УДК 159.9

ПРОФЕССИОНАЛЬНАЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ КАК СИСТЕМА ОТНОШЕНИЙ ЧЕЛОВЕКА С МИРОМ

Дружилов Сергей Александрович
Научно-исследовательский институт комплексных проблем гигиены и профессиональных заболеваний Сибирского отделения Российской академии медицинских наук, Новокузнецк
кандидат психологических наук, доцент,
ведущий научный сотрудник отдела Экологии человека
E-mail: druzhilov@mail.ru

Аннотация
Человеческая деятельность рассматривается с двух сторон: 1) особая форма активности; 2) система отношений с Миром, реальным и воображаемым. Важной частью этого Мира для человека является его профессия и профессиональный труд. Новая техническая и информационная реальность приводит к изменению форм активности человека. В статье рассматриваются психологические и мировоззренческие проблемы взаимодействия человека с миром в новых условиях жизни.

Ключевые слова: инструментализация жизненных ценностей, информационные средства, отношение с миром, профессиональная деятельность, смысл, техническая реальность


PROFESSIONAL ACTIVITY AS A SYSTEM OF RELATIONSHIPS MAN WITH THE WORLD

Druzhilov Sergei Aleksandrovich
Research Institute for Complex Problems of Hygiene and Occupational Diseases under Siberian Branch of the Russian Academy of Medical Sciences
PhD of Psychological Sciences, Assistant Professor,
leading scientific worker of the Department of Human Ecology

Abstract
Human activities are is seen in two ways: 1) a particular form of the activity; 2) a system of relations with the World of, the real and the imaginary. The significant part of this world for man - his profession and professional labor. New technical and informational reality leads to a change in the form of the activities of the man – the Labour and of the communicating. The article examines the psychological and worldviews of interaction of man with the World in new environment of life.

Keywords: information tools, meaning, professional activity, relationship with the world, the instrumentalization of life values, the technical reality


Рубрика: 19.00.00 ПСИХОЛОГИЧЕСКИЕ НАУКИ

Библиографическая ссылка на статью:
Дружилов С.А. Профессиональная деятельность как система отношений человека с Миром // Современные научные исследования и инновации. 2013. № 9 [Электронный ресурс]. URL: http://web.snauka.ru/issues/2013/09/26359 (дата обращения: 20.11.2016).

Человеческую деятельность мы рассматриваем, с одной стороны, как особую, свойственную человеку форму активности, с другой, как систему отношений с Миром, реальным и воображаемым. Значимой частью этого Мира для человека специалисты в области психологии труда (Э.Ф. Зеер, 2003; Е.А. Климов, 2003; Л.М. Митина, 2002; Н.С. Пряжников, 2001; Ю.К. Стрелков, 2001; А.Р. Фонарев, 2005; Г.В. Суходольский, 2008; В.А. Толочек, 2006; и др.) считают его профессию и профессиональную деятельность, осуществляемую реализуется в рамках профессии. Новая техническая, информационно насыщенная реальность приводит к тому, что многие виды трудовой деятельности приобретают черты профессиональной, а зачастую – и квазиоператорской (С.А. Дружилов, Г.В. Суходольский, 2002; С.А. Дружилов, 2005, 2010, и др.). Поэтому психологические проблемы взаимодействие человека с Миром при различных формах его активности (в труде, поведении, межличностном общении) становятся все более актуальными.

Э. Фромм в 1941 г. в книге «Бегство от свободы» выделил плодотворные и неплодотворные ориентации человека в отношении Мира и самого себя. Плодотворное использование человеком своих сил он характеризует как потенцию. В качестве значимых условий плодотворности Э. Фромм считал, в том числе, такие свойства субъекта, как заинтересованность в предмете, с которым он взаимодействует, объективность его оценки, которая определяется «способностью видеть объект таким, какой он есть на самом деле, в действительности» (приводится по [1, с. 499], курсив наш – С. Д.). Автор считал, что «ориентация, при помощи которой индивид вступает в отношение с миром, определяют суть его характера» [Там же. С. 442]. Современные исследователи подтверждают: «Мир оказывается таким, каким субъект его видит, какие методы познания применяет, какие вопросы ставит» [2, с. 119].

Считаем необходимым пояснить свое выделение курсивом в цитате Э. Фромма слов «предмет» и «объект»: первое мы связываем с профессиональной деятельностью; второе – с профессиональной средой.

А.Н. Леонтьев отмечал, что «основное основание, что отличает одну деятельность от другой, состоит в различии их предметов. Ведь именно предмет деятельности и придает ей определенную направленность, […] предмет деятельности есть ее действительный мотив» [3, с. 104]. Особую роль предмета труда в формировании личности подчеркивает Г.С. Абрамова, отмечавшая, что «профессиональная деятельность человека […] состоит в том, что она предполагает обязательную рефлексию на содержания предмета профессиональной деятельности» [4, с. 5]. Более того, по мнению исследователя, «освоение профессии предполагает включение ее предмета в содержание Я-концепции человека» [Там же].

Связывая объекты деятельности с профессиями, мы опираемся на группировку типовых объектов, над которыми осуществляются трудовые действия, предложенную С.П. Безносовым и предполагающую его собственную классификацию профессий [5]. Исследователь предлагал, что «сначала надо дихотомически разделить весь мир предметов трудовой профессиональной деятельности на два класса по критерию “живой – неживой объект труда”» [Там же. С. 62]. Согласно этой точки зрения, с неживыми объектами имеют дело представители профессий, которые Е.А. Климов относил к системе «человек – техника».

В психологии труда можно выделить шесть основных систем отношений субъектов жизни и деятельности с Миром: 1) «человек – природа»; 2) «человек – техника»; 3) «человек – человек»; 4) «человек – знаковая система»; 5) «человек – художественный образ»; 6)  «человек – Бог (или Боги)», или, в общем случае, последняя система отношений может быть представлена как «человек-религиозные силы (или церковные институты различных конфессий)». Первые пять систем были предложены Е.А. Климовым в середине 60-х годов XX века для целей профориентации. Шестую систему ввел Г.В. Суходольский на рубеже XXI века; он же обобщил все шесть систем отношений на сферу человекознания [6]. Комбинации шести базовых систем создают более сложные объекты, отражающие реалии взаимодействия человека с Миром, например, «человек – техника – природа», «человек – техника – человек», «человек – техника – знаковая система»; «человек – художественный образ – Бог» и т.д. Такие объекты соответствуют сегодняшним реалиям и формируют комплекс требований к трудящемуся, его профессиональной компетентности, умениям и навыкам.

Например, сельский механизатор, вспахивающий землю на тракторе, фактически задействован в системе отношений «человек – техника – природа». Менеджер, осуществляющий руководство персоналом организации, активно использует комплекс технических и информационных средств (телефон, компьютер, факс, множительную технику, и др.), т.е. находится в системе «человек – техника – человек (или люди)». Продавец литературы, взаимодействует и с книгами (объект деятельности), и с техническими средствами (касса, сканер, компьютер), и с покупателями, следовательно, находится в системах «человек – знаковая система – человек», «человек – художественный образ – человек», также «человек – техника – человек». Даже в церкви во время службы священник пользуется микрофоном и усилителем звука, церковный хор зачастую заменяется магнитофоном.

В современных условиях большинство видов труда детерминируется техникой. Наш мир – мир техники. Она окружает и сопровождает человека везде и постоянно: от первого младенческого крика до последнего вздоха. Мир технических и информационных средств окружает нас всюду: по пути на службу, на работе, в учебном заведении, на отдыхе. Техника, в том числе информационная, вошла в наш дом. В каждой квартире сейчас имеется порядка 50-60 технических устройств, посредством которых человек решает свои повседневные задачи. Многие из этих устройств имеют «интеллектуальные» функции. Это относится не только к персональному компьютеру (ПК), но и ко многим типам телефонов (уже привычным стало название smartfon – «умный телефон»), стиральных машин, микроволновых печей, холодильников, музыкальных центров, устройств климат-контроля и др., для задания режимов работы которых требуется программирование функций.

