УДК 316.7

ИНОЯЗЫЧНАЯ КУЛЬТУРА: КОНТЕКСТ И КОММУНИКАЦИЯ

Бачурин Всеволод Владимирович
Уральский государственный университет путей сообщения
преподаватель кафедры «Иностранные языки и межкультурные коммуникации»

Аннотация
Статья посвящена влиянию культурного контекста на особенности коммуникативного поведения и национальной языковой картины мира.

Ключевые слова: концепты культуры, культуры высокого и низкого контекста, межкультурная коммуникация, национальная языковая картина мира


FOREIGN CULTURE: CONTEXT AND COMMUNICATION

Bachurin Vsevolod Vladimirovich
Ural State University of Railway Transport
Lecturer, Chair of Foreign Languages and Intercultural Communications

Abstract
The article discusses the influence of cultural context on the specifics of communicative behavior and national linguistic world image.

Keywords: concepts of culture, high and low context cultures, intercultural communication, national linguistic world image


Рубрика: 24.00.00 КУЛЬТУРОЛОГИЯ

Библиографическая ссылка на статью:
Бачурин В.В. Иноязычная культура: контекст и коммуникация // Современные научные исследования и инновации. 2016. № 9 [Электронный ресурс]. URL: http://web.snauka.ru/issues/2016/09/71252 (дата обращения: 22.11.2016).

В связи с расширившимися за последние десятилетия процессами образовательного и культурного обмена, интенсивными миграционными процессами в рамках глобального мира проблемы межкультурной коммуникации становятся все более насущными и практическими. Одним из ключевых факторов успешной межкультурной коммуникации, помимо владения иностранным языком,  является культурная компетенция.  Освоение вербальных и невербальных кодов иноязычной культуры, выявление зон напряжения и барьеров при межкультурных контактах, поиск эффективных путей преодоления этих барьеров – задача, стоящая перед вузовским преподавателем, работающим с иностранными студентами.

Унифицированная цивилизация за технологиями, западной модой и мн.др. скрывает от глаз особенности мировидения отдельного этноса. Во время аудиторного занятия в университете выяснилось, что расчет возраста корейских студенток  не совпадает с общепринятой международной системой, а базируется на системе традиционных верований восточноазиатского региона. Поэтому студентки обязательно называли как западный, так и корейский возраст. Дальнейшее знакомство со страной открывает уникальный синтез сверхсовременной цивилизации, располагающей тотальным  интернет доступом и интеллектуальным городом Сонгдо, и при этом достаточно жесткой традиционной общественной и семейной иерархии, использующей сложную систему обращений (ajossi, ajumma, agassi , sŏnbae, hyŏng, oppa, onni, nuna и др.) обязательно учитывающую возраст, пол и статус собеседников. Пренебрежение традиционной социальной ролью и нарушения кода общения могут создавать проблемы в первую очередь для носителей языка, но должны учитываться и в межкультурной коммуникации.

Правильная коммуникативная настройка предполагает знакомство со спецификой иноязычной культуры  и выбор правильных параметров общения. Согласно исследованиям Э.Холла [1],  для понимания происходящего и осуществления успешного межличностного общения различные культурные группы прибегают к коммуникативным системам, наполненным определенными имплицитными правилами. Типологическая классификация культурных групп может быть построена на их отношении к контексту, в рамках которого происходит то или иное культурное событие. Языковой код при отсутствии контекста является неполным, несовершенным, и трудности в осуществлении межкультурной коммуникации возникают из непонимания или недостаточного понимания контекста сообщения.

Представители индивидуалистических низкоконтекстуальных культур (германский, скандинавский, англо-американский ареалы) приветствуют вербальную, рациональную и эксплицитную коммуникацию, решение формализованных задач в заданные сроки, открыто выражают недовольство, делят свои личные отношения, работу и разнообразные сферы повседневной жизни на различные отсеки.

Высоконтекстуальные же культуры характеризуются  однородностью, стабильностью, длительностью, прочностью в межличностных отношениях и наличием множества скрытых правил и требований. Жители Средиземноморья, Юго-Восточной Азии, Ближнего Востока полагаются на  обширную информационную сеть, построенную на родственных, дружеских и профессиональных отношениях. Неязыковой контекст также включает поведение, реакции, внешний вид, иерархию и статус. В деловой сфере предусматривается консенсус, и акцент делается на построении отношений, а не на решении срочных задач. Представители культур с высоким контекстом, как правило, более сдержаны в эмоциях, избегают открытого выражение недовольства и конфликта и, избегают говорить «нет», привыкли к дипломатии и церемониалу

Пример, когда китайский студент по настоятельной просьбе преподавателя «согласился» сделать доклад на международной научно-практической конференции, проводимой университетом, а в итоге доклад так и не состоялся, как раз характеризует сбой в коммуникации между представителями двух типов культур – китайской (высококонтекстуальной) и русской (со значительно меньшим уровнем контекста). Известно также немало случаев, когда западные бизнесмены возвращались из восточноазиатского региона с твердым убеждением, что деловые договоренности достигнуты, не осознавая, что им сказали «нет». При этом неявная форма отказа должна была позволить другому участнику коммуникации сохранить лицо.

