УДК 338.22

СОЦИАЛЬНО-ДЕМОГРАФИЧЕСКИЕ СОСТАВЛЯЮЩИЕ ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНОЙ БЕЗОПАСНОСТИ РОССИИ

Зиновьев Игорь Феликсович
Институт экономики и управления ФГАОУ ВО «Крымский федеральный университет им. В.И. Вернадского»
профессор кафедры маркетинга, торгового и таможенного дела

Аннотация
В данной статье рассматриваются текущие тенденции социально-демографических составляющих интеллектуальной безопасности России. Выделены и проанализированы основные показатели, характеризующие интеллектуальную безопасность страны. Рассмотрены сложившиеся негативные тенденции и предложены меры по их нейтрализации.

Ключевые слова: безработица, интеллектуальная безопасность, интеллектуальный потенциал, национальная безопасность, социально-экономическое развитие


SOCIAL AND DEMOGRAPHICS COMPONENTS OF RUSSIAN'S INTELLECTUAL SAFETY

Zinovjev Igor Feliksovich
Institute of Economics and Management «V. I. Vernadsky Crimean Federal University»
Professor of Marketing, Trade and Customs Affairs Department

Abstract
This article examines the current trends of social and demographics components of Russian's intellectual safety. The general indicators of the intellectual safety are defined and analyzed. The developed negative trends are considered and measures for their neutralization are offered.

Keywords: intellectual potential, intellectual safety, national safety, social and economic development, unemployment


Рубрика: 22.00.00 СОЦИОЛОГИЧЕСКИЕ НАУКИ

Библиографическая ссылка на статью:
Зиновьев И.Ф. Социально-демографические составляющие интеллектуальной безопасности России // Современные научные исследования и инновации. 2015. № 10 [Электронный ресурс]. URL: http://web.snauka.ru/issues/2015/10/58458 (дата обращения: 20.11.2016).

Заявленное на государственном уровне формирование “экономики знаний как основы социально-экономического развития современной России” [1], предопределяет не только все большую заинтересованность общества в развитии интеллектуального потенциала страны, но и все большую его зависимость от условий, созданных для его реализации. 

Согласно материалам 18-го Ежегодного опроса руководителей крупнейших компаний, “Общими для всего мира остаются бизнес-риски, связанные с нехваткой квалифицированных кадров (73%). В этом видят угрозу и 78% руководителей российских компаний” [2, с.15]. К аналогичным выводам пришли и исследователи из Российского союза промышленников и предпринимателей, проанализировавших главные проблемы для отечественного бизнеса в 2013 и 2014 гг. (рисунок 1):


*Примечание: Опрос предполагал возможность множественного выбора ответов, поэтому общее число ответов не сводится к 100%.

Рисунок 1 – Наиболее острые проблемы, мешающие предпринимательской деятельности в России в 2013-2014 годах (%) [3, с.32].

Видимо, нельзя считать ошибочными результаты 18-го Ежегодного опроса руководителей крупнейших компаний, согласно которому наша страна не заняла лидирующих позиций ни по одному из направлений деятельности правительства, отмеченных национальными респондентами как позитивные (рисунок 2).

Рисунок 2 – Результаты опросов руководителей крупнейших компаний, ответивших, что правительство решает указанные проблемы эффективно, % [2, с.23].

В то же время отечественная кадровая политика коренным образом отличается от наиболее развитых стран: “Пятьдесят процентов опрошенных руководителей крупных компаний в мире планируют увеличивать численность персонала, то время, как в России такие планы есть только у 28% опрошенных” [2, с. 19]. При этом ”70,2% отечественных респондентов прогнозируют риски нехватки кадров в среднесрочной перспективе” [3, с. 39], а неудовлетворенные потребности российских компаний (рисунок 2) свидетельствуют об отсутствии на рынке труда востребованного количества не только специалистов высшего уровня профессиональной квалификации, но и квалифицированных рабочих.



Рисунок 3 – Потребность отечественных компаний в конкретных категориях работников на конец 2014 года (%) [3, с.39].

“На протяжении последних 20 лет лишь частный и семейный бизнес демонстрирует все большее стремление к повышению своего профессионального уровня” [4, с.26]. “Лишь 7% опрошенных начали работать в семейном бизнесе сразу после школы, 55% прошли программы профессионального обучения, 14% получили бизнес-образование, 34% посещали курсы в области управления и обучения, а 46% работали в другой компании, прежде чем присоединиться к семейному делу” [4, с. 27].

Каналы поиска и набора персонала у отечественных компаний весьма специфичны, а официальный уровень безработицы по методологии Международной организации труда практически индифферентен к системно растущему показателю “заявленной организациями потребности в работниках” (рисунок 4). 

Рисунок 4 – Динамика показателей уровня безработицы и вакансий по Российской Федерации в 2000-2014 гг. [5].

Мониторинговый опрос руководителей кадровых служб организаций-производителей интеллектуальных услуг (рисунок 5), свидетельствует о минимальной степени доверия к сотрудничеству с высшими учебными заведениями и персональному хедхантингу.

К сожалению, в ныне действующей “Стратегии национальной безопасности Российской Федерации до 2020 года” [7], отсутствуют даже основные термины парадигмы интеллектуальной составляющей национальной безопасности. В перечне основополагающих документов Совета национальной безопасности страны по экономической безопасности рассматриваются лишь ее “экологическая, продовольственная, водная, климатическая, энергетическая и транспортная составляющие” [8]. 


*Примечание: Данные указаны как процент от числа ответивших (было доступно несколько вариантов ответа).

Рисунок 5 – Результаты мониторинговых опросов руководителей кадровых служб компаний из сектора интеллектуальных услуг по вопросу: Каким образом вы набираете персонал? [6].

Исследовательские подходы авторов, использующих терминологическую связку “интеллектуальная безопасность” (таблица 1), все еще формируется лишь исходя из субъективного видения конкретной проблематики, и затрагивает только одну-две составляющих предметного поля.

Таблица 1 – Наиболее распространенные трактовки категории “интеллектуальная безопасность”,*
Условное наименование подхода Содержательная составляющая определения
Политологический Фактор выживания нации, характеризующийся защищенностью высококвалифицированных специалистов
Ценностный Защищенность интеллектуальных и культурных ценностей, интеллектуальной собственности и культурного наследия
Концептуальный Защита интеллектуального потенциала нации
Социальный Безопасность интеллектуальной деятельности всего многообразия личностей, коллективов, обществ и человечества в целом
Хозяйственный Условия ведения хозяйственной деятельности, обеспечивающие возможность людям использовать свой интеллект
Стратегический Состояние государства, при котором отсутствуют реальные угрозы интеллектуальным интересам личности, общества и страны

*составлено с использованием материалов исследований С.А. Петраченко [9].

Не претендуя на конечность варианта определения, предлагаем трактовать интеллектуальную безопасность, как наличие оправданного количества носителей способности к интеллектуальному труду, заинтересованных в реализации интересов по обеспечению национальной безопасности конкретной страны. Следовательно, проблему интеллектуальной безопасности России оправданно рассматривать, по меньшей мере, на двух уровнях: проблема формирования интеллектуального потенциала и проблема его реализации. 
Считаем необходимым отметить, что абсолютное большинство исследователей продолжают ассоциировать снижение показателей интеллектуальной безопасности со вторым уровнем (включая интеллектуальную миграцию, динамику государственных ассигнований на науку, занятость носителей способности к интеллектуальному труду не по профилю и т.д.). Однако, на наш взгляд, все более актуальным становится рассмотрение уже не только качественных, но и количественных характеристик, отражающих состояние и динамику интеллектуального потенциала страны и генофонда населения ее территории (рисунок 6).
В рамках настоящей статьи мы полагаем оправданным акцентировать внимание только на тех показателях (дополняющих условно-стандартные демографические коэффициенты), которые характеризуют состояние и динамику физического и психического здоровья населения страны и его способность к интеллектуальному труду. На наш взгляд, именно такой подход позволит выявить наиболее значимые негативные тенденции и предложить обоснованные направления и меры по их нейтрализации.

Рисунок 6 – Динамика общих коэффициентов рождаемости и смертности по Российской Федерации за 2000-2014 гг., в промилле [5].

Очевидна четко сформировавшаяся негативная динамика в структуре естественного прироста населения страны. Нисходящая динамика миграционного прироста (в 2012-2013-2014 гг. он составлял 302738-299107-247836 чел., соответственно [10]) в ближайшие годы не сможет компенсировать естественную убыль населения страны.
Данные ежегодных мониторинговых исследований Института демографии Национального исследовательского университета “Высшая школа экономики” (таблица 2), позволяют констатировать две значимые тенденции: 
- высокую корреляцию коэффициента рождаемости у матерей в возрасте до 20 лет с долей детей, родившихся у матерей не состоящих в браке;
- снижение удельного веса группы новорожденных у матерей в возрасте до 20 лет в пользу групп 30-39 лет.

Таблица 2 – Возрастной коэффициент рождаемости в России по 5-летним возрастным группам, 2009 – 2014 гг.
Показатели
2009 г.
2010 г.
2011 г.
2012 г.
2013 г.
2014 г.*
Коэффициент рождаемости по возрастным группам [11]
Сводный взвешенный коэффициент (в т.ч. по возрастным группам):
46,4
47,8
48,8
52,4
52,9
52,7
15-19
28,7
27,0
26,7
27,3
26,6
25,9
20-24
90,5
87,5
87,5
91,3
89,9
89,7
25-29
95,9
99,2
99,8
106,6
107,6
107,3
30-34
63,6
67,3
68,2
74,3
76,2
77,4
35-39
27,6
30,0
31,4
34,9
36,8
37,3
40-44
5,2
5,9
6,3
7,0
7,4
7,2
45-49
0,2
0,3
0,3
0,3
0,3
0,3
Распределение новорожденных по семейному положению матери[12]
Всего
1761687
1788948
1796629
1902084
1895822
1942683
У матерей, которые не находятся в зарегистрированном браке
459348
444891
441531
453506
435993
442318

* – 2014 г. рассчитано с учетом данных по Крымскому Федеральному округу.

И если первая тенденция носит, скорее, информационно-констатационный характер (позволяя рассчитать прогнозные величины в зависимости от доли матерей этого возраста, состоящих в браке (рисунок 7)), то считать вторую тенденцию столь же однозначно-расчетной (а, тем более, позитивной) нельзя. В возрасте 30-39 лет максимизируется отдача от человеческого капитала, а отпуск по беременности, родам и уходу за ребенком не только увеличивает социальную нагрузку на бюджет, но и неминуемо приводит к увеличению сроков окупаемости инвестиций в человеческий капитал матерей, старению их знаний, утрате квалификации и профессиональных компетенций.

Рисунок 7 - Число браков и разводов, зарегистрированных в России (тысяч), и доля родившихся вне брака (%), 1960-2014 годы (* 2014 год – по данным помесячного оперативного учета без Крымского федерального округа, остальные годы – по данным годовой разработки) [13].

Стабильно сохраняющаяся на протяжении последних лет 50 и более процентная доля разводов (от зарегистрированных браков) констатирует наличие зафиксировавшихся социальных диспропорций в институте семьи. Видимо не случайно по итогам аналитического доклада Института социологии РАН, было зафиксировано, что “для современной молодежи в целом характерен «моральный релятивизм» и даже цинизм, равнодушие к каким бы то ни было идеалам. Эту точку зрения разделяют 64% молодых респондентов и 70% – представителей старшего поколения” [14].
Сравнительный анализ показателей заболеваемости по классам болезней и причин смерти населения страны выявляет очевидное противоречие: наибольшую долю в причинах заболевания составляют болезни органов дыхания (42,3% [15]), а среди причин смерти (таблица 3) доминируют болезни системы кровообращения (58,7% [12]). Несомненную обеспокоенность вызывает тот факт, что более 20% причин детской смертности составляют врожденные аномалии, а почти 53% причин смертности детей составляют те, которые возникают в перинатальном периоде.

Таблица 3 – Показатели смертности по различным причинам, на 100 тыс. населения, 2009 – 2014 гг.
Показатель
2009 г.
2010 г.
2011 г.
2012 г.
2013 г.
2014 г*
Количество умерших по различным причинам[12].
Некоторые инфекционные и паразитарные болезни
34103
33609
33672
32084
31807
32103
Новообразования
293602
293171
292445
290880
291775
290400
Болезни системы кровообращения
1136661
1151917
1076458
1055592
1001799
940489
Болезни органов дыхания
79462
74808
74219
70793
74068
78312
Болезни органов пищеварения
88956
91995
88910
88867
88431
96689
Внешние причины
224576
216867
199358
193774
185353
186779
Детская смертность по различным причинам [15].
Всего
14271
13405
13168
16306
15477
14322
Врожденные аномалии
3568
3245
3226
3491
3285
3120
Состояний, возникающих в перинатальном периоде
6444
6152
6246
9082
8444
7576
Коэффициент детской смертности на 1000 рожденных живыми [15].
Всего
8,1
7,5
7,4
8,6
8,2
7,4
В городских поселениях
7,5
6,9
6,6
8,1
7,7
6,9
В сельской местности
9,7
9,1
9,1
10,1
9,4
8,5

*2014 г. – без учета данных по Крымскому Федеральному округ

При негативном природном приросте населения и соотношении людей младше (и старше трудоспособного) возраста на уровне 25,49% и 41,12% к трудоспособному, проблема обеспечения интеллектуальной безопасности, в ближайшее время, будет вынужденно заменяться на тактические действия властных структур по обеспечению самого генофонда территории с любым качеством его носителей. Однако, показатели, характеризующие заболеваемость СПИДом, злокачественными новообразованиями и психическими расстройствами, свидетельствуют, на наш взгляд, лишь о пересмотре методики учета (таблица 4).

Таблица 4 – Заболеваемость СПИДом, злокачественными новообразованиями и психическими расстройствами в 2010-2014 гг., чел. [15], [16], [17]
Показатель
2010 г.
2011 г.
2012 г.
2013 г.
2014 г.
Число инфицированных ВИЧ
589581
650100
720 803
800 531
933 419
Из них больных СПИДом
12977
17294
33 196
34 473
48449
Злокачественные новообразования
479500
481600
480000
484400
387300
Психические расстройства
74300
70300
68200
65100
46677

Возможно, именно поэтому настолько стремителен рост количества ВИЧ-инфицированных и больных СПИДом в сравнении с 2010 годом. Простейшее сопоставление количества больных новообразованиями и расстройствами психики и поведения, стоящих на учете и тех, кому впервые поставили такой диагноз (таблица 5), не совпадает с количеством больных по этим группам заболеваний в последующем году. Наиболее вероятной причиной такого несоответствия допустимо считать высокую смертность от этих групп заболеваний.

Таблица 5 – Динамика заболеваемости от алкогольных психозов и наркомании в 2009-2014 гг., тыс. чел.
Показатель
2009 г.
2010 г.
2011 г.
2012 г.
2013 г.
2014 г.
Взято под диспансерное наблюдение больных с впервые в жизни установленным диагнозом в отчетном году [12], [15]
Алкоголь и алкогольные психозы
159,7
153,9
138,1
122,8
112,2
109,9
Наркомания
25,2
24,9
21,9
19,8
18,1
20,7
Численность больных, состоящих на учете в лечебно-профилактических организациях на конец отчетного года [12], [15]
Алкоголь и алкогольные психозы
2016,5
1953,1
1865,9
1807,9
1746,5
1781,0
Наркомания
340,2
330,9
320,2
315,5
308,3
315,7
Количество официальных больных с первичным диагнозом расстройства психики и поведения вследствие употребления алкоголя снижается настолько стремительно, что уже начинает вызывать сомнения, тем более оправданные, что 1781 тыс. человек, находящихся на учете с таким диагнозом составляют 1,2% населения страны. С учетом латентной составляющей, количество больных обеих групп достигает 10% населения трудоспособного возраста.

Данная рабочая гипотеза косвенно подтверждается результатами исследований проведенных Институтом социологии РАН, согласно которому “проблему алкоголизма и наркомании относят к важнейшим только 26,2% из всех опрошенных, а борьбу со СПИДом и экологическими проблемами, – 15,1%” [14]. Однако, нельзя не отметить формирующуюся позитивную динамику по этим вопросам, согласно которой “пьянство и употребление наркотиков относят к аморальному поведению 59 и 82 % опрошенных” [14].


Библиографический список
  1. Попов С.А. Стратегия национальной безопасности России до 2020 г.: мифы и реальность. [Электронный ресурс] – Режим доступа: http://www.polisportal.ru/files/File/puvlication/Young/Popov.pdf
  2. В режиме самосохранения. Российский выпуск 18-го Ежегодного опроса руководителей крупнейших компаний мира. – М.: ООО «ПрайсвотерхаусКуперс Консультирование», 2015 г. – 28 с.
  3. Доклад о состоянии делового климата в России в 2014 году. Российский союз промышленников и предпринимателей. – М., 2015 г. – 185 с.
  4. Частный бизнес крупным планом: семейный и профессиональный. Всемирное исследование частного и семейного бизнеса. PricewaterhouseCoopers, 2014 г. – 40 с.
  5. Единый архив экономических и социологических данных НИУ ВШЭ. [Электронный ресурс] – Режим доступа: http://sophist.hse.ru/hse/nindex.shtml
  6. Опросы Национального исследовательского университета “Высшая школа экономики”. [Электронный ресурс] – Режим доступа: http://sophist.hse.ru/facts/hr.shtml
  7. Стратегия национальной безопасности Российской Федерации до 2020 года. Утверждена Указом Президента Российской Федерации от 12 мая 2009 г. № 537. [Электронный ресурс] - Режим доступа: http://www.scrf.gov.ru/documents/1/99.html
  8. Национальная безопасность России (экономическая безопасность). Совет Безопасности Российской Федерации. [Электронный ресурс] -Режим доступа: http://www.scrf.gov.ru/documents/15/
  9. Петраченко С.А. Политические аспекты интеллектуальной безопасности современной России. Автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата политических наук. Саратовский государственный социально-экономический университет . – Саратов. 2008, [Электронный ресурс] – Режим доступа: http://www.ceninauku.ru/about/page_14823.htm
  10. База электронных документов НИУ ВШЭ. [Электронный ресурс] – Режим доступа: http://sophist.hse.ru/rstat/
  11. Возрастные коэффициенты рождаемости, Россия, 1958-2014, 5-летние возрастные группы. [Электронный ресурс] – Режим доступа: http://www.demoscope.ru/weekly/ssp/rus_afr.php
  12. Официальный сайт Федеральной службы государственной статистики. [Электронный ресурс] – режим доступа: http://www.gks.ru
  13. Официальный сайт Центра гуманитарных технологий. [Электронный ресурс] – Режим доступа: http://gtmarket.ru/news/2013/10/08/6297
  14. Молодежь новой России: ценностные приоритеты. Аналитический отчет Института социологии РАН. Федеральное агентство научных организаций (ФАНО) РАН [Электронный ресурс] – Режим доступа: http://www.isras.ru/analytical_report_Youth_7_1.html
  15. Доклад о состоянии здоровья населения и организации здравоохранения по итогам деятельности органов исполнительной власти субъектов Российской Федерации за 2014 год. [Электронный ресурс] – Режим доступа: http://www.rosminzdrav.ru/ministry/programms/doklad-o-sostoyanii-zdorovya-naseleniya-i-organizatsii-zdravoohraneniya-po-itogam-deyatelnosti-organov-ispolnitelnoy-vlasti-sub-ektov-rossiyskoy-federatsii-za-2014-god
  16. Официальный сайт Свердловского центра по профилактике и борьбе со СПИД и инфекционными заболеваниями. [Электронный ресурс] - Режим доступа: http://www.livehiv.ru/hivnovember
  17. Информационный бюллетень Федерального центра СПИД за 2010-2014гг.  [Электронный ресурс] – Режим доступа: http://www.hivrussia.ru/stat/bulletin.shtml


Все статьи автора «Зиновьев Игорь Феликсович»


© Если вы обнаружили нарушение авторских или смежных прав, пожалуйста, незамедлительно сообщите нам об этом по электронной почте или через форму обратной связи.

Связь с автором (комментарии/рецензии к статье)

Оставить комментарий

Вы должны авторизоваться, чтобы оставить комментарий.

Если Вы еще не зарегистрированы на сайте, то Вам необходимо зарегистрироваться:
  • Регистрация