УДК 94:351.74(571.12)

НЕКОТОРЫЕ ОСОБЕННОСТИ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ОРГАНОВ МИЛИЦИИ ПО ПРЕСЕЧЕНИЮ ПРАВОНАРУШЕНИЙ В ПЕРВЫЕ ГОДЫ СОВЕТСКОЙ ВЛАСТИ

Фирсов Иван Федорович
Тюменский институт повышения квалификации сотрудников МВД России
кандидат исторических наук, доцент кафедры философии, иностранных языков и гуманитарной подготовки сотрудников ОВД

Аннотация
В статье на материалах Тюменской губернии рассматриваются некоторые аспекты деятельности органов милиции в период военного коммунизма и начальный период НЭПа. На основе широкого круга архивных источников анализируется исполнение милицией таких специфических функций как борьба со спекуляцией, контрабандой, контроль за соблюдением правил торговли, борьба с дезертирством.

Ключевые слова: борьба с преступностью, военный коммунизм, дезертирство, контрабанда, советская милиция, спекуляция


SOME FEATURES OF THE ACTIVITIES OF THE POLICE IN CURBING CRIME IN THE FIRST YEARS OF SOVIET POWER

Firsov Ivan Fedorovich
Tyumen Advanced Training Institute of the Ministry of the Interior of the Russian Federation
Candidate of History Sciences, associate professor of the chair of philosophy, foreign languages and humanitarian training of law enforcement officers

Abstract
The article on the materials of the Tyumen province considers some aspects of the activities of the police in the period of war communism and the initial period of the NEP. On the basis of a wide range of archival sources, the article considers the performance of the police specific functions such as the fight against speculation, smuggling, control over observance of rules of trade, the fight against desertion.

Keywords: desertion, smuggling, Soviet militia, speculation, to combat crime, war communism


Рубрика: 07.00.00 ИСТОРИЧЕСКИЕ НАУКИ

Библиографическая ссылка на статью:
Фирсов И.Ф. Некоторые особенности деятельности органов милиции по пресечению правонарушений в первые годы советской власти // Современные научные исследования и инновации. 2015. № 4. Ч. 3 [Электронный ресурс]. URL: http://web.snauka.ru/issues/2015/04/52195 (дата обращения: 01.10.2017).

В период становления советской власти органы милиции выполняли множество разнообразных функций, в их числе: борьба с общеуголовной преступностью; охрана общественного порядка, несение постовой службы; производство предварительного расследования, содействие судебным органам; борьба со спекуляцией, контрабандой, контроль за соблюдением правил торговли; борьба с пьянством  и самогоноварением; контроль за исполнением решений центральных и местных органов власти; взимание налогов; составление протоколов и других служебных документов по фактам нарушения законности; поддержание санитарного режима в населенных пунктах, наблюдение за благоустройством на улицах, площадях, надзор за порядком движения на дорогах; административная деятельность (паспортный режим, учет проживающих в губернии граждан и контроль за их миграционными передвижениями, адресно-справочная работа); ликвидация пожаров и их профилактика; борьба с детской преступностью и беспризорностью, борьба с проституцией. Кроме того, в период гражданской войны на органы милиции были возложены такие специфические функции как борьба с дезертирством; участие в осуществлении политики «военного коммунизма»; регистрация участников белого движения и кулацкого элемента. Рассмотрим более подробно некоторые из этих функций.

В годы военного коммунизма и гражданской войны в стране, особенно в городах, резко обострилась продовольственная проблема. После подписания Лениным 28 июня 1918 года декрета о национализации промышленности предприятия потеряли право покупать сырье и продавать продукцию, но сырье и топливо им не подвозились, а оплата за произведенную продукцию не производилась, производство катастрофически падало, рабочие бежали с предприятий. Одним из ключевых обещаний большевиков было обещание накормить трудящихся городов, однако голод усиливался. Нормальные рыночные отношения в стране были расстроены, единая денежная система перестала существовать, деньги обесценились (рубль упал в 20 тысяч раз). К тому же большевики были последовательными сторонниками ликвидации рынка вообще, видя в нем систему отношений, постоянно порождающую ненавистный им капитализм. В качестве первоочередной выдвигалась задача «неуклонно продолжать замену торговли планомерным, организованным в общегосударственном масштабе распределением продуктов» и осуществлять ряд мер, «расширяющих область безденежного расчета и подготавливающих уничтожение денег» [1]. В связи с этим  в стране необычайное распространение получила спекуляция, которая нередко была связана с хищениями государственного имущества. Центральные органы государственной власти издали ряд правовых актов, предусматривающих суровое наказание за это преступление. 21 октября 1919 г. Советом Народных Комиссаров был издан декрет «О борьбе со спекуляцией, хищениями в государственных складах, подлогами и другими злоупотреблениями по должности в хозяйственных и распределительных органах». Надзор за исполнением декрета был возложен на органы милиции.

Борьбу со спекуляцией тюменские органы милиции вели совместно с ЧК, ревкомами, продкомами и политбюро. Так, 13 июля 1921 г. Тобольский уездный ревком в целях борьбы со спекуляцией хлебопродуктами и их незаконным вывозом из уезда предложил милиции вести тщательное наблюдение за всеми передвижениями граждан по территории уезда. Проверку документов и багажа у лиц, прибывающих в г. Тобольск и убывающих из него, производили местные отделения речной ЧК и речной милиции. Провоз продовольственного груза разрешался только водным путем не более четырех пудов на пассажира, обнаруженный свыше этой нормы груз подлежал конфискации и передаче в райпродком или его местные органы. Лица, не имеющие пропусков или удостоверений личности, а также лица, скупающие продукты без наличия у них разрешения от Тобольского уездного отдела управления, арестовывались и направлялись в г. Тобольск для заключения в концентрационный лагерь. Контроль за выполнением этого решения возлагался на уездную милицию и Тобольское политбюро. Соответствующий приказ был подписан предревкома К. Шмуклером и заведующим отделом управления Волокитиным [2].

В приказе №55 Тобольского уездного ревкома от 7 сентября 1921 г. отмечалось, что массовая спекуляция в уезде приняла широчайшие размеры. В преступную деятельность вовлекались дети школьного возраста, которые бросали «необходимые по возрасту занятия и таким образом с детства становились ненужным элементом для рабоче-крестьянской Республики» [3]. С целью борьбы с детской преступностью гражданам, не достигшим 18 лет, запрещалось заниматься торговлей. Наблюдение за исполнением приказа возлагалось на уездное политбюро и милицию. Дети, замеченные в причастности к спекуляции, задерживались милицией и передавались в комиссию несовершеннолетних при отделе народного образования для привлечения к ответственности, обнаруженные при них вещи подлежали конфискации. Родители таких детей также привлекались к ответственности [4].

Тюменская милиция и ЧК вели борьбу с незаконной охотой и контрабандой пушного зверя и рыбы. Органам речной ЧК и речной милиции вменялось в обязанность осматривать все пароходы и суда, идущие с Тобольского Севера, и контролировать провоз пушнины и продовольствия. Все заготовки пушнины и рыбы советскими и кооперативными учреждениями должны были производиться только с разрешения органов власти и по нарядам Тюменского губернского Союза кооператоров. Грузы, провозимые без нарядов, подлежали конфискации, продукты питания передавались в райпродком, пушнина и другое сырье – уполномоченным губсовнархоза.

В условиях введения новой экономической политики (НЭПа) органам  милиции пришлось перестраивать свою деятельность в сфере борьбы со спекуляцией. В докладе о работе милиции Ишимского уезда с 1 декабря 1921 г. по 1 января 1922 г. указывалось: «Спекуляция господствует вовсю, но с таковой нет возможности бороться, ввиду того, что объявлена свободная торговля и выданы патенты на таковую» [5]. В новых условиях на органы милиции была возложена задача борьбы с беспатентной торговлей. По постановлению Тюменского губернского исполкома №64 от 18 июля 1923 г. все частные, государственные торговые предприятия и торговцы обязаны были в трехдневный срок зарегистрировать в ближайших отделениях милиции  полученные ими патенты на право торговли. При закрытии торгового учреждения, предприятия или заведения владелец обязан был заявить об этом в трехдневный срок в отделение милиции по месту регистрации заведения. Уклонявшиеся от установленного порядка регистрации привлекались органами милиции к ответственности в административном порядке и подвергались штрафу до 50 тысяч рублей или принудительным работам до 3-х месяцев.

Органы милиции регистрировали также патенты лиц, занимающихся личным промыслом (приказчиков, сапожников, портных, шорников и т.д.) и лиц свободных профессий (врачей, акушерок, фельдшеров, членов коллегии защитников, актеров, антрепренеров и т.д.) и осуществляли надзор за их деятельностью, контролировали соблюдение при производстве торговли пищевыми продуктами санитарных правил. Например, органам милиции предписывалось не допускать продажу пищевых продуктов на земле, для этой цели должны были иметься табуретки или столики. Все розничные торговцы пирожками, пельменями, котлетами, шаньгами и подобными продуктами должны были иметь чистые фартуки и нарукавники, чистую посуду и полотенца. Все продаваемые на открытом воздухе продукты должны были быть покрыты чистыми салфетками и крышками [6]. Все сомнительные и спорные вопросы решались органами милиции при участии представителей санитарного надзора.

Органы милиции осуществляли также контроль за соблюдением правил торговли. Например, Тюменским губисполкомом была запрещена продажа и покупка в необандероленном[1]  виде табака, папирос и сигарет, спичек, чая, дрожжей, свечей и т.д., органы милиции составляли на нарушителей протоколы, подвергали их штрафу до 300 руб. золотом или принудительным работам до 3-х месяцев [7]. 17 декабря 1921 г. приказом Тобольской городской милиции и политбюро была запрещена продажа на рынках города пороха, капсюлей и других охотничьих припасов. Все охотничьи припасы, находящиеся в распоряжении военных, общественных и частных учреждений и организаций города и уезда было предложено сдать по актам в Тобольское отделение союза охотников [8].

Еще одна из специфических функций органов милиции в военный период – борьба с дезертирством. Ослабляя находившуюся в стадии формирования Красную армию, дезертирство в годы гражданской войны представляло большую опасность для государства. Милиция способствовала осуществлению мероприятий центральных и местных властей, направленных на искоренение этого явления. Постановлением Совета рабоче-крестьянской обороны от 5 марта 1919 г. отделы милиции обязывались немедленно проводить в жизнь все декреты центральной власти, касающиеся борьбы с дезертирством, и постановления центральной и местных комиссий по борьбе с дезертирством. В соответствии с этим указанием в Тюменской губернии были созданы Губернская комиссия по борьбе с дезертирством  – Губкомдезертир и уездные комиссии по борьбе с дезертирством.

В целях предупреждения дезертирства из эшелонов железнодорожная милиция при подходе воинского поезда к станции обязана была освободить платформу станции от посторонних лиц, содействовать команде, сопровождающей поезд, следить, чтобы солдаты, едущие в поезде, не расходились по станции и не входили в станционные буфеты. Милиция организовывала наблюдение у кипятильников, ларьков с продуктами, отхожих мест, за территорией вокруг станции.

Органам милиции и железнодорожной охране вменялось в обязанность выявлять расхитителей казенного обмундирования, арестовывать их и препровождать в ЧК для привлечения к ответственности, а также при производстве облав на городских рынках и станциях железных дорог арестовывать всех продавцов и покупателей казенного обмундирования.

Понятие «дезертир» органами власти трактовалось довольно широко, и в эту категорию попадало множество лиц. Например, в приказе Туринской уездной комиссии по борьбе с дезертирством от 25 января 1920 г. значилось: «Все мужское население, не явившееся при частичных мобилизациях, считать дезертирами. Все лица, подлежащие призыву, поступившие во время мобилизации в учреждения, считаются дезертирами. Предлагается всем советским учреждениям, милиции и военкоматам принять меры к задержанию таковых лиц и препровождению их в Уездкомдезертир» [9]. Естественно, что деятельность милиции в этом направлении была чрезвычайно напряженной. Так, осенью 1920 г. в Ишимском уезде на призывные пункты должны были явиться 2311 человек, явилось лишь 1456 человек, из которых 132 были доставлены отрядами милиции и ЧК. Из собравшихся со сборного пункта бежало 281 человек, позже добровольно вернулись 30 человек и 10 человек были задержаны отрядами милиции. В целом по губернии только за период с 1 по 15 ноября 1920 г. было задержано 200 дезертиров, 54 дезертира добровольно явились на призывные пункты [10]. В информационной сводке тюменской губернской ЧК за время с 15 октября по 1 ноября 1920 г. указывалось, что в  Тюменском уезде был случай отказа мобилизованных  1899 и 1900 гг. рождения явиться к месту назначения. На другой же день отказавшиеся служить в Красной армии были доставлены в Тюмень в распоряжение мобилизационного отдела уездвоенкомата помощником начальника милиции 4-го района [11].

В 1921 г. ситуация по-прежнему оставалась сложной. С 24 июня по 1 декабря 1921 г. милицией было задержано 157 военных  дезертиров и 325 трудовых. Только в Ишимском уезде с 1 декабря 1921 г. по 1 января 1922 г. было задержано и передано в отделы рабочей силы 8 дезертиров труда, 17 военных дезертиров были переданы в соответствующие военкоматы [12].

Как видно из приведенных выше данных, кроме военного дезертирства в сферу компетенции Губкомдезертира входило и так называемое трудовое дезертирство, причем понятие «дезертир труда» трактовалось весьма широко. Так, в декабре 1921 г. Губкомдезертир предъявил обвинение начальнику губернского управления милиции К.Г. Желтовскому в незаконном принятии на службу в медицинский стационар при управлении милиции двух санитарок, которые не были зарегистрированы в отделе рабочей силы. Принимать таких служащих на работу без ведома отдела рабочей силы начгубмилиции не имел права, они считались «дезертирами труда». Естественно, что в условиях катастрофической нехватки специалистов не только начгубмилиции, но и многие другие начальники закрывали глаза на подобные факты и нарушали предписания комитетов по борьбе с дезертирством.

В целом необходимо отметить, что в начальный период своего существования советская милиция была чрезвычайно перегружена несвойственными ей функциями, это значительно ограничивало ее возможности по выполнению непосредственной задачи – борьбы  с правонарушениями и преступностью. Лишь в начале 1923 г. после нескольких реорганизаций и пересмотра организационно-правовой основы деятельности правоохранительных органов милиция перешла наконец-то к выполнению основных целей своей деятельности – охране общественного спокойствия и порядка.


[1] Бандеролью называли этикетку в виде узкой бумажной ленты с оттиском специального штампа или иным рисунком, наклеивавшуюся на товарную упаковку после уплаты торговцем пошлины; таким образом, «необандероленный» означает «беспошлинный»


Библиографический список
  1. Щетинов Ю.А., История России. XX век, М., Издательская фирма Манускрипт, 1995.
  2. ТФ ГАТО. Ф. 317. Ед.х. 5. Л. 51.
  3. ТФ ГАТО. Ф. 317. Ед.х. 5. Л. 51.
  4. ТФ ГАТО. Ф. 317. Ед.х. 5. Л. 76.
  5. ИФ ГАТО. Ф. 135. Д. 23.
  6. «Трудовой набат». 1923. 7 сентября. №202 (1369).
  7. «Трудовой набат». 1923. 23 ноября. №267 (1434).
  8. ТФ ГАТО. Ф. 317. Ед.х. 5. Л. 81.
  9. ТОЦДНИ. Ф. 1. Оп. 2. Ед.хр. 44. Л. 331.
  10. ТОЦДНИ. Ф. 1. Оп. 1. Д.162. Лл. 20 – 21.
  11. ТОЦДНИ. Ф. 1. Оп. 1. Д.162. Лл. 10 – 12 об.
  12. ИФ ГАТО. Ф. 135. Д. 23.


Все статьи автора «Фирсов Иван Федорович»


© Если вы обнаружили нарушение авторских или смежных прав, пожалуйста, незамедлительно сообщите нам об этом по электронной почте или через форму обратной связи.

Связь с автором (комментарии/рецензии к статье)

Оставить комментарий

Вы должны авторизоваться, чтобы оставить комментарий.

Если Вы еще не зарегистрированы на сайте, то Вам необходимо зарегистрироваться: