УДК 070

ХРОНОТОП КАТАСТРОФЫ В СОВРЕМЕННОМ МЕДИЙНОМ ДИСКУРСЕ

Витвинчук Владимир Валерьевич1, Храмова Юлия Романовна1, Квашина Маргарита Николаевна1
1Алтайский государственный университет

Аннотация
В условиях современного информационного общества, быстротекущего социального времени и усложняющихся массовых коммуникаций становится актуальным вопрос об образе реальности, который транслируют современные СМИ. В статье рассмотрена проблема социальной природы отечественной журналистики, а также совокупность порождаемый ею пространственно-временных диспозиций в медиареальности. Обнаружена специфическая катастрофичность хронотопа воспроизводимых в СМИ медиасобытий, актуализирован вопрос о влиянии данного феномена на медийную картину современности.

Ключевые слова: журналистика, медиареальность, СМИ, средства массовой информации, хронотоп катастрофы


CHRONOTOPE OF DISASTER IN MODERN MEDIA DISCOURSE

Vitvinchuk Vladimir Valerievich1, Hramova Yuliya Romanovna1, Kvashina Margarita Nikolayevna1
1Altai State University

Abstract
In today's information society, fast-flowing social time and complexity of mass communication becomes relevant the question of the image of reality that modern broadcast media. The article considers the problem of the social nature of Russian journalism, and it generated a set of spatio-temporal dispositions in the media reality. Chronotop detect specific catastrophic events played in the media, last updated on the impact of this phenomenon on the media picture of modernity.

Рубрика: 10.00.00 ФИЛОЛОГИЧЕСКИЕ НАУКИ

Библиографическая ссылка на статью:
Витвинчук В.В., Храмова Ю.Р., Квашина М.Н. Хронотоп катастрофы в современном медийном дискурсе // Современные научные исследования и инновации. 2015. № 12 [Электронный ресурс]. URL: http://web.snauka.ru/issues/2015/12/60648 (дата обращения: 20.11.2016).

Современные информационные процессы актуализируют вопрос о причинах возникновения журналистики как социального феномена. Ответ на этот вопрос должен быть максимально точным, поскольку он раскрывает онтологические параметры журналистики. Находясь в рамках системной научной парадигмы, можно сказать, что журналистика возникает как ответ социальной системы на неспособность других ее элементов решать серьезные системные проблемы. Там, где властные структуры, имеющие в своем распоряжении административный ресурс, оказываются не способны преодолеть социальные трудности, общество самоорганизуется для их решения посредством массмедиа.

Таким образом, речь идет о социальности, как онтологическом свойстве журналистики, определяющем ее ключевую функцию – самосохранение и самоорганизация общественного организма. Прочие функции (рекреационная, рекламно-справочная, информационная и др.) оказываются средством и дополнением. Информационный обмен в системах различного типа сам по себе не является целью: мозг посылает сердцу нейронный импульс с информацией о ритмике сокращений и получает определенный ответ с одной целью – обеспечить надлежащие параметры жизнедеятельности.

Социальность определяет место и роль журналистики в обществе. Обобщая размышления различных исследователей (М.Вебер, И. Ильин, Г. Лассуэл, А. Неклеса и др.) о социальности, можно заключить, что она подразумевает: а) осознание себя частью живого социального организма, состояние которого нелинейно детерминировано поведением составляющих его индивидов; б) признание взаимообусловленности индивидуальных и коллективных интересов; в) гуманистическую направленность мышления и сознательных практических усилий на отстаивание коллективных интересов; г) готовность жертвовать частным во имя всеобщего. Несмотря на поэтическую не научность последнего пункта, он оптимально выражает синкретизм рациональной и эмоциональной составляющих социальности. Это не попытка реставрации архаичной родоплеменной и клановой морали, а стремление осознать неосоциальность 21 века в мире, где «сжатое» пространство, объединенное структурой моментальных связей, вмещает семь миллиардов индивидов.

Итак, журналистика – это социальный институт, порожденный потребностью общества в самосохранении, а социальность – это максима всей журналистской деятельности. Закономерен вопрос – каким образом журналистика конструирует социальность? Вероятно, это происходит в процессе обнаружения и решения значимых социальных проблем.

Журналистика как профессиональная деятельность сама по себе не способна решить значимую социальную проблему, но она может привлечь к ней внимание общества посредством выявления адекватного смысла явления или процесса. Поиск и трансляция смысла являются повседневными задачами журналистской деятельности, поскольку у обычного потребителя контента в условиях хаоса информационных супермагистралей на это уже не остается времени. Событие, имевшее место в реальности, воспроизводится средствами массовой информации, становясь медиасобытием. Автор в такой ситуации определяет семантический потенциал медиасобытия, который может актуализироваться в сознании аудитории и маркировать фрагмент реальности.

