Среди атрибутивных элементов корпоративной культуры специалисты выделяют, в том числе, и феномен наличия идеологии. Насколько ценен данный атрибут для организации управления? Является ли он искусственным образованием, предназначенным для манипулирования сознанием персонала или служит средством мобилизации и сплачивания работников для достижения поставленных организационных целей?

Объединяет данные вопросы общая постановка проблемы: идеология и управление, степень их общности, сочетаемости и принципиальной совместимости.

Рассмотрим вначале более подробно термин «идеология», ее содержательные стороны. Обилие социально-философской литературы по топике идеологии создает впечатление широких понятийных границ термина «идеология». Так Т. Иглетон [5, с. 32, 33], автор фундаментальной работы «Идеология», приводит свыше 20 дефиниций, встречающихся в мировой философской литературе; на сайте «Идеология»[6] даны 16 дефиниций термина «идеология». В данном случае имеет место, как говорил Й. Шумпетер, «историческая относительность» всякой аргументации. Это и определение термина с точки зрения истинного или ложного сознания, и под углом деятельностного, иррационального и аксиологического подходов, с позиций различных социологических школ и направлений.

Французским философом и экономистом А. Дестют Де Траси   автором термина идеология   и его современниками П. Кабанисом, М. Вольней, Э. Кондильяком и др. представителями французского сенсуализма начала XIX века была впервые исследована природа идей, их влияние на устои общественно-политической жизни европейского общества. Под идеологией понималась некоторая совокупность теоретических идей, представленная в систематизированной форме и предназначенная для обучения «политическим и социальным материям». При этом акцент делался на оценке взаимосвязей идей и действий, физического и психического устройства человека. На данном этапе идеология выступала инструментом «правды» и «лжи», «истины и заблуждения».

В трудах Гегеля, К. Маркса и Ф. Энгельса идеология трактуется уже как преднамеренно искажённое отражение действительности, как комплекс идеалистических теоретических предпосылок, оправдывающих социальные противоречия и несправедливости.

В. Парето, один из основоположников теории элит, понимал под идеологией «только рефлекс, тень или отражение sentimenti. Одно и то же чувство, которое толкает людей воздержаться от какого-либо поступка, оно же толкает их создавать соответствующую теорию для оправдания такого воздержания».

У К. Мангейма, одного из основателей социологии знания, идеология предстает как «коллективное бессознательное», посредством которого, по его мнению, данный класс или группа скрывает реальное положение дел не только от своих противников, но и от себя.

Выразителями иррационального подхода считаются немецкие философы и социологи Э. Топич, К. Саламун, Э. Шилс, Е. Лемберг. Так, Е. Лемберг утверждает: «Идеологию следовало бы определить как систему представлений, идей, объясняющих мир, и вытекающих отсюда ценностей и норм, которые побуждают и дают возможность индивиду, общественным группам или человеческому обществу действовать».

Французский философ Л. Альтюссер считает, что идеология – это репрезентация, проекция воображаемых отношений индивидов, которая накладывается на их реальное существование.

Н. Луман, немецкий социолог, видит в идеологии   лишь функциональную категорию. Цель идеологии – не достижение истины, а лишь ориентация людей на определённые социальные действия и поведение [3].

Аксиологический подход к термину «идеология» обосновывается в работах Г. Альберта, Т. Гейгера, Х. Зайферта. Так, по словам немецкого социолога Ганса Альберта, идеологии объективно требуется занимать в общественном сознании нишу «непредвзятой истины». Другими словами, идеология должна давать возможность и необходимость «критического анализа проблемной ситуации под определённым ценностным углом зрения».

Интересно выглядят и взгляды философии прагматизма. Последователи данной философии видят в идеологии не что иное, как выражение конкретных «планов», «программ» практических действий, требующие твердого и неукоснительного претворения в жизнь.

Более того, у П. Дуприза необходимость идеологии объясняется тем, что люди осознают за ее альтернативой – хаос. Они ее придерживаются, чтобы сохранить себя как личности. Сохранение индивидуальности возможно лишь в рамках традиции, которая поддерживается господствующей идеологией (Ф. Гросс). Американский социолог и политолог Н. Харрис обосновывал необходимость идеологии тем, что она является, по сути, «схемой для упорядочения социального опыта».

Отечественный социолог С. Г. Кара-Мурза обращает внимание на инструментальный аспект идеологии, представляя ее как комплекс идей и концепций, с помощью которого человек понимает общество, социальный порядок и самого себя в этом обществе и в мире [2].

Ориентирующий характер идеологии отмечают А.В. Жукоцкая: «Идеология – это функциональная сфера социального бытия, целью которой – не достижение истины, а ориентация людей на определённые действия и поведение», [1] Л. Козер: «Идеологии придают коллективную ориентацию всякому движению, укрепляют социальные общности и делают борьбу людей целенаправленной», Я. Барион: «Идеологии дают человеку общую ориентацию в жизни, цели и задачи, приготавливают его к осуществлению этих целей, дают систему ценностей и норм его поведения».[4]

Среди всех оценок, даваемых идеологии представителями различных научных школ, следует выделить оценки, в которых доминируют социальная значимость и актуальность феномена идеологии, например, в высказываниях К. Поппера: «Идеи, особенно моральные и религиозные, обладают такой силой, которую можно сравнить, по меньшей мере, с силой в физике», Э. Шпрангера: «…настоящая идеология является выражением того, ради чего человек живет», О. Лемберга: «Идеология придает смысл существованию и всему происходящему, она интерпретирует мир для людей и ориентирует их в нем» [4],Г. Лебона: «Важны в истории народов и глубоко влияют на их судьбу не революции, не войны – следы их опустошений скоро изглаживаются, – но перемены в основных идеях» [5].

За рубежом вопросами идеологии управления активно занимались среди зарубежных авторов Р. Бендикс, П. Друкер, Г. Минцберг, Т. Питерс, М. Портер, Р. Уотерман и др., среди отечественных авторов в постсоветской России ‑ Виханский О.С., Ефремова В.С., Красовский Ю.Д., Наумов А.И., Гительман Л.Д., Сосланд А., Савеленок Е.А.и др. Ряд сведений по отдельным вопросам идеологического обеспечения процесса управления можно получить, например, в разделе «Корпоративная идеология как инструмент антикризисного управления» сайта «Hr-Portal Сообщество HR-менеджеров» [7].

Одним из первых приступил к исследованиям идеологии управления (менеджерской идеологии) организации американский социолог Р. Бендикс, который под менеджерской (управленческой) идеологией (managerial ideology, management ideology) понимал «идеи управления, служащие подтверждению (оправданию) власти и авторитета управления над рабочими (подчиненными) и повышению производительности труда», «… идеи, которые поддерживаются теми и для тех, кто осуществляет власть на предприятии и старается объяснить и оправдать эту власть» [8].

Уровень современного понимания места и структуры идеологии управления в организации раскрывает Е.А. Савеленок в диссертации на тему: «Идеология управления в организации ‑ структура и процесс» [9]. Автор исходит из системного взгляда на идеологию управления, представляя ее с одной стороны как часть подсистемы саморазвития, а с другой – как иерархическую пятизвенную структуру, состоящую из: 1) управленческой идеологии в формах вербальных формулировок, наглядных представлений, различных форм информации, стереотипов поведения, ритуалов, цветов, запахов, звуков и т.п., 2) организационной идеологии, отражающей формально-представительский аспект идеологии в организации, 3) идеологии компании как совокупности управленческой и организационной идеологий, включающей в себя механизм ее реализации (специфические цели, функции, принципы, методы) и структуру (инструменты, люди, отношения), 4) идеологической системы в рамках процесса идеологического воздействия (разработка идей, их представление в определенных формах и реализация данных форм представления), 5) идеологию управления как единство идеологической системы и ее жизненной среды (социальных, экономических, культурных, политических условий и т.д.).

На примере успешной защиты и доступности данной работы можно сделать вывод о проведенной в научных кругах «амнистии» термина идеологии, начале поэтапного выведения его из тени и включения в научный оборот. Возвращение идеологии в терминологию управленческого дискурса объясняется масштабностью и глубинной воздействия данного феномена на персонал, поскольку, как показывает опыт эффективного управления, всякий процесс длительного движения (развития) организации без доминирующей роли идеологии бесперспективен. Сообразуясь с характером движения (развития), идеология принимает «формы представления и разъяснения миссии, целей, принципов и задач управления, ценностей, норм, правил, стереотипов поведения и взаимоотношений в коллективе. Идеи участвуют в формировании настроений, вкусов, предпочтений и иных элементов социальной психологии в организации. Идеи в своем содержательном аспекте задают субъекту норму социального поведения и его мотивы, систему мировоззренческих и политических ориентаций, социальный, нравственный и эстетический образец, с которыми субъект соизмеряет задачи и цели своей деятельности» [9].

Другими словами, идеология в процессе своего зарождения и укрепления образует, наподобие серого вещества мозга, имплицитный надинстиктивный слой мышления. Идеология обретает облик инфраструктуры обыденного управленческого мышления, кристаллизируясь в виде иерархии взаимоувязанных между собой убеждений и установок относительно идеального (желательного) функционирования организации и перспектив ее развития.

Из рассмотренных выше оценок понятия идеологии можно сделать следующие выводы: 1) идеология является объективным имманентным феноменом общественного сознания или коллективного бессознательного; 2) в идеологии сосредоточена несоизмеримо великая сила, могущая изменять мироустройство и порядок вещей; 3) изменения в самой идеологии неразрывно взаимосвязаны со судьбоносными изменениями в окружающем мире; 4) идеология – ориентир и смысл существования всякой жизнеспособной социальной системы; 5) идеология обладает определенным инвариантным статусом или статусом инвариантного мифа (по выражению Е. Савеленка), принимая на практике «свод принципов и установок, имеющих нормативный характер»; 6) идеология выступает как механизм сплочения социума и, наконец, 7) как сильная власть нуждается в идеологии, так и наличие идеологии – признак силы и морального превосходства власти.

Таким образом, как слагаемая корпоративной культуры идеология выступает фундаментальной категорией общественного сознания. Логично предположить, что и на уровне управления социальными институтами идеология служит мощным организационным инструментом, атрибутом эффективного управления процессами организации.