолженность, а должник отказывается платить, не понимая причину ее возникновения; в связи со сложной финансовой ситуацией должник не справляется с кредитной нагрузкой.

Тенденция повышения вежливости и этичности взыскания будет укрепляться. Хамство, грубое давление, угрозы, введение должника в заблуждение – признаки профессиональной слабости и несостоятельности взыскателя. Такие методы озлобляют и отталкивают должников, осведомленных о своих правах. Этичное взыскание становится эффективным, если коллектор – не автоинформатор, а консультант, предлагающий должнику полезную информацию и знания для решения финансовых проблем. Банковские кредиты различаются и не взыскиваются одинаково. Если коллектор разбирается в банковских продуктах и в законодательстве, он подскажет должнику, какие шаги лучше предпринять и в какой последовательности, чтобы минимизировать потери в личных финансах.

Разработку стандартов для взыскателей долгов координирует Совет по развитию профессиональных квалификаций финансового рынка, работающий в рамках Национального совета при Президенте РФ по профессиональным квалификациям (год образования – 2014). Появление стандартов деятельности – поворотный шаг в развитии рынка взыскания долгов, инициированный ведущими коллекторскими компаниями, которые стремятся избавиться от нецивилизованных игроков, использующих противоправные приемы [11].

Профессиональные стандарты для коллекторов – требования к специалистам, которые могут заниматься взысканием долгов граждан и компаний. Набор необходимых функций коллектора таков:

1) взаимодействие с должником на ранних стадиях взыскания долга (просрочка до 90 дней);

2) анализ досье заемщика, допустившего просрочку;

3) разработка плана мероприятий для клиента, начинающего погашать долги;

4) ведение переговоров с заемщиком и поручителями;

5) проведение внесудебной работы по взысканию долгов;

6) помощь должнику в инициировании процедуры реструктуризации задолженности (уменьшаются ставка процента и размер ежемесячного платежа, но увеличивается срок возврата кредита).

Профессиональный взыскатель осуществляет сбор данных о должнике, изучает его платежеспособность, выявляет причины просрочки, прогнозирует эффективность взыскания, составляет график коммуникаций. Стандарты предусматривают документирование целого ряда действий коллектора, в частности, итогов переговоров, уведомления должника, осмотра имущества.

Требования к коллектору включают:

1) хорошие навыки деловой коммуникации;

2) умение пользоваться специализированными базами данных и открытыми источниками для сбора информации о должниках;

3) умение взаимодействовать с бюро кредитных историй;

4) разработку системы мотивации для скорейшего погашения долга;

5) определение характера сообщений от заемщиков и используемых устройств;

6) умение взаимодействовать с госорганами и судами, приставами, в том числе для регулярных встреч с ними;

7) проведение финансового и юридического анализа взыскания задолженности;

8) владение современными информационными технологиями;

9) подготовку документов для участия в тендерах банков.

Следовательно, необходимо знание различных отраслей права, особенностей социально-экономической ситуации в различных регионах, межкультурной коммуникации, основ психологии и этики, технологии разрешения конфликтов и пр.

Коллекторские агентства самостоятельно занимаются подготовкой своих сотрудников. Каждой организации приходится проводить обучение сотрудников с нуля. Настало время готовить специалистов в высших учебных заведениях. Уже в 2016 г. финансовые вузы страны будут корректировать свои образовательные программы для подготовки специалистов данного профиля. В 2017-2018 гг. в вузах планируется вести курсы подготовки к профессиональному взысканию задолженности, а в 2020-х годах на рынке появятся первые дипломированные специалисты.

В ОКВЭД (реестр видов деятельности организаций) пока отсутствует запись и код сферы деятельности, соответствующий коллекторскому бизнесу. Профстандарт должен зафиксировать новое понимание работы взыскателей. Коллекторы – переговорщики, посредники, помогающие отыскать возможности реструктуризации, убедить кредитора и должника пойти на взаимные уступки. В мировой практике их воспринимают как финансовых консультантов, специализирующихся на банковских продуктах и управлении личными финансами.

Компетентное использование уже имеющейся информации о заемщике снижает стоимость коллекторской услуги. Интеграция информационных служб при дистанционной работе позволяет сосредоточить усилия на злостных неплательщиках, поддерживая доверие потребителей к финансовым организациям [12, с. 71].

Для эффективности взыскания коллекторы заинтересованы в получении максимума информации о должниках, потому инициируют возможность получения по запросу в органах власти и управления актуальных сведений о заемщиках. Процедура взыскания находится в правовом поле, поэтому не должны нарушаться права граждан на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну. Также важно не допустить злоупотреблений со стороны недобросовестных сотрудников коллекторских агентств.

Если федеральным законом будет установлен перечень информации, получаемой коллекторами из баз данных органов власти, последние не смогут отказать в ее предоставлении. Схема получения доступа – по официальному запросу или по специально созданному каналу связи – по аналогии с Федеральной службой судебных приставов, взаимодействующей с госорганами [13].

Предоставление коллекторам доступа к базам данных Пенсионного фонда, налоговой, регистрационной и миграционной службы, ГИБДД и операторов сотовой связи создаст их конкурентное преимущество перед банками, имеющими доступ только к базе ПФР. При расширенном доступе коллекторов к информации появятся основания отдавать банковские долги взыскателям. Уже сейчас наблюдается закономерность: коллекторы в случае работы с выкупленным портфелем получают почти вдвое больше, чем при аутсорсинге.

В России уже сделан важный шаг в институциональном развитии долговых отношений домохозяйств. С 1 октября 2015 г. появился институт банкротства граждан, который поможет лицам, неспособным обслуживать свои долги, освободиться от непосильного бремени [14, с. 106].

Вопросы защиты прав заемщиков от нерадивых взыскателей задолженности приобретают актуальность с учетом неблагоприятных внешнеэкономических и геополитических факторов, понижающих доходы и платежеспособность населения. Пока деятельность по досудебному взысканию долгов не регламентирована в полной мере. В сложившихся условиях сфере долговых услуг необходимы правовые и организационные новации, совершенствующие коллекторскую деятельность. Определив надзорный орган и требования к участникам рынка взыскания просроченной задолженности, можно очиститься от недобросовестных «выбивателей» долгов и поднять уровень работы отечественных коллекторов до международных стандартов.

Дальнейшее развитие кредитного рынка затруднено без цивилизованных коллекторских агентств. Банки могут продолжать ужесточение требований к заемщикам, осознавая сложности взыскания проблемной задолженности, но итогом станет отрицательная динамика объемов кредитования. Выполняя дисциплинирующую функцию, коллекторская деятельность придает рынку предсказуемость. Доступность кредитов для всех групп заемщиков возможна лишь при улучшении возвратности долгов.

Долги населения имеют качественные и количественные отличия по сравнению с бизнесом и государством. Специфика обнаруживается в параметрах обслуживания и возможностях рефинансирования долга, мотивах его формирования [1].

Бизнес и государство не торопятся погашать свои долги по ряду причин. Когда стоимость обслуживания долга для компании ощутимо ниже доходности активов, сопоставимых с величиной долга, то выгоднее его оставить, сосредоточившись на приемлемых границах рефинансирования. Бизнес не склонен отвлекать денежный поток на снижение (погашение) долга, если данный поток можно направить на инвестиционные цели с доходностью выше выплат по займу. Например, разумно сохранить долг в случае ставки по корпоративным облигациям, не превышающей средневзвешенную долгосрочную доходность от капитальных или финансовых инвестиций.

Для государства сокращение долга (особенно перед национальными кредиторами) не всегда желательно или возможно в условиях бюджетного дефицита, поскольку резервирование средств под погашение еще больше увеличит этот дефицит. Кроме того, сокращение государственных облигаций на открытом рынке может деформировать рынок РЕПО, так как облигации в мировой практике участвуют в залоговых аукционах по многим финансовым инструментам. Исчезновение с рынка долговых обязательств государства может спровоцировать нехватку ликвидных средств, что отражается на инвестиционном потенциале экономики [2].

Для населения, не ведущего предпринимательскую деятельность, долг выступает бременем, от которого требуется избавиться максимально быстро. По сравнению с бизнесом (особенно крупным) и государством домашние хозяйства ограничены в управлении долгом параметрами обслуживания и рефинансирования. При оценке предельного уровня заимствований домохозяйств следует учитывать жесткие экзогенные границы их деятельности.

Через долги население формирует дополнительный спрос сверх текущего платежеспособного спроса, основанного на собственных ресурсах. Добавочный спрос, финансируемый кредитами банков, возникает при: 1) отсутствии роста трудоспособного населения в целом; 2) растущей долгосрочной средней производительности труда; 3) норме сбережений, балансирующей возле 5% (усредненный нижний предел); 4) постоянстве прочих видов дохода, то есть доходность от финансовых активов близка к 0, арендные ставки неизменны, государство не увеличивает социальные отчисления.

Широкая доступность банковского кредитования для домашних хозяйств – признак высокой организации общества. Потребительские кредиты в счет будущих доходов увеличивают потенциал реального платежеспособного спроса, если присутствует научно-технический прогресс и поступательно повышается производительность труда.

При обслуживании долгов домохозяйств доминирует аннуитетная схема погашения кредитов, то есть с фиксированным ежемесячным платежом, который не меняется на всем протяжении пользования заемными средствами. Постоянная сумма аннуитетного платежа помогает точнее планировать личный бюджет. При этом суммарная переплата за период пользования кредитом оказывается больше, чем при использовании дифференцированной схемы погашения, где проценты начисляются на остаток тела кредита. В последние годы дифференцированная схема погашения является редкостью, поскольку менее выгодна банкам.

Взяв в долг сегодня, домохозяйства увеличивают текущее потребление, сокращая потребление завтра. С позиции макроэкономики наращивание долгов населением оказывает краткосрочный положительный эффект, но одновременно сокращает возможности будущего потребления при неизменной производительности (эффективности) труда. Рост долгов имеет смысл, если в обозримой перспективе создаются рабочие места, которые формируют новые доходы, расширяющие горизонты потребления. Доходы должны опережать темпы потребительской задолженности. При игнорировании отраслевой структуры экономики и ситуации на рынке труда в долгосрочном периоде проявляется отрицательный эффект долгов домохозяйств.

Если первоначально чистый прирост долгов способен стимулировать экономический рост через дополнительные расходы населения, то по мере увеличения потребительской задолженности реальный платежеспособный спрос будет сокращаться на величину обслуживания долгов. В результате прирост долга перестает покрывать затраты на его обслуживание, возникает ловушка долговой экспансии для населения.

Для компенсации отрицательного макроэкономического эффекта обслуживания долгов домохозяйств можно: 1) ускорить прирост чистого долга, но это чревато потерей его управляемости до уровня рефинансирования исключительно старого долга; 2) снизить ставки процента; 3) увеличить дюрацию (длительность) долга, что ограничивается естественными причинами эрозии и деградации залоговой базы (например, срок службы автомобиля короче срока кредита на его приобретение); 4) вовлечение в долговую экспансию все новых заемщиков.

Даже поверхностная оценка баланса доходов и расходов домашних хозяйств предоставляет важные сведения. Существует категория граждан, которые никогда не брали кредиты и не заинтересованы в них, но большинство населения имеют долги (например, в США свыше 70% лиц старше 20 лет). Величина дохода, которая направляется на обслуживание долга, сильно искажает картину потенциала потребительских расходов (прежде всего, у бедных слоев населения). При оценке совокупных доходов и расходов сразу всех домохозяйств возникают аналитические ошибки, так как должники фактически относятся к менее доходным группам населения, нежели следует из налоговых отчетов. В целом сумма обслуживания долга населения может выглядеть низкой величиной. Однако, чем менее обеспеченная группа рассматривается, тем сильнее расхождение между номинальным и фактическим доходом после выплаты долгов. Налицо диспропорция структуры расходов домохозяйств.

Долговое финансирование текущего потребления имеет неоднозначные последствия. Поскольку современное население имеет долги, не полагаясь целиком на собственные средства, при росте потребительской задолженности необходима коррекция на реальное изменение производительности труда и трансформацию отраслевой структуры занятости. Если долги сосредоточены в ипотеке, то мультипликативный эффект для национальной экономики скорее положительный. Если кредиты населению уходят в сферу приобретения импортных товаров, то эффект однозначно отрицательный [2].

Долговое расширение подстегивает эффективность труда, так как накопленная задолженность побуждает людей усерднее работать. Наличие кредита выступает для заемщика мотивирующим фактором. Кредит социализирует человека, осознающего последствия потери источника дохода. Работник с крупным кредитом более сговорчив, готов к переработкам, лоялен к начальству и согласен на понижение оклада ради сохранения работы. Не обремененный кредитами человек (особенно обеспеченный) имеет склонность к лени. Следовательно, существует корреляция между ростом производительности труда в стране и уровнем долговой нагрузки домашних хозяйств.

Перманентный недостаток средств у части человечества создает дополнительную мотивацию к труду через механизм кредитной экспансии. Отсутствие богатства и финансовой свободы означает недоступность достаточного объема собственных активов, позволяющих жить на ренту без необходимости работать, не теряя при этом в качестве жизни.

Высокая способность к сбережениям создает системный риск. При достижении определенного уровня благосостояния пропадает материальное побуждение к труду. Люди не станут выполнять тяжелую, утомительную и неинтересную и ответственную работу, если отсутствует адекватное денежное вознаграждение. Для бизнеса возникает ухудшение условий, так как дорогой труд не выгоден предпринимателям.

Для рабов принуждение к труду происходило путем причинения физической боли. Рабы не выбирали род деятельности, их жизнь определяли рабовладельцы. Теперь люди сами заботятся о себе, но свобода выбора часто сводится лишь к смене работодателя. Естественные физиологические барьеры препятствуют интенсификации отдачи от трудовых ресурсов.

Обслуживание долга из текущих доходов населения может стать слишком обременительным и запустить долговую пирамиду, когда новая задолженность формируется для покрытия старой. Снижение процентных ставок через продление дюрации долга смягчает проблему, но имеет объективные пределы.

При покупке товаров (услуг) нужно различать две ситуации: 1) человек накопил и купил; 2) человек купил в кредит. Получение кредита можно представить как получение дохода, а выдача кредита выглядит как реализация долгового продукта. Возникает вопрос о целесообразности введения налога на добавленный долг (НДД).

Сейчас товары, обложенные налогами при их производстве и реализации, покупаются на кредитный доход, который не облагается налогами. Это несправедливо по отношению к тем, что покупает товары на заработанные и сэкономленные деньги. Если получение кредита признать доходом кредитоприобретателя и взимать НДД, то государство избавляется от необложенной налогами денежной массы, а также воздействует на риск перепроизводства.

В экономической системе долг населения перераспределяет доходы между разными группами домохозяйств и способен вызывать социальное напряжение. Доходы домохозяйств, направляемые на выплату процентов по кредитам, перераспределяются в пользу банков. При этом банки делятся частью ренты с вкладчиками. Вкладчики, откладывая свое потребление на будущие периоды, становятся рантье. Значит, заемщики добровольно финансируют банкиров и вкладчиков.

Структура потребительского спроса неоднородна. В состав потребления обеспеченных групп населения входят предметы роскоши и инвестиционные активы. При изменении величины потребительской задолженности в структуре спроса меняется соотношение товаров местного производства, приобретаемых рядовым населением, и импортных товаров, а также удельный вес предметов роскоши и активов-«финансовых пузырей» (недвижимость и земля). Избыток потребительских кредитов и долгов населения деструктивен для национальной экономики по причине деформации социальной структуры общества.

Рассмотрим состояние долгов населения для крупнейших стран мира. Долг домашних хозяйств, превышающий величину ВВП страны, наблюдается сегодня в Австралии, Швейцарии, Нидерландах и Дании, близок к 100% ВВП – в Канаде и Норвегии. С 2007 года в США, Японии и основных странах Европы происходит делеверидж по долгам населения.

В макроанализе домохозяйств под левериджем подразумевают уровень их закредитованности, процесс наращивания долгов. Леверидж (leverage) – отношение заемных средств к собственным средствам. Делеверидж – сокращение долговой нагрузки, снижение темпов кредитования. Расширение кредитования населения обеспечивает экономический рост, но закредитованность делает хозяйственную систему неустойчивой. Именно в кризисные годы (2007-2008) кредитование в США достигло пика.

Почти для всех развитых стран (за исключением Италии) характерен долг населения свыше 50% ВВП, а в развивающихся странах превышение 25% ВВП – редкость. Китай стремительно наращивает долг населения – свыше 40% от ВВП (рост в 2 раза с 2007 года). За последние 15 лет в Германии и Японии наблюдается тенденция к сокращению долга населения, в крупных развитых странах Европы, в Великобритании и США происходит его стабилизация. Домохозяйства в остальных странах преимущественно наращивают долг.

В России долг населения составляет сейчас 16-17% ВВП. Это в 3-4 раза меньше, чем в США и крупнейших странах Европы. Однако долги россиян короткие и дорогие. Если пересчитать долговое бремя населения, то 16% в РФ эквивалентны 50% для США. Это сопоставимая долговая нагрузка, скорректированная на изменение номинального дохода.

Совокупный долг населения по всем странам составляет около 40 трлн долл.: на развитые страны приходится 33 трлн, на развивающиеся – 7 трлн (Китай – 4,5 трлн). Как и в случае с корпоративным долгом, в развитых странах рост долга населения прекратился с 2008 года, а в остальном мире с 2013-2014 годов начался его медленный рост [3].

Бум розничных банковских кредитов населению в России пришелся на докризисные годы. Дальнейшее прохождение пика платежей отразилось на потребительских расходах домашних хозяйств. В последние годы спад потребления оказался гораздо глубже, чем сокращение реальных доходов россиян.

Уровень текущей долговой нагрузки выступает критерием оценки рисков в розничном кредитовании. Опираясь на данных 4000 российских кредиторов (банки, микрофинансовые организации, кредитные потребительские кооперативы), Национальное бюро кредитных историй (НБКИ) исследует долговую нагрузку отечественных заемщиков с 2014 года. Для этого сопоставляется кредитная нагрузка (ежемесячные платежи, остаток долга по всем обязательствам, количество действующих кредитов и т.п.) с доходами, скорректированными на параметры рынка труда (регион, стаж, профессия, отрасль занятости заемщика). Долговая нагрузка (payment to income, PTI) – отношение ежемесячных платежей по всем кредитам к ежемесячному доходу.

НБКИ отмечает снижение долговой нагрузки отечественных заемщиков. Наиболее высокий PTI на 1 октября 2016 года по сравнению с аналогичным периодом прошлого года отмечен у работников охранных предприятий (30,8%), транспорта и логистики (28,5%), а также социальной сферы (26,9%). Самый низкий PTI зафиксирован в сфере телекоммуникации и связи (12,1%), информационных технологий (13,3%), маркетинга, рекламы и PR (19,9%).

Согласно расчетам НБКИ, средний розничный кредит в России за 11 месяцев 2016 года составил 164 тыс. рублей (вырос на 7% по сравнению с аналогичным периодом 2015 года). Средний размер автокредита составил 631,2 тыс. рублей (рост на 13,4%), лимит по кредитной карте – 53,3 тыс. рублей (вырос на 4,1%), размер ипотечного кредита – 1951,9 тыс. рублей (рост на 3,8%), кредит на покупку потребительских товаров – 126,1 тыс. рублей (вырос на 1,6%). Инфляция привела к удорожанию товаров и услуг, приобретаемых в кредит.

На 1 октября 2016 года структура российских заемщиков по возрастам такова: доля лиц до 25 лет в общем количестве заемщиков – 4,9%, от 25 до 29 лет – 14,9%, от 30 до 39 лет – 30,8%, от 40 до 49 лет – 22,4%, от 50 до 59 лет – 17,8%, от 60 до 65 лет – 5,4%, свыше 65 лет – 3,8% [4].

По данным Центрального Банка РФ, на 1 ноября 2016 года просроченная задолженность домашних хозяйств перед отечественными банками составила 1,04 трлн руб. (10% от общего объема ссуд). В 2016 году темпы прироста просроченной задолженности населения замедлились, но проблема «плохих долгов» по-прежнему довольно остра. Заемщики не справляются с ранее взятыми на себя обязательствами.

Актуальной становится задача по внедрению принципов и механизмов ответственного кредитования. Назрела необходимость в ограничениях на перекредитование увязших в долгах граждан. Новый кредит, выданный для покрытия предыдущего, загоняет заемщика в долговую яму, но зато банки максимально наращивают сумму долга и делают взыскание рентабельным. Непомерное раздувание долговой нагрузки влечет в кризисные периоды потери кредиторов из-за списания задолженности. Государство тратит финансовые ресурсы общества на оказание сомнительной помощи крупным банкам, вливая в них недостающую ликвидность.

Функционирование отечественного рынка коллекторских услуг подтверждает значительные масштабы списания задолженности в банковском секторе. Банки продают коллекторским агентствам безнадежные долги с существенным дисконтом. Функции коллекторов состоят не только во взыскании просроченной задолженности, но и в повышении финансовой дисциплины граждан-должников, поскольку важно предотвратить массовые невозвраты кредитов [5].

С начала 2017 года в России вступает в силу федеральный закон, регулирующий деятельность организаций, занимающихся взысканием долгов. Документ определяет нормы деятельности по возврату просроченный задолженности граждан, а также порядок их взаимодействия с кредиторами и коллекторами. Запрещается применение взыскателями физической силы, причинение вреда здоровью и имуществу, оказание психологического давления. Установлен лимит звонков должникам (не более 2 раз в неделю) и проведения личных встреч (не чаще 1 раза в неделю).

15 декабря 2016 года российский президент подписал указ о наделении Министерства юстиции полномочиями по регулированию деятельности взыскателей и Федеральной службы судебных приставов (ФССП) – полномочиями по надзору и ведению их реестра. С 2017 года коллекторы, не зарегистрированные в государственном реестре, не смогут заниматься взысканием долгов.

Чтобы ФССП приступила к свои новым обязанностям, необходимо соответствующее постановление правительства. 21 декабря 2016 года премьер-министр подписал постановление о передаче ФССП функций контроля за профессиональными взыскателями долгов. Правительство определило ФССП органом исполнительной власти, ответственным за реестр юридических лиц, осуществляющих деятельность по возврату просроченной задолженности. Для попадания в реестр необходимо заниматься исключительно коллекторской деятельностью.

Национальной ассоциации профессиональных коллекторских агентств (НАПКА) добивается того, чтобы деятельность взыскателей строго регламентировалась профессиональными и этическими стандартами [6]. Участники рынка взыскания надеются, что все необходимые законодательные изменения и нормативные документы будут опубликованы в срок, а ФССП успеет сформировать государственный реестр [7].

ФССП России функционирует крайне напряженно, поэтому без помощи коллекторских агентств не обойтись. Так, на начало сентября 2016 года на принудительном исполнении находилось более 63,3 млн документов. Фактически исполнено свыше 19 млн производств различных категорий. По итогам 8 месяцев 2016 года отмечается увеличение на 19 % (с 213284 до 253196) количества исполнительных производств, в рамках которых накладывался арест на имущество должников [8].

Кредитные организации стараются ликвидировать просроченную задолженность до начала действия закона № 230-ФЗ «О защите прав и законных интересов физических лиц при осуществлении деятельности по возврату просроченной задолженности…», ограничивающего действия коллекторов. Банки в 2016 году быстрее, чем в прошлом году избавлялись от портфелей «плохих долгов». Например, банк ВТБ24 намеревался до конца года продать коллекторам проблемные кредиты на сумму около 30 млрд рублей.

С 2017 года заемщик получает право отказать банку в продаже своей просрочки третьему лицу. Взыскание задолженности через суд отягощает банковский баланс и повышает административных расходы, связанные с судебными издержками.

В сложной макроэкономической ситуации банки стараются скорее обработать кредитный портфель и выставить на продажу безнадежную задолженность. Только в этом случае цена уступленного коллекторам долга будет максимальной. В 2016 году объем рынка цессии прогнозируется на уровне 0,5 трлн рублей (на 5% больше, чем в 2015 году).

Позитивный тренд текущего года – сокращение в 2,5 раза доли передачи портфеля «плохих долгов» по агентскому соглашению «4+» (размещение 4 и более раз). Европейской является тенденция, когда портфель размещается дважды, а затем выставляется на продажу коллекторам. В 2016 году стала преобладать категория «3». Одновременно снизилось количество первых размещений. В последние два года сокращение объема розничного кредитования способствовало исчезновению новой просрочки.

Новое законодательство усложняет работу российских банков и коллекторских агентств, но благоприятно для домашних хозяйств. Теперь заемщики вправе отказаться от встреч с коллекторами и от передачи долгов от кредитора третьему лицу. Продажа долга банком с минимальным количеством размещений выгодна заемщику, поскольку сумма долга перестает расти (замораживаются проценты, пени и штрафы). Коллекторы готовы предоставить должнику рассрочку погашения, которая соответствует его финансовым возможностям [9].

В середине 2016 года у банков-кредиторов появился инструмент упрощенного взыскания долгов. В любом кредитном договоре оговаривается, что при неисполнении либо ненадлежащем исполнении заемщиком своих обязательств банк вправе взыскать просроченную задолженность в судебном порядке. Изменения, внесенные в законодательство о нотариате, предусматривают возможность взыскания долга по кредитному договору в бесспорном (внесудебном) порядке – на основании исполнительной надписи нотариуса. С проставленной на копии кредитного договора исполнительной надписью банк сразу обращается в ФССП за принудительным взысканием задолженности. На судебное разбирательство не нужно тратить месяцы [10].

Упрощенный порядок взыскания долгов с физических лиц ограничивает заемщиков и создает угрозу коллекторскому бизнесу. Заемщики не смогут вступить в переговоры с банком, их долги будут взиматься автоматически. Для коллекторов нововведение означает сжатие рынка взыскания.

С 1 июля 2015 года в силу закона «О потребительском кредите (займе)» ограничены максимальные ставки по потребительским кредитам. На момент заключения договора полная стоимость потребительского кредита не может превышать среднерыночное значение, рассчитанное Центробанком, более чем на треть. Ограничение ставок сократило портфели розничных кредитов и привело к перетоку клиентов банков в сектор микрофинансирования [11].

В условиях падения уровня жизни микрофинансовые организации (МФО) стабильно расширяли бизнес на протяжении всего 2015 года. За второе полугодие 2015 года объем выданных средств увеличился на 35,8%. Особенно быстро (на 40% за полгода) росли «займы до зарплаты», на которые приходилось две трети общего количества.

По состоянию на 1 октября 2016 года суммарный объем займов населению, которые предоставили 2700 микрофинансовых институтов, составил 109,8 млрд рублей: 60,3 млрд рублей – для покупки потребительских товаров, а 49,5 млрд рублей – микрозаймы. НБКИ зафиксировало 7,97 млн действующих займов. В России уже порядка 10 миллионов человек воспользовались услугами МФО и КПК.

В 2014-2015 годах банки проявили осторожность, многим заемщикам получить кредит стало труднее. Спад объема необеспеченных розничных кредитов банков – одна из причин успеха МФО, которые ориентированы на рискованный сегмент заемщиков, имеющих негативные записи в кредитной истории или недостаточно прозрачных для банков.

Повальной миграции домашних хозяйств в МФО не произошло. Микрозаем – нишевый продукт, выступающий альтернативой банковским кредитам лишь в определенных условиях. Банковские заемщики привыкли к ссудам с большими суммами, более длительными сроками и низкими значениями ставок.

МФО обзаводятся постоянной клиентурой. По данным компании «Домашние деньги», 39% – «повторные» клиенты. Низкий уровень финансовой грамотности – одна из причин расширения рынка микрофинансовых организаций. Заемщики недооценивают свои возможности и риски, возникающие при обращении за кредитом в условиях, когда им не гарантированы работа и постоянный доход.

МФО вынуждены расплачиваться за неразборчивость в выборе заемщиков. Уровень просрочки по займам населению у МФО составляет, по данным НБКИ, 26,5% (около 18,3 млрд рублей). Прежде уровень просрочки был выше: на 1 октября 2015 года – 29,2%, на 1 июля – 30%. Снижение объясняется применением в ряде МФО современных инструментов управления кредитными рисками.

Каждая бизнес-модель МФО характеризуется определенным уровнем просроченной задолженности. Известны случаи, когда просрочка свыше 25% не приводила к существенным финансовым сложностям компании. Большую часть долгов заемщики с опозданием, но возвращают. При высоких ставках МФО справляются с проблемной задолженностью. Обычно МФО передают просрочку коллекторам по агентской схеме, поскольку на рынке цессии стоимость портфелей МФО несправедливо низка и нет готовности дешево продавать долговые портфели.

Существуют компании, которые выдают потребительские займы, не являясь МФО. Это «черные кредиторы», которые отсутствуют в реестре Центрального банка России. Нередко их процесс взыскания долгов доходит до криминального скандала, дискредитируя легальных игроков рынка.

С марта 2016 года для МФО проценты и иные платежи ограничены четырехкратным размером суммы микрозайма, что должно повысить требования к отбору заемщиков. В дальнейшем Банк России намерен ужесточать параметры таких ограничений [12].

В 2016 году Центробанк раскрыл более 170 финансовых пирамид. Сумма ущерба от деятельности пирамид в 2015 году составила более 5,5 млрд руб., а за первое полугодие 2016 года – всего 700 млн руб. В период с 2008 по 2013 год домашние хозяйства понесли потери на сумму 40 млрд рублей.

Сейчас создатели пирамид стали креативнее, осовременив мошеннические схемы. Список пирамид пополнился структурами, выдающими себя за кредитно-потребительские кооперативы (КПК) и потребительские общества. Главный признак пирамиды – нерыночные процентные ставки. Портфель займов таких КПК не диверсифицирован. Маркером нелегального КПК выступает отсутствие членства в саморегулируемой организации. Несмотря на контроль Центробанка, система страхования инвестиций в КПК находится на этапе становления. Регулирование не распространяется на потребительские общества [13].

В России в октябре прошлого года совокупный объем задолженности в сфере ЖКХ составлял 968 млрд рублей, из них долги населения – 250 млрд рублей [14]. В январе 2016 года российский президент указал на общую задолженность по ЖКХ в размере 937 млрд рублей. Согласно данным НБКИ, почти 80% граждан, являющихся злостными неплательщиками за услуги ЖКХ, с нарушениями обслуживают и свои кредитные обязательства.

Владельцы квартир обязаны вносить плату за жилое помещение и коммунальные услуги управляющей организации. Долги неплательщиков управляющие компании вынуждены закрывать, расходуя средства, предусмотренные на содержание и ремонт общего имущества. С 2014 года правительство ежегодно ограничивает рост совокупной платы граждан за коммунальные услуги (электро-, газо- и водоснабжение, водоотведение и отопление). В конце 2015 года в сфере ЖКХ законодательно ужесточена платежная дисциплина организаций и граждан.

В марте 2016 года в России упрощено взыскание долгов по оплате жилого помещения и коммунальных услуг, а также услуг телефонной связи. Теперь предусмотрено взыскание соответствующих долгов в приказном порядке. Судебный приказ выносится на основании заявления о взыскании задолженности или об истребовании движимого имущества от должника, если размер денежных сумм или стоимость имущества не превышает 500 тыс. рублей [15].

Высокий уровень задолженности в ЖКХ – серьезная проблема отрасли. Коммунальные долги аккумулируются на счетах фирм-посредников, нередко аффилированных с местными властями. Когда эти компании банкротятся, на их месте создаются другие. Крупные долги остаются, затрудняя энергетикам ремонт и обновление мощностей.

Возможно заключение прямых договоров между ресурсоснабжающими организациями (поставщики тепловой и электрической энергии, воды, газа) и конечными потребителями услуг в обход управляющих компаний. Министерство строительства и жилищно-коммунального хозяйства согласовало законопроект, который ликвидирует недобросовестных посредников между населением и энергетиками. Формируется механизм перехода поставщиков коммунальных услуг на прямые расчеты с домашними хозяйствами. В результате непосредственного взаимодействия с потребителями у ресурсоснабжающих организаций появится возможность истребовать долги у граждан в судебном порядке.

Задолженность граждан по налогам и сборам образуется по различным причинам. Налоговый кодекс предоставляет возможность добровольного исполнения своего обязательства в установленный срок. В случае несвоевременного выполнения налоговых требований возникает недоимка, то есть просроченная задолженность по платежам в бюджет. Игнорирование налогоплательщиком требования об уплате приводит к запуску механизма принудительного взыскания.

Российские налоговые органы в конце 2015 года утвердили новый порядок взыскания задолженности с граждан. Работодателям предписывается погашать налоговые долги своих сотрудников до 25 тыс. рублей за счет заработной платы. Налоговый орган получает информацию о должнике в Пенсионном фонде и отправляет работодателю исполнительный документ о взыскании долгов. Причиной нововведения стало ухудшение ситуации. Задолженность по налогу на имущество физических лиц к 1 августа 2015 года выросла по сравнению с 2014 годом на 34% (до 13,4 млрд рублей), а по транспортному налогу – на 24% (до 66,8 млрд рублей) [16].

Показателен пример Татарстана, где к концу 2016 года задолженность жителей республики по налоговым платежам составляла 7,3 млрд рублей. Около половины задолженности приходится на долги, взыскиваемые судебными приставами, задолженность банкротов, пени и штрафы. За 11 месяцев 2016 года недоимка по налогу на доходы физических лиц выросла на 68% (с 492 млн до 826 млн рублей). Поскольку НДФЛ – базовый налог для местных бюджетов и бюджета республики, отраслевым министерствам и муниципалитетам совместно с налоговыми органами дано поручение минимизировать недоимку [17].

С мая 2016 года для повышения эффективности сбора обязательных платежей с населения решения о взыскании налоговых долгов граждан выносят мировые судьи в упрощенном порядке. Прежде подобные дела рассматривались в судах общей юрисдикции. Решение о взыскании обязательных платежей и санкций мировые судьи выносят без разбирательств и участия сторон. На возражения по судебному приказу гражданину отводится 20 дней. Затем налоговая служба в течение месяца взыскивает задолженность. Взыскателем могут выступать налоговые органы, Пенсионный фонд, его территориальные подразделения и другие органы, контролирующие обязательные платежи и санкции.

За долги по налогам россиян начинают банкротить. С декабря 2015 года у Федеральной налоговой службы появилась техническая возможность подавать иски о банкротстве (несостоятельности) граждан, имеющих большую налоговую задолженность. ФНС два месяца отлаживала работу с саморегулируемой организацией арбитражных управляющих, которая участвует в процедуре подачи исков [18].

Личное банкротство, запущенное в России с 1 октября 2015 года, стало институциональным прорывом в системе долговых отношений домохозяйств. Упрощение признания персональной несостоятельности лежит в русле международной практики. [19, 20].

Количество потенциальных банкротов растет тревожными темпами. К сентябрю 2016 года число лиц, формально подпадающих под действие закона о личном банкротстве, НБКИ оценило в 621,9 тыс. человек. Это те, кто имеют просроченную задолженность более 500 тыс. рублей сроком свыше 3 месяцев (по всем типам розничных кредитов). С июня текущего года количество потенциальных банкротов выросло на 4,1% (24,9 тыс. человек).

Персональное банкротство для заемщиков – вынужденная мера, к которой необходимо прибегать лишь в крайних случаях. Россияне и их кредиторы вправе инициировать банкротство, но за год не произошло массового обращения граждан с заявлениями в арбитражные суды. Пока не наблюдается значительного числа завершенных процедур [21].

Процедура личного банкротства сложная и дорогая. Значительная часть населения избегает ее, не желая негативных последствий: временное ограничение права на выезд из РФ; 5 лет нельзя взять кредит без указания на факт банкротства; 3 года нельзя участвовать в управлении организацией; запрет на повторное признание банкротом в течение 5 лет.

Институт личного банкротства действует в большинстве стран. Так, ежегодно в США объявляют себя банкротами 300 тыс., в Германии – 90 тыс., в Канаде – 70 тыс. человек [18].

Применив процедуру личного банкротства, крупнейшие должники фактически уходят из-под опеки коллекторских агентств и судебных приставов-исполнителей. Так, в Татарстане судебными приставами в 2016 году взыскано 2 млрд долгов по кредитам, а неисполненными остаются производства на общую сумму 29 млрд рублей [17].

В России практика личного банкротства все еще нарабатывается. Пока не учтены налоговые последствия, ожидающие гражданина после списания долгов. Материальная выгода в виде освобождения от кредитных обязательств подвергается налогообложению. Несостоятельный должник обязан оплатить подоходный налог с задолженности, от которой его освободил суд. В ряде случаев у гражданина возникает обязанность уплаты налога с дохода, полученного от реализованного в ходе банкротства имущества.

Таким образом, долговые отношения домашних хозяйств сложны, многообразны и подвержены динамичной трансформации. Формирование эффективного долгового механизма в национальной экономике России требует совершенствования институциональной среды и инфраструктуры для цивилизованного взаимодействия кредиторов и должников.