В 1799 году близ селения Надь-Сент-Миклош (ныне город Сынниколау-Маре был найден клад из 23 золотых сосудов, которые датировались V–VIII вв. Происхождение клада остается предметом спора, хотя большинство археологов видят связь с кочевниками восточноевропейских степей.
На некоторых сосудах имеются надписи, расшифровка которых затруднена их краткостью. Наибольшую ценность представляет надпись из 9 слов и 56 символов, сделанная греческими буквами на золотом сосуде с пряжкой. Надпись расположена по внешней стороне круга в центре чаши и гласит: ΒΟΥΗΛΑ·ΖΟΑΠΑΝ·ΤΕϹΗ·ΔΥΓΕΤΟΙΓΗ·ΒΟΥΤΑΟΥΛ·ΖΩΑΠΑΝ·ΤΑΓΡΟΓΗ·ΗΤΖΙΓΗ·ΤΑΙϹΗ (рис. 1). В месте, где надпись начинается и заканчивается, находится крест.
Рис. 1. Надпись на сосуде из Надьсентмиклошского клада
Данный памятник истории позволил лингвистам поупражняться в расшифровке представленного письма. Версий было несколько, все они опирались на тюркскую или монгольскую языковую семью, выхватывая похожие слова из разных языков, но смысл содержимого в них отсутствовал, как ни старались исследователи:
«Бойла Зоапан закончил эту чашу [эту питьевую чашу], которую Бутаул Зоапан сделал пригодной для подвешивания»;
«Бойла Зоапан сделал эту чашу; Бутаул Зоапан сделал эту чашу пригодной для питья»;
«Жупан Буила [имеет] все права, жупан Бутаул [имеет право] входить [во] все города»;
«Бойла жупан поставил (сделал или гравировал) надпись, согласно обычаю (или в знак доверия) для употребления Бойтаула жупана чашу, соответственно, для удовольствия (удовлетворения или очищения)»;
«Зоапан Буйла выгравировал битву, зоапан Буйла выгравировал внутренний крест»;
«Чаша Бойла Чабана, она сделана по его заказу. Бутаул Чабан приказал приделать к ней пряжку, она есть питейная чаша»;
«Это Буйла Жоапан, тот, кто принёс чашу. Питьевую чашу, сделанную Бут Аулом Жоапаном»;
«Чаша Бойла Зоапана, сделана она Ботаулом, чаша для питья для окружающих Зоапана».
Однако, если посмотреть на сосуд, то сразу станет понятно, что он служил не для питья или пищи, поскольку дно не гладкое, предназначение такой вещи не совсем понятно (рис. 2). Также не совсем понятно, почему исследователи решили, что перед ними предложение, а не какое-либо заклинание или набор слов?
Рис. 2. Сосуд из Надьсентмиклошского клада
Попробуем и мы разобраться в тексте, написанном древним мастером.
Наличие креста в начале говорит, что для изготовителя и заказчика были не чужды христианские символы. Таким образом, участие носителей тюркских или монгольских языков в процессе появления рассматриваемого сосуда маловероятно.
Слова ΖΟΑΠΑΝ и ΖΩΑΠΑΝ большинством исследователей признаются титулом жупан (župán), который был присущ южнославянским племенам. Использование данного термина во всех славянских языках со значением от «господин» до «укрытие» [3, т. 2, 65-66] указывает на его балто-славянское происхождение, отмечая его связь с балтским gaubti «покрыть, укрыть, собрать» (здесь же gaũbas «возвышенное место, выступ, возвышение» [4, с. 165; 6].
Достаточно прозрачную славянскую аналогию имеет слово ΒΟΥΤΑΟΥΛ – Войтыл (Wojtyla, Wojtel). Этимология данного антропонима восходит к балтскому vajoti «гнать, преследовать, покорять» [8, с. 714; 6], от которого vajótojas «кто преследует, гонит» и затем древнерусское войт «правитель», также здесь и славянское *vojь «воин» [3, т. 2, с. 334-335; 5, с. 524]. Дополнением служит индоевропейский суффикс *(Ø)-lós (в этой группе балто-славянские формы *-elas, *-alas, *-ělъ, *-ъlъ, *-ьlъ, *-āˀlas *-alъ, *-ilás *-ьlъ, древнегреческие -ηλος, -ήλας, германские -ilaz и т. д.), образуя существительные, выражающие действие, обозначающие носителя состояния. В целом, значение имени βουταο-υλ – «воитель, предводитель». В этом же словообразовательном ряду и первое слово ΒΟΥΗΛΑ – βου-ηλα, или voj-ila, т. е. воин (например, русский аналог: водить – водитель – водила).
Теперь отметим, что пять из девяти слов оканчиваются на -Η, т. е. вероятно, являются одной частью речи. Если ориентироваться на выше расшифрованные слова, то греческий -η может передавать славянский суффикс -и (от *-ьjь), который образует прилагательные.
ΤΕϹΗ. В основе лежит teisus «правый, справедливый, честный» (от глагола teisti «судить») [8, с. 666; 6].
ΔΥΓΕΤΟΙΓΗ. В данном слове можно выделить две основы – δυγε-τοιγη. Первая часть – славянское ду́же (dúže) «очень, много, превосходная степень» (праславянский корень *dužь «сильный», восходящий к балтскому daug [3, т. 1, с. 550; 4, с. 117; 5, с. 127). Второй компонент представлен славянским *tǫgъ «твердый, плотный, жесткий, крепкий» (старославянский тѫгъ) [3, т. 4, с. 114; 5, с. 495]. Таким образом, значение – «очень крепкий, твердый».
ΤΑΓΡΟΓΗ представлен двуосновным конструктом ταγ-ρογη. Первая часть соответствует индоевропейскому корню tāg- «приводить в порядок», который имеет балтский tog-/tāg- с основным глаголом tógti «дружить, родниться, нравиться» и деривативами togus «добрый», atogus «храбрый, отважный», patogus «хороший, годный» [7, с. 1055; 8, с. 443, 680; 6]. Кроме того, в этой же семье присутствует и греческий τᾱγός «предводитель, главарь», который мог повлиять на написание слова на сосуде. Второй компонент представлен понятием ragas «рог; символ власти, могущества» [4, с. 374-375; 6; 8, с. 495] (в славянском передается как rog «сила, крепость, могущество» [2, т. 4, с. 89]). Значение рассматриваемого термина можно сформулировать примерно как «облеченный властью», «рожденный править» и т. п.
ΗΤΖΙΓΗ. Вновь выделяем две основы – ητ-ζιγη, которые восходят к балтским ei̇̃ti и žỹgis. Первый компонент имеет значение «двигаться, идти» (в славянском iti, в древнерусском итти) [4, с. 151; 8, с. 144] и присутствует во многих антропонимах, подчеркивая воинскую характеристику [1, с. 208]. Второй корень žyg- тоже имеет широкий спектр определений, учитывая глагольные основы и деривативы, от «поход, подвиг» до «маршировать, управлять» и «неутомимый, беспокойный человек», также отмечается в антропонимах и топонимах (Žygimantas, Žỹgis, н. п. Žygaičių) [8, с. 784; 6].
ΤΑΙϹΗ происходит от tiesus «прямой, истинный, правдивый, открытый, несгибаемый» (от глагола tiesti «править»; в этой же семье корень tais-: taisyti «улучшать, обновлять» [8, с. 679; 6].
Таким образом, на сосуде написаны слова: ВОИН-ЖУПАН-СПРАВЕДЛИВЫЙ-СВЕРХКРЕПКИЙ-ВОИТЕЛЬ-ЖУПАН-ПОЛНОВЛАСТНЫЙ-ОТВАЖНЫЙ-НЕСГИБАЕМЫЙ. Надпись сделана на южнославянском языке и находит свое объяснение в балтославянской языковой среде. Владельцем сосуда был знатный славянин, но сосуд мог стать добычей грабителей или спрятан семьей при приближении опасности.
Библиографический список
- Валянтас С. Двусоставные антропонимы - реликты поэзии балтов. Балто-славянские исследования. XVI. М.: Индрик, 2004. С. 201-224.
- Толковый словарь живого великорусского языка: В 4 частях / Даль В. И. - М. : Типография А. Семена, 1863-1866.
- Фасмер М. Этимологический словарь русского языка. М.: "Прогресс", 1986, в 4 томах.
- Derksen R. Etymological dictionary of the Baltic inherited lexicon. Brill. Leiden·Boston, 2015. 684 р.
- Derksen R. Etymological Dictionary of the Slavic Inherited Lexicon. Brill. Leiden·Boston, 2008. Vol. 4. 726 р.
- Lietuvių kalbos žodynas (t. I–XX, 1941–2002). Vilnius: Lietuvių kalbos institutas, 2005. URL: http://lkz.lt/
- Smoczyński W. Słownik etymologiczny języka litewskiego (Lietuvių kalbos etimologinis žodynas). Vilnius: Vilniaus universitetas, 2007. 823 p.
- Pokorny J. Indogermanisches Etymologisches Wörterbuch, Bern & München, 1959. 1183 p.