УДК 94(470)

ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ ОППОЗИЦИОНЕРОВ С. ЕРМОЛАЕВА И И. ПОЛЯКОВА

Петренко Вероника Олеговна1, Вазерова Алла Геннадьевна1
1Пензенский государственный университет архитектуры и строительства

Аннотация
В статье рассматриваются репрессии властей в отношении оппозиционеров С. Ермолаева и И. Полякова.

Ключевые слова: диссидент, оппозиция, СССР


ACTIVITY OF OPPOSITIONISTS S. YERMOLAEV AND I. POLYAKOV

Petrenko Veronika Olegovna1, Vazerova Alla Gennadyevna1
1Penza state university of architecture and construction

Abstract
In article repressions of the authorities concerning oppositionists S. Yermolaev and I. Polyakov are considered.

Keywords: opposition, USSR


Рубрика: 07.00.00 ИСТОРИЧЕСКИЕ НАУКИ

Библиографическая ссылка на статью:
Петренко В.О., Вазерова А.Г. Деятельность оппозиционеров С. Ермолаева и И. Полякова // Современные научные исследования и инновации. 2015. № 5. Ч. 2 [Электронный ресурс]. URL: http://web.snauka.ru/issues/2015/05/52412 (дата обращения: 01.10.2017).

20 февраля 1978 г. восемнадцатилетнего слесаря Сергея Львовича Ермолаева, участника семинаров Огородникова [1], и В. Пархунова, певчего церковного хора, задержали в место на станции «Белорусская». В комнате милиции им было предложено без ордера предъявить содержимое своих портфелей. После отказа со стороны задержанных портфели насильственно обыскали, отобрав выпуски «Вестника РХД» и произведения А.И. Солженицына «Бодался теленок с дубом». Протокол Ермолаев и Пархунов не подписали. Через два часа оба были отпущены [2].
15 мая 1978 г. Ермолаева вышвырнули из здания, где проходил судебный процесс Ю.Ф. Орловым.

21 мая 1978 г. Ермолаева ночью высадили из поезда Смоленск – Москва по требованию проводницы, поскольку он воспользовался матрацем без простыни, что запрещено инструкцией, и в ходе личного обыска изъяли две печатные машинки.

В ночь с 13 на 14 января 1979 г. в московском метро арестовали Сергея Львовича Ермолаева. Сергей Львович Ермолаев, 1959 года рождения, студент заочного отделения филологического факультета Тартуского университета, член  религиозно-философского  семинара молодежи, организованного А. Огородниковым. Вместе с Ермолаевым арестовали его друга – Игоря Полякова, 1954 года рождения [3]. Поляков не участвовал в религиозно-философском семинаре.

Друзья громко кричали в вагоне метро, что КПСС – банда, долой КПСС. Позже они объясняли свои поступки стремлением убедиться в гарантированной Конституцией свободе слова в реальности. В почти пустом вагоне сразу же встали с места два человека с удостоверениями, один из которых был сотрудником комитета госбезопасности, другой оказался пенсионером – бывшим работником НКВД. При помощи еще одного пассажира «дебоширов» задержали и доставили в милицию. Экс-работник НКВД в милиции сказал, что если «экспериментаторов» отпустят, то он сам лично их «зарежет».  Им предъявили обвинение по ст. 206 ч. II УК РСФСР («злостное хулиганство»).
18 февраля дома у Ермолаева и Полякова провели обыски. У Ермолаева были изъяты произведения А.И. Солженицына «Бодался теленок с дубом» в машинописном виде и книга Ю.О. Домбровского «Факультет ненужных вещей», у Полякова ничего не забрали [4].
11 марта 1979 г. было начато закрытое слушание дела Ермолаева и Полякова. Единственному, кому было разрешено присутствовать на заседании – свидетель отставной офицер КГБ (НКВД), который задержал обвиняемых. Разбирательство было прервано, поскольку судья направил обоих обвиняемых на судебно-психиатрическую экспертизу [5].

Ермолаеву и Полякову провели амбулаторную психиатрическую экспертизу прямо в Бутырской тюрьме, после чего Ермолаева перевели в институт им. В.П. Сербского для стационарной экспертизы. Полякова оставили в тюрьме [6]. Ермолаева после института им. В.П. Сербского вернули в тюрьму [7]. Ермолаев был признан вменяемым [8]. Полякова также признали вменяемым.
24 сентября 1979 г. народным судом Москворецкого района Москвы под председательством Н.Н. Орловой было начато рассмотрение дела Ермолаева и Полякова, которых обвиняли по ст. 206 УК РСФСР. Обвинителем был прокурор Стеценко. Адвокатами были у Ермолаева Е.С. Шальман, у Полякова – А.А. Рогаткин. Задолго до начала заседания зал суда был заполнен специальной публикой. В здании суда лестница на 4-й этаж, где проходило слушание дела, была заблокирована сотрудниками милиции. На заседание были допущены лишь супруга Полякова Елизавета Цитовская и его мать. После допроса в зале оставили отца Игоря А.М. Полякова и мать Сергея М.П. Ермолаеву. Они обе были вызваны в суд свидетелями адвокатами. С начала заседания Ермолаев выступил с тремя ходатайствами: впустить в зал заседания друзей и родственников, вернуть конфискованные во время обыска вещи, как не относящиеся к делу, отложить процесс в связи с изъятием у него перед судом тюремной администрацией бумаг, по которым он готовился к заседанию. Адвокат Шальман заявил о поддержке данных ходатайств. По поводу первого ходатайства суд ответил, что в зале отсутствуют места; по поводу второго – вопрос будет решаться позже; по поводу третьего – заседание откладываться не будет, а если подсудимому требуется подготовиться, то ему выделят для этого время. В свою очередь, Ермолаев сказал, что не сможет принять участие в заседании и попросил увести его из зала, в чем ему отказали. Тогда Ермолаев заявил об отказе в даче показаний в суде.
В обвинительном заключении указывалось, что Ермолаев и Поляков, оскорбляя КПСС, игнорировали требования граждан прекратить безобразничать; при задержании сопротивлялись, толкали граждан и выкручивали им пальцы, упирались, не желали выходить из поезда; оскорбительно высказывались в адрес сотрудника милиции, участвовавшего в их задержании, других граждан и всего советского народа; молились, вставая на колени. Поляков подтвердил на суде, что они с Ермолаевым два раза кричали «КПСС – банда! КПСС – палачи!», затем замолчали; но сопротивления никому не оказывали; в милиции никого не оскорбляли; признавал, что был выпивши. Поскольку Ермолаев отказался от дачи показаний, в суде зачитали его показания, данные при дознании. Ермолаев утверждал, что его показания были искажены.
Свидетель В.И. Богоявленский потребовал строжайшего суда над Ермолаевым и Поляковым и изоляции их от общества. Богоявленский рассказал, во время поездки в метро со своей приятельницей А.А. Осиповой, когда подсудимые начали оскорбительные выкрики на счет Ермолаева «Три-четыре!», он, возмутившись, дошел к ним и попытался схватить их. Тогда Поляков отвел его палец, что было весьма болезненно. Потом он обратился к гражданам за помощью, чтобы задержать дебоширов. Подошедшие трое мужчин задержали хулиганов и отвели в милицию. На вопрос адвоката о сопротивлении подсудимых, когда их вели, Богоявленский сказал, что это было невозможно, поскольку их вели четверо здоровых мужиков. Богоявленский утверждал, что в комнате милиции подсудимые продолжали свои оскорбительные выкрики, говорили о своем желании служить в армии Власова. Поляков называл Осипову дамой легкого поведения, хотя Осипова утверждала, что ее так называл Ермолаев. Богоявленский был настолько возмущен, что способен был удушить их собственными руками. Осипова сказала, что, если бы ее дети были такими, то она их сама убила бы. Также в качестве свидетелей были вызваны двое из принимавших участие в задержании – Н.И. Рыжков и милиционер Хабайдулин. В записной книжке Ермолаев был зафиксирован телефон Сахарова. В служебной характеристике Полякова подчеркивалось, что он являлся одним из самых квалифицированных работников отдела; незадолго до ареста заявил о своем намерении выйти из ВЛКСМ.
Прокурор обвиняла в «клевете» на советский строй, причем при отягчающих обстоятельствах (состояние алкогольного опьянения), из смягчающих обстоятельств указывались молодость, первая судимость. Адвокат Полякова А.А. Рогаткин, исходя из показаний свидетелей, доказывал, что его подзащитный не хулиганил и не оказывал сопротивления; и его действия нельзя классифицировать как «отличающиеся исключительным цинизмом или особой дерзостью», что проступок Полякова являлся следствием алкогольного опьянения, и просил ограничиться административной мерой наказания. Адвокат Ермолаева Е.С. Шальман также доказывал, что действия его подопечного не содержат состава преступления ст. 206 ч. II, и сопротивление они не могли оказывать чисто физически, поскольку силы задерживавших их мужчин явно превосходили подсудимых. С учетом заболеваний Ермолаева – гастрит, холецистит, гепатит, адвокат настаивал на полном его оправдании.
В заключительном слове Поляков заявил, что произошедшее – не случайность, форма – ошибочна, его слова отражали его внутренние убеждения. Ермолаев говорил, что его выкрики не были оскорбительными для народа и государства, и что показания – не достоверны.
Прокурор требовал для Ермолаева и Полякова 5 и 4 лет лишения свободы. Суд приговорил их к 4 и 3,5 лагерей усиленного режима соответственно.
О ситуации, связанной с судебным процессом, А. Найденович написала небольшой очерк в три страницы «Открытый суд по-советски».
8 октября Е. Цитовская направила обращение в «Международную Амнистию», где просила защитить своего мужа, поскольку недопустимо приговаривать человека к лишению свободы за оскорбление политической партии, находящейся у власти в стране, которая называет себя цивилизованной.
11 ноября Московский горсуд отклонил кассационную жалобу, и приговор был оставлен в силе. По соглашению с подзащитными адвокаты на кассационный суд не явились, и рассмотрение длилось буквально несколько минут [9].
Находясь в лагере в Бурятии, Ермолаев страдал заболеванием печени, у него было быть диетическое питание, но сотрудники комитета госбезопасности при лагере связывают получение такого питания с дачей показаний против В. Пореша и др. [10].

5-7 марта 1980 г. у Ермолаева состоялось в лагере свидание с матерью, но 6 марта встречу сократили на 3 часа, вызвав того на допрос.

С 11 мая 1980 г. от Ермолаева перестали поступать письма из лагеря. В своем последнем письме он сообщил, чтобы больше от него писем не ждали. Начальник лагеря Ю.Я. Лазарев на запрос родственников ответил, что Ермолаева права на переписку не лишали [11].

Полякова в мае 1980 г. перевели из лагеря на «стройку народного хозяйства» под Саратов, где он стал работать на кирпичном заводе [12].

Администрация лагеря уведомила Ермолаева, что тот подпадает под  частичную амнистию в связи с Олимпиадой от 27 июня 1980 г. Его должны были условно освободить и перевести на исправительные работы без лишения свободы («стройки народного хозяйства») [13]. Действительно, 1 сентября 1980 г. Ермолаева условно-досрочно освободили из лагеря «с обязательным привлечением к труду». Ермолаев стал работать сторожем [14].

1 декабря 1980 г. Ермолаева, находившегося в отпуске в Москве, госпитализировали в Институт им. Н.В. Склифосовского с желудочным кровотечением, затем его перевели в обычную больницу. Но 12 января 1981 г. он выписался, поскольку получил телеграмму начальника спецкомендатуры Гусиноозерска, где отбывал наказание, майора Чупышева с требованием вернуться. В Гусиноозерске выяснилось, что его личные вещи в общежитии сданы на склад. В общежитии без него были сотрудники местного УВД и сказали соседям Ермолаева о его очередном аресте за антисоветскую пропаганду, и что он не вернется. Некоторых из соседей Ермолаева вызвали в милицию и предложили дать показания против него [15].

В середине августа 1981 г. Ермолаев вернули опять в лагерь, причем, время пребывания на «стройках народного хозяйства» ему полностью зачли [16].

28 декабря 1982 г. в связи с 60-летием СССР была объявлена амнистия. Но если подпадавшие под амнистию лица (довольно внушительный список) «злостно нарушали режим во время отбывания наказания», то амнистия на них не распространялась. В итоге, Ермолаев под амнистию не подпадал.

10 декабря 1983 г. среди задержанных во время демонстрации на пушкинской площади в Москве в  День  Прав  Человека был и недавно вышедший на свободу Сергей Ермолаев, который так и продолжал участвовать в оппозиционном движении за права человека [17].


Библиографический список
  1. Киналь А.В., Мику Н.В. Христианский семинар по проблемам религиозного возрождения (1974-1979 гг.) // Современные научные исследования и инновации. 2015. № 3 [Электронный ресурс]. URL: http://web.snauka.ru/issues/2015/03/48753 (дата обращения: 31.03.2015).
  2. ХТС. Вып. 48 // http://www.memo.ru/history/diss/chr/
  3. Вести из СССР. Права человека. Мюнхен, 1978-1981. С. 43.
  4. ХТС. Вып. 52 // http://www.memo.ru/history/diss/chr/
  5. Вести из СССР. Права человека. Мюнхен, 1978-1981. С. 76.
  6. Вести из СССР. Права человека. Мюнхен, 1978-1981. С. 126.
  7. Вести из СССР. Права человека. Мюнхен, 1978-1981. С. 147.
  8. Вести из СССР. Права человека. Мюнхен, 1978-1981. С. 169.
  9. ХТС. Вып. 54 // http://www.memo.ru/history/diss/chr/
  10. Вести из СССР. Права человека. Мюнхен, 1978-1981. С. 278.
  11. Вести из СССР. Права человека. Мюнхен, 1978-1981. С. 333.
  12. Вести из СССР. Права человека. Мюнхен, 1978-1981. С. 333.
  13. Вести из СССР. Права человека. Мюнхен, 1978-1981. С. 352.
  14. Вести из СССР. Права человека. Мюнхен, 1978-1981. С. 390.
  15. Вести из СССР. Права человека. Мюнхен, 1978-1981. С. 431.
  16. Вести из СССР. Права человека. Мюнхен, 1978-1981. С. 526.
  17. Гарькин И.Н., Королева Л.А. Правозащитное движение в СССР (1960-1980 гг.) // История и археология. 2014. № 4 [Электронный ресурс]. URL: http://history.snauka.ru/2014/04/959 (дата обращения: 03.03.2015).


Все статьи автора «Королева Лариса Александровна»


© Если вы обнаружили нарушение авторских или смежных прав, пожалуйста, незамедлительно сообщите нам об этом по электронной почте или через форму обратной связи.

Связь с автором (комментарии/рецензии к статье)

Оставить комментарий

Вы должны авторизоваться, чтобы оставить комментарий.

Если Вы еще не зарегистрированы на сайте, то Вам необходимо зарегистрироваться: