УДК 34

ЛОББИЗМ И КОРРУПЦИЯ: СЛОЖНАЯ СИТУАЦИЯ ВЗАИМООТНОШЕНИЙ

Владимирова Людмила Сергеевна
АНОВО «Московский информационно-технологический университет-Московский архитектурно-строительный институт»

Аннотация
В настоящей статье предпринимается попытка рассмотрения достаточно узкого и тем самым крайне актуального вопроса о соотношении лоббизма и коррупции, их взаимодействии в рамках современной классификации обоих явлений. Автор предлагает на рассмотрение гипотезу согласно которой лоббизм не является однозначно соответствующим коррупции или, наоборот, не коррелирующим с ней явлением, а представляет собой форму взаимодействия общества и власти, которая меняется в зависимости от изменения самого общества.

Ключевые слова: , , , , , , ,


Рубрика: 12.00.00 ЮРИДИЧЕСКИЕ НАУКИ, Без рубрики

Библиографическая ссылка на статью:
Владимирова Л.С. Лоббизм и коррупция: сложная ситуация взаимоотношений // Современные научные исследования и инновации. 2018. № 7 [Электронный ресурс]. URL: http://web.snauka.ru/issues/2018/07/87277 (дата обращения: 08.08.2018).

Лоббизм (англ. lobbyism, от англ. lobby — кулуары) – хорошо исследованное в рамках современной социологии, политологии и правоведения явление, которое заключается в скрытом или ограниченно скрытом влиянии физических или юридических лиц на органы государственной власти с целью добиться материальных, репутационных или иных преференций для себя.

Фактически лоббизм существует прямой и непрямой, и разница между ними заключается лишь в том – насколько близко и открыто лоббисты имеют возможность общаться с представителями государственной власти [1, С. 20].

И в том, и в другом случае лоббизм весьма близок к тому, что можно квалифицировать и определить как коррупцию – злоупотребление доверенной властью ради личного обогащения или получения тех или иных преференций. Именно поэтому так важно хотя бы в рабочем порядке наметить возможные пределы законодательного обеспечения лоббистской деятельности, коли сам лоббизм во многих странах является повседневной политической практикой, а в некоторых из них он так или иначе институализирован. Опираясь на данный международный опыт на примере конкретных кейсов можно определить и возможности подобного возможного законодательного обеспечения и в России.

В современном мире лоббизм рассматривается с точки зрения его соответствия нормам демократического управления государством. Именно с этой политологической и правоведческой точки зрения лоббизм рассматривается или неразрывно с коррупцией или раздельно от нее. Строго говоря, две обозначенные позиции зависят от понимания демократии как таковой. В первом случае правоведы и политологи опасаются лоббизма как явления, которое способно размыть устои общества, превратить демократические институты в фикцию, в рамках такого представления демократические институты становятся ничем иным как инструментами неких властных элит, которые базируются на получении личных выгод. Другая группа исследователей фактически указывает на одну важную нестыковку в первой позиции – лоббизм играет важную роль в деле отстаивания своих прав меньшинствами, в случае если иное не предусмотрено или невозможно при существующем демократическом правлении. Парадоксально, но в этом случае получается, что лоббизм наоборот – является яркой особенностью по-настоящему демократического общества. В любом случае, аргументация и той и другой стороны исходит из одной и той же предпосылки. И именно благодаря единству предпосылки можно говорить, что лоббизм как минимум свойственен демократии [2, С. 105-106].

В конечном итоге, данный вопрос в такой постановке сводится к тому – законен ли лоббизм как таковой или нет.

При этом существует две альтернативные классификации. В первой акцент ставится не на лоббизм как таковой, а на культурные особенности предпосылки коррупции. В некоторых случаях коррупция обладает рядом особенностей, а некоторые принятые правовые нормы, например в западных странах, могут не соответствовать нормам, принятым в восточных странах. Более того, даже одни и те же нормы могут иметь разное восприятие в общественном сознании и как следствие иметь разные последствия для их нарушителей и разное к этим нарушениям отношение [3, C. 83].

Другой подход связан с противопоставлением обществ подверженных определенным традиционным формациям и более модернизированных обществ. Иными словами, коррупционные преступления в Скандинавии и коррупционные преступления в Саудовской Аравии будут хоть и схожи формально, тем не менее, квалифицироваться и преследоваться могут по-разному. Относительно лоббизма можно привести в пример США, где лоббизм институционально разрешен и не является чем-либо предосудительным. В рамках данного противопоставления можно говорить о том, что более традиционное общество подразумевает наличие лоббистских организаций или иных групп людей, осуществляющих лоббистское воздействие. Более же модернизированные общества как правило не имеют лоббизма в институализированной форме (или же прямой форме), но зато могут как иметь лоббизм в косвенной форме, через развитую систему СМИ, общественных организаций, а также государственные законодательные и законосовещательные органы (комитеты и комиссии при парламенте и правительстве и т.д.) [4, C. 51]. Хотя в данном случае мы рискуем запутаться в определении, что же значит сам по себе «лоббизм», ведь и в том и в другом случае влияние на власть с целью получения выгоды будет присутствовать, хоть и в разных формах.

Модернизированность общества в данном случае означает не только его научно-техническую составляющую, т.е. производственные мощности рассматриваемого общества (хотя корреляция на лицо), но и соответствие производственных мощностей производственным отношениям. Ярким примером в данном случае является Китай, где хоть борьба с коррупцией и имеет весьма строгие и подчас жестокие формы, в частности расстрел, тем не менее согласно статистике представляемой организацией Transparency International имеет коэффициент восприятия коррупции 4-4,9, а производственные мощности данного государства не нуждаются в дополнительном представлении – Китай одна из ведущих экономик мира с сильнейшим научно-техническим сектором. Как следствие, можно предположить, что традиционные институты (такие как семья, родовые связи вообще, традиционная местная религия и т.д.) имеют значительное влияние на жизнь общества. И лоббизм в таком случае может осуществляться не через развитую систему свободных СМИ или общественных организаций, представляющих интересы меньшинств, но через совершенно иные институты – семью и религиозные общины (или через профессиональные объединения). Естественно, что такая форма лоббизма в западных странах может быть квалифицирована как коррупция, хотя для многих традиционных сообществ она таковой не является.

В некотором смысле слова система лоббизма, представленная в Соединенных Штатах Америки, является компромиссным вариантом между модернизированным и традиционным подходами. В частности, с одной стороны, общественные организации через СМИ или киноиндустрию и т.д. могут отстаивать свои выгоды или права, т.е. делать это косвенно, но с другой стороны как правило контакты лоббистов и должностных лиц не всегда определяются неким законным порядком, иными словами, не создан некий полный перечень прецедентов общения одних с другими. Именно поэтому прямой лоббизм также не исключен и в большинстве случаев не квалифицируется как коррупция. Одновременно с этим даже в США существует ряд проблем с реализацией лоббистской деятельности, как пишет об этом исследовательница вопроса Н.М. Колосова: «Всегда будут существовать «теневые» механизмы лоббирования, которые представляют собой отклонения реальной практики от нормативной или этической модели поведения субъектов. В США «электронная» демократия используется как во благо — в целях распространения информации, необходимой для развития лоббистских контактов, так и во вред — в целях информационного давления на должностных лиц» [5, С. 56].

Подводя итог настоящего исследования можно говорить о том, что сам по себе лоббизм не является однозначным добром или злом и скорее его формы и даже эффективность зависит от конкретных исторических обстоятельств и конкретных обществ, в рамках которых лоббизм осуществляется. В любом случае, лоббизм, в том числе и в России, нуждается в строгом юридическом регулировании, так как его партикулярная неотличимость от коррупции может создать много проблем правового характера.

Поделиться в соц. сетях

0

Библиографический список
  1. Лоббизм: теория и практика. М.: Горячая линия — Телеком, 2015.
  2. Белоусов А.Б. Лоббизм в Европейском Союзе: корпорации vs НКО // Научный ежегодник Института философии и права Уральского отделения Российской академии наук, 2014. Т. 14. Вып. 3. С. 103-118.
  3. Кислов А.Г., Сюзева Н.В. Амбивалентность культуры в процессах воспроизводства и предупреждения коррупции // Вестник культуры и искусств, №. 1 (45), 2016, С. 81-89.
  4. Журавлев А.Л. Психологические факторы коррупции / Нравственность современного российского общества: психологический анализ. М.: Институт психологии РАН, 2012.
  5. Колосова Н.М. Лоббизм и коррупция // Журнал российского права, №. 2 (206), 2014, С. 53-59.


Количество просмотров публикации: Please wait

Все статьи автора «Владимирова Людмила Сергеевна»


© Если вы обнаружили нарушение авторских или смежных прав, пожалуйста, незамедлительно сообщите нам об этом по электронной почте или через форму обратной связи.

Связь с автором (комментарии/рецензии к статье)

Оставить комментарий

Вы должны авторизоваться, чтобы оставить комментарий.

Если Вы еще не зарегистрированы на сайте, то Вам необходимо зарегистрироваться:
  • Регистрация