Как происходит обнаружение смысла медиасобытия? Где расположена и как формируется «точка сборки» смысла? Для того, чтобы ответить на этот вопрос, необходимо обратиться к теории хронотопа – смыслообразующей категории любого творческого инструментария.

Журналистика, призванная творчески отражать социальную реальность, оперирует мыслительными категориями познания, поскольку мышление – есть «… психический процесс отражения действительности…» [1, с.206]. В то же время, всякое мышление возможно лишь в определенных пространственно-временных формах. Чтобы воспринять и транслировать что-либо, журналисту необходимо четко сконструировать хронотоп ситуации.

«Хронотоп – это существенная взаимосвязь временных и пространственных отношений…» [2, с.9], также это «… психологический конструкт, образовавшийся в определенное время в определенном месте с большим выделением психофизической энергии и привнесением особо определяющего смысла» [1, с.206-207]. Для обозначения инструментального и смысловыявляющего потенциала хронотопа применяется понятие «энергия хронотопа», которая, по мнению М.К. Мамардашвили, измеряет способность хронотопических отношений актуализировать сведения о воспринимаемой реальности в сознании индивида.

В современных медиа весьма ярко энергия хронотопа проявляется в материалах, отражающих случаи социального «напряжения»: катастрофы, аварии и пр. События, локализующиеся в пространстве реальности, могут быть помещены в ареал виртуальной реальности журналистского материала и актуализированы посредством воспроизведения адекватного хронотопа.

Базовый уровень воспроизведения хронотопа – это прямая манифестация времени и пространства. Он присутствует почти в каждом журналистском материале и заключает в себе ответ на вопросы: где, что и когда. Для потребителей контента это отправная точка рефлексии над прочитанным, но зачастую даже этот уровень хронотопа разрушается: такое часто происходит в материалах, основанных на заявлении высокопоставленного лица. В подобных материалах указывается лишь на время высказывания, но сам говорящий остается не локализованной фигурой, пребывающей вне пространства.

В материалах, демонстрирующих качественное отображение хронотопа медиасобытия, он выражается комплексом лингвистических средств, выстраивающих образный пространственно-временной континуум. Центральный элемент хронотопа – это сам автор, его интерпретация времени и пространства. Хронотоп в этом случае является пересечением именно человекомерных времени и пространства. Журналист наполняет хронотоп социальностью и тогда хронотоп становится «точкой сборки» смысла и, прежде всего, социального смысла.

Какие трудности можно встретить на пути изучения социального смысла медиасобытия методом хронотопического анализа? В данном случае необходимо затронуть влияние технологического развития каналов передачи информации на параметры социального времени и пространства.

Обращаясь к истории развития средств массовой коммуникации, можно проследить очевидную тенденцию – каждая технологическая новация в сфере получения и передачи информация вносила серьезные эволюционные изменения в структуру и основные параметры медиапространства. Появление средств мгновенной передачи информации спровоцировало глобальные изменения не только в журналистике, но и в жизни социума. Детерминистский потенциал радио и телевидения был еще полвека назад проанализирован М. Маклюэном, который смог выявить закономерности взаимовлияния средств массовой коммуникации и социума [3].

Появление и развитие Интернета сделало явным тот факт, что информация и скорость ее передачи могут влиять на такие фундаментальные категории мышления человека как время и пространство. Глобальный информационный массив не только изменил методологию журналистской работы, сформировал новое представление о доступности и качестве информации, но и изменил скорость течения социального времени, спрессовал пространственные характеристики. В ментальном смысле человек теперь может мгновенно попасть в любую точку пространства, стоит лишь подключиться к Интернету. Законы развивающегося информационного общества диктуют равенство биологических органов перцепции и транслирующих информацию технологических устройств. Бинокль или очки в период своего изобретения, возможно, могли вызывать рефлексию по поводу искусственности данного вида визуализации объектов реальности, но сейчас люди, не задумываясь, используют этот технологический «костыль». Можно предположить, что в ближайшем будущем такая же судьба постигнет и Интернет, который станет нерефлексируемым расширителем нейронной сети человеческого организма.

Однако эволюция средств передачи информации актуализировала серьезную антропологическую проблему. Эволюция человека отстает от эволюции техники. Речь не идет о развитии более совершенной когнитивной функции мозга человека, этот процесс может затребовать временной массив такого объема, который делает непродуктивными все размышления на эту тему. В данном случае необходимо задуматься о культурной эволюции человека как пользователя новой информационной технологии.

Система новых медиа, функционирующих в информационных сетях, обладает сложной структурой, отличной от старых печатных СМИ. Скорость реакции на события реальности переведена в онлайновый режим. Все информационные элементы взаимосвязаны, чувствительны к информационным колебаниям и не ограничены какими-либо объемами, кроме человеческого ресурса. Потенциал массовой коммуникационной системы способен провоцировать информационный хаос под воздействием внешних событий реальности, которые являются резонансными для большей части аудитории.

В связи с необходимостью выявления параметров порядка в информационном хаосе и методов структурирования информационного массива в системе массмедиа необходимо обратиться к синергетике как «… междисциплинарному направлению исследований, ставящему своей стратегической задачей познание общих принципов, лежащих в основе процессов самоорганизации в системах самой разной природы, в том числе, и в социальных системах» [4, с.5]. Опираясь на это определение можно провести цепочку рассуждений, которая приведет к выводу о легитимности использования синергетической методологии в рамках исследования социального хронотопа медиасобытия.

Средства массовой информации можно рассматривать как социальную подсистему, дублирующую основные свойства и характеристики социальной системы в широком смысле слова: приставка под- в данном случае используется лишь для указания на масштаб объекта рассмотрения. Опыт системного рассмотрения СМИ уже был предпринят Н. Луманом [5], который выявил ряд ключевых свойств медиа: самоорганизация, самовоспроизводство, самосохранение. Перечисленные системные свойства позволяют рассматривать СМИ сквозь призму синергетики.

В рамках данного исследования при помощи синергетической методологии проанализированы резонансные катастрофы, освещавшиеся отечественными в последние пять лет (гибель теплохода «Булгария» 10 июля 2011 года, крушение самолета ЯК-42 с командой «Локомотив» 7 сентября 2011 года, крушение ракеты «Протон-М» 2 июля 2013, катастрофа в Московском метрополитене 15 июля 2014 года).

Анализ выявил, что чаще всего хронотоп медиасобытия формируется в материалах, опубликованных в первые дни после трагедии. В последующем журналисты основное внимание уделяют времени события, а пространственная локализация остается очень размытой. События, преподнесенные таким образом, растворяются в пространстве темпоральной реальности. Информация исходит из некоего не рефлексируемого источника, поскольку не привязана к месту. В таких условиях пресс-служба МЧС и высказывание обывателя о трагедии уравниваются в сознании читателя, не находящего пространственной опоры для размышлений. В большинстве материалов аудитория получает обрывки информации, не встраиваемой в пространственно-временной континуум, а, следовательно, почти не воспринимаемой.

В освещении любой подобной трагедии основным общественным запросом является информация о причинах. Зачастую причины подменяются сведениями о виновных или тех, кого делают виновным. Это своего рода «оправдание» трагедии, поскольку беспричинность или множественность причин способны вызвать травмирующий когнитивный диссонанс в условиях культурной значимости вопроса – «почему». Вот почему так высок запрос аудитории на обнаружение причины происхождения даже природных катаклизмов, влекущих гибель людей; данная тенденция открывает путь для разного рода мистических и религиозных спекуляций.

Можно сделать вывод о том, что освещение разного рода катастроф в российских массмедиа, не соответствуют запросам социума в плане самосохранения. С этим связано быстрое «затухание» колебательных процессов системы массмедиа, «встревоженной» фактом трагедии, но быстро вернувшейся в состояние гомеостаза. В таком состоянии система ориентирована на быстрое «забывание» под внешним информационным воздействием.

Аудитория в основном получает разрозненные, не отрефлексированные сообщения, информационные фрагменты, которые можно сравнить с камнями, падающими в воду. Камни создают волновые колебания и поскольку их очень много, волны сталкиваются и провоцируют турбулентные потоки и возрастание информационной энтропии. Однако хаос может быть структурирован при переходе на более высокий уровень обобщения и анализа в соответствии с принципом иерархичности. В этом и состоит роль журналиста — попытаться структурировать информационные потоки посредством привнесения в материал аналитичности и маркеров авторского присутствия. Только в таком случае элементы хронотопа начнут резонировать в своей социальной составляющей на пути поиска смысла.


Библиографический список
  1. Дронова Т.А. Хронотопичность стиля мышления в контексте образа / Т.А. Дронова // Мир Психологии. – 2009. – №4.
  2. Бахтин М.М. Эпос и роман. – СПб.: Азбука, 2000. – 301с.
  3. Маклюэн Г.М. Понимание Медиа: Внешние расширения человека / Пер. с англ. В. Николаева. – М.; КАНОН-пресс-Ц, 2003. – 464 с
  4. Буданов В.Г. Методология сенергетики в постнекласической науке и в образовании. – М.: Издательство ЛКИ, 2008. – 232с.
  5. Луман Н. Реальность массмедиа. М.: Праксис, 2005. – 256с.


Все статьи автора «Витвинчук Владимир Валерьевич»


© Если вы обнаружили нарушение авторских или смежных прав, пожалуйста, незамедлительно сообщите нам об этом по электронной почте или через форму обратной связи.

Связь с автором (комментарии/рецензии к статье)

Оставить комментарий

Вы должны авторизоваться, чтобы оставить комментарий.

Если Вы еще не зарегистрированы на сайте, то Вам необходимо зарегистрироваться:
  • Регистрация