УДК 37.01

РОССИЙСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ В КОНТЕКСТЕ ЛИБЕРАЛЬНЫХ РЕФОРМ

Бабыкина Наталья Николаевна
Ухтинский государственный технический университет
кандидат философских наук, доцент

Аннотация
В статье рассматривается трансформация российской высшей школы в постсоветский период. Автор анализирует причины, препятствующие проведению образовательных реформ, противоречия между национальными традициями высшей школы и западными моделями образования.

Ключевые слова: идентичность, идеология образования, национальная безопасность., национальная элита, образовательная парадигма, технология образования


UNIVERSITY OF RUSSIA IN THE CONTEXT OF LIBERAL REFORMS

Babykina Natalya Nikolaevna
Ukhta State Technical University
Ph.D. Associate Professor

Abstract
This article deals with the transformation of Russian higher education in the postsoviet era. The author analyzes the contradiction between the national traditions of high school and western models of education.

Рубрика: 09.00.00 ФИЛОСОФСКИЕ НАУКИ

Библиографическая ссылка на статью:
Бабыкина Н.Н. Российский университет в контексте либеральных реформ // Современные научные исследования и инновации. 2016. № 5 [Электронный ресурс]. URL: http://web.snauka.ru/issues/2016/05/66387 (дата обращения: 29.09.2017).

Анализ негативного опыта экономических реформ в России всё чаще привлекают внимание к проблемам российского образования в целом и университетского образования в частности, ибо история России знает немало примеров, когда судьба страны определялась её системой образования. Практически единодушно состояние системы образования в России оценивается как кризисное. Думается, что особой трагедии в этом нет, ибо слово кризис означает – поворотный пункт, переломный момент. Как известно, слово «кризис» в китайском языке состоит из двух иероглифов – «опасность» и «возможность, шанс». Кризисы, таким образом, это признак жизни, очищение от старого и приобретение нового. На протяжении всей истории университет вместе с обществом  периодически попадал в ситуацию кризиса, когда менялась идея университета, менялись требования и ожидания общества. В российском обществе растёт понимание  необходимости адаптации принципов рыночной экономики к ценностным основам российской ментальности. Возможно, экономические реформы буксуют не потому, что они либеральные, а потому что они вненациональные, что они не адаптированы к национальным традициям.  Ведь в любой развитой стране образование – калька со своей культуры, оно  должно соответствовать национальной социокультурной системе. Национальная же культура, в отличие от этнической, передаётся от поколения к поколению именно через систему образования. В этом смысле образование выполняет нациообразующую функцию, ведь каждое новое поколение, по мнению французского историка Алексиса де Кюстина  – это новый народ. Кроме того, важнейшая проблема, вставшая перед страной после 1991 года – проблема национальной элиты, способной осуществить  эффективные реформы на благо собственной страны. Подготовка национально ориентированной элиты – также важнейшая функция системы образования. Ведь образование – это не просто некоторая отрасль, а системообразующая часть национальной культуры. Контроль над образованием – контроль над обществом, контроль над психологической и ментальной сферой  людей, особенно  молодёжи. В этом смысле образование является важнейшим фактором системы национальной безопасности страны. Так, в доктрине информационной безопасности  РФ среди  основных видов угроз называется «дезорганизация и разрушение системы накопления и сохранения культурных ценностей, снижение эффективности системы образования и воспитания [1]. Ключевые проблемы образования в нашей стране  в основном группируются по двум направлениям – идеология образования и технология образования, то есть чему и как учить подрастающие поколения.  В этом смысле важно обращение к истории высшего образования в России.

Российские университеты с момента своего возникновения выполняли не только функции профессионального обучения молодёжи, но и формирования национальной элиты общества. Так, в первом параграфе Устава московского университета от 5 ноября 1804 года  заявлено, что в данном учебном заведении «приготовляется юношество для вступления в различные звания государственной службы». Причём, служба воспринималась молодыми людьми не только в узком смысле, в качестве рутинной  работы, но и  как идея служения общему делу, общей пользе. Эта идея была важнейшей чертой мировоззрения  национальной элиты. Под служением понималось именно гражданское служение, а не только мир чинов и бюрократическая иерархия. Просто служба  как простое продвижение по бюрократической лестнице в личных интересах  вызывала порой отторжение. Так, герой комедии Грибоедова Чацкий говорил: «Служить бы рад – прислуживаться тошно!». Тем самым «прозаическая ответственность перед начальниками заменялась ответственностью перед историей»[2]. Причём, идея служения была тесно связана с идеей самосовершенствования и творчества. Особенно значимой эти идеи стали в период после 1812 года. Так, Ю.М. Лотман  писал о создании в этот период «особого типа русского человека» не только в культурном, но и в моральном отношении. Ему свойственно стремление к правдивости, восстание против лжи и условности общества. В этот период популярной становится идея «сына отечества», служащего общему делу. И от представителей власти в России также ожидали не только некой суммы «мероприятий», но и личного примера на ниве служения отечеству. В советский период отечественной истории университеты называли «кузницей кадров» не только для промышленности, но и для всех структур государства. Несмотря на жёсткую идеологизацию, университеты старались сохранить идеалы патриотизма и служения стране, не забывая при этом заниматься модернизацией экономики. По сути, университеты становились площадкой для формирования нового типа субъекта. Университеты в России всегда являлись двигателем социальной и интеллектуальной реформации, создателями  новой национальной элиты, которая творит государственную идеологию и материальную мощь страны, не имея при этом прямой власти. В этом смысле университет может рассматриваться как инобытие государства.

В постсоветский период в России проведение реформы образования велось по принципу обвальной денационализации и формирования у молодёжи неких «общечеловеческих ценностей». На российскую молодёжь было обрушено множество «инноваций» и «моделей» слабо связанных с национальными традициями. Кроме того, в стране долгие годы господствовал «идеологический вакуум», т.е. отсутствие системы основополагающих ценностей государства. А ведь в нашей стране  университетскому образованию более двухсот лет, разнообразные формы школьного обучения опробованы на опыте (народные школы, гимназии, лицеи, реальные училища и т.д.). В российском образовании был накоплен опыт сочетания национального и интернационального, творчества и репродукции.  Может быть, пришло время вспомнить национальные традиции вообще и традиции отечественной педагогики в частности. Не случайно лауреат Нобелевской премии Конрад Лоренц называл разрыв с традицией одним из смертных грехов цивилизованного человечества. По мнению Лоренца, разрыв с традициями приводит к конфликту поколений, воспринимающих друг друга  в качестве враждебных групп. Современные университеты работают в новой системе координат – в условиях глобализации, информационного общества, жёсткой конкуренции и т.п. Тем не менее, для формирования новой образовательной парадигмы по-прежнему важно знать, в каком обществе и в какой системе ценностей предстоит жить и работать её выпускникам, какую цель ставит перед университетом государство и общество – формирование «сынов отечества», граждан своей страны или  производство «эффективных менеджеров», человеческих ресурсов для рынка труда. Так, в своё время А.С. Пушкин в письме «О народном воспитании» от 1826 года писал: «Историю русскую должно преподавать по Карамзину. Россия слишком мало известна русским. Изучение истории должно будет преимущественно занять умы молодых дворян, готовящихся служить отечеству верой и правдой, имея целью искренне и усердно соединиться с правительством в великом подвиге улучшения государственных постановлений, а не препятствовать ему, безумно упорствуя в тайном недоброжелательстве»[3]. Компетентностный подход конечно важен, но поможет ли он сам по себе формированию сплочённой нации, ориентированной на развитие своей страны. Представляется, что фундаментальной проблемой, препятствующей формированию новой образовательной парадигмы, является мировоззренческая проблема – отсутствие у государства внятного социального проекта, отсутствие в обществе согласия по поводу базовых целей и ценностей. Существует целый ряд конкурирующих друг с другом проектов – либеральный, коммунистический, национал-патриотический и другие. Государство, согласно действующей конституции устранилось из сферы идеологии. Функции идеологии практически  отданы в распоряжение  СМИ, которые, в отличие от государства, активно занялись проблемой идеологического воспитания молодёжи. Всё чаще отмечаются тревожные тенденции в мировоззрении молодёжи – кризис гражданственности, нигилизм по отношению ко всему российскому, ориентация на западные ценности, нежелание связать судьбу с жизнью и работой в России. Кроме того, российский правящий класс конечно же имеет свою идеологию, которая воплощается в практических действиях и законодательных актах. В основе этой идеологии лежит культ «экономической эффективности», активное продвижение либеральных ценностей. При таком подходе традиционные ценности – труд, патриотизм, служение, честность, да и само национальное государство не рассматривается как ценность. Всё это затрудняет формирование новой образовательной парадигмы, ибо идеология образования производна от идеологии развития общества и является идеологией производства человеческого капитала. Ведь университеты производят не знания, а образованных людей, способных порождать новое знание. Сколько ни говори о воспитательной функции образования, но воспитывает прежде всего общество, образование всегда осуществляется в социальном контексте. Новые тенденции в образовании появляются как институционализация тех социальных практик, которые складываются в реальной жизни. Так, согласно нормативным документам министерства образования, современный университет представляет собой «образовательное учреждение», деятельность которого сводится к предоставлению т.н. «образовательных услуг». По сути, университет должен превратиться в бюрократическую корпорацию и стать более продуктивным, более эффективным.  Идея служения, таким образом, вытесняется идеей обслуживания клиентов – потребителей образовательных услуг. К университету предъявляются жёсткие технократические требования – введение количественных критериев оценки преподавателей и студентов, увеличение документооборота, отработка  административно-финансовых механизмов контроля. Вместо педагогических целей университетам навязываются цели коммерческие. Однако внедрение рыночных механизмов в деятельность различных социальных институтов имеет различные пределы и превышение этих пределов  приводит к перерождению самих институтов. Думается, что подчинение университета бизнес-модели приведёт к дальнейшему ослаблению воспитательной функции университета, превращение его в фабрику по производству узких специалистов. Об этой проблеме писал ещё в начале ХХ века известный теоретик «массового общества» Х. Ортега-и-Гассет, который рассматривал трансформацию университета при переходе от элитарного к массовому образованию. «Нужно гуманизировать учёного. Нужно, чтобы человек перестал быть тем, кем он с плачевной частотой является сейчас – варваром, который много знает о некотором предмете»[4]. Вывод автора таков – быть культурным человеком обязан каждый выпускник университета, ибо наука лишь часть культуры. Таким образом, миссия университета в массовом обществе, как и в прежние эпохи – «просветить» человека, приобщить его к полноте культуры своей эпохи и истории своей страны.