Научно-технический прогресс формирует новую систему жизнедеятельности человека, реально меняет предметную среду, в которой он живет. Молодое поколение, растущее в эпоху телевидения, электронных игр, персональных компьютеров, «планшетников» и сканеров, глобальной сети Интернет, микропроцессорных средств управления бытовой техникой и др. воспринимает мир иначе, чем те, кто вырос в окружении печатных текстов.

Человек живет в сложном и многообразном материальном мире – мире объективных реальностей. К таковым обычно относят физическую, биологическую и социальную среду. Нас окружает физическая среда с присущими ей климатическими и др. факторами. Мы являемся частью биосферы, включающей растительный и животный мир; живем в обществе, имеющем свои социально-психологические и социальные закономерности.

Однако окружающий нас объективный мир не ограничивается природными компонентами. Реальностью сегодняшнего дня становятся рукотворные технические объекты, сложность которых, как указывает Ю.Я. Голиков, уже соизмерима, соотносима со сложностью человека [7]. Академик РАН В.С. Степин очень выразительно называет такие технические объекты «человекоразмерными» (приводится по [8]).

Современный мир – это мир технический. Поэтому при рассмотрении условий формирования и развития профессионализма человека необходимо учитывать объективно существующие факторы, к которым относится техническая и информационная реальность. Мы исходим из того, что в горизонте материального мира техническая (как и информационная) реальность воспринимается человеком как нечто сущее и значимое для него. Каждая из объективных реальностей предъявляет к человеку свои требования, влияет на его бытие, детерминирует его поведение, деятельность [9]. Объектом этого влияния становится не только единичный человек-пользователь конкретного технического устройства, но и целые группы людей, профессионально связанных с обеспечением нормального функционирования технических систем, включающих множество устройств. Более того, эта техническая, информационно-насыщенная реальность влияет на здоровье человека, зачастую становясь фактором «информационной загрязненности» [10].

Анализ развития техники свидетельствует о двух тенденциях, проявляющихся в процессе взаимодействия человека и техники.

С одной стороны, наблюдается тенденция к постоянному усложнению технических средств – от простейших орудий ручного труда, через локальную механизацию, а затем и автоматизацию процессов в системе «человек – техника» – к созданию человеко-технических комплексов, насыщенных множеством отдельных (или взаимосвязанных) компьютерных устройств и средств телекоммуникации. Техническая реальность детерминирует жизнь и деятельность человека. Это звучит как кошмарная метафора, но мы вынуждены согласиться с создателем технетики Б.И. Кудриным, утверждающим, что техническое перестраивает окружающий мир в направлении, благоприятном для себя [11]. Иначе говоря, в результате взаимодействия с технической реальностью человек зачастую вынужден следовать условиям и выполнять требования технической реальности, которая развивается по своим объективным законам.

С другой стороны, сохраняется тенденция к возрастанию роли человека и масштаба сферы активности субъекта в мире технической реальности – от индивидуальной активности, через ступень межличностного взаимодействия – к социальной активности личности. Ныне даже сложнейшие автоматизированные производственные комплексы являются социотехническими системами, в которых деятельность профессионалов осуществляется по схеме «субъект – объект – субъект», где субъекты – люди, специалисты различного профиля, а объекты – совокупность технических устройств [12].

Поэтому при рассмотрении условий формирования и развития профессионализма необходимо учитывать, с одной стороны, требования технической реальности и условия мира социального [13]. С другой стороны, следует иметь в виду, что мир профессиональных деятельностей взаимосвязан с подсистемами непрофессиональных трудовых деятельностей, из которых он черпает свои ресурсы и в которые отдает свои продукты [14].

Одна из важнейших функций научно-технического прогресса – преобразование труда с точки зрения его интенсификации. Преобразование труда проявляется в его следующих особенностях:

 – содержании труда (управление сложными техническими системами, требующими принятия решений в условиях проблемных, а также критических ситуациях);

 – характере труда (высокая степень интеллектуальной нагрузки, когда трудовые операции перемещаются на уровень внутренних психических процессов);

 – режиме труда (повышенная психическая напряженность, обусловленная ответственностью за успешность трудового процесса, когда значительно возрастает цена ошибок).

Становление и развитие профессионализма невозможно без фиксации и передачи социального (профессионального) опыта. Исторически выделяются четыре последовательных этапа развития средств фиксации достигнутого опыта [15]. Первый этап базируется лишь на возможностях памяти отдельного человека и устной речи. Второй этап начинается с появлением письменности, когда наиболее существенное из содержания и смыслов, значимых в социуме, уже могло транслироваться и сохраняться в памяти последующих поколений в виде письменных текстов. Третий этап связан с возникновением книгопечатания, ставшего возможным после изобретения печатного станка. Четвертый, современный этап связан с возникновением компьютерной техники и электронных средств коммуникации.

Каждый новый тип технологии коммуникации приводит к новому типу культуры в обществе. А поскольку формирование профессионализма напрямую связано с функцией передачи и наследования профессионального опыта, которая, в свою очередь, зависит от технических средств, то, безусловно, существует связь между проблемой профессионализма и технической реальностью.

Для нынешнего этапа развития технической реальности характерно формирование специфической «субъектности техники». Так называемая «субъектность техники» рассматривается как свойство техники, призванное дополнить собственную субъектность человека путем передачи техническим устройствам некоторых интеллектуальных функций человека. Однако следует отметить, что процесс передачи интеллектуальных функций человека технике далеко не однозначен по своим психологическим и социальным последствиям.

В деятельности, опосредствованной компьютером, человек зачастую вынужден полагаться на его решения. Субъект не полностью понимает сущность информационных процессов, циркулирующих в технической системе. Характерная особенность компьютерной и микропроцессорной техники заключается в невозможности полного понимания (расшифровываемости) пользователем этих процессов, а следовательно, можно говорить о существования определенной степени относительной независимости компьютизированной системы от человека. И.Ф. Игнатьева отмечает, что для пользователя реально существует определенная форма незнания, обусловленного компьютером [Там же]. Даже специалист, использующий компьютеризированную технику в качестве средства своей профессиональной деятельности, оставляет некоторые ее стороны «неразгаданными», но вынужден доверять им. Возникает определенная информационная «избыточность» микропроцессорных и компьютеризированных средств и, наоборот, специфическая «недостаточность» (ограниченность) человека как субъекта их использования.

Таким образом, новая техническая реальность ведет к изменению отношения между техникой (техническим объектом) и человеком (субъектом деятельности). Это отношение строится теперь по схеме «объект – пользователь». При этом объект включает в себя средства и способы деятельности. Это характерно не только для современной компьютерной, но и для всей информационной техники (включая системы автоматического управления технологическими агрегатами, телекоммуникационную технику и др.). Изменение форм и содержания техники и тенденции ее развития требуют переосмысления роли технических средств в жизнедеятельности человека. С.В. Комаров называет следующие причины, затрудняющие традиционное применение категории «орудийность» применительно к современной технике [16]:

Во-первых, современные технические системы не представляют собой «орудия труда» в традиционном их понимании, но выступают как сложные и большие системы, включающие в себя группы специалистов как необходимый элемент своего функционирования.

Во-вторых, формы современных технических (и технологических) объектов таковы, что не позволяют ими управлять «орудийно» – так, как это было характерно для традиционных форм труда. Система автоматического управления технологическим объектом или процессом как элемент профессиональной деятельности всегда представлена перед субъектом в виде некоторого конкретного технического устройства, представленного в виде «черного ящика» Для специалиста этот «черный ящик» становится фактическим репрезентантом всей сложнейшей системы технических устройств совместно с объектом управления. С точки зрения инженерной психологии это означает, что посредством данного технического устройства (черного ящика»), являющегося, по сути, интерфейсом между пользователем и технической системой, человек формирует концептуальную модель деятельности [17]. Кроме того, следует иметь в виду, что современные объекты – это сложные человеко-технические (социотехнические) системы, для которых применять понятие «орудийность» было бы неправильным.

Новые особенности техники порождают новые формы человеческой деятельности. В современных социотехнических системах происходит изменение структуры деятельности: от структуры «Цель (смысл деятельности) ® Средство ® Результат» к структуре «Средство ® Возможность (цель) ® Результат». То, что цель также определяется средством, как и сама его (средство) обусловливает, понимал еще Гегель. Но исторически системообразующим элементом деятельности всегда была цель как ее смысл.

В современной же деятельности происходит «замыкание» цепочки: цель ® средство ® результат ® цель ® средство ® и т.д. Но, поскольку «средство» само лишь элемент деятельности, то в реальности происходит следующее превращение: это средство деятельности (техника) из «серединного», связующего элемента становится основным. В так организованной деятельности техника (техническое устройство) становится «представлением» не только цели, но и смысла деятельности, становясь, зачастую, смыслообразующим элементом жизни  в целом – по крайней мере, на данном ее этапе. Однако подобная «инструментализация» жизненных ценностей и смыслов, особенно если она оказывается связанной с нравственными критериями, может стать серьезнейшей проблемой для общества [18].

Таким образом, широкое внедрение информационно-вычислительной техники приводит к двум одновременно протекающим тенденциям, требующим психологического анализа. С одной стороны, происходит некоторое «смещение» субъекта в объект по пути объективизации [15]. С другой, справедливо замечание Н.А. Бердяева, отмечавшего, что происходит «смещение» объекта по пути «субъективизации» [19]: техника берет на себя некоторые функции человека как субъекта.

Т.И. Ойзерман пишет, что научно-технический прогресс (НТП) есть субъект-объектный процесс. «Являясь воплощением целесообразной человеческой деятельности, НТП обладает объективной логикой, которая делает процесс относительно независимым от человеческого волеизъявления» [20, с. 13].

В то же время необходимо иметь в виду, что тенденции развития техники характеризуют не просто развитие технических средств деятельности, но и судьбы человечества, и его культуру. Было бы непростительным упрощением рассматривать развитие технических средств в их полной самостоятельности. Только взаимосвязь техники и человека в его социокультурных, а также социально-психологических и индивидуально психологических проявлениях дает возможность выявить тенденции формирования и развития профессионализма в новых условиях технической реальности.

Прошло почти полвека с момента, когда Б.Ф. Ломов в монографии «Человек и техника» заявил о том, что в отношении к технической реальности человек оказывается безусловным началом, поскольку его незаменимость, т.е. абсолютная необходимость для бытия технической реальности, коренится как в самой природе техники, так и в природе человека.

Почти фантастические возможности техники на нынешнем этапе ее развития не вносят принципиальных корректив в привычную профессиональную триаду «человек – машина – среда» (или, в более общем виде, «человек – техника – среда»): человек как был, так и остается субъектом деятельности. Исходя из этого, взаимодействие с техникой необходимо всегда рассматривать как способ реализации конструктивных целей человека, согласно которым техническое (устройство, система) возникает, живет (работает, функционирует), умирает (списывается, утилизируется). В разрабатываемом в течение последнего десятилетия новом подходе к человеко-техническим системам, получившем название «равнозначный подход к автоматизации» [12], постулируется, что и разработчики, и операторы должны попеременно осуществлять ведущую роль в управлении, неся равную ответственность, и иметь равную значимость. Но даже в этих случаях основная, целеполагающая функция отводится человеку; именно за ним сохраняется право изменений и дополнений нормативов, мировоззренческой коррекции.

Ускоренное развитие технологий, опережающее профессионально-динамические возможности человека, позволило осуществить технический переход от «индустриальной» цивилизации – к «информационной». Изменилась и социально-экономическая реальность. Новая реальность требует уточнения подходов к формированию и развитию профессионализма человека. Теперь понятие «профессионал» не может ограничиться включением информационных, когнитивных, операциональных, коммуникативных и др. признаков, оно должно включать и умение побеждать в конкурентной борьбе за оплачиваемое рабочее место.

Профессионализм – это не только высшая форма владения мастерством, но и образ жизни, менталитет, чувство причастности к профессиональному сообществу, в целом – система отношений к Миру. Все это требует целостного подхода к профессионализму как к некоторому системному образованию, имеющему определенную структуру взаимосвязей элементов, образующих данный психологический феномен.


Библиографический список
  1. Фромм Э. Бегство от свободы. Человек для себя. Минск: Попурри, 1998. 672 с.
  2. Знаков В.В. Психология понимания: проблемы и перспективы. М.: Институт психологии РАН, 2005. 448 с.
  3. Леонтьев А.Н. Деятельность. Сознание. Личность. М.: Политиздат, 1975. 304 с.
  4. Абрамова Г.С. Введение в практическую психологию. Екатеринбург: Деловая книга; М.: Академия, 1995. 224 с.
  5. Безносов С.П. Профессиональная деформация личности. СПб.: Речь, 2004. 272 с.
  6. Суходольский Г.В. Метапсихология как новый подход к пониманию научной психологии // Вестник Харьковского университета. 2000. № 498. С. 140–143.
  7. Голиков Ю.Я. Методология психологических проблем проектирования техники. М.: ПЕРСЭ, 2003. 233 с.
  8. Степин В.С., Горохов В.Г., Розов М.А. Философия науки и техники : учеб. пособие для вузов. М.: Контакт-Альфа, 1995. 377 с.
  9. Дружилов С.А. Проблемы развития личностного потенциала в новой технической и информационной реальности // Современные научные исследования и инновации. 2013. № 6. С. 28.
  10. Дружилов С.А. Загрязненность информационной среды и проблемы психического здоровья личности // Современные наукоемкие технологии. 2013. № 4. С. 89–92.
  11. Кудрин Б.И. Философско-технические основания третьей научной картины мира // Техническая реальность в XXI веке: Материалы IV конф. по философии техники и технетике. М.: Центр системных исследований, 1999. С. 28-40.
  12. Голиков Ю.Я., Костин А.Н. Психология автоматизации и управления техникой. М.: Изд-во Института психологии РАН, 1996. 160 с.
  13. Дружилов С.А. Психология профессионализма субъекта труда: интегративный подход // Ежегодник Российского психологического общества. 2003. Т. 3. С. 157–161.
  14. Дружилов С.А. Индивидуальный ресурс человека как основа становления профессионализма: монография. Воронеж: Научная книга, 2010. 260 с.
  15. Игнатьева И.Ф. Проблема артефакта: онтология, эпистемология, аксиология. Новгород: НовГУ им. Ярослава Мудрого. 2002. 86 с.
  16. Комаров С.В. Современная техника: кризис рациональности? // Техническая реальность в XXI веке: Материалы IV конф. по философии техники и технетике. М.: Центр системных исследований, 1999. С. 134–141.
  17. Дружилов С.А. Концептуальная модель профессиональной деятельности как психологическая детерминанта профессионализма // Психологические исследования : электронный научный журнал. 2013. Т. 6. № 29. С. 4.
  18. Дружилов С.А. Нравственные аспекты успеха человека в обществе // Ценности и смыслы. 2009. № 1. С. 90–102.
  19. Бердяев Н.А. Дух и машина // Судьба России. Опыт по психологии войны и национальности. М.: Мысль, 1990. С. 200–206.
  20. Ойзерман Т.И. Научно-технический прогресс: возможности и границы его предвидения // Техническая реальность в XXI веке. Материалы IV конф. по философии техники и технетике. М.: Центр системных исследований, 1999. С. 6–16.


Все статьи автора «Дружилов Сергей Александрович»


© Если вы обнаружили нарушение авторских или смежных прав, пожалуйста, незамедлительно сообщите нам об этом по электронной почте или через форму обратной связи.

Связь с автором (комментарии/рецензии к статье)

Оставить комментарий

Вы должны авторизоваться, чтобы оставить комментарий.

Если Вы еще не зарегистрированы на сайте, то Вам необходимо зарегистрироваться:
  • Регистрация