В данном случае необходим «метафизический» взгляд на предназначение культуры в целом как феномена человеческого бытия: функции культуры становятся наиболее транспарентными в свете основополагающих подходов к определению культуры [1, 2, 3, 4, 5].

Адаптационизм – одно из важных «крупных» направлений к определению культуры. Соответственно, главная функция культуры в ракурсе этого определения будет «адаптивной»: культура помогает человеку приспособиться к окружающей среде.

Надёжным теоретическим подспорьем к необходимости осознания неизбежности этой функции как первичной (по отношению ко всем остальным функциям) является концепция А. Гелена – одного из основателей культурной антропологии, внёсшего большой вклад в понимание специфики человеческого бытия.

Работа А. Гелена «Человек, его природа и место в космосе» посвящена в том числе и вопросу «специализорованности» любого живого организма на земле, однако для человеческого вида это не характерно: «В противоположность ко всем высшим млекопитающим, человек определяется морфологически прежде всего недостатками, которые в точном биологическом смысле должны быть обозначены как неприспособленность, неспециализированность, как примитивизмы, т.е. как неразвитость – следовательно, в сущности негативно» [6].

Таким образом, человеку необходимо было восполнить, компенсировать биологическую несостоятельность, инструментом стала культура, которая помогла адаптироваться к окружающему миру; и человек не только выжил, но и в полной мере раскрыл и раскрывает свою природу. Разнообразие этносов, уже утерянных человечеством, угасающих («забытые голоса» [7, 8]) и ныне живущих, показывает величие и разнообразие искусственно созданной человеком среды – культурного мира.

Наряду с адаптационизмом существует идеационизм как ещё один теоретический «мейнстрим» в определении культуры, который рассматривает её в качестве «идеальной» сферы: это вся совокупность продуктов «духовного творчества» (наука, философия, религия, мифология, искусство).

Созданная таким образом, «прослойка» культуры наделена важнейшей функцией «производства смыслов» разных видов: ценности, знания, регулятивы – это то, без чего существование человечества также не представляется возможным. Человек («коллективный человек»), отвечая на многочисленные вопросы (собственного) бытия, должен, в первую очередь, изобрести ответ на главный вопрос – зачем всё это, в чём заключается смысл его наличного бытия.

И здесь на помощь приходит культура, в рамках которой и средствами которой человек находит ответ(ы) на главные вопросы о себе, производя (культурные) смыслы собственного существования.

Информационно-семиотическая концепция культуры сближает адаптационизм и идеационизм, рассматривая культуру как находящийся в непрерывном (информационном) процессе накопления, модернизации и передачи от поколения к поколению мир знаков, охватывающий предельно широкий круг объектов и явлений культуры.

Исходя из этого выделяется (в рамках этого подхода) «генеральная» функция культуры: информационная. Культура предстаёт как непрерывный информационный процесс, не имеющий аналогов в природе: информация «отделилась» от носителя, стала существовать в особом – культурном – мире, который наследуется, непрерывно обогащаясь.

На наш взгляд, все остальные (не менее значимые) функции культуры (например, функция интеграции, социализации, интеграции…) так или иначе «упакованы» в рамки трёх представленных выше подходов к пониманию и дефиниции феномена «культура» и являются конкретизацией («уточнением») их «генеральных» функций: адаптации, производства смыслов и передачи информации.