В современной России реформирование образования осуществляется на основе болонского образца, что должно привести к унификации высшего образования России и европейских стран. Однако, западные технологии образования сложились на основе западной же идеологии образования, они органически вытекают из неё. Педагогический опыт европейских  стран демонстрирует бережное отношение к национальной культуре: в изучении социально-гуманитарных дисциплин приоритет отдаётся национальной литературе, истории, языку, традиционным религиозным конфессиям. Даже в области естественных наук подчёркивается значение того вклада в науку, который внесли отечественные научные школы – «французская математическая», «английская физическая» и т.п. В России же заимствуются лишь технологические аспекты, что может вести к полному разрушению национальных научных школ и традиций. Сегодня в условиях глобализации происходит экспансия западных инокультурных образцов в традиции отечественного образования, в результате чего Россия может получить денационализированную систему высшего образования, готовящую элиту, оторванную от собственной истории и культуры. А ведь совершенно ясно, что контроль над образованием – это контроль над обществом, это контроль над психологической и ментальной  сферой людей. Думается, что образовательная политика государства не должна стремиться к универсальности любой ценой, даже ценой потери национальной идентичности.


Библиографический список
  1. Доктрина информационной безопасности РФ от 9.09.2000г., № ПР -1895.
  2. Лотман Ю.М. Беседы о русской культуре. – СПб.,1994, С. 384.
  3. Пушкин А.С. О народном воспитании/Опыты православной педагогики: – Литературная учёба, кн. 5, М.:1993, С.13.
  4. Ортега-и-Гассет Х. Миссия университета. –  //Отечественные записки. – 2002. – №2.


Все статьи автора «Бабыкина Наталья Николаевна»


© Если вы обнаружили нарушение авторских или смежных прав, пожалуйста, незамедлительно сообщите нам об этом по электронной почте или через форму обратной связи.

Связь с автором (комментарии/рецензии к статье)

Оставить комментарий

Вы должны авторизоваться, чтобы оставить комментарий.

Если Вы еще не зарегистрированы на сайте, то Вам необходимо зарегистрироваться: