Особенности конституции, пол, индивидуально-типологические, личностные свойства играют значительную роль в повреждении при хроническом алкоголизме тех или иных сторон психики. Как отмечают Б.С. Батусь и П.И. Сидоров, «алкоголь обладает свойством заострять индивидуальные особенности психики, а затем до известной меры их нивелировать» [3].

Цель: исследовать гендерную специфику личностных особенностей при алкогольной зависимости.

Методики исследования: Личностный опросник Г.Ю. Айзенка для взрослых (EPI); Шкала реактивной (ситуативной) и личностной тревожности Ч.Д. Спилбергера – Ю.Л. Ханина; Шкала нервно-психического напряжения Т.А. Немчина

Описание выборки испытуемых: Исследование проводилось на базе Регионального Диагностического центра, который занимается лечением алкогольной зависимости. Испытуемыми были пациенты данного центра, обратившиеся за помощью. Было обследовано 70 человек, 35 испытуемых мужского пола и 35 женского пола. Пациенты в возрасте от 20 до 50 лет (средний возраст 35 лет), имеют разный уровень образования.

Результаты исследования и их обсуждение:

Полученные результаты изучения индивидуально-личностных свойств по методике Айзенка позволяют оценить уровень экстра-интроверсии и нейротизма. Полученные результаты представлены в таблице №1. По результатам теста в группе мужчин преобладают экстраверты (Мср.=14,05) с высокой эмоциональной нестабильностью (Мср.=18,60); в группе женщин – интроверты (Мср.=10,20) с эмоционально неустойчивым типом (Мср.=15,35). Мужчины, имеющие алкогольную зависимость, более общительны, склонные к внешнему выражению своих переживаний и в тоже время эмоционально неустойчивы, с сильной реакцией даже на адекватные раздражители. Женщины более замкнуты, молчаливы, с внутренней рефлексией, склонностью к уединению, с аналогичной реакцией на раздражители.

Таблица1- Индивидуально-личностные свойства мужчин и женщин с алкогольной зависимостью

Результаты изучения уровня ситуативной, личностной тревожности и степени нервно-психической напряженности личности представлены в таблице №2.

Таблица 2 – Уровень ситуативной, личностной тревожности и степени нервно-психической напряженности мужчин и женщин с алкогольной зависимостью

Таким образом, ситуативная тревожность от умеренной до высокой преобладает и группе мужчин (Мср.=45,90), и в группе женщин (Мср.=47,0), возможно, пациенты волновались перед обследованием и находились в состоянии некоторой тревоги и нервозности. Личностная тревожность заметно преобладает в группе женщин (Мср.=50,40), что соответствует высокому уровню значений и характеризуется склонностью к драматизации событий, с возможностью частых эмоциональных срывов.

У мужчин преобладает умеренная нервно-психическая напряженность (Мср.=58,7), которая характеризуется достаточно выраженным состоянием дискомфорта, наличием тревоги, готовностью действовать в соответствии с условиями ситуации, что может свидетельствовать о значимости ситуативных условий, высокой степени мотивации субъекта. У женщин преобладает нервно-психическая напряженность с тенденцией к чрезмерной (Мср.=65,05), которая характеризуется наличием уже сильного дискомфорта, тревоги, переживанием страха и невозможностью справиться со своим состоянием, что, скорее всего, может являться следствием наличия фрустраций и конфликтов в сфере значимых отношений личности.

Оценка достоверной разницы показателей двух групп с использованием t-критерия Стьюдента выявила различия:

1) по экстра-интроверсии и нейротизму (p≤0,05), что достоверно указывает на выраженную экстраверсию и большую эмоциональную неустойчивость у мужчин, больных алкоголизмом. Им свойственна повышенная тревожность по поводу мелких житейских проблем, что выражается в чрезвычайной нервности, неустойчивости, плохой адаптации, депрессивных реакциях и необходимостью во внешнем выражении своих переживаний.

2) по уровню личностной тревожности (p≤0,05), что свидетельствует о достоверном преобладание личностной тревожности у женщин, они в большей степени склонны воспринимать угрозу своей самооценке и жизнедеятельности в обширном диапазоне ситуаций и реагировать весьма выраженным состоянием тревожности.

3) по выраженности напряженности (p≤0.05), у женщин достоверно сильнее выражена напряженность, что свидетельствует о наличии тревоги с переживанием страха. Мужчины имеют более низкие показатели напряженности, что свидетельствует о готовности действовать в соответствии с условиями ситуации, с возможностью контроля за поведением.

Заключение:

Таким образом, нами выявлена гендерная специфика личностных свойств людей, страдающих алкогольной зависимостью:

1. мужчины и женщины, имеющие алкогольную зависимость, достоверно отличаются по по экстра-интроверсии и нейротизму;

2. мужчины и женщины с алкогольной зависимостью достоверно отличаются по уровню тревожности;

3. мужчины и женщины, имеющие алкогольную зависимость, достоверно отличаются по степени нервно-психического напряжения.

Поскольку существует явная возможность попробовать применить положения теории биологических функций и биологических реакций к рассмотрению алкоголь-ассоциированных метаболических нарушений при столь же явной и нерешенной проблеме алкоголизма, то существующее положение вещей предрасполагает к оценке биохимических показателей при алкогольной аддикции с несколько иных позиций.

Цель исследования: оценить влияние предшественника восстановленного глутатиона на содержание мочевой кислоты в крови при алкогольном абстинентном синдроме.

Задачи исследования:

1. Выяснить динамику уровня мочевой кислоты в сыворотке крови при формировании алкогольной абстиненции;
2. Оценить воздействие предшественника восстановленного глутатиона на содержание мочевой кислоты в сыворотке крови у больных алкоголизмом.

Материалы и методы исследования

Проведено исследование уровня мочевой кислоты в сыворотке крови пациентов наркологического диспансера с диагнозом: «Психические и поведенческие расстройства в результате употребления алкоголя, средняя стадия. Синдром активной зависимости. Состояние отмены, неосложненное, средней степени тяжести» (F.10.242, F.10.302), выборка которых была сформирована в соответствии с критериями включения и исключения.

Критерии включения: возраст 35-50 лет; состояние алкогольной абстиненции при поступлении в стационар; информированное согласие пациента (или его родственников) на проведение исследования.

Критерии исключения: наличие аллергических, эндокринных или других заболеваний, способных оказать влияние на течение основного заболевания и результат исследования; прием наркотических и психотропных средств до поступления в стационар; отказ от участия в исследовании (по результатам беседы с пациентом или его родственниками).

С использованием этих критериев были сформированы группы больных, у которых взятие крови для исследования проводился в 1 (группа А1, n=12), 3 (группа А3, n=12), 7 (группа А7, n=12) и 10 (группа А10, n=12) сутки после поступления в стационар. Купирование абстинентных расстройств проводилось обычными медикаментозными средствами (дезинтоксикация, седативная терапия, витаминотерапия).

Для оценки влияния предшественника восстановленного глутатиона (препарат «Глутоксим») на динамику содержания мочевой кислоты были сформированы группы больных, у которых в лечении, дополнительно к стандартной схеме, использовали «Глутоксим», который вводили в течение 10 суток с момента поступления пациентов в стационар, внутривенно, в дозе 15 мг в сутки. Взятие крови у данных пациентов проводилось в 1 (группа А1+Г, n=10), 3 (группа А3+Г, n=10), 7 (группа А7+Г, n=10) и 10 (группа А10+Г, n=10) сутки лечения. Группу сравнения (группа К) составили 10 условно здоровых лиц аналогичной возрастной категории.

Определение содержания мочевой кислоты в сыворотке крови проводилось с использованием набора реагентов компании «Вектор-Бест». Принцип метода основан на том, что мочевая кислота под влиянием уриказы окисляется кислородом воздуха с образованием углекислого газа, аллантоина и пероксида водорода. Последний при взаимодействии с дихлоргидроксибензолсульфонатом в присутствии аминоантипирина образует хинонимин – окрашенный продукт. Интенсивность окраски реакционной смеси прямо пропорциональна концентрации мочевой кислоты в пробе. Содержание мочевой кислоты рассчитывали с учетом концентрации мочевой кислоты в калибраторе, равной 500, и выражали в мкмоль/л.

Статистическая обработка полученных данных проводилась с помощью компьютерных программ AnalystSoft Inc., Statplus, версия 5 и Microsoft Excel. В качестве основных характеристик описательной статистики применяли медиану (Ме), нижний 25-й (L) и верхний 75-й (Н) квантили (Me; L; H). Оценку статистической значимости различий проводили с использованием непараметрических критериев: Манна-Уитни (U) и Вилкоксона для связанных выборок (W) [7].

Результаты исследования и их обсуждение

Уровень мочевой кислоты в сыворотке крови у больных алкоголизмом при развитии алкогольной абстиненции составил: в группе «А1» 331,6 (282,5; 349,2) мкмоль/л, что на 31,3 % (pU=0,0033) выше, чем в группе сравнения.; в группе «А3» 308,6 (296,5; 332,1) мкмоль/л, что также на 20,9 % (pU=0,0033) выше, чем в группе сравнения; в группе «А7» 274,8 (257,2; 249,9) мкмоль/л; в группе «А10» 276,9 (253,1; 299,6) мкмоль/л. Статистически значимых отличий от группы контроля в группах «А7» и «А10» не выявлено (pU=0,1294 и pU=0,1379, соответственно).

При введении предшественника восстановленного глутатиона в схему лечения пациентов в группе «А1+Г» сохраняется повышенным уровень мочевой кислоты на 17,4 % (pU=0,0252) по сравнению с контролем и составляет 299,6 (267,0; 321,8) мкмоль/л. В группах «А3+Г», «А7+Г», «А10+Г» содержание мочевой кислоты составило 270,7 (260,8; 291,3) мкмоль/л; 276,9 (256,2; 319,2) мкмоль/л; 282,2 (261,4; 304,8) мкмоль/л, соответственно. Достоверных статистических отличий в этих группах от группы сравнения не выявлено (pU=0,1041; pU=0,0588; pU=0,0640, соответственно).

Статистически значимых отличий в группах пациентов с использованием в схеме лечения предшественника восстановленного глутатиона от групп больных, получавших стандартную терапию, при применении критерия Вилкоксона выявлено не было (pW=0,3081; pW=0,0858; pW=0,4755; pW=0,8127, соответственно).

Соединения эндогенного характера можно отнести к группе антиоксидантов в том случае если: 1) для вещества характерно наличие высокой концентрации в тканях и/или биологических жидкостях; 2) молекулы предполагаемого антиоксиданта способны связываться с соединениями, обладающими прооксидантными свойствами; 3) в результате реакции формируются менее химически агрессивные структуры [8, с. 615-631] .

После утраты в филогенезе клетками организма человека возможности образовывать аллантоин из-за прекращения синтеза фермента уриказы (уратоксидазы) [9, с. 78] и потери способности формировать аскорбиновую кислоту [10,с. 53] концентрация мочевой кислоты в крови стала значительно более высокой по сравнению с другими видами животных.

Реализация антиоксидантного действия мочевой кислоты обеспечивается ее присутствием в плазме крови на 98% в виде натриевой соли в состоянии диссоциации. В результате чего отмечается нахождение мочевой кислоты в кров, моче в виде одновалентного урат-аниона, который обладает повышенной стабильностью и не дает каскада цепных реакций образования перекисных радикалов [5, с. 284].

Умеренное потребление слабоалкогольных напитков не коррелирует с высокой концентрацией мочевой кислоты в сыворотке крови [11, c. e97646] и даже может вызывать снижение ее концентрации при экспериментах с оценкой влияния этанола на биохимические показатели крови [12, с. 408].

Отмечается, что хроническая алкогольная интоксикация ассоциирована с повышением содержания уратов в сыворотке крови вследствие: а) усиленного распада адениловых нуклеотидов с образованием предшественников мочевой кислоты [13, с. 457], [14, с. 477], б) ингибирования их экскреции с мочой [15, с. 3369], в) развития кетоацидоза [16, с. 35] с последующей г) интенсификацией формирования молочной кислоты и возникновением лактат-ацидоза, в результате которого проявляется антиурикозурическое действие лактата – подавление постреабсорбционной секреции уратов в проксимальных почечных канальцах [17, с. 563].

Понижение секреции уратов могут развиваться в условиях нарушения окисления клетками масляной кислоты с образованием кетоновых тел, которые вытесняют мочевую кислоту из связи с котранспортерами мочевой кислоты и органических анионов и переносятся в первичную мочу, а мочевая кислота эпителия проксимальных канальцев.

Повышение уровня мочевой кислоты в ранние сроки развития алкогольной абстиненции могут быть рассмотрены с положительной стороны в аспекте реализации мочевой кислотой своей антиоксидантной функции, связанной с активностью в отношении различных свободнорадикальных субстанций [18, с. 58]. Дальнейшее возвращение содержания мочевой кислоты к данным контрольной группы может обусловлено тем, что активные формы кислорода окисляют мочевую кислоту с образованием аллантоина [19, с. 720], [20, с. 667].

Повышение содержания метаболитов в межклеточной среде многоклеточного организма (в том числе, мочевой кислоты) предполагает запуск и реализацию биологической функции эндоэкологии – поддержания «чистоты» межклеточной среды – для предотвращения превышения соответствующей нормы для того или иного параметра. «Замусоривание» (littering) межклеточной среды предопределяет необходимость удаления ненужных веществ по механизму усиления гломерулярной фильтрации, что отражено в лабораторном тесте микроальбуминурии. Предполагают, что сопряженность данных процессов связана с увеличением давления крови в пуле внутрисосудистой жидкости (артериального давления); следующего вслед за этим усилением клубочковой фильтрации и нарушением полной реабсорбции альбумина из первичной мочи [5, c. 32,33].

Как при повышении содержания мочевой кислоты в крови отмечаются позитивные корреляции с увеличением концентрации С-реактивного белка [5, с. 295], развитием микроальбуминурии [21, с. 458], повышением артериального давления [22, с. 1466], так и при алкоголизме выявляется активация острофазовых белков [23, с. 309], выделение в составе мочи белков [26, с. 464] и симптомы артериальной гипертонии [25, с. 346].

Таким образом, можно предполагать, что в условиях алкогольной зависимости происходят определенные изменения в плане выполнения организмом по крайней мере биологических функций трофологии эндоэкологии.

При использовании в схеме лечения предшественника восстановленного глутатиона соответствие концентрации в сыворотке крови мочевой кислоты значениям группы сравнения происходит раньше. Вероятно, это изменение может быть связано с тем, что в результате превращения препарата при участии глутатионредуктазы образующийся восстановленный глутатион «берет на себя» определенную часть антиокислительной защиты, а повышенное количество мочевой кислоты в крови элиминируются реализации биологической функции эндоэкологии в биологической реакции экскреции.

Материалы и методы

В эксперименте использовали 76 беспородных крыс-самцов массой 180-220 г. Для формирования нарушений обменных процессов, аналогичных для алкогольного абстинентного синдрома, применяли модель экспериментального алкоголизма, разработанную проф. Абдрашитовым А.Х. и соавт. (1987). Согласно этой модели, которая позволяет смоделировать нарушения обмена веществ у крыс независимо от фактора предпочтения алкоголя, животным интрагастрально вводили 25% раствор этанола в дозе 8 г/кг в сутки в течение 4 дней и 4 г/кг/сут на 5 сутки. Животные подвергались декапитации под эфирным наркозом через 1 (группа А1, n=12), 2 (группа А2, n=12), 3 (группа А3, n=12) суток после заключительного введения алкоголя. Животным контрольной группы (n=10) проводилось интрагастральное, эквиобъемное введение воды.

Для оценки влияния этилметилгидроксипиридина сукцината (препарат «Мексидол», раствор для внутримышечного и внутривенного введений, в ампулах по 2 мл) на уровень мочевой кислоты в период реакции отмены этанола были сформированы три группы животных, которым внутримышечно вводили «Мексидол» 50 мг/сут в период развития реакции отмены этанола. Выведение животных из эксперимента и измерение показателей проводилось через 1 (группа А1+М, n=10), 2 (группа А2+М, n=10) и 3 (группа А3+М, n=10) суток после последнего введения алкоголя.

Статистическая обработка полученных данных проводилась с помощью компьютерной программы AnalystSoft Inc., Statplus, версия 5. В качестве основных характеристик описательной статистики применяли медиану (Ме), нижний 25-й (L) и верхний 75-й (Н) квантили (Me; L; H). Оценку статистической значимости различий проводили с использованием непараметрического критерия Манна-Уитни (U).

Результаты и их обсуждение

Результаты исследования показали, что уровень мочевой кислоты в сыворотке крови животных в группах А1 и А2 повышен по отношению к группе контрольных животных на 30,4% (pU=0,012) и 25,7% (pU=0,005), соответственно. Сывороточное содержание мочевой кислоты в данных группах составило 345,0 (294,4; 423,6) и 332,6 (316,5; 403,9) мкмоль/л, соответственно.

Оценка влияния этилметилгидроксипиридина сукцината на уровень мочевой кислоты в сыворотке крови лабораторных животных в 1 сутки реакции отмены этанола выявила увеличение данного показателя на 23,0% (pU=0,014) по отношению к контролю, значение которого составило 325,4 (307,9; 423,0) мкмоль/л. В следующие сроки оценки (2, 3 сутки отмены этанола) в условиях применения Мексидола содержание мочевой кислоты статистически не отличалось от значений группы сравнения.

Наличие мочевой кислоты в организме животных предопределено необходимостью удаления конечных продуктов метаболизма азота. В связи с тем, что при выведении азота из организма в виде мочевой кислоты объем мочи существенно уменьшается, она является, наряду с мочевиной, аллантоином, креатинином, креатином, аминокислотами, одной из важнейших форм экскреции азота из организма видов, жизнедеятельность которых осуществляется на суше. По причине мутационных изменений генетического материала в филогенезе насекомые, птицы, рептилии, человекообразные приматы и человек, потеряли способность синтезировать фермент уриказу (уратокидазу), который ускоряет превращение мочевой кислоты в аллантоин. Данные изменения обусловили более высокое содержание этого метаболита в организме указанных видов [1, с. 282]. В организме крыс мочевая кислота вместе с аллантоином является ключевым конечным продуктом катаболизма пуриновых азотистых оснований [2, с. 2931-2941].

Молекулы эндогенного происхождения рассматриваются в качестве компонентов антиокислительной системы при значительном их содержании в клетках и межклеточном пространстве. Также значимыми факторами, позволяющими расценивать вещества как антиоксиданты, являются их возможность реагировать с различными соединениями свободнорадикального характера с образованием нерадикальных форм молекул [3, с. 615-631].

Исходя из особенностей химического строения мочевой кислоты, ее молекулу предлагается считать компонентом эндогенной части антиоксидантной защиты, осуществляющим акцептирование активных метаболитов кислорода. 2,6,8-триоксипурин (мочевая кислота) может осуществлять инактивацию супероксидных анион-радикалов. Предполагают, что при этом активные формы кислорода обеспечивают (подобно уратоксидазе) превращение мочевой кислоты в аллантоин. Количественное определение аллантоина в тканях и биологических жидкостях представляется косвенным способом оценки интенсивности окислительной модификации белков. В качестве фактов подтверждения значимости предлагаемого метода приводятся данные о положительной корреляционной взаимосвязи параметров пероксид-индуцированной хемилюминесценции и уровня аллантоина [4, с. 586-591].

Антиоксидантный эффект мочевой кислоты связан с тем, что ее основной формой присутствия в плазме крови является диссоциированная натриевая соль. Это определяет формирование в крови одновалентного урат-аниона, имеющего увеличенную стабильность и не участвующего в образовании радикалов пероксидов.

При оценке влияния этилового алкоголя на уровень мочевой кислоты в крови и обмен пуриновых нуклеотидов в целом исследователями отмечено отчетливое воздействие только избыточной и длительной алкоголизации. В других случаях корреляции с сывороточным содержанием мочевой кислоты не выявляется [5, с. e97646.].

По данным Zhang J. et al. (2016) тканевой уровень пуриновых нуклеотидов снижается при моделировании хронической алкогольной интоксикации [6, с. 30639-30647], что, вероятно, является результатом их повышенного распада при воздействии этанола, согласно данным [7, с. 1598-1602]. Результаты исследований соотносятся с информацией [8, 457-462] о повышении уровня мочевой кислоты в сыворотке крови при хроническом введении животным алкоголя.

Также усиление катаболизма соединений, содержащих пуриновые нуклеотиды, подтверждается высоким уровнем пуринов в крови, выявленным Yamamoto T. et al. (1997) при сравнении влияния этанола и фруктозы на метаболизм азотистых оснований [9, с. 544-547]. Причиной такого изменения энзиматической деградации пуринов, в частности аденозинмонофосфата, может являться индуцируемое окислительным стрессом преобразование ксантиндегидрогеназы в ксантиноксидазу. Переходные изменения формы фермента объясняются относительно медленными кальпаин-зависимыми событиями протеолитической трансформации энзима, а также быстрыми окислительными модификациями меркаптогрупп, входящими в состав фермента.

Ксантиндегидрогеназная конверсия при алкогольной патологии во многом связана с наработкой большого количества восстановленной формы никотинамидадениндинуклеотида и возникновением вследствие этого состояния «протонной интоксикации». Механизм реакции превращения ксантина в данном случае меняется и требует участия кислорода с побочным формированием супероксидного анион-радикала, являющегося фактором запуска реакций свободнорадикального окисления различных внутриклеточных субстратов. Ингибирование в условиях воздействия этанолом ксантиндегидрогеназы, выявленное [10, с. 779-785], может представляться фактором, активирующим ксантиноксидазный путь распада пуриновых азотистых оснований, и обуславливать гиперпродукцию активных форм кислорода.

Другой причиной повышенного содержания мочевой кислоты может явиться развитие ацидоза, связанного с образованием избыточного количества молочной кислоты в результате сдвига равновесия реакций, ускоряемых НАД-зависимыми дегидрогеназами, вследствие «протонной» интоксикации при алкоголизации. Лактат обладает антиурикозурическим эффектом, обусловленным ингибированием в проксимальном отделе нефрона постреабсорбционной секреции урат-ионов. В работах [11, с. 35-57; 12, с. 268-274] показана ассоциированность алкогольного кетоацидоза с этанол-индуцированным увеличением плазменной концентрации мочевой кислоты.

Рассмотрение нарушений обмена веществ при алкоголизме в рамках теории биологических реакций и биологических функций позволяет предположить, как минимум, нарушение двух функций: трофологии и эндоэкологии. Наличие образующегося в условиях естественного метаболизма в клетках и появление в крови эндогенного этанола дает возможность говорить о поступлении при алкоголизации такого количества данного эндогенного субстрата, которое будет приводить к нарушению функции трофологии. При избыточном количестве поступающего субстрата, быстро встраивающегося в центральные метаболические пути, возникает существенное изменение многих процессов.

Тесно сопряжена с алкогольной зависимостью гиперпродукция активных свободнорадикальных субстанций. С данной точки зрения увеличение внеклеточного уровня мочевой кислоты может приобретать положительный оттенок, учитывая реализацию антиоксидантной функции. Однако при анализе изменений в аспекте теории биологических функций и биологических реакций повышенный уровень мочевой кислоты будет обуславливать начало выполнения биологической функции эндоэкологии, что вызвано необходимостью предотвратить превышение определенного значения параметров межклеточной среды. Считается, что универсальным механизмом устранения «замусоривания» (littering) межклеточной среды является увеличение скорости клубочковой фильтрации (гиперфильтрация). Выражением функционирования данного механизма предлагают рассматривать лабораторный тест микроальбуминурии. Последовательность событий определяется в порядке повышения давления крови, последующего увеличения интенсивности гломерулярной фильтрации, изменением полного обратного всасывания альбумина из первичного мочевого фильтрата [13, с. 3-13].

Дестабилизация антиоксидантного статуса при хронической алкоголизации отражается на структурной целостности и функционировании мембранных образований, физико-химических свойствах белковых молекул, проявлениях деятельности генетических структур. В данном случае действие (в обычных условиях считающихся минорными) компонентов антиокислительной защиты может приобретать значительно более весомый характер и внешняя лекарственная поддержка эффективности антиоксидантов характеризоваться как один из решающих факторов преодоления окислительного стресса [14, с. 37-43].

Выводы

В условиях моделирования нарушения обменных процессов при состоянии физической зависимости от этанола отмечается повышение уровня мочевой кислоты в сыворотке крови лабораторных животных. Значимость данного изменения может быть объяснена как с точки зрения, определяющей выполнение мочевой кислотой антиоксидантной функции, так и позиций нарушения биологических функций.

Информация о применении лекарственных веществ, обладающих антиоксидантным потенциалом, показывает определенное модулирующее влияние на сывороточное содержание мочевой кислоты при экспериментальном алкоголизме и может быть использована при разработке, оценке эффективности препаратов данной группы у больных алкоголизмом.

Даже небольшие дозы алкоголя оказывают влияние на обменные процессы нервной системы. Алкоголь воздействует на психику подростка, при частом употреблении нарушается развитие высших форм мышления, формирования этических, нравственных категорий и эстетических понятий, а также происходит утрата ранее приобретенных навыков и способностей.

В последнюю четверть XX века исследователи (В.С. Битенский, Б.С. Братусь, М.Г. Гулямов, В.Т. Кондратенко, А.Е. Личко, А.В. Митюхляев, Н.Г. Найденова, А.В. Погосов, П.И. Сидоров и др.) провели ряд работ, в которых осветили проблему подросткового алкоголизма и изменения личности больного алкоголизмом.

Алкоголизм в подростковом возрасте отличается характерными чертами, так как отсутствует физиологическая и социальная зрелость. Однако этапы формирования алкоголизма те же, что и у взрослых:

- психическая и физическая зависимость;

- изменение переносимости алкоголя;

- потеря количественного и ситуационного контроля;

- похмельный синдром;

- долговременные запои;

- социальные и биологические осложнения алкоголизма.

Алкоголизм подростка представляет собой форму аддиктивного поведения. Это зависимое поведение обладает сложной природой, обусловленной многими факторами [1].

Исследования специалистов из разных научных областей определили, что в генезисе алкогольной зависимости основное место отведено биологическим, социальным и психологическим факторам.

Биологические: Предрасположенность к алкогольной зависимости зависит от наследственности [1]. Г. И. Каплан думает, что в формировании алкоголизма основополагающее место занимает генетический фактор. Существует определенная физиологическая чувствительность к воздействию алкоголя [2].

Социальные: Уровень и качество жизни семьи, окружения сказывается на возникновение привязанности к алкоголю. Социальное окружение, например, может вызвать желание подростка выделиться или противоположно, не отличаться от товарищей, также влияют жизненные неудачи, нерациональное использование свободного времени. Группу риска составляют подростки конформного, неустойчивого и гипертимного типов акцентуации характера, также молодые люди из неблагополучных семей и/или плохо социализированные, которым часто приходится переживать стресс.

Отечественные исследователи (Г.Г. Заиграев и др.) считают, что подростковое пьянство и алкоголизм берет начало в семье. Склонность употреблять алкоголь больше у подростков из семей, в которых отсутствует взаимопонимание между членами семьи или присутствуют пьющие взрослые. Воспитание, ценности и пример взрослых формируют понимание подростка об видах отдыха и способах решения проблем [1].

Н. Я. Оруджев, О. А. Жигунова (2001) определили, наличие взаимосвязи между алкоголизмом обоих родителей и наличием выраженных преморбидных психопатологических черт (особенно возбудимого круга) и развитием грубой дезадаптированности у подростков, злоупотребляющих алкоголем, проявляющейся асоциальной и антисоциальной направленностью поступков и образа жизни в общем. Другие значимые факторы, влияющие на социальную дезадаптацию этой группы несовершеннолетних, исследователи относят соматические заболевания в анамнезе, ранний возраст злоупотребления алкоголем от полугода до 2 лет, наличие измененных форм алкогольного опьянения, воспитание в условиях безнадзороности (гипоопека) и неудовлетворительные бытовые условия [2].

Психологические: Обусловлены особенностями характера человека, его интеллектуальными, волевыми, эмоциональными, мотивационными чертами, умением противостоять стрессовым ситуациям, адаптироваться в обществе [1]. Л. Г. Леонова, Н. Л. Бочкарева (1998) определили факторы риска развития аддиктивного поведения. К ним относятся повышенный эгоцентризм; стремление к сопротивлению, упрямству, протесту, борьбе против воспитательных авторитетов; амбивалентность и парадоксальность характера; стремление к неизвестному, рискованному; обостренная страсть к взрослению; стремление к независимости и отрыву от семьи; незрелость нравственных убеждений; болезненное реагирование на пубертатные изменения и события, неспособность принять свою формирующуюся сексуальность; кризис идентичности; деперсонализация и дереализация в восприятии себя и окружающего мира; негативная или несформированная Я-концепция; гипертрофированные поведенческие реакции [2].

Алкоголизм в раннем возрасте, может привести к следующим последствиям:

Психологическим: ограниченность кругозора и мышления, косность привычек. Быстрая утомляемость, сложность сохранения концентрации внимания [1]. Значимую влияние оказывает опыт переживания психотравм. Выявлено, часто подростки, употребляющие алкоголь, имели опыт переживания психологической травмы. К психологическим факторам относятся: нравственная незрелость личности, индивидуально-психологические особенности, сложности переходного возраста, кризис становления личности [2].

Физиологическим: Происходит токсическое воздействие на головной мозг, ухудшается память, нарушается нормальный режим сна, возникает цирроз печени, биологическое старение протекает быстрее. Затрудняется восстановление организма после физиологических и эмоциональных нагрузок. Употребление алкоголя приводит сознание подростка в измененное состояние, что сказывается на его поведении.

На первом этапе происходит возбуждение – поднимается настроение, возрастает самооценка, человек становится более общительным, раскрепощенным открытым и смелым. Затем это чувство эйфории сменяется апатией: настроение ухудшается, возникает недовольство окружающими, проявляется конфликтность и агрессивность. В пубертатном периоде формируется нервная система, регулирующая деятельность всех органов. Психика зависимого испытывает большое пагубное влияние, вернуть её в обычное состояние после лечения почти невозможно.

Алкоголизм подростков приводит к патологиям в работе систем и функций организма. Нарушается деятельность сердечно-сосудистой, эндокринной, иммунной системы, желудочно-кишечного тракта, могут возникать воспалительные процессы в лёгких, бронхах, глотке, почках и мочевыводящих путях [1].

С подростками необходимо проводить работу по профилактике алкоголизма и заботится об организации их свободного времени, так как отсутствие досуга или занятий – это фактор риска, ведущий к потреблению алкоголя. В сознании подростка с юных лет должны закладываться антиалкогольные убеждения: о трезвом образе жизни, о невозможности употребления алкоголя во время роста организма, о безнравственности пьянства и алкоголизма, о формировании антисоциальной личности подростка, потребляющего алкоголь [1].

Таким образом, алкогольная зависимость подростков и взрослых отличается. В подростковом возрасте быстрее развивается компульсивное влечение и физическая зависимость. В связи с тем, что подростки не достигли психической и физической зрелости их алкоголизм приводит к быстрому возникновению и развитию тяжелых соматических, психопатологических и интеллектуальных расстройств.

Что касается механизма формирования алкогольной зависимости, то нарушения развиваются по следующей схеме. Изначально зависимый человек пытается скрывать свою привычку для того, чтобы избежать общественного осуждения, затем появляются многочисленные оправдания и предлоги относительно алкоголя. Более поздние стадии характеризуются примитивным поиском способа удовлетворения своей потребности в алкоголе. В результате у зависимого человека, начинают наблюдаться когнитивные нарушения: ухудшение внимания, памяти, мышления, работоспособности; поведенческие: действия становятся примитивными, прямолинейными, односложными.

Как правило, после пережитой травмы, человек может выработать определенные стратегии, чтобы с ней справиться [3]. Не многие из жертв обращаются за профессиональной помощью или рассказывают о пережитом опыте, однако события, вызвавшие травму, оказывают значимое влияние на всю жизнь. Алкоголь, в такой ситуации, может выступать для травмированного человека средством, помогающим забыть о проблеме.

Когда ребенок, перенесший насилие в детстве, взрослеет, и к нему возвращаются воспоминания о травматическом событии, у него могут возникать: чувство несправедливости, ярость, агрессия, отчаяние, грусть. Алкоголь может становиться средством преодоления травмирующей ситуации, формируя негативную зависимость. В данном случае, основной механизм формирования зависимого от алкоголя поведения – это стремление к уходу от реальности посредством изменения своего психического состояния.

Таким образом, травматический опыт оказывает сильнейшее влияние на жизнь человека. Пытаясь его проработать самостоятельно, люди выбирают различные пути преодоления. Как было отмечено ранее – алкогольная зависимость, может выступать для человека способом переживания опыта насилия, однако, тем самым становясь фактором, приводящим к деструктивным изменениям личности человека. Под воздействием алкоголя у человека появляются нарушения в структуре личности – человек не может адекватно определить цель своей истинной деятельности, утрачивает способы и действия, которые он использовал ранее – до возникновения зависимости. Наблюдается глубокая психическая декомпенсация. Желание удовлетворить потребность в алкоголе становится ведущей деятельностью в жизни человека, что способствует проявлению различных нарушений.

Рассматриваемая алкогольная зависимость, может являться некоторой попыткой понять насилие, пережить его и взять его под контроль. А «принятие» того, что происходит вокруг, является способом оправдать то, что произошло, снизить страх перед ситуацией и перевести ее в рамки «нормы». Алкоголь, диссоциация или смерть внутри жизни на время приносят освобождение от тревоги (Лейнг, 1995) [4].

Как правило, не все пострадавшие от насилия лица с алкогольной зависимостью обращаются за помощью или работают над тем, чтобы проработать травматический опыт. Чаще всего, существующие у зависимого человека «стратегии выживания», проявляющиеся в алкогольной зависимости, бывают настолько прочными, что человек не готов к разрешению такой глобальной проблемы. Тем не менее, обращение за профессиональной помощью является первым шагом для решения проблемы.