С ростом рынка усиливается конкуренция, и, следовательно, усиливаются требования к процессу выдачи кредита. Неотъемлемой частью данного процесса является анализ кредитоспособности заемщиков. В настоящее время вопрос оценки кредитоспособности стоит особенного остро из-за очень большого процента невозврата кредитов.

Обычно под анализом кредитоспособности клиента понимают, во-первых, проверку благонадежности заемщика, и, во-вторых, оценку его платежеспособности. Под благонадежностью понимают, прежде всего, достоверность предоставленных заемщиком данных.  Под платежеспособностью – способность физического лица выполнить свои обязательства перед кредитным учреждением в полном объеме в оговоренные сроки.

Принимая во внимание тот факт, что основной причиной невозврата кредитов является мошенничество, и, учитывая, что в настоящее время проверка заемщиков производится вручную, представляется целесообразным автоматизировать систему проверки данных, предоставленных заемщиком и сразу же рассчитать его кредитоспособность.

Таким образом, объектом исследования в данной статье является анализ процесса принятия решения о благонадежности клиента, принимаемого автоматизированной информационной системой по проверке и анализу кредитоспособности заемщиков банка (далее АИС); целью исследования – автоматизация системы верификации данных, предоставленных заемщиком.

Различные этапы жизненного цикла кредитного продукта могут быть реализованы в одной или в нескольких информационных системах. Распределение функций по системам, а также механизм обмена информацией между ними определяют архитектуру информационной системы розничного кредитования в целом.

Скоринг является важнейшим элементом жизненного цикла кредитного продукта, по сути его «смысловым ядром».

Поэтому необходимость реализовать в системе или вне ее тот алгоритм скоринга, который «сконструирован» экспертами по риск-менеджменту, является критическим требованием при выборе системы. Если его нельзя реализовать внутри системы, необходимо обеспечить быстрый и надежный интерфейс к внешнему модулю или системе скоринга. Таким образом, требования, которые предъявляются к скорингу – это достаточное быстродействие (так как скоринг входит в общий цикл обработки), соответствие принятой в банке методике, возможность изменить и отладить алгоритм скоринга силами сотрудников банка.

Схематичный путь кредитной заявки в рамках проверки заемщика по кредитоспособности представлен на рис.1.

Рис.1.  Путь кредитной заявки в рамках проверки на кредитоспособность

В настоящее время на рынке существует три основных программных продукта, используемых службами безопасности: ИСУБД (инструментальная система управления базами данных) «CronosPlus» и  ДСПИ (документальная система поиска информации)  «Cros» производства ЗАО «НПК Кронос Информ», а также  АИПС  (Автоматизированная информационно-поисковая система)  «Артефакт» компании «Интегрум». Их принципиальное отличие заключается в том, что система «CronosPlus» работает со структурированной информацией, а «Cros» и «Артефакт» с неструктурированными текстами.  Рассмотрим подробнее принципы организации сбора, хранения и анализа данных, применяемые в этих системах.

Структура АИС должна строиться как совокупность взаимосвязанных функциональных подсистем.

В целом АИС и функциональные подсистемы должны обеспечивать:

1.         Обработку формализованного файла, полученного от банковской информационной системы (БИС).

2.         Формирование запроса на поиск данных в банках данных, подключенных к системе в соответствии с кредитной программой, в которой планируются участие заявителя.

3.         Поиск в информационных банках данных.

4.         Формирование файла – ответа по результатам выполнения запросов на поиск информации.

5.         Сохранение данных анкеты заемщика и принятого решения в самостоятельном банке данных.

6.         Администрирование работы подсистем АИС (копирование, восстановление, ревизия и оптимизация информации подсистем).

Подсистемы АИС

АИС должна состоять из следующих подсистем:

• Подсистема хранения информации (банк данных)
• Подсистема взаимодействия с банковской системой
• Подсистема поиска информации
• Информационные банки данных.

Схема проверки кредитной заявки в разработанной АИС представлена на рис.2.

Рис. 2. Схема проверки кредитной заявки в разработанной АИС

Рис.3. Форма для создания кредитных заявок

Действия пользователя в личном кабинете:

- создание новых кредитных заявок (check.php)

- просмотр решения по заявкам (index2.php)

- выход из личного кабинета (exit.php)

При просмотре решений по заявкам открывается страница, представляющая отчет по созданным кредитным заявкам. Решение показывается только по заявкам созданным текущим кредитным менеджером.

Рис.4. Отчет по решению созданных заявок

Связи между базами данных банка представлены на рис.5.

Рис.5. Связи между базами в банке данных «Система»

В России, где налоговых послаблений для компаний практически нет, инвестиции в инновации опаснее в разы. По мировым стандартам, отечественный бизнес характеризуется низкой активностью. По результатам исследований доля инновационно активных предприятий не превышает 12%.

Лишь 16% компаний сообщили, что внедряют нововведения, серьезно изменяющие и улучшающие качество. Совершенствованием производственного процесса занимается всего 9%.

Для сравнения: порядка 70% ежегодного экономического роста США было обеспечено именно за счет разработок новых товаров. Американские компании тратят в год до 20% чистой выручки на создание или улучшение своих товаров или производственных возможностей.

Рассмотрим конкретные цифры в области металлообработки. Объем потребления нового оборудования в 2007 году в России составил всего 600 млн долларов. Это в 25 с лишним раз меньше, чем у лидера отраслевой модернизации – Китая. Причина очевидна: в Китае многие годы идет непрерывный рост отраслей, поставляющих на экспорт продукцию машиностроения и потребительские товары.

Интересно изучить показатели удельного веса организаций, осуществляющих технологические инновации. Удивительно, что по этому показателю мы более, чем в 2 раза уступаем таким странам, как Болгария, Латвия или Мальта.

А есть ли в Саратовской области предприятия, внедряющие инновации? Оказывается, таких компаний десятки. Самые заметные из них:

Препятствия для развития инновационной сферы в РФ

• Главное, что усложняет создание новых продуктов – неопределенность результата. Риски инноваций считаются едва ли не самыми серьезными из всех, которые несут предприятия.
• Другая важная проблема для малого и среднего бизнеса   - сложность нахождения инвестиционных ресурсов. Диапазон вложений в одну разработку составляет от $100 тыс. – $50 млн. В России, по образному выражению одного из экспертов «…диабетозная экономика. Деньги вроде бы были, может, даже есть, а нет механизма, как их вложить в эти инновации».
• Высокие ставки по кредитам – ещё один барьер на пути успеху. Предприниматели в один голос твердят, что «…под 20 процентов можно кредитовать только нефть, оружие и наркотики. Не может существовать инновационной экономики при таком кредитовании».
• Недостаточная капитализация – еще одно препятствие для роста инновационных предприятий. Привлечение венчурных инвестиций в развитие производства зачастую упирается в несогласие собственников с оценкой стоимости бизнеса.
• В России нет внятной методики налогового учета затрат на создание нематериальных активов. Законодательство в Гражданском кодексе есть, но отлаженных механизмов его применения не существует.

Преимущества инноваций

• Когда речь идет о выгодах, обусловленных инновациями, подразумеваются, прежде всего, выгоды коммерческие, которые сводятся к экономии издержек или изобретению новой продукции.

Однако инновации могут приносить и другие преимущества — институциональные, политические и идеологические.

• Институциональные преимущества связаны с направлением творческого процесса. Творчество формирует ценности и поведение людей, что, в свою очередь, влияет на эффективность функционирования институтов права собственности, их определенность и защищенность.
• С политическими выгодами связаны инновации в области военных технологий. Когда инновации подобного рода осуществляются систематически, это может обеспечивать стране «монопольное» военное превосходство перед потенциальными противниками.
• Огромное значение имеют идеологические выгоды. Страна, где активно ведутся исследования и имеются соответствующие достижения, может стать примером для подражания в других странах. Страна — культурный лидер может мирным способом воздействовать на другие страны и формировать их облик по своему образу и подобию. В истории можно найти немало примеров того, как страны покоряли своих соседей не с помощью оружия, а привлекательностью своей культуры. Благодаря усвоению православной веры Киевская Русь со временем стала основным источником материальной и военной поддержки народов, когда-то входивших в состав Византийской империи. Другой пример относится к советской эпохе. Странам «капиталистического блока» не удалось получить военного или политического превосходства над «соцлагерем», однако в культурном отношении Запад, несомненно, одержал победу. Советская молодежь была покорена западной рок-культурой, интеллигенция — западными кинематографом и литературой, простые люди — импортными товарами, например «Пепси». Западные страны и в особенности США продолжают пожинать плоды своего культурного лидерства. Во многих странах они насаждают свои идеологию и ценности, причем далеко не всегда сознательно.

Что же необходимо для построения эффективной инновационной политики в Российской федерации?

Выработка чёткой стратегии – залог успешного будущего.

1. Усовершенствование законодательства – необходимо принять законы об инновационной системе, разъясняющие основные понятия в этой области, прописывающие полномочия органов государственной власти. Обязательно обеспечение выполнения законов на местах.

2. Стимулирование спроса на инновации со стороны бизнеса. При этом необходимо пропагандировать отечественные разработки, доводить результаты проводимых изысканий до широкой общественности.

3. Грамотный маркетинг и PR для предприятий, занимающихся разработкой инноваций, и научных институтов. Научные организации должны сами стремиться на рынок и искать инвесторов для своих исследований.

4. Государство должно обеспечить связь между отечественными производителями знаний и их потребителями, т.к. в условиях рассредоточенности научных ресурсов очень сложно добиться быстроты, эффективности и экономичности научных разработок. При этом научные центры должны быть максимально открытыми для заказчиков технологических разработок.

5. Поиск потребителей на мировом рынке. В качестве заключительного примера можно привести Финляндию и Южную Корею, у которых предложение высокотехнологичной продукции значительно превышает соответствующие внутренние потребности.

Данные предоставлены сайтом государственной статистики – http://www.gks.ru

Самые решительные шаги в области освобождения цен были предприняты в конце 1991 г. в связи с переходом страны к рыночной экономике. В декабре 1991 г. Президент подписал указ “О мерах либерализации цен”. Этим указом предписывалось с 02.01.92 г. перейти “в основном на применение свободных (рыночных) цен и тарифов, складывающихся под влиянием спроса и предложения на продукцию производственно-технического назначения, товары народного потребления, работы и услуги”. В январе 1992 г. цены были отпущены… Последовал взлет цен, который превзошел все прогнозы экономистов либерального направления, ратовавших за свободное ценообразование.

Таблица 1[1]. Индексы потребительских цен на товары и услуги населению по Российской Федерации в 1991-2009гг. (на конец периода, в %)

Как видно из приведенных данных, темп роста цен до 1998 г. постоянно снижался. В 1998 г., в связи с объявлением дефолта последовал оглушающий скачок цен, и уже в течение более десяти лет цены продолжают расти, пусть и темпы роста уменьшаются с каждым годом.

Сложившаяся ситуация была совсем непохожа на то, что происходило ранее в экономике государства. Рост цен был довольно незначительным.

Таблица 2. Индексы потребительских цен (1970 = 100)

Возникшая после либерализации цен тенденция их роста крайне отрицательно отразилась на уровне жизни населения. За 1992-1998 гг. потребительские цены повысились более чем в 4 тыс. раз, а номинальные доходы населения – лишь в 1000 раз. Следствием этого стало катастрофическое падение жизненного уровня народа.

Дальнейшее изменение экономического положения страны, повышение жизненного уровня населения потребуют больших усилий со стороны государства. Эффективность этой работы в значительной степени связана с перспективами улучшения государственной политики в области ценообразования.

О проблемах ценообразования на рынке недвижимости прямо говорит статистика. Даже несмотря на то, что цены на жильё в России одни из самых высоких в мире, они продолжали до последнего времени неуклонно расти. В условиях мирового финансового кризиса цены на недвижимость снизились лишь на 7-12%.

Таблица 3. Индексы цен на первичном рынке жилья по Российской Федерации (на конец периода; в процентах к концу предыдущего периода)

Таблица 4. Индексы цен на вторичном рынке жилья по Российской Федерации (на конец периода; в процентах к концу предыдущего периода)

Исходя из данных о структуре потребительских расходов населения, можно сделать вывод: за последние 5 лет россияне стали тратить меньше на продовольственные товары, но больше – на непродовольственные, при относительно постоянном уровне средств, затраченных на разного рода услуги.

Кроме того, интересно посмотреть на изменение потребительских цен в общемировом разрезе. Бросается в глаза, что наиболее стремителен рост цен в странах бывшего Советского Союза: России, Азербайджане, Казахстане, Таджикистане, Украине.

Таблица 6.  Изменение потребительских цен в отдельных странах мира (прирост, снижение (-); в процентах к предыдущему году)

Наконец, самые новые данные по ценообразованию в России показывают, что цены и тарифы по-прежнему растут, причём в некоторых областях (например, в сфере железнодорожных перевозок) причины повышения цен остаются неясными.

Таблица 7. Индексы цен и тарифов в 2009 году

В декабре 2009г. рост цен производителей промышленных товаров незначительно опередил увеличение потребительских цен.

График прироста индексов потребительских цен по месяцам за последние два года всё же настраивает на оптимистичный лад: темп роста индексов за вторую половину прошлого года и начало текущего снизился.

В рамках проекта инновационно-инвестиционной деятельности можно осуществлять инвестиционные проекты в модернизированную технику и технологии, необходимые для производства усовершенствованного продукта, что дает возможность сократить первичные вложения и получить дополнительную прибыль. Такие проекты более привлекательны и имеют огромный потенциал, однако главный минус таких проектов – ограниченность технологических инновационных исследований. В ходе осуществления таких проектов предприятия имеют возможность обновлять основные производственные фонды, накапливать финансовые ресурсы и производить продукцию с усовершенствованными характеристиками, что дает возможность выйти на более высокий уровень инвестиционных проектов[2,с.288].

Инновационно-инвестиционные проекты создают основу для формирования инновационного потенциала развития как отдельных предприятий, так и экономики страны в целом.

Однако для создания инновационного потенциала предприятия какой-либо отрасли необходимо сначала создать условия для осуществления инвестиций в инновационную деятельность.

Существует ряд проблем, препятствующих инновационно-инвестиционной деятельности в стране:

Во-первых, это отсутствие единой базы, в которой были бы объединены все инновационные проекты, что значительно бы упростило поиск информации для инвесторов;

Во-вторых, в информационных базах обязательно необходима подача экономических аспектов проекта (расчет чистого дисконтированного дохода, внутренней нормы доходности, описание показателей объема выручки, объемов производства и цены продукта), а также рассмотрение его потенциальных рисков;

В-третьих, работа действующих сегодня структур – инновационно-технологических центров, технопарков недостаточно эффективна, так как научные институты зачастую предлагают не те разработки, которые действительно необходимы бизнесу, но лишь те, что были созданы ранее на бюджетные деньги.

Также, усилия государства, прилагаемые к тому, чтобы «подтолкнуть» инновационные процессы, малопродуктивны: прекращение государственной поддержки автоматически ведет к стагнации инновационной деятельности, инициированной благодаря этой поддержке.

Для того, чтобы в долгосрочной перспективе прирост ВВП обеспечивался за счет инвестиций в инновации и новые технологий, необходимо:

1) увеличить финансирование науки до 2,5-2,8% от ВВП

2) увеличить численность исследователей до 700-800 тыс. чел.

3) обновить материально-техническую базу науки, увеличив в 5-7 раз фондо- и техновооруженность персонала, занятого исследованиями и разработками

4) последовательно повышать уровень оплаты труда в науке [1,с.24].

Инновации еще не стали фактором производственного развития (роста) как результат активной инвестиционной политики.

В силу отмеченных обстоятельств, государственная политика инвестиционной поддержки инноваций должна стать ведущим фактором, нацеленным на то, чтобы компенсировать, а в конечном итоге устранить недостатки существующей среды.

Цель данного исследования – анализ качественной и количественной структуры внешнеэкономических связей России с экономиками АТЭС, динамики и географического распределения взаимных товаропотоков в рамках форума; осуществление на базе этих данных оценки эффективности участия РФ в международных экономических отношениях в рамках форума АТЭС с использованием коэффициента интенсивности двусторонних товаропотоков, прогнозирование торговой зависимости стран-партнеров в рамках региональной группировки.
За истекшие десятилетия произошли значительные изменения в товарной структуре экспорта и импорта государств АТЭС. Для большинства стран значительно сократилась доля сырьевых товаров, в то время как значительно возрос удельный вес продукции обрабатывающей промышленности . В 2009 г. определяющими тенденциями двусторонних товаропотоков стран-участниц АТЭС и РФ оставались выраженная сырьевая направленность и узкая номенклатура российского экспорта, а также импорт готовой и высокотехнологичной продукции в Россию.
Для оценки степени интеграции между странами-членами АТЭС был рассчитан коэффициент интенсивности двусторонних товаропотоков стран-участниц АТЭС:

Iij = {Xij*(Mw-Mi)}/Xi*Mj,
где Iij – коэффициент интенсивности двусторонних товаропотоков страны i в страну j; Xi – общий объем экспорта страны i; Xij – экспорт страны i в страну j; Mj – общий объем импорта страны j; Mi – общий объем импорта страны i. Импорт страны j делится не на весь мировой импорт (Mw), за минусом импорта страны i, которая не может быть импортером собственного экспорта .
Анализ значений данного коэффициента, рассчитанного по данным о внешней торговле экономик АТЭС , позволяет утверждать, что эпицентром торговли в исследуемый период 2000-2009 гг. являлась Япония, тогда как сила притяжения США для большинства экономик (кроме Канады и Мексики) была не столь значимой.
В 2000–2009 гг. во всех экономиках АТЭС наблюдалась тенденция роста взаимного товарооборота. В 2009 г. взаимная торговля экономик АТЭС была наиболее важна для Канады, Мексики, Гонконга, Филиппин, Тайваня и Брунея, ее доля составляла 70-80% и больше. Процесс интеграции в АТЭС постепенно ускоряется, а Япония, КНР, азиатские НИС и Австралия участвуют в нем в большей степени.
Далее был рассчитан коэффициент интенсивности двусторонних товаропотоков между странами-участницами АТЭС и РФ. В 2009 г. он составлял с Китаем – 0,73, Республикой Корея – 0,60 и Японией – 0,40, со всеми же остальными партнерами по форуму его значения составляли 0,1-0,2, в связи с чем о значимых интеграционных процессах РФ с экономиками АТЭС пока говорить рано.
В дальнейшем недостаточная степень интеграции в АТЭС перестанет удовлетворять самые связанные экономики, поэтому они начнут интенсивнее искать торговых партнеров именно среди членов форума и расширять товаропотоки . В перспективе выделится группа экономик, заинтересованных в формировании эффективных многосторонних товарных потоков. Исходя из целей Богорской декларации, ближе к 2020 г. экономическое пространство АТЭС начнет быстрее структурироваться и обретать многоступенчатый характер .
Еще одной составляющей многосторонней торговой системы стран АТЭС являются Соглашения о свободной торговле. Степень вовлечения России в процессы заключения таких соглашений на пространстве АТЭС недостаточна. Сейчас Россия и без ССТ имеет беспошлинный режим для экспорта в США, Японию и Китай. Главная причина – топливно-сырьевой, ресурсоемкий характер отечественного экспорта, в мировой практике почти не облагаемого ввозными пошлинами. При сохранении сложившейся экспортной специализации РФ задача получения дополнительных льгот теряет свою важность и актуальность.
В ближайшие годы роль России в товаропотоках с экономиками АТЭС количественно будет увеличиваться, но качественно заметно не изменится: экономика останется источником сырья, материалоемкой продукции, а также рынком сбыта готовых изделий. Положение, сложившееся в машиностроении, не дает оснований рассчитывать на ускоренное увеличение экспорта машин, оборудования и транспортных средств (потребительские свойства и качество низкие). Однако возможно увеличение экспорта продукции авиакосмической промышленности, программного оборудования, продукции, связанной с энергетикой, судостроением и электронной промышленностью.
Основными торговыми партнерами останутся КНР, США, Япония, Республика Корея и Тайвань. У РФ имеются возможности расширения поставок оборудования для атомных электростанций в Китай и Вьетнам, а для технического переоснащения китайских электростанций, работающих на угле, РФ могла бы поставлять агрегаты, работающие на газе (экологически чистые, требующие меньше капиталовложений).
В перспективе торговля с экономиками АТЭС позволит диверсифицировать и улучшить структуру российского экспорта путем продуманной трансформации сложившихся торговых связей, их постепенного перевода в сферу промышленного, научно-технического, инновационно-технологического сотрудничества и преодолеть проблемы, связанные с углублением неравенства между развитыми и развивающими странами, подстегнутым глобализацией мировой экономики, протекционизмом в виде принятия новых односторонних ограничительных мер в торговле, а также низким уровнем российской вовлеченности в международную экономическую жизнь региона.

Разрабатывая действенную и эффективную систему развития сотрудников, большинство компаний забывают о продуманной системе мотивации, адаптированной для данной организации.

Существует три системы мотивации: система прямой материальной мотивации,система косвенной материальной мотивации, система нематериальной мотивации. В настоящее время система нематериального стимулирования в отечественных компаниях недооценена. Однако на нее стоит обратить внимание, поскольку она является одним из компонентов эффективной системы мотивации персонала для обеспечения организации высококвалифицированными работниками и снижения текучести кадров.

Для разных сотрудников одинаковые стимулы имеют совершенно различную ценность. Актуальной проблемой является разработка такой системы мотивации, которая позволит определять мотивационный профиль сотрудника и в соответствии с этим подбирать стимулы, наиболее ценные для него.

Предлагаемый инструментарий позволяет выявлять мотивационный тип сотрудника и выбирать наиболее подходящие для него стимулы и методы развития. В качестве модели была выбрана модель «Мотивация – стимул», предложенная В.И. Герчиковым. Согласно данной модели, каждый человек описывается мотивационным профилем, показывающим, в какой степени в нем присутствует каждый мотивационный тип. Условно доля мотивационного типа описывается числом от 0 (соответствующий характер мотивации полностью отсутствует) до 100 (человек описывается “чистым” мотивационным типом), и сумма всех чисел равна 100. Различают следующие пять типов мотивации: один тип избегательного класса – люмпенизированный и четыре достижительного класса – инструментальный, профессиональный, патриотический, хозяйский. [1] Понятийная модель “Мотивация-стимул” устанавливает связь между чистыми мотивационными типами и приемлемыми для них формами стимулирования.

Инструментарий выполнен в архитектуре клиент-сервер и для обеспечения более эффективной работы был реализован на языке Java с применением библиотек классов Swing. В качестве СУБД использовалось MySQL 5.0, доступ к данным осуществляется через Entity классы и JPAControllers с использованием Java Persistence API. Взаимодействие между сервером приложений и клиентом осуществляется при помощи архитектуры RMI.

При рациональном использовании инструментария значительно увеличивается эффективность применения мотивации и развития персонала в организации. Кроме того, такое решение облегчит работу сотрудников кадровых отделов, обеспечит хранение необходимой информации и систематизирует данные о мотивационных типов сотрудников.

Для России эти процессы крайне важны, потому что наша страна является крупнейшим внешним поставщиком энерготоваров в ЕС, выделяя для этого значительные объемы топлива из своих природных ресурсов и с внутреннего рынка.
Цель данного исследования – анализ новейших качественных изменений в европейской и российской энергетике последних лет, динамики показателей объема поставок энергоносителей из России и спроса на них в ЕС; осуществление на базе этих данных прогнозирования дальнейшего взаимодействия энергосекторов Евросоюза и России, учитывая имеющиеся соглашения между странами в энергосфере, прежде всего Договор к Энергетической Хартии и проект Протокола по транзиту к ней.
Основные проблемы сотрудничества стран в сфере энергетики связанны как с реализацией Евросоюзом энергетической стратегии, подразумевающей высокую степень координации действий участников группировки в развитии энергетического рынка и импорта энергии, так и с ростом спроса ЕС на российские энергоносители .

ЕС функционирует на наименее объемной собственной энергетической базе, располагая всего 25% мировых запасов нефти и 4% газа, которые могут быть в основном выработаны в течение ближайших 20-25 лет . По этой причине в странах Евросоюза активно применяются энергосберегающие технологии и ведутся разработки, касающиеся использования альтернативных источников энергии. Это снижает динамику спроса со стороны Европы на нефть и газ, но не сводит их к нулю. В результате при росте спроса на энергию к 2030 г. на 15% и значительном сокращении местной добычи нефти, газа и угля зависимость ЕС от импорта энергии вырастет до 70% против 50% в настоящее время .
Такой сценарий весьма благоприятен для наращивания российско-европейского сотрудничества в сфере энергетики. Однако внешняя энергетическая политика ЕС акцентирована не на взаимовыгодность торговли, а на диверсификацию и взаимозаменяемость поставщиков, особенно крупных, а также путей доставки топлива, при выборе которых нередко доминируют политические критерии. Евросоюз намеревается снизить долю в импорте трех своих основных поставщиков – России, Норвегии и Алжира – с 88% в 2008 г до 65-70% в 2030 году . С этой целью активно ведутся энергодиалоги с ОПЕК, странами Средней Азии, Ближнего и Среднего Востока.
При этом линия ЕС в энергодиалоге с Россией заметно изменилась. В Евросоюзе предположили, что заинтересованность России в поставках в Европу нефти и газа столь велика, что они будут продолжаться вне зависимости от того, будет или не будет ЕС оказывать содействие в развитии российского нефтегазового комплекса, и посчитали возможным требовать от России повышения внутренних энергетических тарифов и цен на газ, а затем предъявить ей «газовый ультиматум». Были подняты вопросы о необходимости выравнивания внутренних и внешних тарифов на прокачку газа, отмене или радикальном снижении экспортных пошлин на газ, обеспечении свободы транзита газа через российские трубопроводные системы и возможности свободного строительства частных трубопроводов, а также ликвидации монополии «Газпрома» на экспорт газа . Требования были сняты только после того, как в диалог вмешалось российское руководство. Радикальное и единовременное повышение цен, которого требовал ЕС, могло бы привести к коллапсу отечественной экономики.
Отдельные страны Евросоюза все еще требуют от России ратификации Энергетической хартии и Транзитного протокола к ней, хотя эти документы явно устарели и дадут ЕС односторонние преимущества. Их положения применялись бы исключительно к транзиту энергии из Средней Азии через Россию, но не к транзиту российских нефти и газа через территорию стран ЕС. По этим причинам Россия окончательно отказалась от ратификации этих документов.
Несомненным прорывом на энергетическом фронте является российско-германская договоренность о строительстве Североевропейского газопровода («Северный поток») для транспортировки российского газа со Штокмановского месторождения к побережью Германии. Вопреки официальной линии руководства стран, отдельные европейские компании находят для себя выгодным сотрудничество с нашей страной в области освоения месторождений газа. Так, например, в освоение Штокмановского месторождения включились французская Total и норвежская StatoilHydro. Группа голландских компаний во главе с Shell ведет переговоры об участии в разработке углеводородов на Ямале и шельфе Карского моря. Однако это выбор данных компаний, а не Евросоюза в целом. На государственном же уровне реализацию проекта «Северный поток», например, стремятся тормозить новые члены ЕС – прибалтийские страны и Польша, опасающиеся потерять после его ввода в эксплуатацию доходы от транзита российского газа .
Можно ожидать, что в ближайшие 15-20 лет энергетическая сфера будет по-прежнему являться важнейшей сферой сотрудничества России и ЕС. Но напряженность взаимодействия будет нарастать, а сотрудничество будет все больше похожим на конкуренцию. Причем к этой конкуренции будут подключаться новые страны, заинтересованные как в экспорте, так и в импорте энергоресурсов.

Questões da banca em geral, tem ocupado grande número de importantes teóricos nacionais e estrangeiros e profissionais da banca. Estudo da situação económica da existência de bancos modernos em relação aos paradigmas-científicos-básicos-financeiras realizadas tais proeminentes cientistas soviéticos como L. Abalkin A.G. Aganbegyan, A.A. Anfinogentova, O.T. Bogomolov, S.J. Glazyev, T.I. Zaslavskaya, V. Ivanter, V. Kuleshov, V.I. Majewski, V.L. Makarov, N.Ya. Petrakov, A.L. Tarasevich, L.S. Tarasevich, A.I. Tatarkin.
Enorme contribuição para a ciência feita de T.V. Nikitina, que estava entre os primeiros da Rússia indicou, que os bancos aplicam relatórios-transformação-otimização-mecanismo, e ele desenvolveu um conjunto de medidas para a sua apreciação e de identificação por métodos de testes de esforço, avaliação da qualidade do capital ea gestão de riscos, bem como através de uma avaliação global do desempenho da balança.
Alguns teóricos consideram a gestão interna de análise individual de risco do banco através do prisma dos dados contabilísticos dos bancos comerciais. Entre os adeptos dessa abordagem pode distinguir E.V. Arskuyu, A. Akhmatova, G.N. Beloglazova, L.P. Krolivetskuya, E.A. Lebedev, N.P. Radkovskaya, M.S. Seroshtan, L.V. Usatova, G.N. Scherbakovua e outros.
Alguns teóricos nacionais consideram a gestão de risco em bancos comerciais, através do prisma da probabilidade de uso de sistemas de informação automatizados usando ferramentas matemáticas em vários níveis. Entre os defensores desta concepção deve ser atribuído Alekserov F.T., Andrievsky, I.K., Banco V.R., Dick V., Zverev V.S., Krasavin L.N. e outros.
No entanto, juntamente com a Escola Nacional, uma consideração importante são bancário e representantes de escolas estrangeiras, tais como Aragonés J., C. Blanco, K. Dowd, J. Hull, J.S. Jordan, A. Katolay, M. Miller, R. L. Miller, Pearson N. D., Rose P.S., A. Shah, Thomas S., VanHoose D. D., Yuh-Dauh Lyuu, entre outros. Eles discutiram uma ampla gama de questões empíricas e fundamental do sistema bancário em diferentes posições científicas e paradigmático.
No entanto, esses autores opinião não tratadas de forma adequada as questões, relacionadas com as distorções de contas bancárias e os seus dados, de forma a minimizar os impostos, melhor desempenho quando com vista à aplicação da regulamentação formal, para a correção dos dados padrões oficiais de regulação, para olhar melhor na frente do Banco Central. O termo otimização restatements transformação contém uma novidade científica.
De acordo com a transformação de otimização do restatements ser entendida a modificação deliberada ou não deliberada das demonstrações financeiras de dados do banco, o que leva a uma mudança na informação percebida nas demonstrações financeiras, resultando em pode ser uma distorção da informação apercepção financeiros de usuários internos ou externos. A estabilidade econômica, deveria ser não só de informação mas também o fato, dada a otimização de transformação do banco, que deveria ser válido para todos os bancos na economia. Por isso, é importante levar em conta que os bancos podem distorcer deliberadamente uma parte dos seus dados.
É importante ter em conta a tendência de não refletir o público em geral (não Fiscal) de formas nas demonstrações financeiras do banco, decorrente, em parte reflete estado de os bancos das contas em seus relatórios, ao mesmo tempo, os grandes bancos podem refletir a conta na íntegra, enquanto a outra parte dos bancos, principalmente os pequenos bancos regionais, que não reflectem os dados da conta. Extratos bancários deve ser completa, mesmo à custa de algum grau de sigilo comercial, uma vez que corresponde ao princípio da transparência na economia e operações de mercado aberto. Isto é especialmente verdadeiro após a formas de informação: código 0409501 “de dados sobre os empréstimos interbancários e depósitos “, código 0409157, “Informações sobre os principais credores (depositantes) da instituição de crédito” (pelo menos não personalizar a personagem, isto é, sem especificar detalhes sobre determinadas pessoas – só seu número e quantidade), código 0409125, “Informações sobre os activos e passivos por prazos de vencimento e de reembolso de depósitos à vista” e outras formas de Informações, o atos regulamentar do Banco da Rússia. Extratos bancários deverão ser publicados também em IFRS para todas as aplicações na íntegra, bem como do parecer do auditor quanto à confiabilidade das instituições de crédito relatórios. Na Rússia, muitos bancos para o público em geral, refletem apenas o balanço ea demonstração de resultados para o IFRS, não permitindo ao público em geral de dados, em conformidade com as IFRS.
A classificação de transformações de otimização apresentados no diagrama abaixo.
Fig. 1 PORT [Alejandro Shemetev]

Fig. 1 – Classificação de otimização de demonstrações

Assim, é evidente que a otimização transformação das declarações podem ser divididos em dois grupos: no âmbito das regras e ilegal. Se, no entanto, classificar a otimização transformação das declarações em critérios qualitativos, podemos separar a otimização de transformação com vista a minimizar a base fiscal e otimização da transformação de um padrão de desempenho formalizada, parâmetros normativos estabelecidos pelo Banco Central. T.V. Nikitina e G.N. Beloglazova acreditam que os principais tipos de otimização transformação das declarações é de valores mobiliários, em especial, com as notas (bill), assim como reservas de reavaliação. Em nossa opinião, essas transformações podem ser descritas como comuns.
Junto com eles, há a otimização condicionada de transformação de declarações. Transformação condicional pode ser tidas em conta em termos de potencial para o banco manter sua estabilidade durante a crise. Deve-se notar, que nem todos os especialistas locais de acordo com as transformações condicional.
Reavaliação do activo imobilizado representa o valor do incremento do valor real de mercado dos ativos, classificados de acordo com as regras de normas contabilísticas aplicáveis, acordo com os critérios do valor e vida útil como um meio de base, do activo imobilizado.
No entanto, assumiu-se que o banco não é possível no caso de uma crise de vender todos os seus edifícios, equipamentos, instalações de produção, para pagar suas dívidas, mas, em seguida, novamente com sucesso comprá-los de volta. Não é possível para o banco para manter o status do banco, mesmo que seja um tempo, para perder os edifícios, equipamentos e instalações de produção.
Esta é a principal diferença a partir da planta; isso é o, que o banco é diferente, por exemplo, de uma fábrica ou outro negócio, que pode ter seu prédio não próprio e com êxito prosseguir as suas actividades. O estudo constatou, que este tipo de transformação de declarações, a transformação condicional, é o mais comum entre o sistema bancário doméstico como um todo, apesar do fato de que alguns bancos não usá-lo. Essa transformação é mais frequentemente usado abundantemente grandes bancos, que são as definições das fronteiras: do banco regional grandes ou apenas um banco de grande comercial.
Essa transformação não é usado mais frequentemente do que pequenas e médias empresas, bancos regionais, que estão tentando manter seus reais estabilidade, ao invés de estabilidade manequim na balança. Em nossa opinião, a estabilidade do banco não só deve ser condicional, mas real.
Junto com isso, há outras transformações de otimização de relatórios que podem ser classificados como condicional. Por exemplo, a polêmica, em nossa opinião, é a questão da revalorização do capital social no âmbito das regras, para não mencionar os casos em que tal revalorização vai até a borda.
Deixe os efeitos da hiperinflação do passado, porém, o índice de hiperinflação não foi calculada a partir dos preços de bancos de capital no sistema bancário russo, mas com base na alta dos preços de mercadorias, ocorreu como parte da produção do setor real da economia. Além disso, os dados reais, recebidos pelo Comité das Estatísticas doméstica, pode ser atribuído à categoria de espécie muito controversa, devido mudança freqüente de modelos e métodos de cálculo, as amostras, incluídas na cesta de índices, bem como a distorção provável de ambos os o original e as informações processadas, torna os dados estatísticos na Rússia é muito pequena fonte objectiva de informação sobre o estado da economia como um todo. Assim, para fins de determinação da estabilidade real do banco comercial, deve determinar o custo real do capital, ao invés de superfaturada, devido ao custo de estes e outros fatores.
Da mesma forma as coisas os depósitos subordinados. Pergunta sobre sua estabilidade é questionável.
Por um lado, é contrato a termo em tais depósitos, que protege os bancos com a retirada imediata de fundos das contas.
Por outro lado, a legislação vigente, especialmente o russo Código Civil não permite a presença de casos de posse ilegal, uso e descarte de dinheiro de outras pessoas, que vem como resultado da livre vontade do proprietário de reivindicar verbas ao abrigo da rescisão contratual.
A lei não estipula não rescindir o contrato, exceto quando tais contratos são totalmente duplicado as disposições de lei federal e constitucional, ou seja, nos casos em que o contrato não podia entrar. legislador, neste caso, seria orientado em qualquer caso, as normas da legislação em resolução de conflitos. A hierarquia das normas, Constituição da Rússia e do Código Civil estão acima de todas as normas, regulamentos, decretos e despachos, bem como cartas ao Banco Central da Rússia, Ministério das Finanças, Ministério do Desenvolvimento Econômico e outros departamentos. No caso da vontade consciente da contraparte para retornar a esse montante, o pedido será tratado de acordo com a prioridade do Código Civil e Legislação Constitucional da Federação Russa. Conseqüentemente, tal afirmação entra na categoria de reivindicação clássico, no caso envolvendo o Banco de terceiros, pode ter as características da ação negatory, isto é, automaticamente, isso significa o direito de um proprietário completo para reivindicar o montante do depósito subordinados e cancelamento de relações contratuais destinadas anteriormente.
Além disso, na Rússia, há também um mecanismo informal recuperar (reivindicar) subordinados depósitos em bancos regionais, que consiste em transformar a situação de modo, que o próprio banco queria reclassificar depósito subordinados em detrimento dos seus interesses e as normas existentes. Além disso, o proprietário do depósito Subordinadas será determinado pela legislação de modo, que é quase sempre abrangidos pelo uma pessoa com tem essa influência. Este recurso pode ser visto típico da Rússia. Uma análise mais detalhada deste mecanismo está fora do escopo deste artigo.
Estas características indicam uma fraqueza potencial do depósito subordinados em relação ao patrimônio capital normal. Por conseguinte, este valor pode ser totalmente atribuída à Restatements otimização.
No entanto, estas transformações otimização pode ser atribuída a otimização é condicional, uma vez que, no entanto, também pode ser um recurso de algum tipo de capital próprio, por exemplo, que reflecte as actuais regras contabilísticas dos bancos. Isso porque para este tipo de Reajustamento de otimização de uma categoria condicional.
Há transformação de otimização ilegal. Esta é uma categoria especial. Eles existem não só em bancos, mas também em empresas e organizações. Por exemplo, em empresas comerciais, desde que existam regras de contabilidade, impostos e outros registros. Em uma conta outros, se que um o intermediário e, ao mesmo tempo, a contabilidade provisórias é uma base para a formação de contabilidade e fiscalidade.
No entanto, a realidade é, que na verdade essas regras devem ser poucas pessoas plenamente usados.
Basicamente, essas regras são aplicadas a maioria das empresas estatais e municipais unitária, de otimização de transformação que se destinam a um aumento permanente nos padrões de relatórios que servem como indicadores da eficiência das empresas e do trabalho de diretores dessas empresas.
Outros, comercial empresas e organizações usam frequentemente relatórios de otimização de transformação em certos regimes-esquemas.
Nos bancos há uma situação semelhante. Nem todos os bancos totalmente aderir às regras. Alguns bancos estão, por vezes, dispostos a ir contra as normas, por diversas razões ambos os fatores objetivos e subjetivos.
Transformação de declarações, se você olhar alargada, ilegal otimização transformação de declarações atribuída ao esquema mostrado na Figura 1.
Em suma, devemos mencionar o fato de otimizar transformações relatórios de bancos comerciais – eles existem.
Algumas transformações são condicionais, isto é, eles podem ser levados para diversos fins, sob diferentes condições, algumas transformações são comuns, e alguns – contra a lei.
As limitações deste artigo, infelizmente, não permite mais plenamente lançar luz sobre esse fenômeno, por exemplo, examinou-o sob uma determinada categoria de bancos eo efeito que esses bancos tenham obtido como resultado da sua aplicação.
Este estudo pode ser alargado no contexto da utilização de certas classes de transformações de otimização de comunicação para determinados fins, bem como o sentido de analisar o efeito do uso de Reajustamento.
Você também deve acrescentar algumas palavras sobre como analisar Restatements otimização diferentes agentes económicos na Rússia contemporânea. No presente estudo analisou a otimização da transformação dos bancos regionais da avaliação por observadores externos. Assim, nesta categoria, há dois conceitos básicos de algumas contas bancárias de transformação: o cálculo dos limites das bancárias e classificação (Rating) de avaliação do sistema.
Técnicas Limite avaliar o banco no oficial e os sistemas de relatórios de gestão, ou seja, a diferença entre eles e colocando-a na análise, com a ênfase principal é sobre relatórios de gestão e identificação dessas de declarações oficiais e de outros canais de informação.
O sistema de classificação (Rating) tem um conceito diferente. O núcleo do sistema de classificação da análise de risco é o conceito de classificação de uma determinada amostra de bancos para um ou mais indicadores relevantes, na maioria das vezes sobre o montante total de activos ou de capital próprio do banco. Alguns escritores, como, por exemplo, Sofia Balcãs (Instituto de Pesquisa de Ghent, Bélgica), acredita que pode gerar resultados para o tamanho da empresa discriminante, que é o valor do logaritmo natural dos ativos de uma empresa ou banco. Analisando a prática dos bancos na Federação Russa, podemos concluir o seguinte. Se outro 5-10 anos atrás, o principal método para a definição de Reajustamento de otimização do banco para a existência de uma análise de risco foi a abordagem, muito demorado (Foi necessário para análise), de determinar os limites no banco, mas hoje a ênfase foi deslocada para a metodologia de rating, que é uma tendência negativa. Anteriormente, 5-10 anos atrás, cada banco tem departamentos especializados que estabelecem limites para determinados bancos, sabendo que apenas os bancos podem avaliar objetivamente o desempenho de outros bancos, que, ao mesmo tempo que era muito demorado e processo intensivo de recursos.
Hoje, no entanto, os bancos têm cada vez mais recorrem à utilização de empresas de terceiros para avaliar o sector bancário de uma determinada região, país ou do sector financeiro, em que há um certo grupo de bancos. Neste caso, toda a demanda (e aumento da demanda) é grande avaliadores bancários internacionais. Avaliadores de terceiros, por sua vez, costumam recorrer a ela pelo método de classificação (Rating) da estimativa do setor bancário.
Analisando o estado actual do sistema bancário da Rússia, as estimativas dos bancos nacionais, desde que por avaliadores internacionais, na maioria das vezes, falsas. A conseqüência disso pode ser considerado como um congelamento quase completo das atividades do Europeu e mercados financeiros dos EUA, principalmente devido precisamente este às crises bancárias, a incapacidade de avaliar adequadamente os bancos individuais, os riscos devido à análise do sistema de classificação.
Resumindo os resultados, podemos dizer o seguinte. Bancos são poderosas instituições financeiras hoje. O ambiente global de negócios e informatização alarga o âmbito da actividade bancária. A conseqüência é um: o congestionamento materiais, e congestionamento de prestação de informação pelos bancos. É uma quantidade muito grande de informações para a análise do setor bancário: este, por sua vez, gera uma enorme quantidade de informações, que agora está menos sujeita à análise de potencial. envolvimento ea utilização maciça dos bancos inquiridos transformações otimização.
Análise da otimização da transformação é impossível sem classificá-los. Uma das classificações, a primeira classificação como foi proposto por nós ao abrigo do presente artigo. Para um maior desenvolvimento desta questão, deve ser continuada a investigação nesta área e na formação de um debate científico nas publicações científicas.
A classificação proposta neste trabalho, fornece uma base potencial para uma variedade de áreas de investigação dos bancos. Os dados contidos neste artigo não se destina a cobrir todos os aspectos possíveis da banca. Conclusões e dados apresentados no artigo, justifica em estudos do sector bancário em vários aspectos e em diferentes períodos.

Автором было проведено собственное исследование вопроса повышения инвестиционной привлекательности Урало-Сибирского региона, прежде всего, г. Екатеринбург, г. Челябинск и г. Иркутск в результате чего были сделаны определенные выводы относительно возможных путей выхода указанных регионов из кризиса.

Основным направлением антикризисной стратегии развития региона и повышения его инвестиционной привлекательности, по мнению автора, должно стать направление повышение фактической финансовой устойчивости  коммерческих  региональных  банков  указанного  региона. Банки,  являясь  основными  поставщиками  капитала  в  экономику,  не должны придерживаться агрессивной финансовой стратегии, зашкаливающие их рисковые лимиты деятельности фактически сверх лимитов устойчивости. По мнению автора, основным направлением должна стать
борьба за прозрачность отчетности коммерческих банков и борьбы с оптимизационными  трансформациями  отчетности  коммерческих  банков, которые автор определял в своих предыдущих публикациях. Это должно, с одной стороны, повысить инвестиционную прозрачность данного региона, с другой стороны, его антирисковую устойчивость и сократить
объемы и масштабы цепных реакций неплатежей вследствие вероятного ухода части региональных банков с рынка в результате реализации ими сверхагрессивной стратегии.

В рамках проведенного автором исследования был произведен полный охват региональных банков за период с нач. 2007 по нач. 2010гг. с помесячным срезом показателей региона Свердловская область, которая по своим характеристикам имеет много схожих черт с Иркутским регионом. Следует отметить, что данные до 2007г. В банковском секторе яв-
ляются  мало  сопоставимыми  с  последующими  данными  вследствие

Например, см. О составлении публикуемой отчетности за 2007г. Письмо ЦБРФ №25-12-5/803 от
30.01.2008г.; О правилах ведения бухгалтерского учета в кредитных организациях, расположенных на
территории Российской Федерации и составлением годового бухгалтерского отчета за 2007 год По-
ложение Банка России №302-П от 26 марта 2007г.

комплексных изменений в банковском законодательстве . Проведя комплексный анализ указанных банков автор приходит к выводу, что повышение инвестиционной привлекательности и, косвенным образом, устойчивости региональных коммерческих банков перед инвесторами лежит в повышении прозрачности отчетности банковского сектора путем, в частности, внедрения публикаций отчетности по стандарту МСФО в полном объеме с приложениями для каждого банка региона, что должно показать его прозрачность.

Вторым направлением должно явиться повышение международного имиджа региона и удешевление иностранного туризма в данном регионе. Основным фактором, отпугивающим иностранных туристов с туристических маршрутов по городам транссибирской железнодорожной магистрали, основным звеном которого является г. Иркутск и озеро Байкал, являются факторы дороговизны и факторы получения недостаточно ярких впечатлений самими туристами. В особенности это касается деловых туристов, для которых часто нет особых и краткосрочных программ по их ознакомлению с г. Иркутском и его инвестиционной привлекательности, а также по аналогичному показателю всего региона озера Байкал в целом.

В период с 2006 по 2010гг. автором было проведено собственное исследование вопроса того, что иностранные туристы и инвесторы полагают относительно инвестиционной привлекательности основных городов, расположенных на пути транссибирской железной дороги. Автором за указанный период было опрошено устно и письменно более 3.000
иностранных туристов из разных стран, в основном, стран Европейского союза, Северной Америки, Австралии и Новой Зеландии, а также ЮАР и прочих стран, среди которых было опрошено 32 крупных инвестора и 26 видных зарубежных деятелей культуры. В результате было выявлено, что  среди  наиболее  крупных  городов  указанной  магистрали  региона
Урала  и  Сибири:  Екатеринбург,  Новосибирск,  Красноярск  и  Иркутск. Наибольшей  туристической привлекательностью  до  кризиса  пользовались два города: Иркутск  и Екатеринбург. Данные города выделили более 98% опрошенных. Однако привлекательность данных городов среди деловых инвесторов и деятелей культуры выглядит следующим образом.
Екатеринбург  смотрится  как   наиболее  привлекательный  по  данным сферам город (100% отметили его привлекательность). Данное положение вещей оправдывается более европейским положением г. Екатеринбурга,  нежели  всех  остальных  городов  Урало-Сибирского  региона,  а также большей развитостью экономики в аспекте финансовой деятельности, прежде всего, банковского дела. И это несмотря на то, что потенциал региона Иркутск выше аналогичного у Свердловского региона, однако эффективность использования потенциала ниже. Здесь встает важный вопрос о значении имиджа региона.

По мнению автора, имидж может быть поднят за счет повышения уровня  международных  отношений  и  связей  Иркутского  региона  по всем  основным  сферам  деятельности:  наука,  культура,  инвестиции, СМИ и так далее. Вторым важным вопросом является вопрос повышения финансово-экономической активности региона, ключевую в которой
должны сыграть именно банки, их финансовая устойчивость, которая возможна только в случае отказа всех региональных банков от агрессивной и умеренно агрессивной финансовой стратегии.

Рис.1 Структура интеллектуального капитала.

Человеческий, организационный и потребительский капитал взаимодействуют друг с другом. Недостаточно инвестировать в каждый из них по отдельности. Они должны поддерживать друг друга, создавая синергетический эффект, и тогда происходит перекрестное влияние одних видов нематериальных активов на другие.

Человеческий капитал – это та часть интеллектуального капитала, которая имеет непосредственное отношение к человеку, и на уровне компании к ее трудовым ресурсам. Он  включает знания, практические навыки, творческие способности людей, их моральные ценности, культуру труда [3]. Организационный капитал – это та часть интеллектуального капитала, которая имеет отношение к организации в целом и определяет ее материальные, интеллектуальные и инновационные средства, которые работники компании используют в своей деятельности. Сюда входит техническое и программное обеспечение, организационные структуры, патенты, брэнды. Организационный капитал является в большей степени собственностью компании и может быть относительно  самостоятельным  объектом  купли-продажи.

Клиентский капитал – это та часть интеллектуального капитала, которая формируется в процессе взаимодействия с клиентами (устойчивые связи с клиентами, маркетинговые возможности, клиентские базы данных)[4].

Для интегральной стоимостной оценки величины интеллектуального капитала в теоретических работах, а также в практике деятельности многих фирм применяется коэффициент Тобина, то есть отношение рыночной цены компании к цене замещения ее реальных активов (зданий, сооружений, оборудования и запасов). Сегодня для большинства компаний значения коэффициента Тобина колеблются от 5 до 10. Для наукоемких фирм этот коэффициент еще больше. Если цена компании существенно превосходит цену ее материальных активов, то это означает, что по достоинству оценены ее нематериальные активы – талант персонала, эффективность управляющих систем, менеджмента и др. Покупатель, таким образом, приобретает в основном не физические, а нематериальные активы.

Клиентский капитал организации — ее способность обеспечить принцип положительной обратной связи с потребителем. Как подмечают Кьелл Нордстрем и Йонас Риддерстрале, “потенциальные покупатели и будущие служащие будут молить о продуктах, услугах, стратегиях и организациях, которые бы находили отклик в их душах… У людей есть сильная потребность в искусстве и поэзии. Это то, чего промышленность пока не понимает”. Иначе говоря, компаниям сегодня необходима способность обрабатывать в реальном времени эмоциональные и культурные потребности людей, извлекать так называемый “экономический эффект задушевности” (economies of soul) [5]. Это и предполагает задействование клиентского капитала компании — смещение акцентов с производства обычных товаров  и услуг на производство сложных социальных комплексов “продукт + потребитель + предпочтения”, максимальное вовлечение потребителя в процесс создания продукта, обеспечение возможности улавливать индивидуализированные вкусы клиентов, и немедленно воплощать их в продукции. Сегодня понятно, что данная задача неразрешима без привлечения информационных технологий, без создания специализированных баз данных клиентов, без систем мониторинга и обработки информации о состоянии рынка в реальном времени, без обеспечения мгновенной обратной связи с потребителем. Поэтому ядром клиентского капитала компании становится не просто стратегия работы с клиентом, но и ее информационное обеспечение, реализуемое сегодня в форме CRM-систем. Эта система включает анализ и описание существующей организационной структуры компании и бизнес-процессов работы с клиентами. Выявление основных потребностей бизнеса. Систематизация целей бизнеса, определение и документирование ожидаемых результатов и границ CRM проекта [6]. CRM – система включает оптимизация бизнес-процессов в сферах продаж, маркетинга и   обслуживания клиентов, что особенно важно для консалтинговых компаний.

Показатели интеллектуального капитала компании содержат массу информации, но их главная ценность в том, что они дают полную картину, показывают не только то, где вы находитесь,  но и то, к чему следует стремиться. При наличии сравнительных данных по конкурирующим предприятиям или по отрасли есть возможность сравнить себя с другими и оценить свои относительные достоинства  и недостатки. Если сравнить   схемы разных лет, можно достоверно узнать, прогрессируете вы или регрессируете,  а также насколько вы продвинулись к цели. Следовательно, интеллектуальный капитал создает реальную возможность оценивать результаты любого вида коллективной деятельности, сравнивать динамику стоимостных  показателей, так как именно показатели формируют разнородные факторы, определяющие состояние и тенденции развития  предприятия и общества в целом.

Большое значение имеет измерение человеческого потенциала (индивидуальной компетенции), который  можно оценивать с помощью  таких показателей, как состав человеческих   ресурсов  организации и управление ими; степень удовлетворенности персонала;  продажи  и добавленная стоимость  в расчете на каждого занятого; образование управленческого персонала; опыт персонала, число лет в рамках данной  профессии; затраты  на обучение в расчете на одного занятого;  количество рабочих дней в году, потраченных на повышение  квалификации работников; текучесть персонала. «Человеческий фактор» в том или ином виде присутствует во всех элементах интеллектуального капитала бизнеса. Поэтому показатели использования человеческих ресурсов выходят за рамки только человеческого капитала и должны включать, наряду с другими, и характеристики отдельных элементов организационного капитала (организационную структуру, систему управления бизнесом и стимулирования персонала). Исходя из этого, предлагаются следующие группы управленческих показателей использования человеческих ресурсов:

– показатели  совокупной рабочей силы фирмы;

– показатели  используемых  в бизнесе знаний, умений и навыков работника;

– показатели организационной структуры и системы управления  бизнесом [7].

Интеллектуальный капитал как категория во многом  неосязаемая (нематериальная) входит и в другие элементы  национального  богатства в виде технологий, ноу-хау (которые  невозможно отделить от основных  фондов), в виде стоимости объектов культуры, шедевров, относящихся к национальному достоянию, и пр. С этой точки зрения мы опять сталкиваемся с проблемой  точной количественной оценки интеллектуального капитала и в рамках узкой концепции национального богатства. Тем не менее выделить интеллектуальный  капитал  в структуре национального  богатства все-таки можно,  если определить  его количественно по элементам с наибольшей долей интеллектуальной составляющей (например, передовые технологии, фундаментальная наука, вузовская наука).

В России имеются значительные резервы для бурного роста интеллектуального капитала. В стране накоплен человеческий капитал, что выражается в высоком уровне образования населения и значительной части работников, занятых наукой. Однако две другие части – организационный и потребительский капитал, – развиты недостаточно. При успешном развитии этих двух составляющих интеллектуального капитала можно получить значительный синергетический эффект, выраженный в росте интеллектуального капитала страны в целом и интеллектуального капитала отдельных экономических субъектов.

Способность экономики создавать и эффективно использовать интеллектуальный капитал все в большей мере определяет экономический потенциал страны, ее благосостояние (5). Открытость общества для обмена разнообразных знаний, идей и информации, а также способность людей продуктивно их перерабатывать и использовать – вот от чего зависит успешное социально-экономическое развитие любой страны.

Эффективность управления компанией прямо пропорционально зависит от того, насколько адекватно проведен анализ ситуации на предприятии. При этом необходимо оценивать и те элементы потенциала предприятия, которые не нашли полного отражения в финансовой отчетности – в первую очередь интеллектуальный капитал. Для успешного управления компанией необходимо выявлять интеллектуальный капитал организации, проводить правильную оценку и формировать стратегию в соответствии с полученными результатами (4).

Вышеизложенное позволяет утверждать, что выявление, оценка и учет интеллектуального капитала в условиях современной российской экономики имеет высокую актуальность для управления предприятиями.

Целью данной работы является систематизация интеллектуального капитала, а также рассмотрение нескольких моделей качественной оценки. Задачи, которые мы ставим перед собой, заключаются в понимании аспектов качественных моделей оценки интеллектуального капитала, выявление их преимуществ и недостатков. А также выбор подходящих моделей и их применение на практике для определенной компании.

Объектом исследования является медицинский центр в условиях совершенной конкуренции. Предмет исследования – интеллектуальный капитал, как конкурентное преимущество, его оценка и эффективное управление.

Вопрос оценки интеллектуального капитал встал особо остро, когда появились компании, материальные активы которых были малы, но был потенциал для дальнейшего развития за счет интеллектуального капитала. Для привлечения инвесторов понадобилось оценивать интеллектуальный капитал (4). Были разработаны качественные и количественные модели оценки интеллектуального капитала, а также стратегии для дальнейшего управления и увеличения данного капитала в зависимости от стратегий фирм.

Использование качественных моделей не предполагает четких установок, отсутствует жесткий обязательный план – намечены лишь общие черты подхода, т.е. определен предмет, сформулированы ряд основных задач и гипотез. При использовании же количественных методов необходимо придерживаться определенной теоретической модели, использовать жесткий фиксированный план исследования.

В целом, необходимо заметить, что к особенностям качественных моделей можно отнести свободу от предварительных схем предмета и гибкость исследовательских процедур, на протяжении всего хода исследовательского процесса.

При использовании качественных моделей основной задачей исследовательского процесса выступает создание целостной, необобщенной картины изучаемого явления. Другими словами, процесс оценки интеллектуального капитала в медицине необходимо рассматривать на микроуровне, на различных примерах (6).

При этом, если количественные модели в большинстве случаев могут быть финансово обоснованы, то качественные модели обычно оценивают эффективность использования капитала на экспертном уровне. Качественные модели оценки интеллектуального капитала различны. Часть из них подходит лишь для определенных компаний, часть более унифицированы.

Карл-Эрик Свейби выделил 25 методов измерения интеллектуального капитала, которые сгруппировал в 4 группы (8):

• Методы прямого измерения интеллектуального капитала (DIC). К этой группе относятся все методы, основанные на идентификации и оценке в деньгах отдельных компонентов интеллектуального капитала, после чего выводится интегральная оценка интеллектуального капитала компании.
• Методы рыночной капитализации (MCM). Вычисляется разность между рыночной капитализацией компании и собственным капиталом ее акционеров.
• Методы отдачи на активы (ROA). Отношение среднего доход компании до вычета налогов к материальным активам компании сравнивается с аналогичным показателем отрасли в целом.
• Методы сбалансированных показателей (SC). Идентифицируются различные компоненты интеллектуального капитала, генерируются и докладываются индикаторы и индексы в виде подсчета очков или графиков.

Преимущества DIC и SC методов в том, что они применены на любом уровне организации. Они работают ближе к событию, поэтому получаемое сообщение может быть более точным, чем чисто финансовые измерения. Также именно эти группы методов включают в себя качественную оценку капитала компании.

Исходя из вышеизложенных фактов, остановим наше внимание именно на качественных моделях оценки интеллектуального капитала.

Медицина является услугой, которая требуется все время, так как все люди следят за своим здоровьем и это является одной из необходимых и обязательной услуг среди всех людей.

В медицинской сфере интеллектуальный капитал играет особую роль. Необходимо было выбрать коммерческую организацию поскольку, в государственных учреждениях просмотреть инвестиции в интеллектуальный капитал очень сложно. Также в медицинской отрасли нельзя увеличить прибыль и стоимость компании только за счет инвестиций в материальный капитал, например технику. В медицине большую роль играет именно интеллектуальный капитал, за счет которого коммерческие медицинские учреждения получают конкурентные преимущества.

Мы возьмем для рассмотрения один из медицинских центров. Он предлагает услуги всех специалистов, производит забор анализов. Лаборатории у центра нет, но существуют договора с лабораториями города. Кроме стандартных услуг предлагается услуги массажиста и посещение солярия.

В экономической теории интеллектуальный капитал выражается в ценности его трех взаимосвязанных структурных элементов: человеческого, организационного и потребительского капитала. Рассмотрим эти составляющие на примере медицинского центра (2).

Человеческий капитал фирмы является основным элементом указанной системы и представляет собой запас знаний, умений, навыков, интеллектуальных способностей и т.д. В нашем случае это знания врачей, их профпригодность, их умения, уровень образования, стаж работы, грамоты и награждения. В частных медицинских центрах очень ценятся высокопрофессиональные сотрудники, так как они не только увеличивают лояльность клиентов, а также имеют репутации и достаточно стабильную клиентскую базу.

Организационный капитал имеет отношение к организации в целом и делает ее работу успешной: патенты, товарные знаки, организационная структура и т.д. В нашем случае имеются лицензии, организационная культура, представлены инновационные технологии в медицинской сфере, базы данных.

Потребительский капитал выражается в отношениях организации с потребителями и поставщиками и включает в себя бренд, имидж на рынке, связи с клиентами и т.д. В данный момент медицинский центр имеет определенный имидж на рынке, поддерживает двустороннюю связь с клиентами, использует маркетинг для привлечения новых клиентов.

Модели отобраны в связи со спецификой деятельности компании и популярностью использования. Среди моделей будут использованы модели метода прямого измерения интеллектуального капитала и методы подсчета баллов. Будут использованы: система сбалансированных показателей, навигатор фирмы «Скандия», монитор нематериальных активов (Свейби). На основе внутренних данных будет произведена оценка интеллектуального капитала компании.

Для оценки интеллектуального капитала, необходима именно инсайдерская информация. В России оценка интеллектуального капитала еще не сильно развита, поэтому основывать оценку только на балансовом отчете и других финансовых данных будет не  корректно. Также для ряда моделей необходима информация, которая не публикуется и к которой посторонние лица не имеют доступа, поскольку она либо является конфиденциальной, либо не востребована большим количеством внешних агентов.

Сбалансированная система показателей.

Система оценки интеллектуального капитала – сбалансированная система показателей – была создана в 1992 г. профессорами Р. Капланом и Д.Нортоном на основе исследовании американских компаний (2). Сбалансированная система показателей – метод оценки деятельности организаций и их подразделений, позволяющих довести до всех подразделений ориентиры их деятельности и способствующий реализации стратегии организации.

Цель создания сбалансированной системы показателей – позволить управляющим взглянуть на свою компанию с четырех важных точек зрения (1): точки зрения клиентов: какими нас видят наши клиенты?

• точки зрения внутренних бизнес процессов: что нам следует улучшить?
• точки зрения обучения и развития: сможем ли мы и в дальнейшем повышать ценность компании и создавать стоимость?
• финансовой точки зрения: как мы выглядим в глазах наших акционеров?

Управляющие могут перечислить свои конкретные цели в каждой из этих областей и решить, какие показатели необходимы для отражения того, как эти цели достигаются. Положительная роль сбалансированной системы показателей состоит в том, что, предлагая управляющим сосредоточиться на главных стратегических вопросах, она позволяет сократить общее число показателей деятельности, которые требуется использовать в компании.

Другое преимущество сбалансированной системы показателей заключается в том, что его можно полностью адаптировать к потребностям компании. Применяя сбалансированную систему показателей, вы можете видеть картину в целом, вместо того чтобы сосредоточиться на улучшениях только в одной конкретной области. И поскольку предназначение данной модели состоит, прежде всего, в том, чтобы дать управляющим инструментарий для разработки стратегии и оценки результатов ее реализации, эта система представляет собой скорее сигнальное устройство, чем средство измерения. Вот почему данный метод идет в разрез с представлением о том, что показатели деятельности предназначены просто для контроля за процессами.

Рассмотрим сбалансированную систему показателей на нашей компании. Часть показателей будем рассматривать в динамике, что позволит нам сделать более корректные выводы.

Таблица 1

Показатели эффективности всех составляющих сбалансированной системы показателей

Финансовая составляющая. Доля на рынке для компании является очень важной, поскольку показывает степень доминирования компании на рынке, и свидетельствует о результатах конкурентной борьбы. На данный момент в Перми 60 медицинских центров – конкурентов (12). Примерное обращение к платным врачам составляет 25-30% (опрос) от общего количества обращений к врачам (9), Доля медицинского центра на рынке растет. Увеличение доли рынка, не всегда соответствует увеличению прибыли, так как при росте количества клиентов увеличиваются и издержки. Поэтому необходимо рассмотреть показатель прибыли отдельно. Валовая прибыль также растет.

Таблица 2

Показатели финансовой составляющей

Клиентская составляющая. Медицинский центр ведет базу данных пациентов. На  каждого нового клиента заполняется анкета, в которую заносят дату первого обращения, личные данные, включая номер телефона, e-mail адрес, а так же желание узнавать об акциях и скидках проходящих в медицинском центре. Каждое последующее посещение также вносится в базу данных. Данная система учета клиентов позволяет отследить прирост покупателей, а также количество посещений одним клиентом. Произошло увеличение общего числа клиентов центров. Необходимо отметить, что возрастает количество клиентов, которые обращаются в медицинский центр не по разу, что свидетельствует об увеличении лояльности клиентов. Происходит снижение клиентов, которые посетили медицинский центр 1 раз, но данную динамику можно объяснить тем, что посетители переходят в группу повторно посещающих центр. Данные показатели указывают на то, что были достигнуты цели компании: увеличилось количество клиентов и их лояльность. Постоянным клиентам выдаются дисконтные карты. Скидки по дисконтным картам составляют от 5 до 9%.

Таблица 3

Показатели клиентской составляющей

Бизнес-процессы. Качество является одним из конкурентных преимуществ и рассматривается покупателем как один из важнейших факторов выбора того или иного центра. При записи обязательно берется номер телефона клиента, для напоминания клиенту о дате и времени его записи непосредственно перед приемом и уточнении возможности посещения.

Таблица 4

Показатели бизнес-процессов

Эффективность маркетинга. О проведении акции клиентов оповещают с помощью телефонных звонков или сообщений (смс). Акции представляют собой объединение нескольких услуг и за счет этого уменьшение цены. Также проводятся сезонные акции снижения цены на часть услуг. Во время акции прослеживается увеличение количества клиентов, что свидетельствует об их эффективности.

В 2008 г. привлечение новых клиентов происходило за счет рекламы в журнале «Телесемь» и в общественном транспорте. Проводя исследование эффективности рекламной компании, выяснилось, что не один из посетителей не был привлечен рекламой в общественном транспорте, часть людей (2 человека, т.е. 4% от общего числа опрошенных) решила посетить центр, увидев рекламу в журнале. Остальная часть клиентов (48 человек, 96% от общего числа опрошенных) узнали о медицинском центре и обратились в него по совету друзей и знакомых, которые уже посещали его ранее. Эти данные свидетельствуют о том, что проведенные рекламные компании оказались неэффективными, а также, что лояльность посетителей очень большая, поскольку они советуют данный медицинский центр своим друзьям и знакомым. После этого компания изменила маркетинговую стратегию. Рекламу стали размещать в газетах раз в полгода, а также выдавать визитки на мероприятиях связанных с медициной (например, выставках). Но основной упор делается на «сарафанное радио», для чего выдаются визитки клиентам, и ведется диалог с ними, чтобы улучшить качество своего обслуживания. Компания не участвует в выставках, поскольку это является очень дорого и не является финансово окупаемым.

Инновации и обучение. Количество сотрудников центра 31 человек, из которых 1 – администратор, а остальные специалисты: 10 работают на постоянной основе, а 20 являются «приходящими» сотрудниками. Все специалисты высокого уровня, имеющие лицензии на свою деятельность. Квалифицированность сотрудников для центра очень важна, поскольку это влияет на качество предоставляемых услуг, а, следовательно, и на удовлетворенность покупателей.

Таблица 5

Показатели инновации и обучения

Решение о введении новых технологий и услуг происходит в зависимости от финансовых расчетов. Компания стремится предоставлять уникальные услуги, при этом, не забывая о классических обследованиях и процедурах. Медицинский центр, начиная с 2008 года, предоставляет одну из новейших услуг – компьютерная диагностика. Данная услуга предоставляется малым количеством компаний и является новой и не очень известной. Данный метод заключается в том, что примерно за час специалист может выдать практически всю информацию о состоянии здоровья пациента. Для этого с помощью специального аппарата с рук человека считывается определенная информация. Пациентам нравится, что за короткое время они могут получить полную информацию о состоянии своего здоровья в целом и каждого органа в отдельности. Также врач выдает рекомендации по лечению и при необходимости, более тщательному обследованию органа. Кроме этого, есть возможность прогнозирования состояния здоровья пациента через несколько лет, при условии, что пациент не будет принимать лечение. При повторном обращении, после лечения, есть возможность проследить состояние здоровья в динамике.

Проблемой предоставления данной услуги является то, что услуга достаточно новая и в связи с этим многие люди ей не доверяют. Но прослеживается рост заинтересованных клиентов в данной услуге. Для привлечения клиентов проводятся рекламные компании и акции. Примером акции служит компания по предоставлению скидки в размере 50%, при условии, что клиент приводит с собой друга. Благодаря постоянным клиентам и тем, кто рискнул испробовать эту услугу на себе, информация о данной услуге через «сарафанное радио» распространяется достаточно быстро. И так как услуга действительно очень удобна (быстро и качественно) и недорогая (цена значительно меньше по сравнению с обычным обследованием, что явилось несомненным плюсом для покупателя) спрос растет.

Подводя итог можно сказать, что использование сбалансированной системы показателей помогает при планировании деятельности компании, а также помогает выявить слабые стороны компании. При этом эффективное устройство всех четырех составляющих сбалансированной системы показателей, ведет к достижению поставленных целей, в том числе и финансовых.

Навигатор фирмы «Скандия».

Яркий след в области оценки интеллектуального капитала оставил Л. Эдвинсон. Эдвинсон начал работать над вопросами человеческого капитала в Skandia в 1991 году. Он разработал матрицу, получившую название навигатор фирмы Скандия (Skandia Navigator) — инструментарий, позволивший выявить и увеличить интеллектуальный капитал в подразделении. Навигатор показывает, как человеческий капитал создает финансовую ценность компании. Обычно данная модель используется для планирования бизнеса. Он предлагает общие перспективы на основе прошлого (ориентация на финансовые показатели), настоящего (ориентация на потребителя, процессы и человеческий фактор) и будущего (ориентация на обновление и развитие) компании (6).

С помощью навигатора Скандия компания может представить свои цели в виде более конкретных факторов, а затем измерить эти факторы на уровне отдельных сотрудников, группы, направления деятельности и на корпоративном уровне. Изучая степень реализации каждого из определяющих успех факторов на каждом уровне, Скандия может легко выявить то, что является источником финансовых показателей организации.

Эдвинсон утверждает, что капитал компании состоит из двух компонентов: капитала финансового и капитала интеллектуального. Финансовый капитал адекватно отражается в годовом отчете, который служит также его документальным подтверждением; интеллектуальный капитал, напротив, нередко образован “скрытыми ценностями”, и поэтому его так трудно подсчитать (1).

Основанная на этих идеях модель «навигатора Скандия» акцентирует внимание на пяти аспектах деятельности компании. Во-первых, таким аспектом является финансовый – тот, что отражается в традиционном балансовом отчете компании и ее отчете о прибылях и убытках с их детальными показателями работы компании в прошлом. Далее идет потребительский аспект, который охватывает все вопросы, касающиеся клиентов компании. Третий аспект – процессный (процессы, благодаря которым компания может продолжать свою деятельность и добиваться повышения ее эффективности). Четвертый – это аспект обновления и развития (инновации, исследования и разработки, творчество и изобретательство, которые необходимы, чтобы компания могла успешно функционировать и в будущем). Пятый аспект – это человеческий капитал (1).

Важнейшая предпосылка данной модели, то, что интеллектуальный капитал образуется в результате интеграции человеческого и структурного капиталов. Человеческий капитал, по мнению компании Skandia, есть сумма знаний и навыков сотрудников организации, их стремления к нововведениям и способностей к выполнению задач. Человеческий капитал организации не принадлежит. Человеческий фактор имеет особое значение для любой компании, так как они в большей степени создают интеллектуальный капитал. Таким образом, человеческий аспект служит связующим звеном между четырьмя другими (3).

Таблица 6

Показатели «навигатора Скандия»

Согласно Эдвинсону и Мэлоуну, показатели прямого указания количества и результаты опросов могут быть представлены в денежной форме или в виде процентов. Если получится их так представить, то останется только два типа показателей: денежные и процентные.

Денежные показатели получаются путем заранее определенного взвешивания, образуя в сумме стоимость ИК для организации (С). Процентные показатели показывают скорость, направление и текущее положение организации. Если их получится объединить в единый показатель (i), то он будет показывать эффективность использования ИК. Интеллектуальный капитал организации есть произведение двух сумм: интеллектуальный капитал организации = iC,

Необходимо помнить, что “навигатор Скандия” позволяет раскрыть информацию о “скрытых ценностях”, которые в противном случае так и не были бы обнаружены, но отнюдь не приписывает им какую либо стоимость. Эта модель предоставляет информацию, которая может скорее существовать в виде дополнения к финансовой отчетности, нежели быть интегрированной в терминах традиционных бухгалтерских показателей. Она дает возможность управляющим составить более полное представление об истинном характере и стоимости их компании, но не рассчитать в итоге ее значение.

Монитор нематериальных активов

Монитор нематериальных активов (Intangible Assets Monitor), разработанный в середине 1980 х. годов шведским ученым, доктором Карлом Эриком Свейби, имеет немало общего с появившейся несколько позже сбалансированной системой показателей. Он определяет три основных направления анализа нематериальных активов компании: внешнюю структуру, внутреннюю структуру, а также компетентность людей, – которые очень напоминают потребительский аспект, аспект внутренних бизнес процессов и аспект обучения и развития сбалансированной системы показателей, и все же между двумя этими методами есть несколько принципиальных различий (1).

Одно из различий состоит в том, что, как убежден Свейби, прибыль для организации создают только люди. Это допущение не входит в круг идей сбалансированной системы показателей. Фактически сбалансированная система показателей, рассматривает людей скорее как затраты, чем как созидателей дохода. В отличие от ССП монитор нематериальных активов Свейби не предполагает использования финансовых показателей. И это – результат исходного убеждения автора в том, что «человеческие знания имеют очень мало отношения к деньгам, и очень мало кто знает, как обращаться с деньгами».

Сходство между сбалансированной системой показателей и монитором нематериальных активов привело к известной путанице среди специалистов по системам оценки знаний. Некоторые рассматривают модель “Scandia Navigator” как прямой результат исследований Свейби; другие считают, что это метод, объединяющий две системы в одну. Как бы то ни было, нет никакого сомнения в том, что и ССП, и монитор нематериальных активов сыграли огромную роль в том, что сегодня, оценивая стоимость своих компаний, управляющие стараются оценивать не только финансовые показатели, а также ряд других.

Свейби рекомендует поделить всех работников на две категории: профессионалы и обслуживающий персонал. Профессионалы – это те, которые планируют, производят или представляют продукт или решение и кто напрямую связаны с работой с клиентами. Только эти сотрудники принимаются во внимание при оценке третьего неосязаемого актива: компетенций персонала. Все остальные работники, заняты больше во внутренней структуре, чем во внешней, т.е. те, которые работают в бухгалтерии, администрации, секретариате и т.п., вносят вклад во внутреннюю структуру организации и должны оцениваться в этой категории. Все сотрудники центра, за исключением администратора являются профессионалами (3).

Таблица 7

Показатели монитора нематериальных активов

Постоянно растущая значимость интеллектуального капитала отражает все большую зависимость организаций от нематериальных активов. Каждый день возникают компании нового типа, располагающие только нематериальными активами и производящие нематериальные продукты или предоставляющие услуги. Использование интеллектуальных ресурсов имеет свою специфику, которая позволяет выделить следующие способы их применения: навыки, инновации, знание рынка и среды, внутренняя координация. Следовательно, нематериальный капитал – это не только сбор и хранение знаний, но и их реализация посредством деятельности людей (10).

Для измерения интеллектуального капитала существует множество моделей, как качественных, так и количественных. Выбор между ними необходимо делать основываясь на целях исследования, специфики компании и применимости моделей. Мы сравнили три разные качественные модели измерения интеллектуального капитала: сбалансированная система показателей, «навигатор Скандия», монитор нематериальных активов (Свейби). Между данными моделями есть сходства и расхождения. Все модели оценивают интеллектуальный капитал на качественном уровне, используя различные показатели и индикаторы. Их выбор происходит экспертно в зависимости от цели компании и ее специфики. Различия состоят в группировании данных индикаторов и показателей. Также стоит заметить, что, несмотря на различия, все модели показали, что интеллектуальный капитал является важным компонентом компании, а также в нашем случае ее конкурентным преимуществом. Управление интеллектуальным капиталом с использованием данных моделей, поможет не только увидеть, где у компании проблемные места, а также поможет выявить те факторы, которые помогут увеличить как прибыль, так и стоимость компании в зависимости от целей.

На протяжении ХХ века в Бразилии предпринимались неоднократные попытки проведения модернизации. Модернизационные практики и стратегии, которыми руководствовались политические элиты, нередко в качестве своего центрального элемента имели индустриализацию.

По мнению бразильских экономистов (Ана Клаудиу Капуту, Илдети Перейра де Мелу), вторая половина ХХ столетия в Бразилии была от­мечена попытками проведения форсированной индустриализации [2]. Значительную роль в этой индустриализации играло государство, что было связано с доминированием этатистских концепций и теорий раз­вития [9]. В подобной ситуации частный и международный капитал в индустриализации играл несравнимо меньшую роль. Значение ино­странного капитала в индустриализации возросло относительно не­давно, в начале 1990-х годов, что связано с ограниченным отказом от этатизма и попытками либерализации бразильской экономики. Анали­зируя особенности бразильской индустриализации, экономисты под­черкивают, что для этого процесса была характерна цикличность: этапы динамичного развития чередовались с периодами замедления и сокращения темпов роста [1].

Наиболее важным этапом для бразильской индустриализации явился период 1930-х – первой половины 1940-х годов (эра Варгаса), а также послевоенные годы, когда промышленность стала центральным эле­ментом экономического развития в целом [3]. Варгас (в период т.н. «вто­рого правления», 1950 – 1954 [4]) сделал на ставку на развитие неф­тяной и сталелитейной промышленности, а также электроэнергетики. Варгас инициировал политику т.н. «вертикальной индустриализации», в рамках которой основным инициатором развития промышленности выступало государство, что толкало Бразилию на внешние заимство­вания. Политика Варгаса в начале 1950-х годов в значительной сте­пени затруднялась экономическими сложностями, финансовой неста­бильностью и тем, что 1952 году дефицит торгового баланса составил 4 % от ВВП.

Кроме этого в 1953 году Бразилия начала проводить политику множе­ственности обменных курсов, которая стала проявлением фактиче­ского компромисса между этатистами, ориентированными на приори­тетное развитие промышленности, и либералами, которые пользова­лись поддержкой финансового сектора. В подобной ситуации наибо­лее важным экономическим партнером и кредитором стали США. Индустриализация, инициированная бразильскими политическими элитами, не только, как полагают современные экономисты, укрепила союз между государством и национальным бизнесом, но и стала сти­мулирующим фактором для привлечения иностранных инвестиций. Например, 82 миллиона американских долларов, которые влились в экономику Бразилии, в период между 1947 и 1952 годами стали важ­ным фактором в развитии политики постепенной индустриализации.

Не менее важным фактором, который способствовал росту участия американского капитала в модернизации Бразилии и индустриализа­ции бразильской экономики, стало создание ЕЭС. Появление Евро­пейского Экономического Сообщества привело к активизации кейн­сианских тенденций в управлении европейскими экономиками, а по­литические элиты Европы предприняли шаги, направленные на вы­теснение американского капитала, который был вынужден уходить в другие экономики, в том числе – и в бразильскую. В рамках модели индустриализации, предложенной Ж. Варгасом, особую роль играли внешние экономические советники внутренние (национальные) эко­номические игроки, в первую очередь – Министерство финансов, а также – Комиссия по экономическому развитию. Особую роль в про­ведении индустриализации в период правления Варгаса играл эконо­мический национализм, который привел к созданию двух государст­венных монополий – Petrobras и Еletrobras – призванных обеспечить не только стабильное, но и экономически менее зависимое от внеш­них условий развитие Бразилии.

Политика Жетулиу Варгаса была продолжена и Жоау Гулартом [6], кото­рый сделал ставку на стратегию постепенного импортозамеще­ния, что требовало развития национальной промышленности как од­ной из основ социальной стабильности [5]. Жуселину Кубичек, иницииро­вавший создание в Бразилии Совета развития, также пред­принял попытки продолжить политику индустриализации Жетулиу Варгаса и Жоау Гуларта, внеся в нее новые акценты. В проведении политики индустриализации и модернизации при Ж. Кубичеке про­должало доминировать государство: 39.7 % инвестиций исходило от федерального центра, 10.4 % от штатов, 14.5 % от финансовых струк­тур, контролируемых государством (Национальный банк) и только 35.4 % от частных инвесторов.

В качестве приоритетных сфер для инвестиций в период президент­ства Ж. Кубичека были признаны энергетика, транспорт, промышлен­ность, а также – пищевая промышленность и сфера образования. Рост в упомянутых выше сферах достигался двумя способами: с одной сто­роны, в качестве основного инвестора выступало государство, с дру­гой, государство стимулировало частные инвестиции, оставляя за со­бой право контроля над ними и определения тех отраслей, в которые могли вкладывать средства частные инвесторы. Большинство частных инвесторов было, как считают современные бразильские исследова­тели, представлено американскими корпорациями, которые в период с 1955 по 1963 год (последний год перед военным переворотом) влили в бразильскую экономику 497 миллионов 700 тысяч долларов США. Большая часть этих средств (73 %) была направлена в автомобильную промышленность.

Отличительной особенностью индустриализационных практик, о ко­торых речь шла выше, была опора почти исключительно на внутрен­ние ресурсы и определенная недооценка роли внешних инвестиций, что было связано в большей степени с политическими, а не экономи­ческими соображениями [3]. Важным стимулом для проведения политики индустриализации во второй половине ХХ века было и то, что Брази­лия сталкивалась с определенными ресурсными проблемами, что уже делало невозможным и неэффективным ее развитие в рамках модели экономики монокультур.

Наряду с проблемами развития промышленного комплекса в Бразилии особое внимание со стороны бразильского научного сообщества привлекают новые тенденции в развитии экономики, связанные с процессом т.н. деиндустриализации.

По мнению бразильских экономистов, вопрос о протекании в Бразилии процессов постепенной деиндустриализации относится к числу дискуссионных [7]. Бразильские исследователи, с одной стороны, полагают, что на протяжении большей части ХХ века развитие экономики Бразилии было подчинено логике индустриализации, развития тяжелой промышленности, ориентированной как экспорт, так и не внутреннее потребление. С другой стороны, бразильские экономисты, анализируя процесс деиндустриализации, подчеркивают, что он не всегда приводит к негативным результатам. Деиндустриализация может быть даже связана с экономическим ростом, если проявляется в отказе от традиционных отраслей промышленности в пользу более современных и высокотехнологических.

В подобной ситуации тенденции к деиндустриализации являются совершенно естественными в рамках развития капиталистической экономики. Деиндустриализация ведет к сокращению занятости в традиционным промышленных отраслях, что (в теории) не ведет к автоматическому росту безработицы: новые рабочие места возникают в новых секторах экономики, связанных, например, с производством компьютеров и комплектующих к ним. Деиндустриализация связана и с общим техническим прогрессом во второй половине ХХ века, что привело к возникновению развитой промышленности в значительной части стран мира. В подобной ситуации обострения международной конкуренции сложились условия для падения цен на продукцию промышленности, что сделало большинство ее отраслей нерентабельными.

Анализируя различные теории и концепции деиндустриализации, бразильские экономисты указывают на ряд условий, при которых может начаться процесс деиндустриализации: 1) изменение темпов роста цен и снижение спроса на продукцию промышленности; 2) рост ВВП никак не связан с ростом промышленности – чем выше ВВП теме менее рентабельным становится содержание промышленности; 3) если ВВП на душу населения достигает 8.300 долларов США, возникают реальные условия для деиндустриализации; 4) высокие темпы роста ВВП провоцируют развитие промышленности – падение темпов роста лишает поддержку промышленности смысла; 5) достижение высоких уровней ВВП способствует сокращению занятости в промышленности; 6) международная конкуренция способствует сокращению роли промышленности в экономики развитых стран, которые в условиях параллельного / одновременного существования развивающихся индустриализирующихся экономик делают выбор в пользу новых технологий, а не традиционной промышленности [7].

Как правило, процессы деиндустриализации связываются с либеральными реформами, сокращением государственного участия и попытками внедрения либеральной модели развития экономики. Параллельно Бразилия в 1990-е годы пережила значительные изменения и в финансовой сфере, что также дало повод и возможность некоторым экспертам писать о деиндустриализации в том смысле, что промышленность перестала играть роль основы бразильской экономики. Деиндустриализация частично проявилось в сокращении доли промышленности ВВП в Бразилии, а также в усилившимся международном разделении труда, в котором Бразилии отведена роль экспортера ресурсов и продукции сельского хозяйства. С другой стороны, деиндустриализации может способствовать и резкое повышение стоимости бразильского реала в 2004 году, что привело к росту цен на экспортируемые Бразилией ресурсы на внешних рынках. В подобной ситуации в краткосрочной перспективе рентабельным и быстро окупаемым становится развитие не промышленности, а добыча ресурсов и экспорт традиционного для Бразилии кофе. Анализируя эти процессы, бразильские авторы полагают, что падение доли обрабатывающего сектора в ВВП не является формой деиндустриализации, но связано с большей степени с либерализацией бразильской экономики, углублением ее участия в мировой экономике.

В целом в бразильских экономических исследованиях процессу деин­дустриализации уделяется особое внимание. Значительная часть эко­номистов Бразилии полагает, что бразильская экономика не вошла в стадию деиндустриализации. Это связано с тем, что общий уровень развития бразильской экономике не соответствует уровню развития западных стран, где явления деиндустриализации действительно имеют место. Кроме этого Бразилия не исчерпала экономический по­тенциал, созданный, начиная с 1930-х годов при активном участии го­сударства, которое выступало в качестве основного форматора эконо­мического пространства, стимулируя процессы индустриализации.

Деиндустриализация относится к числу активно обсуждаемых про­блем в современных экономических исследованиях, производимых в Бразилии: дискуссии относительно наличия или отсутствия процессов деиндустриализации связано с проблемами статуса Бразилии как раз­витой или развивающейся страны.

Анализируя особенности экономического развития на протяжении по­следних двадцати лет бразильские экономисты (Жозе Луиш Орейру, Кармень Фейжу) констатируют появление новых тенденций, которые связаны с концепцией деиндустриализации как одного из последствий финансовой либерализации и экономического открытия для междуна­родных акторов национальной экономики в 1990-е годы [8]. С другой стороны, существуют концепции, которые интерпретируют либерали­зацию бразильской экономики иначе, оценивая ее как позитивный фактор. В рамках подобного восприятия внимание акцентируется на том, что открытие бразильской экономики привело не только к росту импорта, но и ввозу новейшей техники необходимой для модерниза­ции бразильской промышленности, которая стала важным фактором интеграции экономики Бразилии в международную экономическую систему.

Рассматривая процесс деиндустриализации, бразильские экономисты подчеркивают, что ее наиболее важным результатом яв­ляется сокращение занятых в реальном секторе экономики. В этом от­ношении мы можем констатировать то, что Бразилия переживает де­индустриализационные процессы, которые в рамках бразильской эко­номики, в отличие от развитых стран, начались со значительным опо­зданием – не в 1970-е, а в 1990-е годы. Признание того, что в бразиль­ской экономики наметились определенные элементы деиндустриали­зации, совпало с 1990-ми годами, ознаменованными попытками либе­рализации экономики и сокращением государственного участия. При этом часть экономистов датирует начало деиндустриализации 1980-ми годами, что связанно с постепенным переходом к политике «abertura» – «открытия», связанного с политического транзита.

Анализируя эко­номическую динамику, характерную для экономики Бразилии, эконо­мисты подчеркивают спад в ряде ее сегментов: например, доля про­мышленности в целом в формировании ВВП по сравнению с 1985 го­дом в 1995 году снизилась с 42.3 % до 31.4 %, а доля обрабатывающей промышленности упала с 31.6 % до 20.6 %. К 1998 году последний показатель сократился до 19.7 %. С другой стороны, анализируя ди­намику промышленного производства в 1990-е годы, бразильские ис­следователи полагают, что происходит смешение различных понятий – деиндустриализации и экономическим спадом. Особое внимание бразильские экономисты уделяют проблемам генезиса деиндустриа­лизации.

Деиндустриализация может стимулироваться как внутрен­ними, так и внешними факторами. Внутренние факторы связаны с трансформацией национальной экономики, которые, как правило, проявляются в сокращении роли реального сектора в условиях увели­чения значения сферы услуг в формировании ВВП. Деиндустриализа­ция, как полагают бразильские экономисты, имеет несколько форм: часть стран в мировом разделении могут специализироваться на про­изводстве определенной продукции (например, КНР или ФРГ) или на производстве для внутреннего и внешнего потребления услуг, связан­ных с развитием международной финансовой системы, что относится в наибольшей степени к экономикам США и Великобритании.

Таким образом, процессы деиндустриализации связаны с развитием системы международного разделения труда: «некоторые страны могут специа­лизироваться на квалифицированных трудоемких производствах, в то время как другие могут специализироваться на интенсивном произ­водстве, основанном на применении неквалифицированной рабочей силы. Подобные модели развития приводят к сокращению рабочих мест в промышленности (в относительном выражении) в первой группе и к увеличению занятости в промышленности во второй группе стран». В Бразилии, по мнению значительной части представи­телей исследовательского сообщества, прошло именно снижение про­изводительности, что не повлекло за собой принципиальных измене­ний роли промышленности в национальной экономике.

При этом для развития некоторых сегментов бразильской экономики характерна если не классическая деиндустриализация, то некоторые ее проявле­ния. Это, в частности, относится к сфере высоких технологий, эффект от которых для экономики достигается не в результате простого роста производимой продукции, но через качественные изменения произво­димой продукции. Подобная форма деиндустриализации оказывает позитивное влияние на экспорт, способствуя его увеличению. Анали­зируя феномен деиндустриализации, во внимание следует принимать и то, что она может иметь другие формы, которые проявляются в со­кращении роли промышленности, но форсированном и ускоренном развитии тех секторов экономики, которые ориентированы на произ­водство дешевой продукции, предназначенной для экспорта. Подоб­ная деиндустриализация определяется бразильскими экономистами как негативная, а ее генезис связывается с фактическим «провалом» рынка.

В целом, бразильские экономисты полагают, что процесс индустриа­лизации может привести к плачевным результатам, которые проявля­ются в замедлении темпов реального роста и в консервации экономи­ческой отсталости. С другой стороны, процессы деиндустриализации могут оказать позитивное влияние на структурную трансформацию экономики в целом, способствуя развитию тех отраслей (высокие тех­нологии, производство компьютеров и составляющих) национальной экономики, для которых не было места в рамках традиционной, инду­стриальноцентричной, модели развития.

Современные экономические исследования в Бразилии развиваются в условиях мощного влияния со стороны двух факторов. Первым фактором является традиция социальных и экономических исследований в Бразилии, генезис которой имел место в начале ХХ века. Вторым фактором стала американская экономическая школа, а также европейские течения, которые стали важным фактором в развитии бразильских экономических исследований. Особое внимание в современной бразильской экономической науке уделяется изучению наследия бразильских классиков – создателей самостоятельной экономической школы в Бразилии. Среди фигур, наследие которых подвергается изучению со стороны современных бразильских исследователей, особое место занимает Жилберту Фрейри.
Флавиу Рабелу Версиани [22 - 24], анализируя взгляды Ж. Фрейри [13, 14], полагает, что одной из центральных тем в работах бразильского экономиста и социолога, была проблема рабства [23]. По мнению современных бразильских экономистов, их предшественники, изучая рабство, особое внимание акцентировали на бразильской специфике, подчеркивая, что рабство было более мягким, чем в других регионах, развиваясь в контексте межрасовых и социальных связей. Современные бразильские экономисты, анализируя концепцию рабства Ж. Фрейри, полагают, что рабовладельцы использовали как положительные (поощрение), так и отрицательные (наказание) стимулы для принуждения рабов.
С другой стороны, особое внимание акцентируется на рабстве как экономическом институте [1, 2, 3, 7], которые использовался белыми рабовладельцами для получения наибольшей прибыли. Современные экономисты в Бразилии позиционируют рабство как именно экономический институт, который был основой функционирования бразильской экономики в целом. Другим важным фактором, который оказался в 1930-е годы вне сферы внимания Ж. Фрейри, была экономическая основа бразильской версии рабовладения: в период существования Империи экономика, основанная на свободном рынке труда, была нежизнеспособной. Флавиу Рабелу Версиани, описывая институт рабства в Бразилии, полагает, что принуждение, которое активно использовалось для подталкивания негров к труду, имело «серьезные экономические цели», так как насилие играло универсальную роль «инструмента максимизации производства».
Экономический эффект от существования и применения рабства был ограничен: рабство давало экономические результаты не во всех отраслях бразильской экономики в период существования Империи. При этом раб не являлся экономически эффективным работником, так как обладал крайне низкой мотивированностью к труду, результатами которого он не пользовался, а смысл деятельности нередко оставался для него непонятным. В подобной ситуации, по мнению современных экономистов, экономика Империи не могла развиваться интенсивно: для нее доступным оставался только экстенсивный вариант роста, основанный как на увеличении количества рабов, так и на активизации их принуждения к труду [8, 11, 15].
Анализируя экономические работы Ж. Фрейри, современные бразильские экономисты подчеркивают, что Ж. Фрейри предпочитал анализировать малые формы рабовладения. Современные бразильские экономисты склонны ставить под сомнение концепцию Ж. Фрейри о присущей бразильскому рабству патриархальности, полагая, что рабовладельцы, эксплуатируя рабов, преследовали прежде всего экономические цели. Кроме этого институт рабства в Бразилии обладал значительной спецификой: это было не классическое рабство античного мира, но рабство, которое воспринималась как основа экономики монокультуры – экономики кофе [17, 18]. Именно поэтому рабство было подвергнуто намеренной институционализации, что проявлялось в поощрении наиболее трудолюбивых рабов и введении выходного дня.
В такой ситуации сформировался особый тип отношений между рабом и господином, который оказался близок к тому типу отношений, который существовал между рабочими и работодателями до введения трудового законодательства. Фактор того, что рабство использовалось как экономический институт, толкало рабовладельцев на выбор в пользу использования небольших партий рабов, которые были в большей степени управляемы, чем крупные группы негров. Численность рабов была непосредственно связана с системой наказаний и поощрений: в больших группах фазендейру активно использовали методы насильственного принуждения к труду, в то время как в малых группах могли иметь место поощрения, а не наказания. Кроме этого институт рабства в Империи столкнулся с проблемой рентабельности.
Флавиу Рабелу Версиани полагает, что низкая рентабельность вынуждала рабовладельцев диверсифицировать применение рабского труда, отправляя не всех негров на плантации, а используя труд рабов в домашнем хозяйстве и промышленности, связанной с сельским хозяйством. Анализируя институт рабства, Флавиу Рабелу Версиани подчеркивает, что Жилберту Фрейри был склонен преувеличивать роль и распространение рабства, полагая, что большинство рабовладельцев являлись собственниками одного-двух-трех рабов. Поэтому типичный раб периода Империи «являлся членом небольшого сообщества». В подобной ситуации крупные рабовладельцы обладали в среднем 20 – 30 рабами. Три четверти фазендейру были собственниками менее 20 рабов. Средний собственник обладал рабами в количестве от трех до семи негров. Плантации, где работало более 150 рабов, по мнению современных экономистов, были редким явлением в Бразильской Империи. По мнению современных бразильских экономистов, численность рабов постепенно возрастала: к началу 1850-х годов около 40 % собственников владели группами до двадцати рабов.
Таким образом, в современных исследованиях, посвященных экономики Бразильской Империи, концепции классиков в значительной степени подвергнуты ревизии и пересмотру. В целом признавая вклад и заслуги Жилберту Фрейри в изучении рабства как экономического института, современные бразильские экономисты склонны позиционировать рабство не только как тупиковую модель развития экономики, которая была не в состоянии конкурировать с рынком, но и как не самую распространенную модель организации производства.
Помимо классических работ 1930-х годов особое внимание в экономических исследованиях, проводимых бразильскими экономистами уделяется экономической теории 1960 – 1970-х годов. Среди наиболее изучаемых и востребованных экономистов этого периода – Лиуш Карлуш Брессер-Перейра [6].
Л.К. Брессер-Перейра известен в первую очередь как исследователь проблем развития бразильской экономики. В этом отношении классической в Бразилии признана его книга «Развитие и кризис в Бразилии», которая впервые вышла в 1968 году, после чего неоднократно переиздавалась с авторскими изменениями и дополнениями. Последнее издание вышло в 2003 году. К этому времени книга успела стать классической. Работа Л.К. Брессера-Перейры относится к числу знаковых произведений бразильской экономической мысли второй половины ХХ века наряду с исследованиями Каю Праду Жуниора [19, 20, 21], Фларестана Фернандеша [11, 12], Фернанду Энрике Кардозу [7], и Сельсу Фуртаду [15, 16].
Оригинальное (первое) издание 1968 года включало в себя шесть глав. В последующие годы Л.К. Брессер-Перейра подвергал свою книгу определенным изменениям: в издании 1970 года появилась седьмая, а 1980 – восьмая глава. В 1984 году вышло английское издание, в состав которого входило девять глав. К моменту появления работ Л.К. Брессер-Перейры, как полагают современные исследователи (Педру Сезар Дутра Фонсека) его текстов, в бразильской экономической теории доминировали три школы, а именно: неоклассический монетаризм, марксизм и структурализм [10].
Если сторонники и теоретики первой школы особое внимание уделяли рынку как почти самостоятельно регулирующемуся институту, то марксисты и структуралисты указывали на особую роль политического фактора в развитии экономики. С точки зрения методологии, как полагают современные бразильские экономисты, книга «Развитие и кризис в Бразилии» стала новаторской и пионерской. Современных бразильских экономистов, которые занимаются изучением работ Л.К. Брессера-Перейры, интересует в первую очередь его вклад в развитие бразильской экономической науки. В экономических исследованиях, которые проводятся в Бразилии, мы можем выделить особую «брессер-перейрианскую» парадигму.
Современные бразильские экономисты подчеркивают, что на момент издания текст Л.К. Брессер-Перейры становились знаковыми, так как автор предпринимал попытки не только объяснения протекающих экономических процессов, но и давал им новые, оригинальные, не звучавшие раннее интерпретации. В отличие от других бразильских экономистов, которые значительное внимание уделяли историческим процессам, Л.К. Брессер-Перейра сосредоточил свое внимание на институциональной стороне развития экономики, уделяя особое внимание актуальным экономическим процессам. К моменту появления первого издания книги многих бразильских экономистов интересовали вопросы импортозамещения и государственного участия в управлении экономикой.
С другой стороны, бразильские авторы анализировали проблемы, связанные с экономикой Первой (или Старой) Республики (до 1930 года – до момента прихода к власти Жетулиу Варгаса) и проблемами трансформации экономики монокультур, построенных на доминировании одного сектора, ориентированного в первую очередь не на внутренний, а на внешний рынок. В подобной ситуации ими предпринимались попытки объяснения того, почему бразильская экономика развивается циклично, а периоды роста интересуются этапами экономического спада.
Другим фактором, которые способствовал в большей степени переизданию исследований Л.К. Брессер-Перейры стал кризис 1972 года, который оказал самое существенное влияние на развитие бразильской экономики, прервав не только несколько лет стабильно высокого экономического роста, но и разрушив, тем самым, «мечты о строительстве новой нации», а также «социально справедливого» общества, основанного на принципах и ценностях идеологии национал-девелопментализма. Анализируя теоретические взгляды Л.К. Брессер-Перейры, современные экономисты особое внимание акцентируют на его вкладе в изучение проблем развития, указывая на то, что в своих исследованиях Л.К. Брессер-Перейра показал, что развитие в условиях стабильного (на протяжении ряда лет) экономического роста начинает ассоциироваться с улучшением уровня жизни, что постепенно ведет к размыванию и разрушению самого понятия [4].
По мнению современных экономистов, заслуга Л.К. Брессер-Перейры состоит в том, что он попытался предложить синтетическую теорию развития, которая предлагает понимать процесс развития не просто как рост, но как постепенную трансформацию Бразилии, «страны позднего капитализма», которая проявляется в множестве различных преобразований и изменений, определяемых как «революция». Кроме этого Л.К. Брессер-Перейра предложил в значительной степени отличные (от работ своих современников) интерпретации «революции 1930 года», полагая, что политика, проводимая Жетулиу Варгасом, не только влияла на структурные трансформации бразильской экономики, но и привела к полной перестройки как экономических институтов, так и акторов, действующих на рынке.
К моменту появления исследований Л.К. Брессер-Перейры в бразильском экономическом дискурсе твердо укоренились термины «экономика монокультур», «колониальный капитализм», «национальный капитализм». Л.К. Брессер-Перейра использовал эти термины, но интерпретировал их иначе, чем его предшественники, полагая, что объяснение экономических процессов возможно в первую очередь в контексте политических изменений. Более того, если современники Л.К. Брессер-Перейры были склонны указывать на экономическое запаздывание в развитие Бразилии, то сам Л.К. Брессер-Перейра считал, что условия для экономических трансформаций сложились уже к началу ХХ века, революция 1930 года стала важнейшим стимулом для изменений, а к 1970-м годам завершилась «капиталистическая промышленная революция».
С другой стороны, Л.К. Брессер-Перейра полагал, что этот процесс в Бразилии отличался значительной национальной спецификой, которая проявлялась в неравномерном развитии различных секторов экономики, замедленных темпах индустриализации и сохранении на протяжении длительного времени (дольше чем в развитых странах) особой роли агроэкономики [4, 6]. Современные экономисты, которые занимаются изучением взглядов Л.К. Брессер-Перейры, подчеркивают, что тот смог предложить новаторскую концепцию для объяснения политического фактора в развитии бразильской экономики, полагая, что экономические изменения возможны как в условиях стабильности, так и революционных процессов, но в большей степени эффективны в том случае, если особую роль в развитии страны играет средний класс, который функционирует в условиях существования политического пакта между элитами и бизнес-сообществом.
Таким образом, анализируя роль Л.К. Брессер-Перейры в развитии бразильской экономической мысли, исследователи его творчества полагают, что он пытался дать вопросы на крайне сложные ответы связанные с существованием Бразилии как экономически развитой, но политически несовершенной страны. В целом современные бразильские экономисты полагают, что методологически исследования Л.К. Брессер-Перейры связаны как с классической экономической и социальной традицией, порожденной революцией 1930 года, так и современными ему теоретическими работами, что позволило автору предложить синтетическую интерпретацию экономических процессов, которые имели место в Бразилии.
Кроме истории экономической мысли в Бразилии современные бразильские экономисты особое внимание уделяют критическому анализу и переосмыслению концепций зарубежных экономистов, которые оказали влияние на развитие бразильских школ экономической мысли. Это связано с тем, что, например, в отличие от российской / советской экономической науки, экономические исследования в Бразилии не развивались в идеологическом вакууме, испытывая мощное влияние со стороны зарубежных школ и, в свою очередь, влияя на них. Значительное внимание бразильские исследователи уделяют изучению научного наследия латиноамериканских экономистов, что связано с развитыми экономическими, культурными и научными связями Бразилии с другими странами Южной Америки.
Особое внимание со стороны бразильских авторов уделяется аргентинскому экономисту немецкого происхождения Раулю Пребишу (Raúl Prebisch, 1901 – 1986). По мнению бразильских исследователей (Жоакин Мигель Коуту [9]), Р. Пребиш сыграл особую роль в изучении экономики развивающихся стран, в становлении теорий развития, анализе периферийного капитализма и вопросах политики импортазамещения. Среди бразильских авторов доминирует мнение, что концепции Р. Пребиша в значительной степени универсальны и применимы для изучения экономических процессов в Бразилии. В связи с этим подчеркивается, что «не вызывает сомнения тот факт, что Бразилия находилась среди тех стран, которые испытали особое влияние со стороны идей Рауля Пребиша».
Бразильские исследователи полагают, что научное наследие Р. Пребиша является актуальным в современной Бразилии, которая, начиная с 1990-х годов, пыталась проводить политику либерализации и открытия рынков. Анализируя работы Р. Пребиша, бразильские экономисты подчеркивают, что тот был сторонником экономического национализма, который проявлялся в последовательной защите идеи независимости латиноамериканских государств и их национальных экономик. Бразильские авторы полагают, что заслуга аргентинского экономиста состоит в попытке создать оригинальную теорию экономического развития, которая учитывала не только аргентинскую, но и латиноамериканскую специфику в целом.
Именно поэтому внимание акцентируется на том, что Р. Пребиш предпринял одну из первых попыток в экономической теории отказаться от понятий «экономический цикл» и «экономическое равновесие». По мнению бразильских исследователей, отказ Р. Пребиша от подобной терминологии был связан с кризисом экономической теории и политической экономии в 1920 – 1930-е годы. В подобной ситуации Р. Пребиш обратился к концепциям К. Маркса, что оказало значительное влияние на его теоретические исследования. При этом бразильские исследователи подчеркивают, что Рауль Пребиш не был склонен преувеличивать роль экономической теории, полагая, что при помощи теоретических концепций возможно объяснение лишь части протекающих экономических процессов.
С другой стороны, Р. Пребиш испытал значительное влияние со стороны идей Дж.М. Кейнса: именно аргентинский экономист стал одним из первых популяризаторов теории британского ученого, опубликовав в 1947 году работу «Введение в Кейнса». Бразильские экономисты, которые занимаются изучением наследия Р. Пребиша, полагают, что аргентинский экономист был согласен со своим британским коллегой в том вопросе, что именно безработица относится к числу основных недостатков капиталистической системы. Анализируя теоретические взгляды Р. Пребиша на концепт «цикл», бразильские экономисты подчеркивают, что аргентинский ученый полагал, что баланс в развитии и функционировании невозможен, так как любая национальная экономика развивается неравномерно.
В подобной ситуации само понятие цикличности теряет смысл, если функционирование экономики сводится к существованию баланса в одних сегментах и дисбаланса – в других. С другой стороны, бразильские авторы подчеркивают причастность Р. Пребиша к становлению современного неомарксизма: аргентинский экономист активно оперировал понятиями «центр» и «периферия» для описания реалий латиноамериканских экономик. По мнению бразильских экономистов, Р. Пребиш придерживался классических определений центра и периферии, полагая, что под центром следует понимать развитые страны, которые специализируются на производстве промышленных товаров, а под периферией – развивающиеся и слаборазвитые страны, специализирующиеся на экспорте сырья. Анализируя вопросы появления этих понятий в текстах Р. Пребиша, бразильские авторы полагают, что те возникли в результате осознания аргентинским автором того, что региональные различия в уровнях развития и экономические диспропорции являются следствием технического прогресса мировой экономики, который привел к появлению различных производственных структур в центре и в перифериях.
Перечисляя заслуги и достижения Р. Пребиша, бразильские экономисты подчеркивают и его вклад в теоретическое обоснование возможности южноамериканской экономической интеграции, а также в попытки синтеза марксизма и либерализма. В целом, в современных экономико-исторических исследованиях, проводимых в Бразилии, аргентинский экономист Рауль Пребиш позиционируется в качестве одного из создателей теории «центра / периферии».
Таким образом, современная экономическая мысль в Бразилии не сводится исключительно к изучению актуальной экономики. Особое внимание уделяется проблемам истории бразильской экономики. Исторический опыт и наследие воспринимаются современными бразильскими экономистами в качестве важных факторов функционирования национальной экономической модели на современном этапе. В подобной ситуации экономисты пытаются найти компромисс между мировым опытом и национальной, исторически сложившейся, экономической спецификой. Учитывание накопленного опыта в изучении национальной экономики, а также бережное отношение к классике национальной экономической мысли. Глубокая интеграция в международные экономические исследования, в первую очередь – с американской экономической наукой, что ведет к активному синтезу национального опыта с наиболее важными концепциями и достижениями зарубежных экономистов. Доминирующие позиции в научном сообществе экономистов в Бразилии занимают теоретики, склонность которых к ревизии и переоценке классического научного наследия прошлого является одним из факторов динамичного развития экономических исследований в Бразилии.

Развитые страны (Великобритания, Франция, Германия, США) широко используют преимущества построения партнерских отношений государства и бизнеса, последовательно переосмысливая стратегические аспекты этих отношений, вводя новые механизмы регулирования, обеспечивая гармонизацию интересов участников, совершенствуя законодательную базу.
Форма взаимодействия государства и частного сектора – частно-государственное партнерство – зародилась в начале 1990-ых годов в Великобритании, когда появилась модель «частной финансовой инициативы» , при которой финансовые вложения возвращались инвестору через арендную плату, вносимую государством за эксплуатацию объекта. Партнерства в инновационной сфере возникли в США, затем эта форма отношений была адаптирована к условиям многих европейских стран.
В мировой практике существует два подхода к определению содержания понятия «государственно-частное партнерство» :
- как к системе отношений государства и бизнеса на договорной (контрактной) основе, которая применяется в качестве инструмента международного, национального, регионального, городского, муниципального экономического и социального развития и планирования;
- как к конкретным проектам, реализуемым разными государственными органами и бизнесом совместно или только частными компаниями на объектах государственной и муниципальной собственности.
В Европейском Союзе нет единого подхода к определению государственно-частного партнерства – в общем плане под ним понимаются «формы кооперации между общественными властями и бизнесом, которые служат цели обеспечения финансирования, строительства, модернизации, управления, эксплуатации инфраструктуры или оказания услуг» , при этом в разных странах ЕС существуют собственные, более конкретные определения категории ГЧП.
В некоторых развивающихся странах, таких как Филиппины, Малайзия, Вьетнам, Турция были приняты специальные законы о заключении концессионных контрактов .
В работе «For the Good of the People: Using Public-Private Partnerships To Meet America’s Essential Needs», опубликованной на сайте Национального Совета по ЧГП (The National Council for Public-Private Partnerships), указывается, что частно-государственное партнерство осуществляется в трех основных формах: аутсорсинг, традиционное частно-государственное партнерство и приватизация.
В апреле 1999 года Управление общего учета США (United States General Accounting Office) определило основные типы частно-государственного партнерства :
1. Строительство – Владение – Эксплуатация (BOO): частный сектор строит и эксплуатирует объект без передачи права владения государственному сектору;
2. Строительство – Эксплуатация – Передача (BOT): частный сектор строит объект в соответствии с требованиями государства, эксплуатирует объект определенное время и передает его в собственность государства;
3. Покупка – Строительство – Эксплуатация (BBO): государство продает актив частному сектору, который вносит улучшения, необходимые для максимально эффективной эксплуатации объекта;
4. Проектирование – Строительство – Эксплуатация (DBO): единый контракт на проектирование, строительство и эксплуатацию объекта государственного сектора, который находится в собственности государства;
5. Строительство – Развитие – Эксплуатация (BDO): частный сектор арендует или покупает у государства существующий объект инфраструктуры, инвестирует собственные средства в его реновацию, модернизацию или расширение и эксплуатирует в соответствии с контрактом государственно-частного партнерства.
Существует развернутый вариант моделей партнерства государства и частного сектора, предложенный профессором Уилльямсом в 2003 году, предусматривающий восемь альтернативных вариантов участия государства (подробнее – Trefor P. Williams. (2003) Moving to Public-Private Partnerships: Learning from Experience around the World. Rutgers University).
С.Ли в работе «Public-private partnerships for development: A handbook for Business» разрабатывает модель частно-государственного партнерства, включающую четыре основных элемента: Компании, Правительство, Международные организации и Гражданское общество.
В США модели ЧГП используются для обеспечения лидерства во всех направлениях научных знаний: инновационная стратегия США опирается на развитие механизмов государственно-частного партнерства – с середины 1990-ых годов активно используется сотрудничество правительства, бизнеса, университетов в области разработки и коммерциализации инноваций в целях обеспечения экономического роста. Государственно-частное партнерство определяется как «закрепленное в договорной форме соглашение между государством и частной компанией, позволяющее последней определенным образом участвовать в государственной собственности в большей степени по сравнению с существующей практикой» .
В Соединенных Штатах Америки разработка диверсифицированной инновационной стратегии на основе ЧГП повлекла разделение штатов на группы: штаты с высокотехнологичным производством (Калифорния, Массачусетс); старопромышленные штаты (Нью-Йорк, Северная Каролина, Пенсильвания); штаты с истощающимся природными ресурсами (Флорида, Миннесота, Техас) .
В развивающихся странах, испытывающих недостаток бюджетных средств для поддержания, модернизации, расширения производственных мощностей, применялась концессионная практика – как альтернатива приватизации, обеспечивая формирование рыночной среды в ранее монополизированных отраслях: в последнее десятилетие XX века в дорожном хозяйстве было реализовано 314 проектов с объемом инвестиций 71 млрд. долларов, в портовой инфраструктуре – 169 проектов (с вложениями частных инвесторов – 16 млрд. долларов), на железнодорожном транспорте – 70 проектов (доля частных инвесторов – 26 млрд. долларов) .
В сложившейся в 2008-2009 годах экономической ситуации у многих стран возникли одинаковые проблемы с финансированием ГЧП: «ситуация с заимствованием привела к резкому росту обслуживания уже накопленных долговых обязательств и сделала невозможным их реструктуризацию в обозримой перспективе» . Проекты замораживаются или отменяются в силу спада деловой активности и введения режима общей экономии бюджетных средств.
Анализ опыта других стран позволяет сделать выводы, что в них используются различные институциональные подходы к организации системы управления государственно-частными партнерствами: вертикальная и горизонтальная дезинтеграция, отраслевой, межотраслевой и общеэкономический подходы. Во многих странах предусмотрено создание специального государственного органа или агентства, отвечающих за организацию и функционирование деятельности элементов государственного сектора и ГЧП (от разработки программы и методологии до реализации пилотных проектов и мониторинга), осуществляющих необходимый контроль.

На уровне мировой экономики важную роль в интенсификации бифуркационной максимизации кризисной динамики рисковой среды существования предприятий играет взаимосвязанный процессный тандем глобализации и информатизации, проявление которого в рамках отечественного рынка фактически столкнуло статичную бизнес-среду с новой реалией общемировой конкуренции и максимизации доступности информации в пространстве и времени, что стимулировало развитие ограниченной интенсификации логистического распространения информационных потоков в условиях переходной экономики.

На уровне национальной экономики значительная доля в трендовом императиве интенсификации рисковой среды связана с недостаточной проработанностью отдельных нормативно-правовых аспектов, а также дисбалансом эмпирико-фундаментальной динамичности ключевых компетенций высшего руководства предприятий, что в тандеме усиливает бифуркационные рисковые тренды в экономике.

В этой связи на локальном уровне эмпирико-фундаментальный механизм управления рисками чаще всего строится в рамках принципа атомарности компании путем абстрагирования, в результате чего практически не применяется системный анализ факторов взаимозависимости компании и бизнес-среды  в рамках единого комплексного научного подхода. Недостаточно развитым остается механизм единого комплексного анализа рисков в рамках нестабильной среды существования предприятия через призму кумулятивной совокупности предприятий в рамках аналитического критерия комплексности, что способно минимизировать негативные тренды функционирования отдельного предприятия в рисковой среде.

В современных условиях бифуркационной максимизации динамических трендов развития внешней среды все большую актуальность приобретает управление рисками, которое, с одной стороны, основывается на сущностных мультипараметрических градационных компонентах, составляющих парадигму риска как явления и, с другой стороны, на сущностной конструкции управления рисками, которая является  важной эмпирической гранью выявления подобных компонент. Потенциальное и реальное несбалансированное состояние ликвидности, кризисные тренды динамики абсолютных и относительных показателей деятельности компаний на рынке и факторы, порождающие различного рода риски, требуют совершенствования механизма управления рисками.

Управление рисками сегодня традиционно строится на применении мощного математического аппарата, который призван выявить количественные характеристики объекта и субъекта управления. Однако в современных условиях очевидна недостаточность этого подхода. В этой связи представляется целесообразным применение комплексных матрично-регрессионных методик повышения эффективности риск-менеджмента. С одной стороны, данные методики могут являться частью системы сбалансированных показателей, с другой стороны, важным компонентом управления рисками.

Разработка, развитие и использование систем анализа рисков подобного типа призвано разрешить важную проблему: выделить основные рисковые проблемы не только отдельного предприятия, а того или иного сегмента экономики в целом, для чего требуются именно комплексные системы анализа и оценки рисков. Известно, что аккумуляция рисков автоматически переводит компанию в разряд экономически неустойчивых и имеющих внутреннюю топологию нестабильности в условиях резких кризисных изменений внешней среды. Кризисность одновременно нескольких крупных предприятий может стать кризисом для региона, в котором данные компании осуществляют свою деятельность, особенно, когда предприятие становится неким экономическим центром развития какого-либо муниципального образования, района или крупного мегаполиса. В этой связи в условиях развития подотраслей народного хозяйства, важным может оказаться выявление зависимостей развития отдельного сегмента народного хозяйства от других связанных секторов экономики, что может повысить качество управления рисками в целом за счет более четкой локализации положения отдельно взятого сегмента.

В указанных условиях интерес могут приобретать именно комплексные системы анализа и управления рисками, поскольку при ограниченности данных из внутренней среды отдельного предприятия, подход к анализу управления рисками  должен быть особым.

Актуальность проблемы совершенствования экономического механизма управления рисками мультиплицируется низкой фактической рентабельностью многих отечественных компаний различных секторов экономики, нестабильностью их экономического положения, что, прежде всего, связано именно с недостаточной эффективностью риск-менеджмента самих отечественных предприятий и их комплексов.

Актуальность проблемы также возрастает вследствие массированного вступления более эффективных в экономической, инвестиционной и операционной деятельности зарубежных глобальных и транснациональных производителей на отечественные рынки товаров и услуг. Ввиду этого, проблема развития методического аппарата в отношении анализа и управления рисками становится особенно актуальной.

Фактором императива при разработке фундаментальной концепции служит эмпирическое приложение научных парадигм, на которых та или иная теория базируется. Верификация эмпирического эффекта применения парадигмальных конструкций может быть проведена в рамках подотрасли птицеводства, которая в современных условиях предоставляет необходимые и достаточные условия для анализа эффективности методик при их эмпирическом приложении. С одной стороны, данная подотрасль имеет достаточно высокую среднеотраслевую рентабельность, с другой стороны, высокая доходность зачастую граничит с высокими потенциальными и реальными рисками внутренней и внешней среды компании.

Названное выше показывает, что фундаментально-эмпирическая верификация и методическое обеспечение процессов совершенствования экономических механизмов риск-менеджмента отечественных предприятий являются сегодня актуальным.

В теории и практике экономики и управления народным хозяйством имеется значительный раздел, посвященный вопросам риск-менеджмента, который был разработан видными отечественными и зарубежными теоретиками.

Фундаментальные концепции сущности риска через призму кумуляции научных парадигм прослеживаются в трудах таких видных отечественных экономистов, как Л.И. Абалкин, А.Г.Аганбегян, А.А. Анфиногентова, О.Т. Богомолов, С.Ю. Глазьев, Т.И. Заславская, В.В.Ивантер, В.В. Кулешов, В.И. Маевский, В.Л. Макаров, Н.Я. Петраков, А.И. Татаркин.

Сущность рисков в условиях становления экономики инновационной направленности рассмотрена в трудах таких экономистов, как  К.В. Балдин, С.П. Бараненко, Д.Н.Вовк, Г.И. Гумерова, В.Г. Зинов, В.А. Первушин и другие.

Парадигма управления рисками в условиях кризисности внутренней среды предприятий в рамках факторного подхода верифицируется такими видными отечественными специалистами, как Л.П. Белых, О.А. Блинова, А.С. Большаков, Е.П. Жаровская,  Н.Ю. Круглова, И.К. Ларионов, А.Н. Раппопорт, Н.Ю.Тихомиров и другие.

Риск как явление в его тандемной взаимосвязи с финансами и экономической теорией в аспекте моделирования рисков рассмотрено в трудах таких отечественных ученых, как Г.Н.Белоглазова, Л.П. Кроливецкая, А.И. Леусский, Н.А. Савинская, Л.С. Тарасевич и другие.

Концепция риска через призму политико-правового подхода рассмотрена в трудах таких видных отечественных ученых, как А.А. Дынкин, В.В. Журкин, И.Д. Иванов, В.И. Ишаев, П.А. Минакир, Симония Н.А., Р.М. Энтов.

Сущность риска через призму управления рисками затронута в трудах таких отечественных ученых, как  А.Г. Ивасенко, Д.В. Исаев, Г.Н. Калянов, П.П. Ковалев, С.Р. Моисеева, М.А. Рогов, А.Н. Ряховская, К.В. Сафарян, Е.С. Стоянова, и другие. Ими рассмотрены ключевые вопросы, относящиеся к парадигмальным конструкциям установления фундаментально-эмпирической сущности риска и управления рисками: теоретические аспекты, методологическая база, роль и содержание рисковых механизмов, состояние и перспективы развития риск-менеджмента в целом с позиций научных парадигм.

Рассмотрению отдельных аспектов управления рисками во взаимосвязи с проблемами социально-экономической безопасности региона посвящены исследования уральской экономической школы (Г.А. Агарков, И.С. Важенина, А.Н. Головина, В.П. Иваницкий, А.А. Куклин, А.Г. Мокроносов, В.П. Неганова, Е.В. Попов, О.А. Романова, А.Г. Светлаков, А.И.Татаркин, А.Г. Шеломенцев).

Математический инструментарий при анализе и оценке рисков с использованием современных вычислительных средств рассматривается в трудах таких видных отечественных ученых, как Ф.Т. Алексерова, И.К. Андриевской, В.Р. Банка, В.В. Дика, В.С. Зверева, Л.Н. Красавиной, Полтеровича В.М. и других. Перечисленные авторы используют математический аппарат прогнозирования рисков в его взаимосвязи с применением современных средств ЭВМ.

Значительный вклад в разработку разрешения проблем в области анализа, прогнозирования и управления рисками  внесли J. Aragones, C. Blanco, K. Dowd, Drucker P.F., Follett M.P., J. Hull, J.S. Jordan, A. Katolay, M. Miller, R.L. Miller, N.D. Pearson, P.S. Rose, A. Shah, Thomas S.,  D.D.VanHoose, Yuh-Dauh Lyuu и другие. Ими рассмотрен широкий спектр эмпирико-фундаментальных вопросов в области различных аспектов риска и управления им.

Сущности птицепродуктового комплекса и его значимости для экономической системы страны много уделено внимания в работах таких видных отечественных экономистов, как Ю.И.Агирбов, А.П. Зинченко, А.П. Леснов, К.П. Личко, В.И. Назаренко, В.П. Неганова, О.Д.Рубаева, В.В. Шайкина, Б.И. Яковлева, В.Б. Яковлева и других ученых. Ими рассмотрены вопросы сущностных характеристик птицепродуктового подкомплекса и его соотношения с подотраслями агропромышленного комплекса.

Вместе с тем, ряд актуальных вопросов, связанных с научным совершенствованием экономического механизма управления рисками на предприятиях России, позволяющих повысить их хозяйственную стабильность в современный период, остается недостаточно изученным, что предопределило цель и задачи данного исследования.

Автором проведено исследование. Целью работы явилась разработка теоретических и методических положений по совершенствованию экономического механизма управления рисками на предприятии. Следуя цели исследования, поставлены и решены следующие задачи:

1)  Уточнить и дополнить понятийно-категориальный аппарат на основе обобщения теоретических подходов к совершенствованию механизма управления рисками.

2)  Разработать методику комплексного анализа рисков, позволяющую взвешенно оценить экономические риски предприятия с позиций рисков абсолютных изменений балансовых показателей, рисков дисагрегации ликвидности, рисков финансовых коэффициентов, рисков основных показателей результативности деятельности предприятия, рисков деловой активности, рисков рентабельности и рисков банкротства.

3)  Сформировать методический аппарат комплексной оценки рисков для совокупности предприятий в рамках отдельно взятого сегмента народного хозяйства на основе комплексного А-матричного анализа.

4)  Разработать алгоритм прогнозирования рискового развития отдельно взятого сектора экономики по компонентам рисков А-матрицы.

Объектом исследования явилась деятельность предприятий регионального АПК.

Предметом исследования явилась система экономических отношений, возникающих в процессе управления рисками на предприятии.

Теоретическую и методологическую основу исследования составили положения экономической теории, теорий управления, менеджмента, переходной экономики,   управления рисками, синергетического, институционального подходов, системного анализа, математического моделирования и др., которые представлены в работах отечественных и зарубежных ученых.

Основные методы исследования. В работе использованы историко-ретроспективный, экономико-статистический, монографический, расчётно-конструктивный, экономико-математический методы с применением пакетов прикладных компьютерных программ.

Информационная база исследования. Эмпирическую и информационную базу исследования составили данные статистической отчетности РФ, Минсельхоза России, Всемирного банка, данные международной статистики, материалы научных и научно-практических конференций, результаты собственных исследований автора.

Научные результаты, полученные автором, и их новизна:

1)  Раскрыта сущность «экономического механизма управления рисками»,  заключающаяся в определении системы, позволяющей минимизировать риски за счет повышения оперативности принятия управленческих решений предприятием в условиях экономической нестабильности. В этой связи уточнены определения «риск», «управление», «механизм», «экономический механизм» и предложена типология экономических механизмов управления рисками, позволяющая совершенствовать качество принятия управленческих решений.

2)  Разработана комплексная методика системной оценки рисков предприятия, позволяющая оценить результаты его хозяйственной деятельности как в условиях избыточности информации, так и в условиях ее недостатка и искажения, минимизируя требования к компетенции высшего руководства в условиях применения оптимизационных трансформаций отчетности.

3)  Предложена модель системной оценки рисков совокупности предприятий на основании комплексной А-матрицы, ориентированная на совершенствование экономического механизма управления рисками посредством анализа институциональных позиций предприятия, конкурентов, аффилиированных, а также субординированных партнеров и сторонних институтов, что ведет к увеличению степени независимости принятия управленческих решений предприятием.

4)  Разработан алгоритм прогнозирования стратегического развития совокупности предприятий, позволяющий определить условия стабильности сектора экономики, используя модель системной оценки рисков предприятия в соответствии с компонентами А-матрицы.

Указанные элементы научной новизны соответствуют пунктам 10.11  (механизмы и методы принятия и реализации управленческих решений; риск-менеджмент) и 10.12 (Оценка управления организациями как социальными и экономическими системами. Критерии оценки эффективности управления. Методы и показатели оценки результативности управления) паспорта специальности 08.00.05 «Экономика и управление народным хозяйством по отраслям» (менеджмент).

Теоретическая значимость выполненной работы заключается в обосновании системного А-матричного подхода к анализу рисков, в развитии понятийно-категориального аппарата в области управления рисками и разработке научно-методического инструментария, что вносит определенный вклад в развитие теорий системного и факторного подходов в риск-менеджменте.

Материалы исследования могут служить основой для дальнейших научных разработок по избранной теме.

Практическая значимость исследования определяется возможностью использования государственными структурами и прочими заинтересованными лицами теоретико-методических результатов как  основы стратегического управления рисковым состоянием предприятий и организаций региона.

Результаты исследования могут использоваться в учебном процессе  в изучении дисциплин «менеджмент», «риск-менеджмент», «антикризисное управление», «финансовый менеджмент», «банковское дело», «антикризисное управление кредитными организациями», «экономический анализ», «комплексный экономический анализ хозяйственной деятельности», «международные стандарты аудита», «эконометрика» и др.

Апробация результатов исследования.

Отдельные положения исследования докладывались на 8 международных (Екатеринбург, 2009г., 2010г., 2011г.; Санкт-Петербург, 2011г.; Чебоксары, 2010г.; Липецк, 2010г.; Пятигорск, 2010г.; Воронеж, 2010г.), 7 всероссийских (Москва, 2009г., 2010г.; Ярославль, 2010г., 2011г.; Екатеринбург 2010г.; Иркутск, 2010г.; Казань, 2009г.) и 6 региональных (Тольятти, 2010г.; Екатеринбург, 2009г., 2009г., 2009г., 2010г., 2010г.) научных и научно-практических конференциях.

Разработанные в исследовании элементы научной новизны практически апробированы в следующих организациях, предприятиях и учреждениях. Методика комплексной оценки рисков предприятия и модель системной оценки рисков сегмента экономики на основании комплексной А-матрицы применяются в организации учебного процесса ФГОУ ВПО «Уральский государственный университет им. А. М. Горького», с 2010г. – АОУ ВПО «Уральский Федеральный Университет имени первого президента России Б.Н. Ельцина», в организации учебного процесса в НОУ ВПО «Уральский институт бизнеса», а также в организации учебного процесса ФГОУ ВПО «Уральская государственная сельскохозяйственная академия».

Также материалы настоящего исследования применяются на ряде предприятий.

Практическое использование результатов исследования отражено в актах о внедрении.

По теме исследований автором опубликовано более 35 научных печатных работ общим объёмом 200,54 п.л. (в т.ч. авторских – 200,54 п.л.), в том числе множество отдельных положений обсуждено более чем в 15 публикациях в ведущих рецензируемых научных журналах и изданиях, определённых ВАК. Результаты исследований представлены в 5 индивидуальных монографиях: «Управление рисками в бизнес-системах птицепродуктового подкомплекса в условиях экономической нестабильности» (Екатеринбург: Астер-Ек); «Самоучитель по антикризисному управлению для директоров и владельцев фирм» (Екатеринбург: Полиграфист); «Антикризисный риск-менеджмент на птицефабриках Уральского федерального округа в условиях экономической нестабильности» (Екатеринбург: Астер-Ек «Самоучитель по комплексному финансовому анализу и прогнозированию банкротства» (Екатеринбург: Полиграфист), а также в других журнальных статьях.

Структура основной исследовательской работы отражает логику исследования и состоит из введения, трех глав, заключения, а также списка использованной литературы и приложений, изложенных на 231 странице печатного текста. Исследование содержит 40 рисунков, 11 таблиц, 215 формул и 1 приложение. Список использованной литературы состоит из 292 источников.

Во Введении обоснованы актуальность темы исследования, степень разработанности проблемы,    сформулированы цель и задачи, определены, объект и предмет, содержится характеристика научной новизны, теоретико-методических основ, информационной базы, методов исследования, практической значимости полученных результатов.

В первой главе «Теоретические основы формирования экономического механизма управления рисками» раскрыта сущность основных понятий, используемых в исследовании: риск, управление, экономический механизм управления рисками,  стабильное предприятие, стабильность совокупности предприятий,  выявлены основные рисковые проблемы предприятий. Предложена типологизация экономических механизмов управления рисками.

Во второй главе «Методические подходы к совершенствованию экономического механизма управления рисками» рассмотрен методический аппарат анализа и оценки риска. Разработана комплексная методика системной оценки рисков предприятия, позволяющая оценить результаты его хозяйственной деятельности как в условиях избыточности информации, так и в условиях ее недостатка и искажения, минимизируя требования к компетенции высшего руководства в условиях применения оптимизационных трансформаций отчетности. Предложена модель системной оценки рисков совокупности предприятий на основании комплексной А-матрицы, ориентированная на совершенствование экономического механизма управления рисками посредством анализа институциональных позиций предприятия, конкурентов, аффилиированных, а также субординированных партнеров и сторонних институтов, что ведет к увеличению степени независимости принятия управленческих решений предприятием.

В третьей главе «Оценка функционирования экономического механизма управления рисками на предприятиях птицепродуктового подкомплекса» проведен анализ динамики основных трендов макроэкономического развития Российской Федерации за последние 10-20 лет, а также проведен анализ трендового развития отдельных подотраслей АПК, включая птицепродуктовый подкомплекс России и Свердловской области, с начала ХХ века по начало 2011г., в результате чего была сформирована выборка для выявления значимых трендов, взаимосвязей и взаимозависимостей развития отраслей. На основе проведенного анализа методического аппарата и ретроспективных трендов выявлены основные проблемы эмпирического приложения парадигмальных концепций к управлению рисками в условиях совокупностей предприятий, на основании чего разработаны рекомендации по совершенствованию механизма управления рисками. Проведено исследование предприятий птицепродуктового подкомплекса Уральского федерального округа через призму А-матричного анализа, в результате чего выявлено фактическое состояние птицеводческого сектора региона по основным значимым рисковым показателям, что явилось основанием для разработки стратегии развития атомарных предприятий в рамках птицепродуктового подкомплекса. Проанализирована эффективность применяемых методик в рамках концепции стратегического развития предприятия на основе А-матричного анализа.

В Заключении   работы обобщены основные результаты, сформулированы предложения и рекомендации.

В целом, применение выводов и рекомендаций, приведенных в основном исследовании, описываемом вкратце в рамках данной статьи, способно существенно улучшить механизм риск-менеджмента на предприятии.

Экономист Дж. Стредвик выделяет несколько причин, по которым людям нравится работать в маленьких организациях:[2]

• Работа в малых фирмах постоянно бросает работникам вызов, ставит проблемы;
• Людям нравится скорость принятия решений и коммуникативных процессов;
• Люди ближе к источнику власти в бизнесе
• Маленькие организации могут предоставить отличные возможности карьерного роста;
• Маленькие фирмы не ограничены многочисленными правилами.

Обратим внимание еще на одну тенденцию, которая все  четче, проявляется в третьем тысячелетии в Российской Федерации, речь идет все о большей потребности со стороны бизнеса в высококвалифицированных специалистов.

«На российском рынке идет борьба не только за мифические таланты и маститых «топов», но и за менеджеров среднего звена, а иногда и за квалифицированных секретарей, водителей, рабочих и грузчиков. Настоящая охота ведется на специалистов в узкопрофильных областях, и на «управленцев от бога»[3] Очевидной причиной вышеизложенного мы видим в довольно быстром развитии нашей экономики, и ее составляющих. Компаниям нужны квалифицированные кадры именно в данный момент, а не через несколько лет. Выделим еще некоторые причины. «У нас заканчиваются трудовые ресурсы. Во-первых, мы как нация теряем в год миллион человек, во-вторых, людей пригодных для интеллектуального труда становится все меньше. И по мере того, как будет появляться другие возможности, скажем, заработать средства на крупном проекте и полностью посвятить себя семье или преподаванию, творчеству, саморазвитию… примеров уходы с работы будет все больше», – уверена заместитель гендиректора компании «Русский алюминий» Виктория Петрова.[4]

В этом смысле для малого и среднего бизнеса квалифицированные работники приобретают еще гораздо большее значение, чем для крупных компаний. В зарубежной литературе[5] с определенных пор стали рассматривать персонал организации как безусловное конкурентное преимущество. Некоторые специалисты в своих рассуждениях пошли еще дальше, и стали утверждать, что мотивированные и квалифицированные человеческие ресурсы представляют собой уникальный источник конкурентного преимущества.[6]

Проведенные в США исследования, приведенные в таблице (1) показали, что в большинстве фирмы погибают из некомпетентности руководителя фирмы.

В 1970-1980-ых годах в США 90-93% случаев банкротств была вызвана недостаточной квалификацией главного управленца фирмы.[7]

Таблица 1. Причины «умирания» малых и средних предприятий.[8]

Так в Великобритании по данным Агентства по развитию навыков, только 20% британцев смогли решить правильно 12 элементарных экономических примеров, вроде отнимите 1,22 от 5 или сколько получится 14 умножить на 11. В итоге агентство сетует, что в Англии низкий уровень математической грамотности.[9]

Об этой же проблеме и заявляют Дж. К. Лембден и Д. Таргет в своей книге «Финансы в малом бизнесе», что и среди действующих предпринимателей Великобритании прошедших жесткий отбор (на 30 мест несколько тысяч претендентов) в Лондонскую школу бизнеса, спонсором которой выступало правительство были люди с мягко говоря недостаточным уровнем математической подготовки.[10]

Действительно, последние тенденции в небольших западных компаниях говорят, что система отношений, основанная на подчинении, резко теряет своих сторонников. Зарубежные эксперты заявляют, что более образованные и компетентные сотрудники гораздо хуже работают в компаниях с авторитарным стилем управления, так как менее склонны к бездумному выполнению чужих приказов.

В России, по мнению  предпринимателей одним из важнейших недостатков, влияющих на процесс развития малого и среднего бизнеса, во всех сферах деятельности предприниматели назвали слабую квалификацию кадров. Так наиболее острую потребность предприниматели испытывают в сфере туризма – 80%, затем финансово-кредитной сфере – 75%, в строительстве – 65%, в производстве товаров народного потребления – 60%, в производстве продукции производственно-технического назначения – 57%, в коммерческой деятельности – 47,3%, на транспорте и связи – 45,2%, в розничной торговле – 36,4%, и, наконец, в общественном питании – 25%.[11]

В этом мы существенно отстаем от развитых зарубежных стран, и данный недостаток надо в ближайшее время постараться ликвидировать.

С начала мы кратко остановимся на зарубежном опыте. Уже к 80-м гг. консультационные услуги малым предприятиям оказывали 1860 учреждений, в 250 колледжах и университетах были введены

специализированные курсы для руководителей этой сферы экономики, а в следующем десятилетии осуществлялась программы, предусматривавшие создание центров развития малого предпринимательства, охватившая в 1985 году 39 штатов. Например, в штате Пенсильвания данная программа предопределила создание 10 таких центров на базе университетов и 3 при колледжах, где из 200 тыс. руководителей малых предприятий обучение или консультации получили 22,5 тыс. человек. Согласно экспертным оценкам, в результате этого было создано 14,5 тыс. новых рабочих мест, а воспользовавшиеся услугами этих центров фирмы увеличили за 3 года свои прибыли на 46%.[12]

В Южной Кореи с помощью Корпорации малого бизнеса (Small Business Corporation) ежегодно свыше 40 тыс. предпринимателей и сотрудников малых фирм проходят различные курсы обучения.[13]

В Японии мы рассмотрим эту проблематику на примере острова Хоккайдо и функционирующей там Хоккайдской Ассоциации малых и средних предприятий. Деятельность Ассоциации по обучению включает в себя следующие мероприятия:[14]

• связи со средними школами старшей ступени, профессионально-техническими училищами и вузами;
• совместная церемония по приему на работу новых служащих;
• совместное обучение новых служащих нормам и этике служебного поведения;
• повторное обучение для служащих, отработавших год после поступления на работу;
• обучение в университете Ассоциации малых и средних предприятий;
• деятельность Ассоциации выпускников университета Ассоциации малых и средних организаций;
• университет менеджеров.

Деятельность университета Ассоциации малых и средних предприятий направлена в основном на подготовку менеджеров среднего звена, которые отработали более 5 лет в компаниях являющихся членами Ассоциации.

Перейдем теперь к российским реалиям.

В первую очередь мы  затронем бизнес-образования для предпринимателей и переподготовки главенствующего персонала для малого и среднего бизнеса. Обращает внимание, тот факт, что малый бизнес в США развивается лучше, чем среднеевропейский и обязан этому  в не последнюю очередь своему бизнес-образованию (в Европе гораздо меньше, чем в США, развита система бизнес-образования).

Лишь 4,5% экономически активного населения Европы в той или иной мере участвуют в предпринимательских проектах, для сравнения в США – 13% населения. Обращает внимание, что одним из высоких этот показатель в Европе у Великобритании – 6% населения.[15] Мы считаем, что и здесь  не последнюю роль играет высокий стандарт бизнес-образования в данной стране.

Мы наблюдаем, что в РФ  увеличивается спрос на бизнес-образование. Например, по данным АЦ Эксперт-Регион рынок бизнес-образования  Урала составил в 2007г – 1,5 млрд. рублей, против 600 млн. в 2005г. Схожи тенденции можно обнаружить, и в других регионах страны.

Прежде всего, мы связываем данный факт с тем, что конкуренция становится все более жесткой и для успешного введения бизнеса уже не всегда хватает только денег. Ведь в бизнесе не обязательно побеждает у кого больше финансовых средств, а тот, кто лучше ими распоряжается, а сделать это не имея, качественного образования, могут единицы.

При этом надо заметить, что иногда у мелких предпринимателей занятых в соответствующих отраслях есть возможность пройти семинары. Фонд Международный инкубатор технологий (МИТ) совместно с Фондом содействия развитию малых предприятий в научно-технической сфере проводит семинары на тему «Программа развития бизнеса для технологических компаний» для владельцев и менеджеров малых и средних технологических компаний.

Сейчас многие регионы РФ самостоятельно разрабатывают программы содействия малому бизнесу. Например, Комитет по развитию предпринимательства Московской области, Школа Менеджмента МФТИ и Центр ИТ и Менеджмента «Профессионал» МФТИ предлагают вашему вниманию программу «Подготовка кадров для малого инновационного предпринимательства». Цель программы – способствовать росту профессионализма предпринимателей в области инноваций и малого бизнеса. Целевой аудиторией являются руководители малых инновационных предприятий. Мероприятиями программы являются:

• серия презентационных и консультационных семинаров в поддержку предпринимательства;
• профессиональная переподготовка команд на российских предприятиях для реализации инновационных проектов и программ;
• профессиональная переподготовка собственников и руководителей малого бизнеса в рамках дополнительного потока программы «Инновационный менеджмент со значительной скидкой по оплате обучения;
• консультирование предприятий центра и северо-запада России по вопросам развития бизнеса, укрепления рыночной позиции и финансовой устойчивости, а также развития ИТ-технологий.

Для служащих важным является постоянное повышение профессиональной квалификации. При этом, по мнению зарубежных экспертов 100% обучение за счет фирмы является менее эффективным, чем когда работник оплачивает его часть (25-50% его стоимости).

Эффективность и результативность любой  программы подготовки кадров для малого бизнеса определяется динамикой роста развития малых организаций. Показателем эффективности  можно рассматривать как отношение  роста объема (или доли) предлагаемой малым бизнесом продукции и услуг на рынке,  увеличение доли занятых, к  объёму затраченных на их подготовку и обучение денежных средств.

Следовательно,  результатом  эффективности программы может быть не только  общее количество обученных, или рост объема человеко-часов, но,  в первую очередь, качество обучения, объём ресурсов, потраченных на достижение качественного конечного результата программы.

В данной проблематике, встают основные принципы «кого и чему учить» и «кто и как учит», без выполнения, которых нельзя добиться эффективного результата.

Исследования Академии менеджмента и рынка доказали, что существуют несколько важных характеристик оценки качества подготовки кадров для малого бизнеса, напрямую влияющих на эффективность развития субъектов малого бизнеса.

Основными из них являются:

• качество процесса образования;
• конкурентоспособность знаний, полученных при образовании;
• адресность обучения;
• оперативность обучения;
• доступность программ обучения;
• комплексность знаний, умений и навыков;
• практичность полученных знаний.

В заключение заметим, что постепенно в России становится востребованным зарубежный опыт образования и повышение квалификации кадров для малого бизнеса.