Коммуникативное поведение представителей восточноазиатской культуры в данных примерах с одной стороны ожидаемо и задано контекстом, а с другой стороны, следует понимать его причину. Историко-культурная и духовная традиция, в синтезе которой не последнюю роль играет конфуцианская этика, направляет усилия человека на поддержание гармоничного существования в обществе. В идеале подразумевается бесконфликтное общение с заботой о сохранении как  своего лица, так и лица другого участника коммуникации.  Для реализации этого, например, китайский ритуал общения требует не демонстрировать в обществе свои таланты и заслуги, принижать себя перед собеседником, напротив, воздавая ему необходимую дань уважения.  Как отмечает Т.В.Ивченко, «о себе следует говорить: “бесталанный”, о своем сочинении – “бессодержательное”, о своем мнении – “моя некомпетентность” или “глупость”. Если даришь кому-то свою книгу, следует ее надписать так: “прошу исправить”» [2].

В традиционной лингвистической культуре Китая издавна присутствовала  устойчивая оппозиция плохого и низкого «моего» и дорогого, значимого «Вашего». Говорящий называет себя xiǎorén – «человек низкого статуса, подлый», bǐ – «низкий, вульгарный» (bǐjiàn – мое скромное мнение, bǐrén  – Ваш покорный слуга), qiè «вор» (выражая мнение или извиняясь за то, что пришел без предупреждения). Пожилой мужчина вместо «я» может употребить lǎoxiǔ – старый и увядающий (гнилой), пожилая женщина – lǎoshēn – «старое тело». В обращении со старшими прилично назвать себя – wǎnshēng – «позже рожденный».

Напротив, относящееся к собеседнику сопровождается эпитетами guì – «дорогой, ценный»: guìxìng – «Ваша фамилия» (досл. «дорогая фамилия»), guìzǐnǚ – «Ваши дети», guìgōngsī – «Ваша фирма»,  guìguó – «Ваша страна», bǎo – сокровище, bǎojuàn – Ваша семья, bǎohào – Ваша фирма (магазин),  dà – большой, dàbǐ – -Ващ почерк (письмо)  (досл. большая кисть для письма), qián – стоящий впереди, qiánbèi (досл. поколение, стоящее впереди) – «Вы» к человеку старшему по возрасту или статусу (ср. заимствование в японский “сэмпай” с теми же иероглифами, или уже упомянутое корейское sŏnbae)  [3], [4].

«К человеку, которого вы приглашаете, надо обратиться со словами: “прошу посетить мое убогое жилище”. Что касается трапезы, то какой бы роскошной она ни была, гостю следует сообщить, что его, к сожалению, ждет “скромное угощение”. Когда же он, “удостоив вас своим посещением”, увидит заставленный едой стол… посетовать на то, что не удалось толком ничего приготовить» [2].

Следует со смирением принять похвалу: nǎli nǎli – не достоин Вашего комплимента (досл. «где? где?»), или bùgǎn, bùgǎndāng  с тем же значением (досл. «не осмелюсь (принять честь)»). «На вопрос: “справитесь ли вы с этой работой?” не следует отвечать утвердительно. К “лицу” вам будет что-то вроде: “я попробую, но не знаю, хватит ли на это моего скромного таланта”» [2].

Контекстуальные различия между культурами влияют на формирование национальной языковой картины мира и особенности концептуализации, включая наличие концептуальных лакун. Например, для японцев концепт «свободы», по предположению А.Вежбицкой, является культурно чуждым и «фактически не согласуется с такими ключевыми японскими ценностями, как «amae» (‘любящая зависимость’), enryo (‘неассертивность’), «on» (‘бесконечная обязанность по отношению к другим’) или «giri» (‘долг по отношению к другим’)» [5, с.254]. Поэтому для осуществления успешной коммуникации недостаточно знания собственно вербального кода и правил его применения. Требуется овладеть невербальными кодами культуры конкретного лингвокультурного сообщества, в т.ч. кодами не всегда доступными вербализации.


Библиографический список
  1. Hall E.T. Beyond Culture. Garden City, N.Y.: Anchor. Press/Doubleday, 1976. – 298 p.
  2. Ивченко Т.В. «Лицо» китайца. – Отечественные записки 2014,  №1. – [Электронный ресурс] – URL: http://www.intelros.ru/readroom/otechestvennye-zapiski/o1-2014/23218-lico-kitayca.html (дата обращения: 20.08.2016).
  3. Chinese-English Dictionary. Chamber of Commerce Printing House.Beijing, 1982. – 976 p.
  4. Большой китайско-русский словарь /Под ред. Мудрова Б.Г. – 6-е изд., – М.:Живой язык, 2006. – 528 с.
  5. Вежбицкая А. Понимание культур через посредство ключевых слов./ Пер. с англ. А.Д.Шмелева. М.: Языки славянской культуры, 2001. – 288 с.


Все статьи автора «Бачурин Всеволод Владимирович»


© Если вы обнаружили нарушение авторских или смежных прав, пожалуйста, незамедлительно сообщите нам об этом по электронной почте или через форму обратной связи.

Связь с автором (комментарии/рецензии к статье)

Оставить комментарий

Вы должны авторизоваться, чтобы оставить комментарий.

Если Вы еще не зарегистрированы на сайте, то Вам необходимо зарегистрироваться:
  • Регистрация