УДК 811.11

ТИПЫ АЛЛЮЗИВНЫХ ОТСЫЛОК К ПРЕЦЕДЕНТНЫМ ФЕНОМЕНАМ

Кольцова Ольга Николаевна
Балтийский Федеральный университет им. И. Канта
студентка 4-го курса, направление «Лингвистика»

Аннотация
Статья посвящена исследованию явления аллюзивной отсылки к прецедентным текстам. В статье рассматриваются явление прецедентного текста, критерии прецедентности и виды прецедентных феноменов. Также анализируются различные типы отсылок к прецедентным феноменам. Вывод: в современной науке типы аллюзивных отсылок к прецедентным текстам чётких границ не имеют.

Ключевые слова: аллюзия, претекст, прецедентность, прецедентный текст, цитата


TYPES OF ALLUSIVE REFERENCES TO THE PRE-TEXTS

Koltsova Olga Nikolaevna
Immanuel Kant Baltic Federal University
the 4th year student, Linguistics.

Abstract
The article covers the topic of allusive references to the pre-texts. The issues investigated are the notion of the pre-text, its types and the criteria of the pre-texts. Different types of references to the pre-texts are being analyzed. The conclusion is that in contemporary science the borders between different types of allusive references are still not distinctly drawn.

Рубрика: 10.00.00 ФИЛОЛОГИЧЕСКИЕ НАУКИ

Библиографическая ссылка на статью:
Кольцова О.Н. Типы аллюзивных отсылок к прецедентным феноменам // Современные научные исследования и инновации. 2014. № 2 [Электронный ресурс]. URL: http://web.snauka.ru/issues/2014/02/31133 (дата обращения: 30.09.2017).

Аллюзия является ярким стилистическим приёмом, увеличивающим образность текста и его насыщенность предметно-логической информацией. Однако понятие аллюзии на сегодняшний день не имеет чётко обозначенных границ, так ему соседствуют другие способы отсылки к прецедентным текстам – такие, как цитата, реминисценция и т.д.

Аллюзия – это «наличие в тексте элементов, функция которых состоит в указании на связь данного текста с другими текстами или же отсылке к определенным историческим, культурным и биографическим фактам.» [Аллюзия /  Энциклопедия «Кругосвет»] Элементы, указывающие на связь между текстами, называются маркерами, или репрезентантами аллюзии, а тексты и факты действительности, к которым осуществляется отсылка, называются денотатами аллюзии. [Там же]

К денотатам аллюзии необходимо отнести прецедентные тексты (или претексты). Выдающийся советский учёный Ю.Н. Караулов первым ввёл понятие прецедентного текста в научное обращение, рассматривая его применительно к сознанию языковой личности и определяя его следующим образом: «Назовем прецедентными тексты, (1) значимые для той или иной личности в познавательном или эмоциональном отношениях, (2) имеющие сверхличностный характер, т. е. хорошо известные широкому окружению данной личности, включая ее предшественников и современников, и, наконец, такие, (3) обращение к которым возобновляется неоднократно в дискурсе данной языковой личности» [Караулов, 2010, с. 216].

Прецедентные тексты могут быть и невербальными (произведения живописи, скульптуры, музыки, архитектуры), так как любое произведение искусства – текст, потому что «в семиотике любая упорядоченная система, служащая средством коммуникации и пользующаяся знаками может называться языком, а, следовательно, искусство является языком, организованным особым образом, а произведения искусства представляют собой сообщения, сделанные на этом языке и, следовательно, являются текстами» [Лотман, 1970, c. 23]. Текстовые образы, создаваемые отсылками к невербальным претекстам, ассоциированным с живописью, могут быть рассмотрены как вторичные знаки, обладающими свойствами «иконических знаков: чувственной реальностью, конкретностью, наглядностью» [Соснин, 2011, c. 55-56] По утверждению структуралиста А. Мартине, в отличие от словесных сообщений, которые линейны по своей сути, система зрительной коммуникации не линейна, а двухмерна, потому что адресат, созерцающий картину, воспринимает сообщение как целое [Mаrtinеt 1961; цит. по Соснин, 2011, c. 55] Обычно в художественном тексте отсылка к невербальному претексту реализуется в форме имён собственных, «которым свойственна вся полнота лексического значения – референтного, денотативного и коннотативного.» [Соснин, 2011, c. 56]

К характеристика прецедентных текстов относятся: хрестоматийность и общеизвестность; эмоциональная и познавательная ценность; реинтерпретируемость, т.е. их многократная интерпретация в различных видах текстов, созданных разными поколениями [Караулов,        2010, с. 217]. Набор прецедентных текстов постепенно меняется в ходе исторического развития. Например, в Средние века универсальным претекстом, на который так или иначе ссылались все тексты, являлась Библия. В настоящее время единого универсального претекста не существует.

