Наука развивается настолько стремительно, что более консервативная культура не успевает за ней, потому научный прогресс диктует ценностные ориентиры современной культуре. «Традиционное общество на протяжении тысячелетий сформировало у человека специфическую ментальность. В ее основе лежало негативное отношение ко всякого рода инновациям» [1, с. 58], а в настоящее время инновация становится ведущей ценностью развития человека, реализуемой за счет его активного перехода в кого-то другого, во что-то другое. В большей степени этот переход затрагивает внешний облик человека и его тело. Так как «тело – самая показательная, динамичная и изменчивая форма культуры, отражающая все актуальные ее состояния» [2, с. 151], переход в Другого связан с обретением нового тела (косметология, фитнес) и приобретением присущей новому «телу» системы имиджевых ценностей. Обретение нового тела становится показательной ценностью, когда человек, воодушевленный выдуманным персонажем, начинает ему подражать и жить его жизнью. Например, герой культового фильма «Звездные войны» Дарт Вейдер, в образе которого многие современные подростки находят себя, примеряя его костюм и образ. В связи с подобными метаморфозами возникает понятие «культура отражения» – «способность человека отражать интерпретированную, переосмысленную часть культуры как свой образ» [3, с. 13]. Специфика культуры отражения заключается в том, что, человек, не умея ценить искусство, делает его частью своей жизни, тем самым становясь культурным героем или героем культуры.

Перевоплощаясь в новые для себя образы, человек не имеет возможности перенять присущие каждому образу ценности, а потому ценности не успевают усваиваться, как человек снова меняет себя. Среди «постоянных ценностей» при этом остаются усредненные ценности, тиражируемые массовым искусством и навязанные обществом потребления. Именно эти ценности становятся основополагающими для дальнейших перевоплощений. В первую очередь речь идет о ценностях категории «иметь».

По мнению Кутырева В.А., «Самая великая ложь нашего времени, которой предаются люди и правительства всех стран мира, что для счастливой, да просто благополучной жизни им не хватает средств» [4, с. 20].  Иллюстрацией данного тезиса служат многочисленные телепередачи и ток-шоу, в которых выигрышем оказываются крупные денежные призы или брендовые товары, приучающие нас к жадности и ненасытности, приобретению ненужных новых гаджетов, делающих нас успешными в наших же глазах. Та же цель у разнообразных конкурсов, в которых можно заработать «быстрые деньги», типа «Колеса фортуны», «Поля чудес», различных лотерей. В эту же упряжку жадности вплетаются и многочисленные распродажи, в которых можно с огромной скидкой купить совершенно ненужные товары («Чёрная пятница» США, «День холостяка» Китай). Даже реклама, благодаря которой мы приобретаем лучшую вещь, чем у соседа, манипулирует нашим сознанием, усиливая в нём компонент ненасытности.

Показательно, что стремление человека к постоянному накопительству и удовлетворение от новой покупки Кутырев В.А. определил как «апокалипсис в раю» [4, с. 20], подразумевая под этим понятием «сладкий кризис» современной цивилизации. Исходя из изменяющейся системы ценностей современного человека правомерно говорить об инфляции личности. Кутырев В.А. говорит даже не об инфляции, а  о конце эпохи Личности. «Она (Личность) растворяется, исчезает по мере того как человек окружает себя новой, все более мощной искусственной средой, развивающейся по собственным законам» [5, с. 46]. Вместо Личности он предлагает представителя Другого – Агента, спецификой которого оказывается отсутствие самости, креативности. В свою очередь Бондаренко Н.А. обращает внимание на утрату человеком доверия к собственному мышлению. Она пишет, что «Современный человек всю жизнь испытывает воздействие сил, стремящихся отнять у него веру в самостоятельность своего мышления» [6, с. 18].

Зайцева М.Л. в статье «Homo Synaesthesis: особенности эстетического восприятия и художественного мышления» заявляет о новом человеке -  Homo synaesthesis, имея ввиду «ступень развития современного человека, его способностей целостного восприятия, позволяющих преодолеть негативные последствия развития современной техногенной цивилизации [7, с. 1025]. В качестве аргументации приведем следующее ее размышление: «В современной культуре заметно возрос интерес к поиску новых форм эстетического восприятия и художественного мышления, основывающихся на синестезии. Художественный объект, содержащий в себе синестезийные идеи, обладает не только повышенной прагматической значимостью, он становится средством изменения сознания, обретения им соборной полноты» [7, с. 1022].

По мнению известного культуролога В.А.Фортунатовой, проблема человека заключается в том, что  «Человек стал в принципе не интересен человеку и, как следствие, потерял объем, который возникал в стремление постичь логику, понять суть ошибок, испытать восторг от подвига людей, что служило источником возникновения множества образов, указывавших путь другим, сделавших выход к высшим точкам бытия» [8, с. 356]. Она также отмечает, что дальнейшее развитие культуры невозможно без опоры на экономику: «Нравственная легитимация через экономическое начало – это путь к новой идеологии, к новому коллективному бессознательному, к обретению внятного мировоззрения, способного одновременно объединить и развести коллективное с индивидуальным» [9, с. 249].

Из множества существующих концепций и теорий дегуманизации ценностей и смыслов культуры, подробнее хотелось бы остановиться на известной работе «Революция сознания: Трансатлантический диалог» Станислава Грофа, Эрвина Ласло, Питера Рассела [10], так как многие современные теории в оценке причин культурного кризиса следуют пути, намеченному данными авторами. Книга была опубликованна в 1999 г. и переведена на русский язык в 2004. В форме доверительного диалога в ней рассматриваются особенности сознания современного человека, воспитанного на эстетике общества потребления.

Станислав Гроф – известный американский психолог и психиатр. Он является основателем трансперсональной психологии и специалистом в изучении изменённых состояний сознания. Эрвин Ласло – известный венгерский философ, основатель философии систем и теории общей эволюции. Питер Рассел – британский исследователь, автор научных работ о духовном пробуждении и сознании и их влиянии на будущее человечества. Вместе они говорят о необходимости культуре духовной скорой помощи и пытаются определить истоки духовного кризиса современности. На основе своих исследований они выдвинули теорию, согласно которой основной причиной культурного кризиса является  материалистическое сознание.

Как отмечает Рассел, «Вся наша цивилизация нежизнеспособна, и причина этого в нежизнеспособности нашей ценностной системы, самого нашего сознания, которое определяет наше отношение к миру. Нас приучили верить, что чем больше у нас вещей, чем больше мы производим, чем больше у нас контроля над природой — тем мы счастливее. Именно это и приводит к тому, что мы так склонны всё эксплуатировать, так много потреблять, не заботясь о других частях планеты и даже о других представителях своего собственного вида. Несмотря на все свои материальные возможности, люди чувствуют себя такими же подавленными, незащищенными и нелюбимыми, как и прежде» [10, с. 21]. Эту же идею продолжает Гроф, говоря о том, что «В определенном смысле сам факт насыщения и перенасыщения в сфере базовых материальных потребностей и породил кризис смысла и духовных потребностей в обществе. Налицо рост числа эмоциональных расстройств, злоупотребление наркотиками и алкоголизм, преступность, терроризм и насилие в семье. Наблюдается повсеместная утрата смысла, ценностей и перспективы, отчуждение от природы и общая саморазрушительная тенденция» [10, c. 27]. Далее он дополняет свою мысль рассуждением о том, что «гонка за материальными благами и рыночным рогом изобилия является для западной индустриальной цивилизации суррогатом давно утраченной духовности» [10, c.116].

Истоками сложившейся негативной культурной ситуации Рассел называет шестидесятые годы, когда «многочисленные представители общества бросили вызов главенствующему мировоззрению, разглядев новый способ поведения и общения с людьми и миром, не основанный на старой материалистической парадигме» [10, c. 27]. Также причиной кризиса он называет неумение современным человеком ценить искусство, руководствуясь принципом нравится или не нравится [10, c. 175]. Другими причинами кризиса Гроф именует необузданное насилие и «злобную агрессию» [10, c. 54]; «непомерное, зачастую необоснованное и нереалистичное почитание науки» [10, c. 54-55]. Также он обращает внимание на изменения религии и на то, что «личные духовные переживания представляют серьезную угрозу для организованных религий» [10, с. 68]. Продолжая анализ религии, Ласло делает вывод о том, что «организованные религии в их нынешней форме зачастую порождают раздоры и способствуют усугублению глобального кризиса. Но религия, основанная на подлинной мистической перспективе, могла бы по-настоящему изменить мир» [10, с. 73].

Негативным фактором развития культуры являются ее ценностные ориентации. В разрушительной силе культуры Ласло обвиняет СМИ. Ориентация на сенсации породила культуру потребления агрессии. «Настоящими» новостями оказываются те, в которых содержится агрессия или катаклизм [10, с. 148]. Рассел называет ценности Запада разрушительным оружием для развивающихся стран.  Он пишет: «С помощью товаров мы соблазняем жителей развивающихся стран покупать, а с помощью средств информации — особенно телевидения — поощряем их усваивать нашу автоцентрическую систему ценностей. Именно такая установка сознания и породила нашу коллективную невменяемость» [10, с. 120]. В Западной культуре уникальность отдельного человека ценится выше, чем коллективно-ориентированная личность. Рассел видит проблему в автоцентрическом характере ценностей, характеризуемом заботой о самих себе. Что думают обо мне другие люди? Получаю ли я то, что мне необходимо? Насколько я защищен? Есть ли у меня деньги, вещи и переживания, которые могут меня осчастливить? [10, c. 98]. Таким образом, благодаря дарам цивилизации участь функционирования человека все больше сводится к электрической батарейке.

В конечном счете акцентировка ценностей человека на самом себе и своих переживаний относительно окружающего мира должны привести к изменению ценностной парадигмы. Зачатки этих изменений Рассел усматривает в вегетарианстве, которое из причуды обросло концепцией здорового образа жизни и наметило сдвиг в сознании человека относительно воздержания употребления в пищу мяса. Другой показательный пример – озабоченность проблемами окружающей среды. Гроф делает вывод, что именно переживания способны ускорить трансформацию сознания [10, c. 102].

Также Рассел говорит о необходимости развития индивидуальности, так как господствующая в культуре самоидентификация связана с ограниченным чувством самости. «Многие выводят свою идентичность из того, чем они обладают и чем занимаются, из того, какими видят их другие, из своего социального статуса, из выполняемых ими ролей, из своей работы, из убеждений, которых они придерживаются, даже из машины, которую они водят» [10, c. 106]. Подобной идентичности грозит опасность изменений, коими и характеризуется изменчивая современная культурная ситуация. Человек старается соответствовать общепризнанным нормам, материалистическим представлениям о морали, что дает ему чувство защищенности, удовлетворенности и счастья. Можно говорить о том, что «ценность быть таким как все», ценность искусственно воссозданного образа, существенно подрывает подлинную идентичность и структуру личности, воссоздавая коллективный образ Другого. Такую индивидуальность Рассел называет слепой [10, с. 107], подразумевая под этим определением бесконфликтность взаимодействия человека и общества, когда человек становится отражением какого бы то ни было общества. Общества ложных идеалов, достижение которых невозможно, так как соревнование за брендовые вещи, деньги не способно принести чувство удовлетворения.

Исследователи называют главными бичами современной культуры агрессию, жадность и не умение жить в настоящем, а также не умение рационально пользоваться природными ресурсами, поставив в приоритет выгоду, а не жизнь человека и природы. Они предлагают с помощью духовной трансформации меняться в сторону гуманности, великодушия и умения жить в настоящем. Несмотря на все кризисные явления Рассел говорит о зарождении новой духовности и о новом духовном ренессансе (с.75), характеризующимся коллективизмом и отсутствием лидеров.

Обращая внимание на зависимость человека от материального мира, авторы приходят к выводу, что стремление к комфорту связано и со стремлением улучшения сознания. За прошедшие с выхода работы «Революция сознания: Трансатлантический диалог» прошло не так уж много времени, чтобы говорить о том, насколько изменилось в лучшую или худшую сторону сознание, однако, многие идеи совместного труда С.Грофа, Э.Ласло, П.Рассела находят свое отражение в современном мире и современных исследованиях социокультурной ситуации, межэтнических взаимодействиях. Например, их оценка позитивного влияния на сознание здорового образа жизни и возрастающее межэтническое напряжение на базе религиозных конфликтов. Человек не отказывается от ценностей материальной культуры, но все чаще выходит из зоны своего комфорта.

Таким образом, можно сказать, что авторы намерили некий дальнейший вектор позитивного развития нашего общества, в котором основными достижениями будут снижение агрессии, отказ от общественного мнения и стремления подстраиваться под окружающую действительность, которая толкает нас меняться не всегда в адекватном направлении; разумное потребление с акцентом на сбережение и возобновление ресурсов нашей планеты, а также раскрытие индивидуальности через осознание общности со всеми обитателями планеты, отказ от чисто материалистического подхода.

Авторы задали направление развитию нового гуманизма и конструированию нового человека, жителя «глобальной деревни» (М.Маклюэн), способного осмыслить и сохранить прежние ценности и традиции и взять лучшие идеи из своего времени, человека-творца, созидателя, хранителя старых ценностей и создателя новых.