По мнению Ю.Е. Прохорова, прецедентные феномены целесообразно соотнести с уровнями сознания языковой личности [Прохоров, 2004, с. 14]. При такой дифференциации выделяются четыре уровня прецедентности текстов. Первый уровень прецедентности соответствует языковой личности как индивидууму «со своим собственным сознанием, объемом памяти, лексиконом». Второй уровень прецедентности обозначает принадлежность языковой личности к определенному сообществу (семейному, конфессиональному, профессиональному и др.). Языковая личность этого уровня имеет «общие знания, представления, ценностные ориентации и средства их семиотизации с другими членами этого социума». Третий уровень прецедентности свидетельствует о сформированности языковой личности как члена определенного национально-культурного сообщества, «который владеет неким общим для всех включенных в данное сообщество набором “культурных предметов” и их символов». Четвертый уровень прецедентности – это языковая личность как представитель рода человеческого, «обладающий общими для всех людей знаниями и представлениями» [Прохоров, 2004, с. 148]. В соответствии с уровнями уровнями сознания языковой личности выделяются четыре уровня прецедентности: автопрецедентный, социумно-прецедентный, национально-прецедентный и универсально-прецедентный уровни. Автопрецедентные феномены «представляют собой отражение в сознании индивида некоторых феноменов окружающего мира, обладающих особым познавательным, эмоциональным, аксиологическим значением для данной личности, связанных с особыми индивидуальными представлениями, включенными в неповторимые ассоциативные ряды». Социумно-прецедентные феномены по определению Прохорова Ю.Е. «известны любому среднему представителю того или иного социума и входят в коллективное когнитивное пространство», например, социумно-прецедентным феноменом для христианина является текст Евангелия. Национально-прецедентные феномены «известны любому среднему представителю того или иного ЛКС и входят в когнитивную базу этого сообщества» (ЛКС= лингвокультурное сообщество). Универсально-прецедентные феномены «известны любому современному полноценному homo sapiens и входят в универсальное когнитивное пространство человечества» [Прохоров, 2004, с. 148].

Литературная или текстовая аллюзия – это «выдержка из пре-текста без ссылки на автора.»  [Москвин, 2013, c. 110] В отличие от цитаты, аллюзия представляет собой выборочное и неполное заимствование элементов предшествующего текста; остальные элементы претекста, а зачастую и весь текст, присутствуют в новом тексте на имплицитном уровне. [Потылицина, 2006, c. 149] Помимо аллюзии Москвин В.П. выделяет аппликацию – полное и точное воспроизведение текста без указания его источника. Аллюзию, по мнению Москвина В.П., от аппликации отличает фрагментарное или неточное воспроизведение. [Москвин, 2013, c.113] При этом цитирование от аллюзии отличается дословностью и ссылкой на источник. Цитирование может быть литературным – в таком случае оно используется как приём выразительной речи. Также цитирование может существовать в виде эпикриза – в таком виде цитирование снабжено комментарием и употребляется в целях пояснения, например, религиозных или научных текстов. [Москвин, 2013, c.79] Выделяется также ложное цитирование – т.е. приписывание каких-либо высказываний авторитетным личностям, которым эти высказывания, однако, не принадлежат. Ложное цитирование, как правило, используется для убеждения оппонента в своей правоте. Это «комбинация аргумента к авторитету и аргумента к невежеству» [Москвин, 2013, c.81]

Можно выделить два основных подхода к определению понятия «аллюзия»: 1) литературоведческий 2) семиотический.

Литературоведческие подход к изучению аллюзии анализирует аллюзию «в качестве маркера, указывающего на особенности творческой манеры конкретного писателя.» Исследования аллюзии, проведенные с позиции литературоведения, рассматривают отдельные употребления аллюзии, характерные для  идиостиля автора. Однако такие исследования «не ставят целью раскрыть механизм действия аллюзии как стилистического приема.» [Дронова, 2006]

При использовании семиотического подхода к изучению аллюзии “характерно понимание этого явления как свободного употребления (замещения) одного слова взамен другого слова в устной или письменной речи». [Там же] При такой широкой трактовке аллюзия может быть приравнена к иносказаниям, недоговорённости и имплицитности. Трактовка аллюзии как ссылки достаточно стара – впервые она зафиксирована в письменном труде римского писателя и богослова Флавия Кассиодора (ок. 487-580). Кассиодор противопоставляет «прямой смысл слова» – sensus verbi и «непрямой, вторичный смысл» – allusio verbi.  [Москвин, 2013, c. 114-115] По словарному определению, аллюзия – ссылка на что-либо, как правило, завуалированная, косвенная и неочевидная [Allusion / Oxford Dictionaries from Oxford University Press] Некоторые современные исследователи, например, Н.Г.Владимирова, которая определяет аллюзию как намек на известный литературный или исторический факт, риторическую фигуру. [Владимирова, 2003, c.144] Исследователи, использующие семиотический подход при рассмотрении аллюзии, используют деление семиотики на семантику, синтактику и прагматику. Например, К. Перри [Perri, 1978], считающий аллюзию косвенным намёком, непрямым упоминанием чего-либо, подходит к анализу аллюзии с точки зрения семантики и прагматики. Семантически К. Перри определяет аллюзию как вид ссылки – знака (простого или сложного), который указывает на какой-либо референт. К. Перри называет данный аспект аллюзии статическим аспектом. Помимо него К. Перри выделяет и динамический аспект аллюзии – процесс активизации других текстов. Этот процесс он рассматривает по отношению к читателю, который может либо знать текст-источник, на который оформлена ссылка, либо не знать этого источника. [Perri, 1978, c.189–307] Риффатер М., рассматриваю аллюзию с семантической точки зрения, указывает, что в аллюзии «каждый лексические элемент – это верхушка айсберга, вся семантическая система которого сжата в одном слове». [Riffaterre, 1980, c.627, цит. по Москвин, 2013, c.112] Во множестве исследований делается особый акцент делается на «специфику аллюзии как объекта прагматики». [Дронова, 2006] Однако, по мнению Дроновой Е.М., учет намерений автора, хоть и играющий большую роль при анализе аллюзии, не является определяющим для её интерпретации. [Там же]

Ссылки на прецедентные тексты могут быть весьма разнообразны: аллюзия, цитата, реминисценция, аппликация и т.д. Разграничить эти понятия сложно, и поэтому проблема определения границ этих понятий является актуальной для современной лингвистики. По мнению Хайнемана, отсылки к прецедентным текстам могут быть следующих видов: цитаты, намеки, парафразы, текстовой коллаж, пародии, травести [Хайнеман, 1999, c. 60]. Фатеева Н.А. считает аллюзию и цитирование равнозначными видами отсылок. [Фатеева, 2000, c.122-129] Среди немецких литературоведов второй половины 20 в. была полемика на тему доминирования аллюзии над цитатой. Одна группа ученых считала (напр., Удо Хебель («О дескриптивной поэтике аллюзии»)), что аллюзия доминирует над цитатой, полемизируя тем самым с другой группой исследователей, считающих, что цитата – ключевое понятие среди отсылок. [Plett, 1991] М. Уилер считает аллюзию родовым понятием для цитаты (quotation) и ссылки (reference) [Wheeler, 1979, c.134]. Сходное мнение выражает Хайндс, считающий, что: «аллюзии…являются в равной степени аллюзивными, будь они косвенные (посредством, например, немаркированной цитаты) или прямые (посредством, например, цитирования текста с указанием источника) [Hinds, 1998, c. 65].

А.С. Евсеев выделяет два способа осуществления отсылки читателя к другому источнику: номинация и цитация. Исходя из этого, выделяются номинативная аллюзия и цитатная аллюзия, которые отличаются друг от друга типом денотатов. В номинативной аллюзии денотат может быть любым, а в цитатной аллюзии денотатом является текст. [Евсеев, 1990]

Т. Б. Цырендоржиева выделяет следующие способы введения в текст аллюзивных маркеров:  а) референциальный способ, при котором аллюзия явно или скрыто отсылает к тексту, факту или “элементу дискурсивного знания”; б) номинативный способ, когда аллюзивным маркером являются метафорические имена собственные; в) цитирование (буквальная или модифицированная репродукция текстовых фрагментов); г) направленный миметический повтор (жанровый, ритмико-синтаксический повтор, повтор отдельных слов); д) стилизацию, когда маркером выступают стилистические реминисценции. [Цырендоржиева, 1999, c. 72]  Цырендоржиева Т.Б. объединяет такие явления, как аллюзия, цитация, реминисценция и т.д. в единую категорию аллюзивных средств языка и определяет аллюзию как родовое понятие среди них. [Цырендоржиева, 1999, c. 49].  Большинство современных исследователей [Арнольд, 1995; Папкина, 2003; Фатеева, 2007; Дюришин, 1978]  не определяют чётких границ между цитированием и аллюзией.

Итак, аллюзия представляет собой отсылку к какому-либо прецедентному тексту, который может быть следующих видов: 1) вербальный 2) невербальный). Существуют четыре уровня прецедентности текстов, основанные на уровне сознания индивида: автопрецедентный, социумно-прецедентный, национально-прецедентный и универсально-прецедентный уровни. Аллюзивные отсылки к прецедентным текстам изучаются, в основном, с помощью литературоведческого и семиотического подходов. Выделяются два основных способа отсылок к прецедентным текстам – аллюзия и цитата, но чётких границ между ними на сегодняшний день не проводится. Существует мнение, что аллюзия является родовым понятием для всех видов отсылок на прецедентные тексты.


Библиографический список
  1. «Аллюзия», энциклопедия «Кругосвет», URL: http://www.krugosvet.ru/enc/gumanitarnye_nauki/lingvistika/ALLYUZIYA.html (дата обращения – 31.01.2014)
  2. Караулов, Ю.Н. Русский язык и языковая личность /  Караулов. – Изд. 7-е. – М. : Изд-во ЛКИ, 2007. – 264 с.
  3. Лотман Ю.М. Структура художественного текста. – М.: «Искусство», 1970.– 381 с.
  4. Соснин А.В. Степень самодостаточности текста и связанные с ней проблемы перевода: Монография (на материале английского языка) – Национальный исследовательский университет «Высшая школа экономики». – Н. Новгород: ООО «In Medias Res», 2011. – 150 с.
  5.  Mаrtinеt А. Elements de linguistiquе generale. – Paris, 1961(русский перевод в сб. «Новое в лингвистике», вып. III. – М., 1963).
  6. Прохоров, Ю.Е. Действительность. Текст. Дискурс: Учебное пособие. – М.: Флинта: Наука, 2004. – 224 с. 1.
  7. Москвин В.П. Интертекстуальность: Понятийный аппарат. Фигуры, жанры, стили. Изд.2-е. – М.: Книжный дом «ЛИБРОКОМ», 2013. – 168 с.
  8. “Allusion”, Oxford Dictionaries From Oxford University Press URL: http://www.oxforddictionaries.com/definition/english/allusion?q=allusion (дата обращения – 31.01.2014)
  9. Потылицина И.Г.Основные направления в исследовании аллюзии //Социальные и гуманитарные науки. Отечественная и зарубежная литература. Серия 6: Языкознание. Реферативный журнал. 2006.- № 4. – С. 142-154
  10. Дронова Е.М. Стилистический прием аллюзии в свете теории интертекстуальности: На материале языка англо-ирландской драмы первой половины XX века: Автореф. дис. канд. филол. наук. – Воронеж, 2006.
  11. Владимирова Н.Г. Условность, созидающая мир. Поэтика условных форм в современном романе Великобритании// Великий Новгород,2002. – 270 с.
  12. Perri C. On alluding // Poetics. – The Hague; Paris, 1978. – Vol. 7, N 3. – P. 189–307.
  13. Riffaterre M. Syllepsis // Critical Inquiry/ Vol. 6. 1980. № 4.
  14. Хайнеман В. Лингвокультурные особенности текстов / В. Хайнеман // Реферативный журнал «Языкознание». – М. – 1999. – № 14. – С. 60 – 73.
  15. Фатеева Н.А. Контрапункт интертекстуальности, или Интертекст в мире текстов. М.: КомКнига, 2007. – 280 с.
  16. Plett H. Intertextuality. Walter de Greiter, Berlin and New York, 1991. 268 p.
  17. Wheeler M. The art of Allusion in Victorian Fiction / M. Wheeler. – London: Macmillan, 1979. – 224 p.
  18. Hinds S. Allusion and Intertext: Dynamics of appropriation in Roman poetry / S. Hinds. – New York: Cambridge University Press, 1998. – 193 p.
  19. Евсеев А.С. Основы теории аллюзии. (На мат. рус. яз.): Автореф. дис. …канд. филол. наук / А.С. Евсеев. – М., 1990. – 18 с.
  20. Цырендоржиева Т.Б. Дискурсивная модель аллюзивных средств: (На материале соврем. англ. яз.): Автореф. дис. … канд. филол. наук. – М.,1999. – 16 с.
  21. Арнольд И.В. Проблемы диалогизма, интертекстуальности и герменевтики (в интерпретации художественного текста). СПб.: Образование, 1995. – 59с.
  22. Папкина Д.С. Типы литературных аллюзий // Вестник Новгородского государственного университета, 2003. – No 25. – с. 78-82
  23. Дюришин Д. Теория сравнительного изучения литературы. — М.: “Прогресс”, 1979. – 318 с.


Все статьи автора «Кольцова Ольга Николаевна»


© Если вы обнаружили нарушение авторских или смежных прав, пожалуйста, незамедлительно сообщите нам об этом по электронной почте или через форму обратной связи.

Связь с автором (комментарии/рецензии к статье)

Оставить комментарий

Вы должны авторизоваться, чтобы оставить комментарий.

Если Вы еще не зарегистрированы на сайте, то Вам необходимо зарегистрироваться: